Рыдание мне, ибо стал я как в конце сбора смокв, как одиночные ягоды сбора винограда, нет грозди, съесть, смокву вожделела душа моя!

Слово «алелай» (אַלְלַי) переведено здесь как «рыдание» в соответствии с мнением «Мецудат Цион» и согласно мнению, которое приводит в своем комментарии Радак. В соответствии с ними, это слово является производным от слова «ялела» (יללה), означающего «рыдание». Сам Радак и «Даат Микра» считают, что это слово следует понимать как «горе». Вместе с этим, на понимание смысла сказанного в нашем предложении это расхождение во мнениях особого влияния не оказывает.

Вместе с этим, другие комментаторы считают, что слово «каиц» следует понимать как «смоквы», то есть как «инжир», и детальный обзор их мнений приведен в комментарии к Книге Амоса (8, 1). Раши понимает слово «осфей» как производное от слова «соф» (סוף), что означает «конец». По его мнению, слова «осфей каиц» указывают на смоквы, которые сборщики урожая оставляют на деревьях из-за их низкого качества. В соответствии с этим, здесь Миха сравнивает себя с такой смоквой, которая осталась висеть на дереве после завершения сбора урожая, и это параллельно сказанному далее об одиночных виноградных ягодах.

Далее Миха сравнивает себя с одиночными ягодами сбора винограда. В оригинальном тексте слова «одиночные ягоды» звучат как «олелот» (עֹלְלֹת), и Мишна (Пэа 7, 4) определяет это понятие как «гроздья, у которых нет плеча и капли». Если внимательно рассмотреть виноградную гроздь, то можно увидеть, что ее центральную часть составляет веточка, от которой сверху отходят ответвления с ягодами. Эти ответвления называются крылом. Ниже ответвлений нет, и ягоды крепятся прямо к центральной веточке. Эта часть виноградной грозди называется каплей. У гроздей, называемых «олелот», ничего этого нет, и они представляют собой одиночные ягоды, которые крепятся непосредственно к ножке грозди:

Понятно, что сбор таких мелких гроздей со всего виноградника сопряжен с заметными усилиями, которые, к тому же, малоэффективны, так как виноградин в них очень мало. Поэтому люди обычно этим не занимались, а евреям вообще это делать запрещено, так как по закону Торы (Ваикра 19, 10) такие грозди следует оставлять в винограднике для сбора бедными слоями населения. По мнению большинства комментаторов, далее Миха говорит о том, что в своем лишенном праведников поколении он подобен одиночным ягодам, оставшимся на виноградных кустах после окончания сбора урожая винограда. Вместе с этим, «Мецудат Давид» считает, что Миха говорит о том, что на виноградных кустах уже не осталось даже одиночных ягод, и это означает, что исчезли не только праведники, но люди, которые не только совершали грехи, но и соблюдали заповеди. В таком случае, Миха утверждает, что его поколение целиком состоит из грешников.

Пропал благочестивый из Земли этой, и честного в человеке нет, все они крови подстерегать будут, каждый брата своего ловить будут сетью.

Слово «хасид» (חָסִיד) переведено здесь как «благочестивый» в соответствии с его прямым значением и мнением большинства комментаторов, но «Даат Микра», основываясь на сказанном в Псалмах (50, 5), считает, что это слово следует понимать как «человек, верный своему слову». В таком случае, первый фрагмент нашего предложения параллелен его второму фрагменту, и в первой части нашего предложения Миха сокрушается о том, то на Земле Израиля или в Йехуде больше не осталось честных и верных своему слову людей.

Во втором фрагменте нашего предложения, Миха, по мнению Мальбима, объясняет, что в предыдущем предложении подразумевалось под смоквой, которую вожделеет его душа. Оказывается, в образе смоквы там выступали люди, «честные в человеке», то есть соблюдающие заповеди, регулирующие взаимоотношения между людьми. Здесь Миха говорит о том, что таких людей тоже не стало, поэтому Земля Израиля или Йехуда превратилось в место, где люди друг друга подстерегают, чтобы пролить кровь, и пытаются поймать сетью собственных братьев.

Про зло рук добром сделать вельможа спрашивает, и судья за мзду, а главный – высказывает желание души его он, и укрепили они его.

Раши в своем комментарии следует пониманию сказанного в нашем предложении, которое приведено в трактате Таанит (2, 1) Иерусалимского Талмуда. Там рассказывается о том, что во время длительной засухи рабби Бархия провел тринадцать всеобщих постов, но это не привело к выпадению осадков, а затем Йехуда к тому же подверглась нашествию саранчи. Тогда он обратился к народу с речью, в которой объяснил, что дожди не идут, так как ситуация, в которой находятся евреи, описана Михой в нашем и в следующем предложении. Процитировав начало нашего предложения, рабби Бархия сказал, что евреи своими руками друг другу причиняют зло, но вместе с этим просят добро у Бога. Их вельможи спрашивают, где взятка, а судьи, также совершающие преступления, договариваются со своими коллегами о том, чтобы те их оправдали, а они, в свою очередь, оправдают коллег, когда это им понадобится. В соответствии с этим, Миха обвиняет вельмож во взяточничестве, а судей – в круговой поруке. Кого именно Миха называет главным, в Талмуде не указано, но Раши пишет, что это царь или правитель. По его мнению, здесь сказано, что во время судебных процессов царь или правитель в своих речах отражает не то, что говорит закон, а то, что лично ему хочется.

