Хой, безмятежные в Ционе и уверенные на горе Шомрона, названные началом народов, и пришли к ним дом Израиля!

Раши и «Мецудат Давид» считают, что безмятежными в Ционе и уверенными на горе Шомрона Амос называет жителей обоих еврейских столиц, но не объясняют, почему они здесь названы безмятежными и уверенными. По их мнению, здесь Амос говорит о том, что столичные жители Йехуды и Израиля ранее считались лучшей частью народов, то есть всего человечества, из-за своих обычаев, но теперь к ним пришел весь дом Израиля, то есть их обычаи перенял весь еврейский народ. Что это означает, Раши и «Мецудат Давид» не объясняют.

Основываясь на том, что будет сказано в предложении №6, Радак считает, что Амос говорит о богачах Иерусалима и Шомрона, так как эти города были завоеваны в последнюю очередь, уже после того как остальное население соответствующих царств подверглось завоеванию и изгнанию. Несмотря на это, богачи Иерусалима и Шомрона оставались безмятежными, считали, что с ними ничего плохого не случится, и им была совершенно безразлична горькая судьба их соотечественников. По мнению Радака, началом, то есть лучшей частью, территории народов, названы Иерусалим и Шомрон, при этом речь идет о народах, населявших Землю Израиля до прихода туда евреев. Это означает, что Иерусалим и Шомрон являются лучшими местами Земли Израиля, и проживавшие там народы никогда бы с ними не расстались, но «пришли к ним дом Израиля», то есть евреи отняли у них эти места. В Торе (Бамидбар 13, 28-33) рассказывается о том, что посланные Моше разведчики после своего возвращения рассказали, что Земля Израиля населена сильными народами, которых победить ни в коем случае не удастся. И все же евреям удалось их победить, из чего следует, что это произошло по воле Бога. Но, несмотря на это, евреи, в частности, богачи Иерусалима и Шомрона, стали поступать Ему наперекор, перестали следовать законам Торы и переняли законы побежденных ими народов. Поэтому возникает вопрос: почему они отреклись от Бога, давшего им самую лучшую землю?

Мальбим пишет, что здесь начинается вступление к сказанному в предложении №7: «Поэтому теперь изгнаны будут они во главе изгнанников». По его мнению, это означает, что сначала изгнанию подвергнутся евреи, а затем – соседние с ними народы. Причем это касается как жителей царства Израиля, так и жителей Йехуды. Мальбим отмечает, что в Книге Ишаяху (10, 9) приведены слова царя Ашура, утверждающего, что он подверг изгнанию жителей Каркемиша, Кально, Арпада, Хамата и Дамесека, городов, находившихся на территории современной Сирии, но из нашего предложения следует, что они подверглись изгнанию после изгнания жителей царства Израиля. Точно так же жители Амона, Моава и плиштим подверглись изгнанию армией Невухаднэцера после изгнания жителей Йехуды. Таким образом, евреи всегда находились во главе изгнанников, и это вызывает у Амоса удивление, так как все вышеуказанные города и царства были гораздо слабее Йехуды и царства Израиля, и по логике вещей они должны были подвергнуться завоеванию в первую очередь.

Пройдите Кальне и смотрите, и идите оттуда в Хамат Рабу, и спуститесь в Гат плиштим! Лучше они царств этих? Больше ли пределы их, чем пределы ваши?

Кальне упоминается в Торе (Берешит 10, 10) как один из городов царства, основанного Нимродом в Земле Шинар, которая идентифицируется как Бавель. Основываясь на этом, Раши и Радак считают, что в нашем предложении Амос предлагает своим слушателям пройти через Бавель. Вместе с этим, во времена Амоса Бавель был всего лишь одной из провинций Ашура, а не независимым царством. Кроме этого, идентификация Кальне как Бавеля не укладывается в контекст излагаемого Амосом пророчества. Поэтому Мальбим и «Даат Микра» считают, что в нашем предложении имеется в виду город, упоминаемый в Книге Ишаяху (10, 9) как Кально. Во времена Амоса Кально был столицей одного из арамейских царств, а в настоящее время он представляет собой маленькую деревню Чаталвиран (36°34'41.44"N, 37°43'24.09"E), расположенную в провинции Алеппо на территории современной Сирии:

Слово «раба» (רַבָּה) дословно переводится как «большой» или «великий». Таким образом, город Хамат здесь назван Хамат Раба, то есть большой или великий Хамат, чтобы отделить его от других городов, которые носили такое же название, таких как Хамат в наделе Нафтали (Книга Йехошуа 19, 35) и Хамат Цова (Вторая Книга Хроник 8, 3). Следуя арамейскому переводу Йонатана, Раши идентифицирует Хамат Рабу как Антиохию, древний эллинистический город на территории современной Турции, на восточном берегу реки Эль-Аси (Оронт), который в настоящее время носит название Антакья (36°12'44.14"С, 36° 9'9.22"В):

Вместе с этим, в настоящее время известно, что Антиохия была основана Селевкидами в 4в. до н.э., то есть во времена Амоса этого города еще не было. Поэтому «Даат Микра» считает, что здесь идет речь о Хамате, которым во времена Давида правил царь Тои, выразивший Давиду свою признательность за то, что тот победил Хададэзера, непримиримого врага Тои, о чем рассказывается во Второй Книге Шмуэля (8, 9). Этот Хамат был очень древним городом, он впервые упоминается в нееврейских источниках, относящихся к 18 в. до н.э., в качестве города-царства. В начале 12в. до н.э. Хамат стал одним из важнейших городов империи хеттов, причем он вошел в нее в качестве конфедерата: им продолжал править свой царь, о чем свидетельствует Вторая Книга Шмуэля (8, 9). Затем царь Давид присоединил Хамат к еврейскому государству, а его сын, царь Шломо, укрепил этот город и сделал его одним из своих административно-хозяйственных центров (см. Вторую Книгу Хроник 8, 3-4). Но после раскола единого еврейского государства на Йехуду и Израиль жители завоеванных Давидом арамейских царств восстали против власти царей Израиля и обрели независимость. После этого и вплоть до своего завоевания Ашуром Хамат был независимым арамейским царством. На северо-западе его территория достигала залива Искендерун, то есть современной Турции, а на северо-востоке выходила к реке Евфрат. На юге царство Хамат граничило с Арамом Цовой и Арамом Дамесеком. Ее одноименной столицей был Хамат, который в настоящее время представляет собой сирийский город Гама (35°7'60"N, 36°45'0"E), расположенный на реке Оронт в центральной части современной Сирии:

Город Гат назван здесь Гат плиштим, опять же, чтобы отделить его от других городов, носивших такое же название, таких как Гат-Хефер (Вторая Книга Царей 14, 25) и Гат-Римон (Книга Йехошуа 21, 24). Гат плиштим означает, что речь идет о Гате, принадлежавшем государству плиштим. Как было сказано в комментарии к предложению №6 главы 1, государство плиштим представляло собой конфедерацию пяти княжеств, столицами которых были пять городов, одним из которых был Гат. Насчет местоположения Гата мнения исследователей расходятся. Часть их считает, что сейчас Гат – это курган Тель Ерани (31°36'45.25"N, 34°47'11.07"E), который расположен к востоку от современного города Кирьят-Гат, рядом с шоссе №35:

Это довольно большой курган, площадью в 250 дунамов, и на самом деле он состоит из двух разных курганов, один из которых большой, а другой – маленький (примерно в 20 дунамов). В прошлом курган методично раскапывался, и в результате раскопок обнаружилось, что большой курган скрывает в себе семь культурных слоев, а маленький – двенадцать, начиная с периода средней бронзы и заканчивая персидским периодом. При раскопках маленького кургана были обнаружены глиняные предметы египетского происхождения, которые были датированы 4-м тысячелетием до н.э. В настоящее время курган Тель Ерани выглядит так:

Другая часть исследователей определяет, как Гат, курган Тель Цафит (31°42'15.83"N, 34°51'1.52"E), расположенный в 3 км. к юго-юго-востоку от Кфар Менахема и в 3 км. восточнее шоссе №6:

Этот курган очень хорошо раскопан, сначала в 1899 г. англичанами, а начиная с 1996 г. и по сей день – профессором Аароном Мэиром из университета Бар Илан. В кургане были найдены многочисленные предметы, в том числе и относящиеся к периоду завоевания. Раскопкам профессора Мэира посвящен интернетовский сайт http://faculty.biu.ac.il/~maeira/. Кроме того, курган Тель Цафит представляет собой национальный парк. Вид кургана Тель Цафит с высоты птичьего полета:

Так как Гат находился в предгорьях Иудейских гор, а Иерусалим и Шомрон были расположены в горной местности, здесь Амос призывает жителей Иерусалима и Шомрона в него спуститься.

По мнению большинства комментаторов, в нашем предложении Амос предлагает жителям Иерусалима и Шомрона посетить два арамейских царства, столицами которых были Кальне и Хамат Раба, а также государство плиштим, и самим убедиться в том, что они хуже и меньше Йехуды и царства Израиля. Но зачем он им это предлагает, комментаторы понимают по-разному. Раши и «Мецудат Давид» считают, что жители Иерусалима и Шомрона должны воочию убедиться в том, что народы, проживающие в гораздо худших, чем они, условиях, и в гораздо меньших государствах, не изменили своим богам, в то время как они своему Богу изменили. Из этого следует, что боги, которым служат народы этих царств, неспособны обеспечить им комфортные для жизни условия и большие территории, подобные тем, что евреям обеспечил Бог, но все же евреи сменили Бога на божества этих народов. Следует отметить, что подобный упрек присутствует в Книге Ирмияху (2, 10-11), но «Даат Микра» подвергает мнение Раши и «Мецудат Давид» критике, указывая на то, что их понимание смысла сказанного в нашем предложении не соответствует контексту того, что будет сказано далее.

Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Мальбим считает, что евреи подвергнутся изгнанию прежде чем жители более слабых и более мелких соседних государств, и это означает, что евреи подвергнутся изгнанию по воле Бога. По его мнению, в нашем предложении Амос говорит о том, что изгнанники будут двигаться вместе с пленившей их армией Ашура. Сначала вместе с ней евреи достигнут Кальне, а после его завоевания и изгнания его населения они достигнут Хамата. После завоевания Хамата вместе с армией Ашура евреи спустятся в Гат плиштим, который тоже подвергнется завоеванию. Таким образом, по мнению Мальбима, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что после завоевания царства Израиля армией Ашура завоеванию подвергнутся Кальне, Хамат Раба и государство плиштим. Следует отметить, что с точки зрения географии такие передвижения армии Ашура выглядят довольно нелепо, но это тоже может указывать на то, что все происходило по воле Бога. Во второй части нашего предложения Амос предлагает евреям задуматься о причине, по которой более слабые, чем они, народы, все еще живут в своих государствах, в то время как евреи уже подверглись изгнанию. Может быть, причина состоит в том, что их царства лучше царства Израиля и Йехуды в военном аспекте, и армия Ашура опасается в них вторгаться? А может, они гораздо больше царства Израиля и Йехуды, поэтому их труднее завоевать? Ответы на оба этих вопроса являются отрицательными, из чего следует, что евреи подвергнутся изгнанию прежде соседних народов по воле Бога, который их накажет за совершаемые ими злодеяния.

Отдаляющие день зла, но приближаете вы совещание грабежа!

В оригинальном тексте это предложение довольно трудно для понимания, и здесь оно переведено в соответствии с мнением Радака, рабби Авраама ибн Эзры и «Даат Микра». По мнению этих комментаторов, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона не обращают внимания на предостережения пророков о том, что за совершаемые ими грехи Бог подвергнет их бедствиям. Они считают, что это пророчества осуществятся в отдаленном будущем, поэтому им не о чем волноваться. При этом Радак и рабби Авраам ибн Эзра отмечают, что подобные утверждения жителей Йехуды приведены в Книге Йехезкеля (12, 27): «Видение, которое он видит, о днях многих и о временах отдаленных он пророчествовал». «Даат Микра» к этому добавляет, что в первой части нашего предложения, возможно, сказано, что жители Иерусалима и Шомрона просто отмахиваются от мыслей о том, что за каждым совершенным ими грехом последует наказание. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «менадим» (מְנַדִּים), переведенное здесь как «отдаляющие», следует понимать как «призывающие», так как этим значением оно обладает в арабском языке. В соответствии с этим, в первой части нашего предложения сказано, что жители Иерусалима и Шомрона не отдаляют день зла, а, наоборот, его призывают. В таком случае, день зла – это не день, в который Бог подвергнет жители Иерусалима и Шомрона наказанию за грехи, а день, когда они смогут беспрепятственно совершать злодеяния, и это параллельно сказанному во второй части нашего предложения.