Слово «хават» (הַוַּת) переведено как «желание» в соответствии с мнением вышеупомянутых комментаторов, а также рабби Авраама ибн Эзры, которые следуют арамейскому переводу Йонатана. Мальбим, Радак и «Мецудат Давид» считают, что это слово означает «сокрушение», и, соответственно, понимают сказанное в нашем предложении иначе.

Слово «лехейтив» (לְהֵיטִיב), переведенное здесь как «добром сделать», Радак и «Мецудат Давид» понимают как «улучшить». Так же понимает значение этого слова «Даат Микра», мнение которого было приведено выше, но Радак и «Мецудат Давид» считают, что «улучшить» в данном случае означает «сделать качественнее», то есть «укрепить». По их мнению, в начале нашего предложения идет речь о вельможах, судьях и «главном», и Миха говорит о том, что все они стремятся укрепить зло своих рук, то есть творимое ими беззаконие. То, что Миха говорит далее, Радак и «Мецудат Давид» понимают по-разному. «Мецудат Давид» придерживается мнения, которому следует большинство комментаторов. Он считает, что далее здесь сказано, что вельможа открыто просит взятку, судья выносит приговор за мзду, а председатель суда, которого Миха называет «главный», действует с ними заодно. Вместо того чтобы отменить несправедливый приговор, вынесенный его подчиненными, председатель суда высказывает пострадавшему «сокрушение его души», то есть заявляет, что тот еще легко отделался, так как по закону ему полагается более суровое наказание.

Слово «вайабтуха» (וַיְעַבְּתוּהָ), завершающее наше предложение, переведено как «и укрепили они его» в соответствии с мнением большинства комментаторов и соответственно сказанному в вышеупомянутом месте Иерусалимского Талмуда. При этом рабби Бархия, Раши, Радак и «Мецудат Давид» считают, что здесь Миха говорит о том, что вельможа, судья и главный своими действиями укрепляют совершаемое в их государстве зло, которое они уполномочены искоренять. По мнению Мальбима, здесь сказано, что своими действиями они укрепляют несправедливое судебное решение. Следует отметить, что слово «вайабтуха» является производным от слова «авот» (עבות), что означает «канат», и все эти комментаторы считают, что своими действиями вельможа, судья и главный превращают зло или несправедливый приговор в прочный канат, который разорвать невозможно. По их мнению, это следует из того, что канаты производятся посредством скручивания минимум трех веревок, а в нашем предложении идет речь о трех людях, которые действуют заодно, и своими совместными действиями делают зло таким же сильным, как прочный канат.

«Даат Микра» понимает значение слова «вайабтуха» как «испортили». Согласно другому мнению, которое он приводит, букву «бет» (ב) в этом слове следует заменить на «вав» (ו), вследствие чего оно приобретает вид «вайавтуха» (וַיְעַוְתוּהָ), что переводится как «и извратили они». В любом случае, в конце нашего предложения Миха говорит о том, что своими действиями вельможи, судьи и богачи портят закон или его извращают.

Лучший из них – как колючка, честный – из изгороди! День наблюдателей твоих – наказание твое пришло, теперь будет смятение их!

Рассмотрим первую часть нашего предложения, которая здесь переведена в соответствии с мнением большинства комментаторов. По их мнению, в начале нашего предложения Миха говорит о том, что лучший из его соотечественников подобен колючке, то есть шипу, который ранит каждого, кто к нему прикасается. Раши следует арамейскому переводу Йонатана, в соответствии с которым начало нашего предложения звучит следующим образом: «Добро их – как колючка…». По мнению Раши, Миха говорит о том, что побудить его соотечественников к добрым делам так же сложно, как извлечь колючку из шерсти, в которой она запуталась. «Даат Микра» считает, что сравнение лучших соотечественников Михи с колючкой означает, что они снаружи добрые, но внутри злые. Кроме этого, «Даат Микра» пишет, что колючка приносит пользу лишь тому, кто выращивает живую изгородь, но всем остальным она вредит. Точно так же лучшие соотечественники Михи приносят пользу лишь своей семье и своему хозяйству, но вредят всем остальным. Мальбим комментирует сказанное в первой части нашего предложения как одно целое, и его мнение будет приведено ниже.

Слово «яшар» (יָשָׁר) переведено здесь как «честный», но его можно также перевести как «прямой», и в этом значении его понимает Мальбим. По его мнению, в первой части нашего предложения Миха говорит о том, что самый лучший его соотечественник считается хорошим человеком не сам по себе, а лишь в сравнении со всеми остальными, и в этом плане он похож на колючку по сравнению с живой изгородью. Колючка сама по себе не является прямым растением, но является таковой в сравнении с живой изгородью, состоящей из множества колючек, которые переплетаются между собой так, что разнять их невозможно. Точно так же лучших современников Михи можно назвать хорошими людьми лишь в сравнении со всеми остальными его соотечественниками.

Радак считает, что наблюдателями Миха называет лжепророков, которые постоянно предвещали его соотечественникам длительный период прочного мира. По его мнению, во второй части нашего предложения Миха говорит своим соотечественникам, что день, о котором им постоянно твердят лжепророки, скоро наступит, и они сами увидят, станет ли этот день днем избавления, или днем наказания. Согласно этому, в конце нашего предложения Миха говорит о том, что в этот день лжепророки будут пребывать в смятении, так как выяснится, что все их пророчества были ложными. Похожее мнение приводит «Даат Микра». В соответствии с ним, во второй части нашего предложения Миха спрашивает своих соотечественников, где день их наблюдателей, то есть день избавления, обещанный им лжепророками? Ведь вместо этого дня настал день наказания!

Вместе с этим, слово «мецапейха» стоит в форме, которая затрудняет его понимание в значении «надежды» и «ожидания». В соответствии с ней, здесь речь идет о тех, кто надеется и ожидает, и Мальбим считает, что этими людьми являются соседние народы. По его мнению, речь идет о народах, которые ожидают и надеются на то, что евреи подвергнутся бедствиям, и Миха говорит своим соотечественникам, что вскоре наступит день, когда эти народы сами подвергнутся бедствиям, но тот же день станет днем и их наказания. Иными словами, здесь сказано, что вскоре наступит день, когда бедствию подвергнутся и евреи, и их недруги. Похожее, но более простое мнение, приводит «Даат Микра». В соответствии с ним, во второй части нашего предложения Миха говорит своим соотечественникам, что вскоре наступит день, когда они за свои грехи подвергнутся наказанию, и этот день с нетерпением ждут все недруги еврейского народа.

В трактате Эрувин (101, а) Вавилонского Талмуда наше предложение трактуется в положительном аспекте. Там рассказывается о том, что к рабби Йехошуа, сыну Хананьи, обратился один из саддукеев, который заявил, что рабби Йехошуа, сын Хананьи, является колючкой, так как в нашем предложении сказано: «Лучший из них – как колючка». «Глупец, – ответил ему рабби Йехошуа, сын Хананьи, – посмотри, что там сказано далее! А далее там сказано, что честные лучше колючей изгороди, и это означает, что честные люди защищают еврейский народ лучше любой изгороди. А то, что лучшие евреи сравниваются с колючкой, означает, что они защищают еврейский народ так же, как колючки защищают то, что ими огорожено». Кроме этого, там же приведено альтернативное понимание сказанного в начале нашего предложения, которое основывается на том, что слово «хедек» (חֵדֶק), переведенное здесь как «колючка», похоже на слово «хедек» (הדק), которое означает «растирание в порошок». Образованный от этого слова глагол использовался в предложении №13 главы 4, где было сказано, что еврейский народ разотрет в порошок многие народы. Согласно этому, в начале нашего предложения сказано, что праведники растирают злодеев в порошок и отправляют их в ад.

Не верьте другу, не полагайтесь на владыку, от лежащей в объятиях твоих храни раскрытия уст твоих!

Определенные разногласия среди комментаторов вызывает второй фрагмент нашего предложения, в котором Миха советует не полагаться на владыку. Слово «алуф» (אַלּוּף) в современном иврите означает «генерал» или «чемпион», но здесь оно переведено как «владыка» в соответствии с мнением Мальбима и «Мецудат Цион», а также из-за того, что в этом значении оно неоднократно используется в Торе (например, в Берешит 36, 43). «Мецудат Давид» считает, что во втором фрагменте нашего предложения Миха предостерегает своих соотечественников от того, чтобы полагаться на обещания вельмож, несмотря на то, что обычно они исполняют свои обещания. Мальбим понимает сказанное в нашем предложении не так, как большинство комментаторов, и его мнение будет приведено ниже.

Мальбим считает, что сказанное в нашем предложении является прямым продолжением сказанного выше, а именно, что соотечественники Михи будут пребывать в смятении. Здесь, по мнению Мальбима, Миха говорит о том, что это смятение будет настолько велико, что соотечественники Михи перестанут верить даже своим друзьям, которым ранее полностью доверяли, перестанут полагаться на определяющих политику вельмож, и перестанут разговаривать со своими женами, так как семейные ссоры станут обычным явлением.

Ибо сын очерняет отца, дочь восстает против матери своей, невестка – против свекрови своей, враги мужу домочадцы его!

По мнению Мальбима, здесь Миха продолжает говорить о смятении, в котором будут пребывать его соотечественники. Оно будет настолько велико, что даже родственные связи перестанут иметь какое-либо значение, даже домочадцы человека превратятся в его врагов, а о мире в государстве не будет и речи.

Но я на Господа уповать буду, надеяться буду на Бога избавления моего, услышит меня Бог мой!

Вместе с этим, большинство комментаторов считает, что наше предложение является завершением темы, начатой Михой в предложении №1, и, доказывая это, «Даат Микра» пишет, что сказанное в нашем и в предыдущем предложении очень похоже на сказанное в Книге Хавакука (3, 17-18), где явно продолжается та же самая тема.

Если большинство комментаторов считает, что в первом и во втором фрагментах нашего предложения Миха говорит то же самое разными словами, то Мальбим, по мнению которого повторов в ТАНАХе не бывает, с этим не согласен. Как обычно, он строит свое понимание сказанного в нашем предложении на тонких смысловых различиях между используемыми в нем словами. Слово «охила» (אוֹחִילָה) переведено здесь как «надеяться буду» в соответствии с мнением большинства комментаторов, но Мальбим понимает его как «ожидать буду», при этом речь идет об ожидании чего-то, что непременно произойдет, например, ожидание того, что после ночи наступит утро. По мнению Мальбима, в нашем предложении Миха говорит о том, что, принимая во внимание все вышеописанное, положение на Земле Израиля или в Йехуде безнадежно, и ничто не сможет спасти местное население от бедствий и изгнания. Вместе с этим, Миха продолжит уповать на Бога, а именно на то, что Он исполнит свое обещание и вернет еврейский народ из изгнания на Землю Израиля. Это может произойти в двух случаях. Либо по истечении срока наложенного Богом на евреев наказания, и об этой возможности Миха говорит во фрагменте: «ожидать буду Бога избавления моего». Либо до назначенного Богом срока, если евреи раскаются в грехах, станут просить Бога о помощи и наступит время благоволения, о котором сказано в Книге Ишаяху (49, 8). Об этом Миха говорит во фрагменте «услышит меня Бог мой», который означает, что во время благоволения Бог услышит его молитвы и вернет еврейский народ из изгнания до истечения срока назначенного Им наказания.