Слово «шевет» (שֶׁבֶת) переведено здесь как «совещание», но Раши и «Мецудат Давид» понимают его как «жительство», а относительно значения слова «менадим» их мнения разделились. Раши понимает его так же, как вышеупомянутые комментаторы, то есть считает, что в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона не обращают внимания на предостережения пророков Бога о наказании за совершаемые ими грехи. По мнению «Мецудат Давид» и рабби Шимшона, мнение которого приводит в своем комментарии Раши, слово «менадим» является производным от слова «лехитнайед» (להתנייד), что означает «двигаться». В соответствии с этим, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона своими злодеяниями сами себя двигают, то есть приближают ко дню зла, в который Бог подвергнет их наказанию. Следует отметить, что такое понимание значения слова «менадим» противоречит правилам ивритской грамматики.

В отличие от других комментаторов, Мальбим считает, что в первой части нашего предложения Амос говорит не о жителях Иерусалима и Шомрона, а о народах, которые были упомянуты в предыдущем предложении, и которые подвергнутся изгнанию после изгнания населения Йехуды и царства Израиля. По мнению Мальбима, в нашем предложении Амос объясняет, почему это случится, противопоставляя поведение жителей вышеупомянутых стран поведению жителей Йехуды и царства Израиля. В первой части нашего предложения Амос говорит о том, что народы, перечисленные в предыдущем предложении, подвергнутся изгнанию после жителей Йехуды и царства Израиля, так как они всеми силами отдаляют «день зла», то есть делают все возможное для того, чтобы враг не вторгся в их государства. Слово «шевет», переведенное здесь как «совещание», Мальбим понимает как «упразднение», а слово «грабеж» он ставит в творительный падеж. По его мнению, вторая часть нашего предложения звучит следующим образом: «но приближаете вы упразднение грабежом». В соответствии с этим, во второй части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона своими злодеяниями приближают день, в который царь Ашура (и царь Бавеля) подвергнет их грабежу и упразднит их государства. Таким образом, по мнению Мальбима, здесь Амос говорит о том, что соседние народы подвергнутся изгнанию после евреев, так как они всеми силами отдаляют «день зла», а евреи, наоборот, всеми силами стараются его приблизить. Каким именно образом евреи приближают день зла, будет сказано ниже.

Лежащие на ложах слоновой кости, и растянувшиеся на постелях своих, и едящие тучных баранов из стада, и телят из хлева!

В начале нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона проводят свои дни, возлежа на ложах слоновой кости. Это означает, что они, во-первых, ленивы, и во-вторых, любят роскошь, из-за чего обзаводятся ложами из слоновой кости.

Вместе с этим, слово «срухим» (סְרֻחִים), переведенное здесь как «растянувшиеся», может обладать также значениями «волочащиеся» и «воняющие». В первом значении это слово понимают Радак и «Мецудат Давид». По их мнению, здесь Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона покрывают свои постели широкими и длинными простынями, края которых волочатся по полу, что также указывает на их любовь к роскоши.

Во второй части нашего предложения Амос обвиняет жителей Иерусалима и Шомрона в чревоугодии. Он говорит о том, что они питаются тучными баранами, тщательно отобранными для этой цели из всего стада, а также телятами, которые были взяты из хлева, где их откармливали на убой. Следует отметить, что слово «марбэк» (מַרְבֵּק) переведено здесь как «хлев» в соответствии с мнением большинства комментаторов, но Раши переводит его на старофранцузский как «cople», что означает «пара». Под парой подразумевается пара быков, которую запрягают в плуг. В таком случае, в конце нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона питаются телятами, на которых их соотечественники вспахивали свои поля, то есть обвиняет их в грабеже своих соотечественников. Вместе с этим, мнение Раши в данном случае вызывает большие сомнения, во-первых, из-за того, что речь идет не о быках, а о телятах, и во-вторых, из-за того, что мясо тягловых животных вряд ли можно назвать деликатесом, в особенности для богатых жителей Иерусалима и Шомрона.

Играющие на невеле, как Давид думали они себе инструменты песенные!

Как было сказано в комментарии к предложению №23 предыдущей главы, невель – это древний струнный инструмент, похожий на арфу. Но значение причастия «хапортим» (הַפֹּרְטִים), начинающего наше предложение, не совсем ясно. Здесь оно переведено как «играющие» в соответствии с арамейским переводом Йонатана, которому следует «Даат Микра». В таком случае, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона любят играть на невеле. В современном иврите слово «хапортим» означает «перебирающие струны», и такой вариант его понимания предлагает Радак. В соответствии с этим, в первой части нашего предложения сказано, что жители Иерусалима и Шомрона перебирают струны невеля, то есть, опять же, на нем играют. Согласно другому мнению, которое предлагает Радак, причастие «хапортим» является производным от слова «прута» (פרוטה), что является названием самой мелкой древней медной монеты. В таком случае, здесь сказано, что жители Иерусалима и Шомрона скидываются каждый по пруте, чтобы заплатить играющему на невеле музыканту. Кроме этого, Радак приводит мнение мудрецов из неназванного источника, в соответствии с которым причастие «хапортим» является производным от слова «прат» (פרט), которое означает «деталь», а в данном случае используется в значении «деталь песни», то есть «нота». В соответствии с этим, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона, играя на невеле, тщательно выпевают каждую ноту песни, и такого мнения придерживаются Раши и «Мецудат Давид».

Пьющие чашами вино, и лучшими маслами умастят себя они, и не болели они об изломе Йосефа!