Не радуйся, враг мой, мне, ибо упал я – встал я, ибо сидеть буду я во тьме – Господь свет мне!

Относительно сказанного далее мнения комментаторов разделились более существенно. Во втором фрагменте нашего предложения некоторую сложность вызывает прошедшее время слова «встал», означающее, что еврейский народ уже оправился от бедствий, и непонятно, чему радуются его враги. Ввиду этой сложности «Мецудат Давид» считает, что слова, используемые во втором фрагменте нашего предложения, являются глаголами несовершенного вида, то есть их следует понимать как «падал» и «вставал». По его мнению, Миха говорит врагам еврейского народа, что им не следует радоваться его бедствиям, считая, что евреям от них не оправиться, так как еврейский народ падал уже множество раз, но всегда после этого вставал. «Даат Микра» считает, что врагам еврейского народа не следует радоваться его падению, так как, упав, еврейский народ не остался лежать на земле, а уже встал, то есть оправился от бедствий.

Рассмотрим третий фрагмент нашего предложения. Все комментаторы считают, что под тьмой Миха подразумевает бедствия, связанные с изгнанием, по мнению большинства комментаторов, или с ним не связанные, по мнению «Даат Микра». Радак и «Мецудат Давид» считают, что здесь Миха говорит о том, что даже во время бедствий, которые евреи терпят в изгнании, они верят в то, что в конечном итоге Бог выведет их из тьмы на свет, то есть освободит их из изгнания и вернет на Землю Израиля. Похожего мнения придерживается «Даат Микра», считающий, что евреи, терпящие бедствия, верят в то, что Бог их от них избавит. По мнению Мальбима, под светом Миха подразумевает то, что противоположно бедствию, то есть материальное процветание. В таком случае, здесь сказано, что, несмотря на то, что в период изгнания евреи терпят бедствия и лишены материального света, то есть процветания, у них есть свет Бога, а именно, свет веры и надежды на Его избавление. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому евреи сидят во тьме лишь с точки зрения стороннего наблюдателя. На самом деле, им светит свет Бога, который защищает евреев даже тогда, когда те находятся под гнетом своих врагов.

Негодование Господа вынесу я, ибо согрешил я Ему, пока не будет спорить Он спор мой, и свершит суд мой, выведет меня на свет, и увижу я благодеяние Его.

Другие комментаторы понимают сказанное в конце нашего предложения иначе. Слово «цидкато» (צִדְקָתוֹ) переведено здесь как «благодеяние Его», но оно может также быть переведено как «справедливость Его», и рабби Авраам ибн Эзра с «Даат Микра» считают, что здесь это слово используется во втором значении. По мнению рабби Авраама ибн Эзры, в конце нашего предложения сказано, что когда Бог осветит сердца евреев своим светом, те поймут, что наказание, которому Он их подверг, было справедливым, и увидят, что Бог восстановил справедливость, отомстив за страдания евреев притеснявшим их народам. «Даат Микра» считает, что выведение еврейского народа на свет из тьмы, в которой он находится, как было сказано в предыдущем предложении, означает прекращение его страданий. После этого евреи увидят справедливость Бога, который прекратит наказывать евреев после того как все совершенные ими грехи будут искуплены.

И увидит враг мой, и покроется стыдом, говоривший мне: «Где Он, Господь, Бог твой?», глаза мои увидят в нем, теперь будет он для попрания, как грязь уличная.

Фрагмент «глаза мои увидят в нем» переведен с оригинального текста дословно, и «Даат Микра» пишет, что «увидеть в ком-либо» является устойчивым выражением, означающим «увидеть чей-либо разгром». В соответствии с этим, во второй части нашего предложения сказано, что еврейский народ увидит разгром всех своих врагов, которые после этого станут «для попрания, как грязь уличная». Это означает, что после своего поражения враги еврейского народа будут так унижены, что они будут похожи на уличную грязь, которую прохожие вынуждены топтать своими ногами, испытывая к ней омерзение.

Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому фрагмент «глаза мои увидят в нем» является продолжением слов врагов еврейского народа, предвкушающих его разгром и полное уничтожение. В таком случае, фрагмент «теперь будет он для попрания, как грязь уличная» является антитезой их словам, и означает, что надежды врагов еврейского народа не осуществятся, и они сами будут разгромлены и уничтожены. Вместе с этим, следует отметить, что такое понимание сказанного не согласуется со специальными значками, сопровождающими оригинальный текст, и использующимися, в частности, в качестве знаков препинания.

День строить стены твои, день тот отдалит закон.

Следуя арамейскому переводу Йонатана, Мальбим, рабби Авраам ибн Эзра и «Мецудат Давид» считают, что приведенные здесь слова Миха говорит еврейскому народу. По мнению рабби Авраама ибн Эзры и «Мецудат Давид», Миха говорит евреям, что настанет день, в который они начнут строить новые стены на руинах своих разрушенных городов, и в тот день Бог отдалит, а точнее, удалит, от них закон, по которому они должны платить особые налоги в странах рассеяния. Мальбим комментирует наше и следующее предложения как одно целое, и его мнение будет приведено в комментарии к следующему предложению.