Вместе с этим, слово «мизрекей» является производным от глагола «лизрок» (לזרוק), который означает «кидать», и Раши в своем комментарии приводит мнения мудрецов рабби Ами и рабби Аси, приведенные в трактате Шабат (62, б) Вавилонского Талмуда. Один из них считает, что так называется длинный сосуд, обладающий двумя горлышками, из которых одновременно пьют два человека, «бросая», то есть переливая, друг другу находящееся в нем вино. По мнению другого мудреца, в начале нашего предложения Амос говорит о том, что в ходе пиров жители Иерусалима и Шомрона перебрасывались чашами с вином так, что оно не разливалось. В соответствии с этим, в начале нашего предложения Амос говорит о том, что жители Иерусалима и Шомрона не просто пьют вино в больших количествах, а делают это весьма изощренными способами.

Другие комментаторы придерживаются простого понимания текста, то есть считают, что жители Иерусалима и Шомрона умащивали себя самыми лучшими маслами. Следует отметить, что слово «решит» (רֵאשִׁית) переведено здесь как «лучшие» в соответствии с мнением всех комментаторов, но его дословным переводом является «начало». «Даат Микра» пишет, что это слово можно понимать и как «начало», так как масло, вытекающее из оливок в начале процесса отжима, считается самым лучшим.

В любом случае, большинство комментаторов считает, что в конце нашего предложения Амос говорит о том, что жителей Иерусалима и Шомрона совершенно не заботят пророчества, в соответствии с которыми царство Израиля или весь еврейский народ подвергнется бедствиям. Более того, своими грехами и своим поведением они эти бедствия приближают. Вместе с этим, Радак пишет, что жителей Иерусалима и Шомрона совершенно не заботят бедствия части жителей царства Израиля в период, предшествовавший правлению царя Израиля Яровама, сына Йоаша, когда они подверглись изгнанию в ходе войн с царствами Арама. В таком случае, в конце нашего предложения Амос говорит о том, что жителей Иерусалима и Шомрона не заботят страдания их изгнанных соплеменников. Похожее мнение приводит «Даат Микра», но он считает, что речь идет о страданиях неимущих слоев населения. В соответствии с этим, здесь Амос говорит о том, что богатых жителей Иерусалима и Шомрона, проводящих все дни в лени, в чревоугодии, в пьянстве и т.п., совершенно не заботит плачевное состояние слабых слоев населения.

Поэтому теперь изгнаны будут они во главе изгнанников, и устранен будет пир разлегшихся.

Прежде всего, следует обратить внимание на слово «теперь», которое означает «в скором будущем», после чего Амос говорит об изгнании. Из этого следует, что в нашем предложении идет речь о наказании, которому подвергнутся жители Шомрона, так как жители Иерусалима были изгнаны на 160 лет позже, и в их отношении слово «теперь» совершенно не подходит.

Рабби Авраам ибн Эзра и «Даат Микра» считают, что в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что богатые жители Шомрона подвергнутся изгнанию прежде, чем ему подвергнутся остальные жители этого города, то есть будут изгнаны в первую очередь. По их мнению, для богачей Шомрона это станет наказанием в соответствии с принципом «мера за меру»: так как они называли себя началом народов, как было сказано в предложении №1, они будут изгнаны в начале, то есть уйдут в изгнание первыми. Причину, по которой это явится для богачей Шомрона особым наказанием, объясняет «Даат Микра». Он пишет, что, став первыми изгнанниками, богачи Шомрона не встретят на чужбине своих соплеменников, которые говорят на их языке и помогут им устроиться на новом месте, поэтому им будет гораздо труднее, чем тем, кто будет изгнан впоследствии. Слово «теперь», по мнению «Даат Микра», связано со сказанным в предложении №3, где Амос обвинял богачей Шомрона в том, что те не обращают внимания на предостережения пророков о грядущих бедствиях, считая, что эти пророчества осуществятся в отдаленном будущем. Здесь Амос говорит им, что они неправы: эти пророчества осуществятся теперь, то есть очень скоро они подвергнутся изгнанию.

Слово «берош» (בְּרֹאשׁ) переведено здесь как «во главе» в соответствии с мнением большинства комментаторов, но «Мецудат Давид» понимает это слово как «на вершине», а точнее, «на пике». По его мнению, в первой части нашего предложения Амос говорит о том, что в наказание за все сказанное выше жители Шомрона вскоре испытают на себе пик, то есть максимальную степень, страданий и унижения, связанных с изгнанием.

Слово «мирзах» (מִרְזַח) переведено здесь как «пир» в соответствии с мнениями вышеуказанных комментаторов. Вместе с этим, в трактате Моэд Катан (28, б) Вавилонского Талмуда приведены слова мудреца по имени мар Зутра, из которых следует, что слово «мирзах» означает «скорбь», «траур». А в трактате Ктубот (69, б) того же Вавилонского Талмуда другой мудрец, мар Уква, прямо объясняет, что «мирзах» – это траур. В таком случае, во второй части нашего предложения речь, вроде бы, идет об устранении траура, но это не так. Слово «сар» (סָר), переведенное здесь как «устранен будет», является производным от глагола «ласур» (לסור), который, кроме значения «устраняться», может также означать «заходить». В соответствии с этим, во второй части нашего предложения Амос говорит о том, что к жителям Шомрона «зайдет траур», то есть что они будут пребывать в трауре. Слово «срухим», переведенное здесь как «разлегшиеся», мудрецы Талмуда не объясняют, но в комментарии к Вавилонскому Талмуду его объясняет Раши, причем в каждом трактате по-разному и не так, как в нашем предложении. В комментарии к трактату Моэд Катан он пишет, что слово «срухим» означает «многие», то есть во второй части нашего предложения сказано, что ко многим жителям Шомрона придет траур. А в комментарии к трактату Ктубот Раши объясняет значение слова «срухим» как «великие». В таком случае, здесь сказано, что траур посетит высокопоставленных жителей Шомрона.

Рабби Авраам ибн Эзра понимает слово «мирзах» как «песнопение», а остальные слова, используемые во второй части нашего предложения, он понимает так, как они здесь переведены. В соответствии с этим, здесь Амос говорит о прекращении песнопений тех, кто разлегся на своих ложах, и это соответствует предложению №5, где было сказано, что жители Шомрона услаждали свой слух песнями и игрой на музыкальных инструментах.

Следует отметить, что слово «мирзах» в форме «марзэах» используется в Книге Ирмияху (16, 5), где Бог запрещает Ирмияху приходить в дома людей, пребывающих в трауре, и принимать участие в оплакивании усопших. По мнению «Даат Микра», там слово «мирзах» также означает «пир», но не радостный, как в нашем предложении, а траурный, то есть там оно используется в значении «поминки».

Поклялся Господь Бог душой своей, речь Господа, Бога Воинств: «Питаю отвращение Я к великолепию Яакова, и дворцы его ненавижу Я, и предам Я город и наполнение его».

В первой части нашего предложения Бог объясняет, по какой причине Он клянется предать Иерусалим и Шомрон в руки врага, и относительно того, что здесь сказано, мнения комментаторов существенно разделились. Яаковом здесь, вне всякого сомнения, назван еврейский народ. Большинство комментаторов считают, что великолепием Яакова Бог называет иерусалимский Храм. Доказывая это, Раши ссылается на сказанное в Книге Йехезкеля (24, 21), где Храм назван великолепием силы жителей Йехуды. «Мецудат Цион» ссылается на другое место Книги Йехезкеля (7, 20), где, по мнению большинства комментаторов, Храм также назван великолепием, а «Мецудат Давид» с той же целью ссылается на сказанное в Псалмах (47, 5). В любом случае, по мнению большинства комментаторов, здесь Бог говорит о том, что питает отвращение к Храму и ненавидит дворцы, возведенные жителями Иерусалима и Шомрона, поэтому клянется, что предаст эти города и их жителей в руки завоевателей. Отвращение Бога к Храму объясняется тем, что в Храме Ему служат грешники, о чем говорилось в предложениях №21-№23 предыдущей главы. А дворцы, построенные жителями Иерусалима и Шомрона, Бог ненавидит из-за поведения их обитателей, о котором говорилось в предложениях №3-№6 нашей главы.

Слово «метаэв» (מְתָאֵב) переведено здесь как «питаю отвращение» в соответствии с мнением большинства комментаторов, которые, следуя арамейскому переводу Йонатана, меняют букву «алеф» (א) в этом слове на букву «айн» (ע), в результате чего получают слово «מְתָעֵב», обладающее именно этим значением. Вместе с этим, в оригинальном тексте присутствует слово «מְתָאֵב», означающее «жаждать», «страстно желать», и так его понимает «Мецудат Давид». В таком случае, в нашем предложении Бог говорит о том, что Он страстно желает продолжения существования Храма, но в то же время ненавидит возведенные евреями дворцы из-за грехов, совершаемых их обитателями. Поэтому Бог клянется предать Иерусалим и Шомрон в руки врагов вместе с их наполнением, включая любимый Им Храм, так как после разрушения Иерусалима за грехи его жителей Храм потеряет всю свою значимость. Следует отметить, что «Даат Микра» объявляет такое понимание сказанного довольно сомнительным.

В своем комментарии «Даат Микра» приводит ряд альтернативных мнений относительно значения слова «геон», которое здесь переведено как «великолепие», и которое «Даат Микра» понимает как «высота», а большинство комментаторов – как «Храм». Прежде всего, «Даат Микра» пишет, что это слово действительно может означать «Храм», так как Храм, во-первых, находился на горе, и во-вторых, был хорошо укрепленным местом. В таком случае, смысл сказанного остается тем же, как его понимает «Даат Микра», а именно, что Бог питает отвращение к построенным евреями крепостям или к их горам. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «геон» означает «гордыня». В соответствии с этим, Бог говорит либо о том, что питает отвращение к гордыне евреев, утверждающих, что их процветание обеспечено их собственными усилиями. Либо имеется в виду гордыня богатых жителей Иерусалима и Шомрона, о которых рассказывалось в начале нашей главы.

И будет, если останутся десять человек в доме одном, то умрут они.

В отличие от других комментаторов, «Даат Микра» считает, что десять человек, о которых здесь сказано, будут единственными горожанами, кто выживет во время завоевания города неприятелем. Они соберутся в одном доме, так как все остальные дома будут разрушены завоевателями, но все равно умрут, как сказано в конце нашего предложения. «Даат Микра» также приводит мнение, согласно которому слово «байт» (בַיִת), переведенное здесь как «дом», следует понимать как «бейт ав» (בית אב), что означает «семейный клан». В древности семейные кланы насчитывали сотни человек, но здесь сказано, что в каждом из них останется всего десять, но и те долго не проживут. Кроме этого, «Даат Микра» пишет, что из того, что будет сказано в следующем предложении, следует, что умрут лишь девять человек, а один все же выживет, и это соответствует сказанному в предложении №3 предыдущей главы, где шла речь о гибели 90% населения.

И понесет дядя его и сжигающий его, вынести кости из дома этого, и скажет он тому, кто в глубине дома: «Еще с тобой?», и скажет он: «Ничто», и скажет он: «Молчи, ибо не упоминать Имя Господа!».

Прежде всего, в этом предложении используется уникальное слово «месарфо» (מְסָרְפוֹ), переведенное здесь как «сжигающий его» в соответствии с мнением большинства комментаторов, считающих, что букву «самех» (ס) в нем следует поменять на «син» (ש), в результате чего получается слово «מְשָרְפוֹ», обладающее именно этим значением. Вне всякого сомнения, в начале нашего предложения идет речь о дяде хозяина дома, о котором говорилось в предыдущем предложении, где было сказано, что тот в нем умрет вместе со всеми, кто находится в доме. Здесь сказано, что этот человек будет выносить из дома кости своего племянника и других людей, и он же назван здесь сжигателем своего племянника. Объясняя, зачем дяде понадобится его сжигать, Мальбим ссылается на Первую Книгу Шмуэля (31, 12), где рассказывается о том, что точно так же жители Явеш Гилада поступили с телами царя Шауля и его сыновей, павших в бою с плиштим на горе Гильбоа. Это может свидетельствовать о том, что в древности существовал обычай сжигать трупы. Кроме этого, Мальбим приводит мнение Радака (которое в его комментарии отсутствует), в соответствии с которым люди сжигали трупы тех, кто умер во время эпидемии, чтобы предотвратить ее распространение. Вместе с этим, если находившиеся в доме люди умерли от мора, там должны были находиться их трупы, а не кости. Объясняя эту неувязку, «Даат Микра» обращает внимание на то, что слово, переведенное здесь как «кости» в соответствии с мнением всех комментаторов, в оригинальном тексте звучит как «ацамим» (עֲצָמִים), в то время как «кости» на иврите «ацамот» (עצמות). В современном иврите слово «ацамим» означает «неодушевленные предметы», и «Даат Микра» предполагает, что в нашем предложении это слово может означать «трупы». Мальбим также объясняет причину, по которой Амос здесь говорит именно о дяде. По его мнению, в доме, о котором здесь идет речь, погибнут отец, его сыновья и его братья, после чего наследником его имущества станет брат его отца, то есть дядя. В качестве наследника дядя займется очисткой дома от ритуальной нечистоты, для чего ему понадобится вынести из него трупы, которые он также будет обязан предать погребению.