Радак считает, что приведенные здесь слова Миха говорит врагам еврейского народа. По его мнению, стенами здесь названы валы, которые возводит осаждающая город армия, и Миха говорит врагам еврейского народа, что когда те начнут строить осадные валы вокруг Иерусалима в составе армии Гога и Магога, тот день «отдалит», то есть перевернет закон, по которому враги еврейского народа властвуют над евреями. Это означает, что под Иерусалимом армия Гога и Магога будет разгромлена, и с того момента евреи будут властвовать над своими врагами.

День он, и к тебе придет он, от Ашура и городов укрепленных, и от крепостей и до реки, и море от моря, и Хар Хахор.

Мнению Йонатана следует часть комментаторов, но сам Раши считает, что здесь Миха обращается к врагам еврейского народа, и говорит им о том, что тот день, над которым они насмехаются, как было сказано в предыдущем предложении, обязательно наступит. При этом события, которые произойдут в тот день, затронут не только еврейский народ, но «и к тебе придет он», то есть они затронут и врагов еврейского народа: в тот день они будут разгромлены. Далее, по мнению Раши, Миха перечисляет земли, которые в тот день подвергнутся разгрому.

«Даат Микра» предлагает три варианта понимания сказанного в начале нашего предложения. В соответствии с первым вариантом, Миха говорит евреям, что день, о котором шла речь в предыдущем предложении, обязательно к ним придет. В соответствии с другим вариантом, в начале нашего предложения Миха обращается к Богу, а местоимение «он» указывает на еврейский народ. В таком случае, Миха говорит Богу, что в день, о котором шла речь в предыдущем предложении, еврейский народ не только начнет отстраивать руины своих разрушенных городов, но и вернется к Богу. В соответствии с третьим вариантом, Миха говорит Богу, что Он обещал, что этот день наступит, и должен выполнить свое обещание.

Рассмотрим сказанное во второй части нашего предложения. Здесь, по мнению Раши, Радака и «Мецудат Давид», Миха перечисляет земли, занимаемые врагами еврейского народа, которые в день его освобождения из изгнания подвергнутся разгрому. По мнению Мальбима и «Даат Микра», здесь Миха перечисляет земли, откуда на Землю Израиля будут пребывать находящиеся в изгнании евреи. Следует отметить, что рекой в ТАНАХе обычно называется Евфрат, то есть в нашем предложении идет речь о Евфрате.

Слово «мацор» (מָצוֹר) в нашем предложении используется дважды, и здесь оно переведено как «укрепленные» и как «крепости» в соответствии с мнением Раши, Радака и «Мецудат Давид». Вместе с этим, Мальбим и «Даат Микра», основываясь на сказанном в Книге Ишаяху (19, 6 и 37, 25), считают, что это слово следует понимать как «Египет». По мнению Мальбима, далее Миха говорит о том, что день, о котором было сказано в предыдущем предложении, придет к евреям, находящимся в изгнании «от Ашура до городов Египта». «Даат Микра» к этому добавляет, что если местоимение «он» в начале нашего предложения указывает на еврейский народ, то далее здесь сказано, что на Землю Израиля вернутся евреи, находящиеся в изгнании, «от Ашура до городов Египта».

«Даат Микра» считает, что, начиная с фрагмента «и от Египта и до реки», Миха указывает границы Земли Израиля, куда будут прибывать возвращающиеся из изгнания евреи. Этот фрагмент определяет восточную границу Земли Израиля, которая проходит от Египта до реки Евфрат. Фрагмент «и море до моря», который «Даат Микра» читает как «и до моря от моря», означает «и до Средиземного моря от Красного моря» и определяет южную границу Земли Израиля. Слова «Хар Хахор» (הַר הָהָר) «Даат Микра» читает так же, как предыдущий фрагмент, то есть как «до горы от горы», и считает, что его следует понимать как «от гор Негева до Ливанских гор». Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому этот фрагмент следует понимать как имя собственное Хар Хахор, но речь идет о двух горах, носивших такое название, о чем упоминалось выше. И в конце нашего предложения говорится о границе Земли Израиля, проходящей от одной горы Хар Хахор, расположенной на востоке, до другой горы с таким же названием, которая находится на севере.

И будет Земля пустошью с жителями ее из-за плода деяний их.

Такое понимание сказанного в нашем предложении подтверждается похожими пророчествами, приведенными в Книге Ишаяху (11, 4; 13, 9 и 11). Вместе с этим, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Землей Миха здесь называет Землю Израиля. В таком случае, в нашем предложении Миха говорит о наказании, которому подвергнутся евреи за грехи, описанные в предложениях №2-№6. И если в предложениях №8-№12 Миха говорил о том, что в будущем все враги еврейского народа будут разгромлены, а евреи вернутся из изгнания на Землю Израиля, то здесь он указывает, что до этого момента Земля Израиля будет пребывать в запустении из-за совершенных ее жителями грехов.

Паси народ Твой посохом Твоим, скот надела Твоего, живущий обособлено, лес в Кармеле, пастись будут они в Башане и в Гиладе как в дни прежние!

Рассмотрим то, что здесь сказано, фрагмент за фрагментом.