«Мецудат Цион» считает, что слово «додо» (דּוֹדוֹ), переведенное здесь как «дядя», это дядя со стороны отца, а «месарфо» – это дядя со стороны матери. В соответствии с этим, в начале нашего предложения сказано о дяде со стороны отца и о дяде со стороны матери, которые будут выносить кости тех, кто умер в доме. Вместе с этим, рабби Авраам ибн Эзра пишет, что такое понимание значения слова «месарфо» высосано из пальца, и с ним соглашается «Даат Микра». В любом случае, «Мецудат Давид», так же как Раши, считает, что эти два дяди будут выносить из дома кости сгоревших во время пожара, чтобы они тоже не сгорели, как плоть их родственников. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «месарфо» следует понимать как «собирающий его», так как в этом значении оно используется в арабском. В таком случае, в начале нашего предложения речь идет о дяде хозяина дома, собирающем кости или трупы своих умерших родственников.

Слово «яркетэй» (יַרְכְּתֵי) переведено здесь как «глубина» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Мальбим считает, что его следует понимать как «в дальнем углу двора», то есть, по его мнению, речь идет о слуге, который сидит снаружи. Он единственный, кто останется в живых, но не захочет заходить в дом из-за того, что там находятся люди, умершие от заразной болезни, и из-за страха, что дом может обрушиться. Дядя его спросит, есть ли в доме живые люди, а тот ему ответит, что живых людей в доме не имеется.

Мальбим пишет, что человек, у которого умирает родственник, должен произнести благословение «судья истинный», где упоминается Имя Бога, а если он становиться наследником, должен также произнести соответствующее благословение, где Имя Бога тоже упоминается. По его мнению, слова, приведенные в конце нашего предложения скажет дяде умершего хозяина дома обнаруженный им слуга. Дядя захочет произнести полагающиеся благословения, а слуга ему скажет, чтобы тот молчал, так как сейчас для этого неподходящее время. Свои слова слуга объяснит в следующем предложении.

Ибо вот Господь велит, и ударит он, дом большой – осколки, а дом малый – обломки.

Комментаторы расходятся во мнениях относительно субъекта, обозначенного местоимением «он», и, соответственно, по-разному понимают причину того, что произойдет с домами Иерусалима и Шомрона. Следуя арамейскому переводу Йонатана, Раши и «Мецудат Давид» считают, что местоимение «он» указывает на завоевателей. В соответствии с этим, в первой части нашего предложения сказано, что Бог велит неприятелю нанести удар по домам Иерусалима и Шомрона, и неприятель по ним ударит. По мнению Радака и Мальбима, это местоимение указывает на ангела разрушения, которому Бог велит нанести удар, и тот его нанесет. В таком случае, в нашем предложении Амос говорит о том же землетрясении, которое упоминалось в предложении №1 главы 1, и о котором в предложениях №14-№15 было сказано, что оно разрушит множество домов царства Израиля. «Даат Микра» в своем комментарии приводит обе версии.

Следуя арамейскому переводу Йонатана, Раши и «Мецудат Давид» считают, что обломки больше осколков. В соответствии с этим, во второй части нашего предложения сказано, что большие дома будут разрушены сильнее, чем малые. При этом Раши приводит в своем комментарии арамейский перевод Йонатана второй части нашего предложения, который звучит следующим образом: «…и сотрет он царя большого сильно, а царя малого – слабо». Кто именно подразумевается под большим и малым царем Раши не объясняет, но это объясняет «Мецудат Давид». Он пишет, что большой царь – это царство Израиля, а малый царь – Йехуда, так как в царстве Израиля жили десять колен, а в Йехуде – всего два, и оно занимало гораздо большую территорию. В соответствии с этим, здесь Амос говорит о том, что враг по велению Бога разобьет царство Израиля гораздо сильнее, чем Йехуду. Это означает, что восстановление царства Израиля займет гораздо больше времени, чем восстановление Йехуды, так как население царства Израиля вернется из изгнания лишь во времена Машиаха, а население Йехуды – через семьдесят лет Вавилонского изгнания.

Побегут ли по скале лошади, вспашет ли он быками? Ибо превратили вы в рош закон и плод праведности – в полынь.

По мнению всех комментаторов, рош – горькое и ядовитое растение, но относительно его идентификации мнения современных исследователей разделились. В иврите слово «рош» (רֹאשׁ) означает «голова», часть исследователей считает, что рош – это снотворный мак (лат. Papaver somniferum), так как его плод напоминает голову. С древности это растение выращивается с целью получения опиума, но оно довольно ядовито. Снотворный мак выглядит так:

Другие исследователи считают, что рош – это пятнистый болиголов (лат. Conīum), двухлетнее травянистое растение семейства Зонтичные. Болиголов ядовит гораздо больше мака, и его экстракт является одним из древнейших известных человеку ядов:

Теперь следует прояснить риторический вопрос, задаваемый Амосом в первой части нашего предложения. Все комментаторы считают, что слово «скала» относится к обоим его фрагментам. Таким образом, своим риторическим вопросом Амос утверждает, что лошади по скале не бегают, и ее невозможно вспахать быками. Что под этим подразумевается, комментаторы понимают по-разному, и, следовательно, по-разному понимают смысл сказанного в нашем предложении.

По мнению большинства комментаторов, сказанное во второй части нашего предложения является антитезой сказанному в его первой части. Поэтому слово «ки» (כִּי), переведенное здесь как «ибо» в соответствии с его прямым значением и мнением Мальбима, большинство комментаторов понимает как «но». По их мнению, во второй части нашего предложения Амос говорит евреям, что, превращая закон в рош, а плод праведности – в полынь, они поступают неестественно и похожи на человека, который гонит свою лошадь по скале или пытается ее вспахать плугом на быках. Это означает, что своими действиями они наносят себе лишь вред, как люди, о которых говорится в первой части нашего предложения.

Радак считает, что законом Амос называет базисные законы человеческого общества, а то, что евреи превращают закон в рош, означает, что они вершат неправедный суд и тем самым разрушают общественное устройство, то есть способствуют воцарению анархии. В Книге Ишаяху (32, 17) сказано, что праведность дает людям мир, спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Ссылаясь на это, Радак пишет, что в конце нашего предложения Амос говорит о том, что, превращая плод праведности в полынь, евреи всего этого себя лишают. Именно поэтому их действия сравниваются здесь с рошем и полынью, горькими растениями, яд которых способен убить человека.

В отличие от других комментаторов, слово «ки», начинающее вторую часть нашего предложения, Мальбим понимает именно как «ибо» и считает, что в ней Амос приводит причину, по которой евреи не смогут противостоять завоевателям и избежать от голода. Закон, по его мнению, это заповеди Торы, регулирующие взаимоотношения между людьми, а праведность – это заповеди, которые регулируют отношения между людьми и Богом. По мнению Мальбима, соблюдение закона является необходимым условием достижения военной победы. В доказательство этому утверждению Мальбим приводит главы 19-20 Второй Книги Хроник, где рассказывается о том, что царь Йехуды Йехошафат одержал победы над всеми своими внешними врагами лишь после того как назначил судей в каждом городе своего государства. Кроме этого, Мальбим приводит мишну Пиркей Авот (5, 8), где сказано, что вторжения завоевателей являются следствием неправедного суда. Праведный суд, по мнению Мальбима, является сладостью, так как соблюдение в государстве закона и порядка гарантирует его населению спокойную жизнь. Но, как здесь сказано, евреи превратили закон в рош, что является символом горечи, и это означает, что закон и порядок не соблюдается ни в Йехуде, ни в царстве Израиля, так как там вершится неправедный суд, из-за которого евреи не смогут противостоять завоевателям. Объясняя причину, по которой несоблюдение заповедей, регулирующих отношения людей и Бога, приведет жителей обоих царств к голоду, Мальбим привлекает сказанное в Торе (Дварим 11, 13-17), где Бог говорит о том, что если евреи будут верно Ему служить, Он обеспечит им своевременное выпадение осадков и Земля Израиля будет давать обильные урожаи. В противном случае ни дождей, ни урожаев не будет, что означает голод. Таким образом, для того, чтобы евреи не голодали, они должны соблюдать данные им Богом заповеди, но здесь сказано, что евреи превратили плод праведности в полынь, что означает, что вместо служения Богу они стали служить идолам, и это повлечет за собой голод.

Радующиеся ничему, говорящие: «Разве не силой нашей обрели мы себе рога?»!

Слова «лело давар» (לְלֹא דָבָר) переведены здесь как «ничему» в соответствии с мнением большинства комментаторов, считающих, что в первой части нашего предложения Амос говорит жителям царства Израиля, что то, чему они радуются, долго не просуществует, и оно, в сущности, представляет собой «ничто». Относительно того, чему именно радуются жители царства Израиля, мнения комментаторов разделились. По мнению Раши и «Мецудат Давид», они радуются своему богатству, величию и процветанию, а Амос им говорит, что все это вскоре закончится. Радак и «Даат Микра» считают, что жители царства Израиля радуются своей безмятежности и уверенности в завтрашнем дне, о которых говорилось в предложении №1. Как было выше сказано в комментарии, там шла речь о богатых жителях Шомрона, а далее, в предложениях №3-№6, Амос говорил о том, что они живут в свое удовольствие. По мнению этих комментаторов, именно это в нашем предложении Амос называет «ничто», так как в следующем предложении выяснится, что вскоре они этому радоваться перестанут.

В предложении №1 главы 1 было сказано, что Амос пророчествовал в период правления царя Израиля Яровама, сына Йоаша. Радак и Мальбим, объясняя смысл заявления жителей царства Израиля, приведенного во второй части нашего предложения, ссылаются на сказанное во Второй Книге Царей (14, 25-27) о царствовании Яровама, сына Йоаша. Об этом царе Израиля там сказано следующее: «Он вернул предел Израиля от подхода к Хамату до Моря Степного, как слово Господа, Бога Израиля, которое говорил Он рабу своему, Йоне, сыну Амитая, пророку, который из Гат ха-Хефера. Ибо увидел Господь мучение Израиля горестное очень, и нет собранного, и нет покинутого, и нет помощника Израилю. И не говорил Господь стереть имя Израиля из-под небес, и избавил Он их посредством Яравама, сына Йоаша». Для того чтобы понять, что все это означает, читателю рекомендуется обратиться к соответствующему комментарию ко Второй Книге Царей. Здесь же вкратце следует отметить, что в период, предшествовавший правлению Яровама, сына Йоаша, царство Израиля подверглось неоднократным вторжениям армии Арама, в результате чего лишилось обширных территорий, и его жители находились в плачевном состоянии. Бог использовал армию Арама в качестве орудия наказания жителей царства Израиля, которые были идолопоклонниками, в надежде на то, что они попросят Его о помощи и к Нему вернутся. Но те продолжали служить идолам, и Бог понял, что Его наказание не достигает цели, и если оно будет продолжаться, все закончится полным уничтожением населения Израиля, а этого в планах Бога не было. Поэтому Он сжалился над жителями царства Израиля и наделил их царя Яровама, сына Йоаша, способностью победить армию Арама и отвоевать ранее захваченные Арамом территории.