«Даат Микра» исходит из того, что в образе скота еврейский народ в ТАНАХе выступает довольно часто, но пастухи у него бывают разные. Если еврейский народ этого заслуживает, пастухом его является Бог, в противном случае его пастухами являются цари других народов, которые гораздо хуже. Слово «шивтэха» (שִׁבְטֶךָ) переведено здесь как «посох Твой», так как в начале нашего предложения речь идет о пастухе, но если речь идет о царе, это слово должно быть переведено как «скипетр Твой». «Даат Микра» считает, что в нашем предложении это слово обладает двумя этими значениями одновременно: Миха просит Бога, чтобы Он, а не цари других народов, был пастухом еврейского народа, освободил его из изгнания и стал его полновластным царем.

Понимание фрагмента «лес в Кармеле» затрудняется отсутствием в нем предлогов. «Даат Микра» считает, что глагол «паси», начинающий наше предложение, относится и к этому фрагменту, и здесь Миха просит Бога о том, чтобы Он пас свой скот, то есть еврейский народ, в лесу, которым покрыт Кармель.

Слово «кармель» (כַּרְמֶל) переведено здесь как имя собственное в соответствии с мнением «Даат Микра», а также ввиду того, что далее упоминаются Башан и Гилад, которые явно являются именами собственными. Вместе с этим, большинство комментаторов считает, что это слово означает обжитую местность, покрытую полями, садами, виноградниками и пастбищами. По мнению Раши, Радака и «Мецудат Давид», во фрагменте «лес в кармеле» Миха просит Бога сделать так, чтобы еврейский народ жил в лесу, где водятся хищные звери, как в кармеле, то есть в обжитой местности, где никаких хищных зверей нет. Похожим образом этот фрагмент звучит в арамейском переводе Йонатана. В соответствии с ним, Миха просит Бога сделать так, чтобы евреи, которые в изгнании жили как будто в лесу в окружении хищных зверей, после возвращения на Землю Израиля стали жить в кармеле.

Теперь рассмотрим мнение Мальбима, который понимает сказанное в этом предложении не так, как другие комментаторы. По его мнению, Миха, увидев, что еврейский народ будет находиться в изгнании очень продолжительное время, обратился к Богу с просьбой о том, чтобы Он заботился о еврейском народе в течение всего этого периода. В начале нашего предложения Миха просит Бога относиться к еврейскому народу, как пастух относится к своему скоту, то есть направлять его на путь истинный не палкой и не плетью, а своим посохом. Объясняя, что это означает, Мальбим ссылается на Вторую Книгу Шмуэля (7, 14), где Бог, говоря Давиду о скором рождении его сына Шломо, обещает к нему относиться как отец к сыну, и наказывать его «посохом людей». Слова «посох людей» означают, что орудием наказания является посох, который используется для наказания людей, а не палка или плеть, которые используются для наказания животных. В соответствии с этим, в начале нашего предложения Миха просит Бога применять к евреям в период изгнания щадящие наказания. Далее, по мнению Мальбима, Миха говорит Богу, что в изгнании евреи живут обособлено, то есть не смешиваются с местным населением, но все же как будто находятся в лесу, полном хищников. Поэтому Миха просит Бога и в период изгнания пасти их в кармеле, то есть в местности, покрытой полями, садами и виноградниками. Тем самым Миха просит Бога обеспечивать все потребности еврейского народа и в период его пребывания в изгнании до тех пор, пока евреи не будут пастись в Башане и в Гиладе как в дни прежние, то есть пока они не вернутся из изгнания на Землю Израиля.

Как в дни выхода твоего из Земли египетской покажу Я им чудеса.

В соответствии с мнением большинства комментаторов, в первой части нашего предложения Бог обращается к еврейскому народу во втором лице, а во второй части нашего предложения – в третьем. Такое иногда встречается в ТАНАХе, но в данном случае очень не нравится «Даат Микра», который ввиду этого понимает сказанное в нашем предложении иначе. Глагол «арэну» (אַרְאֶנּוּ) стоит в форме, указывающей на будущее время единственного числа, поэтому он переведен здесь как «покажу». «Даат Микра» предпочитает изменить его первую букву с «алеф» (א) на «хей» (ה), в результате чего получает «харэну» (הַרְאֶנּוּ), что является глаголом будущего времени второго лица «покажи им». По его мнению, здесь Миха продолжает обращаться к Богу с молитвой, и просит Его показать еврейскому народу такие же чудеса, какие имели место, когда Бог вместе с еврейским народом выходил из Египта. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому сказанное в нашем предложении все же является ответом Бога на молитву Михи, но слова «покажу Я им чудеса» относятся не к евреям, а к их врагам. В таком случае, в нашем предложении Бог обещает вернуть еврейский народ из изгнания на Землю Израиля, а с его врагами поступить так же, как в свое время Он поступил с поработившими евреев египтянами.

Увидят народы и устыдятся всей доблести своей, поместят они руку на рот, уши их оглохнут.

По мнению Мальбима и «Даат Микра», народы увидят чудеса, которыми будет сопровождаться возвращение еврейского народа на Землю Израиля. Мальбим считает, что они устыдятся своей доблести, так как воочию убедятся в том, что она – ничто по сравнению с возможностями Бога. «Даат Микра» пишет, что слово «стыд» уже использовалось в предложении №10, где оно означало разочарование, досаду и горечь поражения, но здесь оно обладает другим значением. По его мнению, в нашем предложении глагол «устыдятся» следует понимать «осознают свою ничтожность», так как народы поймут, что вся их доблесть – ничто по сравнению с величием еврейского Бога. То, что народы поместят свою руку на рот, «Даат Микра» объясняет так же как «Мецудат Давид», а Мальбим считает, что они будут не в силах описать то, что увидели. То, что уши народов оглохнут, по мнению «Даат Микра» означает, что народы будут пребывать в таком ужасе после рассказов о совершенных Богом чудесах, что перестанут реагировать на то, что слышат. Мальбим исходит из того, что в Торе (Шмот 15, 14) сказано, что народы, услышавшие о чудесах, сопровождавших выход евреев из Египта, были объяты страхом. Но тогда евреи возвращались на Землю Израиля из одного государства, поэтому свидетелями этого были лишь египтяне, а остальные народы об этом лишь слышали. В будущем евреи возвратятся из изгнания со всех краев света (см. мнение Мальбима в комментарии к предложению №12), так что свидетелем этого станет все человечество. Поэтому для того, чтобы впасть в состояние ужаса, народам не надо будет ничего слышать, они сами все увидят, так что уши им будут совершенно не нужны, и именно об этом, по мнению Мальбима, сказано в конце нашего предложения.

Лизать будут они прах как змея, как гады земные, тревожиться будут они из-за ограничений своих, Господа, Бога нашего, бояться будут они, и страшиться будут они тебя.

Наиболее проблематичным в этом предложении является фрагмент «тревожиться будут они из-за ограничений своих». Слова «из-за ограничений своих» в оригинальном тексте звучат как «мимисгеротэйхем» (מִמִּסְגְּרֹתֵיהֶם). Первая буква этого слова является приставкой, переведенной здесь как «из-за», три последних буквы являются суффиксом, означающим «своих», а все, что осталось, «мисгерот», в современном иврите означает «рамки», «оправы». Вместе с этим, слово «мисгерот» является производным от глагола «лисгор» (לסגור), означающего «закрывать», и на этом основываются комментаторы, объясняя сказанное в этом фрагменте. Раши считает, что здесь Миха говорит о том, что после возвращения евреев из изгнания другие народы будут жестко ограничены в своих возможностях, из-за чего будут испытывать тревогу. Это означает, что когда евреи вновь соберутся на Земле Израиля, их отношения с другими народами сменятся на диаметрально противоположные. В период изгнания евреи были жестко ограничены в своих возможностях другими народами, но затем такие же ограничения коснутся других народов, то есть они будут наказаны в соответствии с принципом «мера за меру».

В арамейском переводе Йонатана слово «мимисгеротэйхем» переведено как «из крепостей своих». Мнению Йонатана следуют Мальбим, Радак и «Даат Микра», но смысл сказанного они понимают по-разному. Мальбим и Радак считают, что здесь Миха говорит о том, что другие народы из-за страха перед евреями закроются в своих укрепленных городах, но и там будут пребывать в тревоге и в волнении. Следует отметить, что такому пониманию сказанного сильно мешает приставка «ми», переведенная здесь как «из-за» и связанная со словами «крепости». Поэтому «Даат Микра» понимает сказанное иначе. По его мнению, приставка «ми» является предлогом «из», и здесь сказано, что другие народы в тревоге выйдут из своих укрепленных городов с целью, указанной в конце нашего предложения.

Вместе с этим, с таким пониманием сказанного существуют две следующие проблемы. Во-первых, в оригинальном тексте перед словом «Господь» стоит слово «эль» (אֶל), которое обычно переводится как предлог «к», но большинство комментаторов меняет его на слово «эт» (אֶת), что представляет собой определенный артикль и ставит следующее за ним слово в винительный падеж. Во-вторых, в соответствии с мнением большинства комментаторов, в конце нашего предложения Миха обращается к еврейскому народу. В принципе, такое уже встречалось в предложении №15, но там, по мнению большинства комментаторов, были приведены слова Бога, а не Михи, и такое понимание сказанного очень не нравилось «Даат Микра», который считает, что там Миха продолжал обращаться к Богу. Такого же мнения «Даат Микра» придерживается и в нашем предложении. «Даат Микра» считает, что после того как встревоженные другие народы выйдут из своих укрепленных городов, они в страхе поспешат к Богу, а точнее, к месту, где находится Его Божественное Присутствие. Во времена Машиаха Божественное Присутствие будет пребывать в иерусалимском Храме, и другие народы придут в Иерусалим к Богу еврейского народа (именно поэтому Миха использует слова «Бог наш»). Местоимение «тебя», завершающее наше предложение, по мнению «Даат Микра», следует писать с прописной буквы, так как здесь Миха говорит о том, что другие народы начнут страшиться Бога, а не своих божеств, в которых ранее верили.

Кто Бог как Ты, несущий грех и проходящий возле преступления для остатка надела своего! Не держит Он навечно гнев свой, ибо желает милости Он!

Далее Миха называет Бога несущим грех и проходящим возле преступления для остатка своего надела. Также как в предложении №14, наделом Бога назван еврейский народ, а остаток Его надела – это евреи, которые переживут бедствия, притеснения и гонения в период изгнания, и во времена Машиаха будут возвращены Богом на Землю Израиля. В принципе, «нести грех и проходить возле преступления» означает «прощать грехи», и Мальбим пишет, что это относится именно к остатку надела Бога, то есть прощение совершенных евреями грехов произойдет лишь после наказаний, которым они подвергнутся в период изгнания. По мнению «Мецудат Давид», Миха говорит о том, что еврейский народ полон греха, и с точки зрения закона не достоин того, чтобы Бог сделал для него все вышесказанное, но нет никого, кто так же прощает грехи, как Бог, поэтому евреи не останутся навсегда в изгнании. «Даат Микра» считает, что Миха, восславляя Бога, говорит о том, что никто не может сравниться с Его величием, и все же Он прощает совершаемые против Него грехи.