Сказанное во второй части нашего предложения Мальбим понимает так же, как Радак, но сказанное в его первой части он понимает не так, как другие комментаторы. Слова «лело давар», переведенные здесь как «ничему» в соответствии с мнением большинства комментаторов, дословно переводятся как «не слову», и именно так их понимает Мальбим. По его мнению, когда Бог наделил Яровама, сына Йоаша, способностью одержать победу над Арамом, Он уже знал, что в будущем жители царства Израиля подвергнутся изгнанию из-за совершаемых ими грехов. Но все же Бог избавил их от притеснений со стороны Арама, так как решение об изгнании жителей царства Израиля тогда еще не было Им принято. Оно было Им принято несколько позже, а именно, тогда, когда Амос произнес приведенное здесь пророчество, и из сказанного в Книге Ишаяху (7, 8) следует, что это произошло за 65 лет до изгнания жителей царства Израиля в Ашур. Таким образом, Яровам, сын Йоаша, смог одержать победу над Арамом из-за того, что тогда еще «не говорил Господь стереть имя Израиля из-под небес», то есть еще не решил уничтожить это государство, а его жителей подвергнуть изгнанию. При этом «увидел Господь мучение Израиля горестное очень, и нет собранного, и нет покинутого, и нет помощника Израилю». Это означает, что Бог понял, что если Он бросит жителей царства Израиля на произвол судьбы, их государство будет уничтожено, а они сами подвергнутся изгнанию, в то время как решение об этом Им еще принято не было. Поэтому, чтобы предотвратить такое развитие событий, Бог был вынужден наделить царя Израиля Яровама, сына Йоаша, способностью победить Арам. Обо всем этом жителям царства Израиля сообщил пророк Йона, сын Амитая, как сказано в вышеприведенном месте Второй Книги Царей. В частности, он рассказал жителям царства Израиля, что их спасение было обусловлено тем, что «не говорил Господь стереть имя Израиля из-под небес», то есть что Он еще не сказал об этом свое слово. И Амос называет жителей царства Израиля радующимися «не слову», так как они радовались, что Бог не принял решение об их уничтожении. Из этого они сделали вывод, что Бог не воевал с ними на стороне армии Арама, но, с другой стороны, не принимал участия в военных действиях и на стороне царства Израиля, то есть позволил событиям развиваться естественным путем. А из этого, в свою очередь следует, что победа царства Израиля над Арамом явилась результатом не помощи Бога, а собственной силы и доблести жителей царства Израиля, о чем они заявляют во второй части нашего предложения. За это Бог их накажет в соответствии с принципом «мера за меру», о чем будет сказано в следующем предложении.

Слово «карнаим» (קַרְנָיִם) переведено здесь как «рога», но в соответствии с мнением, которое приводит «Даат Микра», оно также может использоваться в двояком значении. Кроме «рога» в смысле «способность побеждать врагов», оно может указывать на город, упоминаемый в Торе (Берешит 14, 5) как Аштарот Карнаим, а в ряде других мест ТАНАХа – просто как Аштарот. В настоящее время этот город представляет собой курган Тель-Аштара в Сирии (32°48'14.81"N, 36° 0'55.91"E), в 30 км. восточнее Эйн Гева:

В соответствии с этим, во второй части нашего предложения Амос приводит слова жителей царства Израиля, которые хвалятся тем, что город Аштарот Карнаим, ранее завоеванный армией Арама, был отвоеван ими обратно их личной силой и доблестью.

«Но вот Я ставлю на вас, дом Израиля, – речь Господа, Бога Воинств, – народ, и придавят они вас от подхода к Хамату до Ручья степного».

Для того чтобы понять, о чем именно здесь идет речь, следует обратить внимание на используемые в нашем предложении топонимы. Хамат упоминался в предложении №2, и там в комментарии было сказано, что он находился либо в южной части современной Турции, либо в центральной части современной Сирии. Подход к Хамату, по мнению комментаторов, это ведущая к нему дорога. Важно отметить, что в Торе (Бамидбар 34, 8) и в Книге Йехошуа (13, 5) подход к Хамату определен как северо-западная оконечность Земли Израиля.

«Даат Микра» приводит два других мнения относительно идентификации этого ручья. Слова «ручей степной» в оригинальном тексте звучат как «нахаль хаарава» (נַחַל הָעֲרָבָה), а в Книге Ишаяху (15, 7), где идет речь о Моаве, присутствует топоним «нахаль хааравим» (נַחַל הָעֲרָבִים). Согласно одному из мнений, здесь и в Книге Ишаяху говорится об одном и том же ручье, и им является ручей Заред в его нижнем течении, служивший южной границей Моава и впадающий в южную часть Мертвого моря:

Согласно другому мнению, Ручей степной – это один из ручьев, протекающих через степи Моава и впадающих в южную часть Мертвого моря недалеко от ручья Заред.

Теперь следует еще раз рассмотреть отрывок из Второй Книги Царей, приведенный в комментарии к предыдущему предложению. В частности, там сказано, что царь Израиля Яровам, сын Йоаша, «вернул предел Израиля от подхода к Хамату до Моря Степного», а здесь Бог говорит о том, что народ, поставленный Им против жителей царства Израиля, придавит их «от подхода к Хамату до Ручья степного». Таким образом, жители царства Израиля, чье заявление было приведено в предыдущем предложении, считали, что победы, одержанные ими под командованием их царя Яровама, сына Йоаша, были достигнуты благодаря их собственной силе и доблести, без всякой помощи со стороны Бога. Хотя в отрывке из Второй Книге Царей, приведенном в комментарии к предыдущему предложению, сказано, что это не так. Поэтому в нашем предложении Бог говорит о том, что докажет жителям царства Израиля, что они ошибаются. Он поставит против жителей царства Израиля народ, который придавит их на всей территории, завоеванной Яровамом, сыном Йоаша, и тем самым накажет их за отрицание Его помощи.

Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Мальбим считает, что Яровам, сын Йоаша, смог произвести все свои завоевания, так как в то время Бог еще не вынес жителям царства Израиля свой приговор, в соответствии с которым их государство должно было подвергнуться завоеванию, а они сами – изгнанию. Кроме этого, Бог видел, что без Его помощи все это неминуемо случится, и поэтому помог Яроваму, сыну Йоаша, одержать победу над Арамом, несмотря на то, что он сам и практически все его подданные были идолопоклонниками. Здесь, по мнению Мальбима, Бог говорит о том, что теперь все изменилось. Он поставит против жителей царства Израиля народ, который придавит их «от подхода к Хамату до Ручья степного». Это означает, что этот народ вторгнется в царство Израиля по велению Бога, который уже вынес его жителям свой приговор, поэтому все достижения Яровама, сына Йоаша, будут Им аннулированы.