Прежде всего, Мальбим различает между значениями слов «грех» и «преступление». Слово «грех» в оригинальном тексте звучит как «авон» (עָוֹן), а слово «преступление» звучит как «пеша» (פֶּשַׁע). В трактате Йома (36, б) Вавилонского Талмуда сказано, что «авон» – это грех, сознательно совершенный из-за ереси, «пеша» – это бунт против власти Бога, а «хатаа» (חַטָּאָה), что переводится как «прегрешение», это грех, который был совершен по ошибке или под воздействием пагубных желаний. Слово «овэр» (עֹבֵר), переведенное здесь как «проходящий», Мальбим ставит в форму, указывающую на воздействие на другой объект, в данном случае «преступление», вследствие чего получает «удаляющий преступление». Слова «несущий грех и удаляющий преступление» Мальбим сравнивает с тем, что в Торе (Шмот 34, 7) о Боге говорит Моше: «…несущий грех, и преступление, и прегрешение…». По мнению Мальбима, в Торе сказано, что Бог терпит совершаемые евреями грехи, преступления и прегрешения, не наказывая за них, но все же о них помнит. Но в нашем предложении Миха говорит о том, что во времена Машиаха все изменится. Совершенные евреями преступления Бог удалит полностью, то есть сотрет их и не будет их помнить, но грехи, совершенные из-за ереси, продолжит терпеть и о них не забудет. Таким образом, сказанное в Торе отражает долготерпение Бога относительно совершаемых евреями грехов, преступлений и прегрешений, но в будущем Бог будет долготерпив лишь в отношении грехов, сознательно совершенных евреями из-за ереси. Поэтому во второй части нашего предложения сказано, что Бог не будет вечно «держать», то есть сохранять свой гнев в отношении еврейского народа, так как Он желает милости, то есть простит еврейский народ из-за того, что Он милостив.

Вернется, пожалеет Он нас, подавит Он грехи наши, и бросишь Ты в пучины морские все прегрешения их!

Слово «яшув» (יָשׁוּב) дословно переведено здесь как «вернется», но комментаторы понимают его значение по-разному. Рабби Авраам ибн Эзра, «Мецудат Давид» и «Даат Микра» считают, что это слово следует понимать как «снова». По мнению «Мецудат Давид», в начале нашего предложения Миха просит Бога пожалеть еврейский народ, как Он неоднократно жалел его прежде, когда прощал совершенные евреями грехи. «Даат Микра» пишет, что слово «йерахамену» (יְרַחֲמֵנוּ), переведенное здесь как «пожалеет Он нас», образовано от глагола «лерахем» (לרחם), который, кроме своего обычного значения «жалеть», обладает также значением «любить», и здесь оно используется именно в этом значении. По его мнению, в начале нашего предложения Миха просит Бога снова полюбить еврейский народ, как Он его любил ранее. Кроме этого, «Даат Микра» приводит два других мнения относительно значения слова «яшув». Согласно одному из них, это слово означает не «вернется», а «отвратится». В таком случае, в начале нашего предложения Миха просит Бога отвратиться от своего гнева, который был упомянут в предыдущем предложении, и снова полюбить еврейский народ. В соответствии с другим мнением, слово «яшув» следует понимать как «вернет», и в начале нашего предложения Миха просит Бога вернуть евреев на Землю Израиля и снова возродить их в качестве народа, живущего в своем суверенном государстве.

Вещь, брошенная в пучину моря, считается безвозвратно потерянной. Таким образом, во второй части нашего предложения Миха просит Бога аннулировать все совершенные евреями прегрешения.

Дай истину Яакову, благодеяние Аврааму, как поклялся Ты отцам нашим с дней древних.

Такого же мнения придерживается «Мецудат Давид», но он считает, что Миха, прося Бога осуществить свою клятву, данную Яакову в Бейт Эле, имеет в виду следующие слова Бога (Берешит 28, 14): «И будет потомство твое как прах земной, и распространишься ты на запад, и на восток, и на север, и на юг…».

Радак считает, что благодеянием Бога по отношению к Аврааму явилось Его обещание даровать потомству Авраама, а именно, сыновьям Яакова, Землю Израиля. Поэтому здесь Миха говорит Богу, что с Его стороны будет истиной осуществить это обещание. Во второй части нашего предложения, по мнению Радака, Миха просит Бога осуществить все свои клятвы, которое Он дал трем праотцам еврейского народа, включая Ицхака, который в нашем предложении не упомянут.

«Даат Микра» считает, что Яаковом и Авраамом Миха называет еврейский народ по именам его праотцов, а слова «истина» и «благодеяние» обладают эквивалентным значением, и означают «исполнение обещания». Так как Яакову было присуще качество «истина», а Аврааму – «благодеяние», Миха просит Бога дать истину Яакову и благодеяние Аврааму, но, в сущности, речь идет об исполнении обещаний, данных Богом праотцам еврейского народа. Относительно того, что в нашем предложении Миха не упоминает Ицхака, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Ицхак не упоминается из-за того, что в Торе нет клятвы, которую Бог дал лично Ицхаку. В Торе (Берешит 26, 3) Бог обещает Ицхаку исполнить клятву, данную Им его отцу Аврааму.