И посмотрел я, и поднял я глаза мои, и увидел, и вот свиток летит.

Йонатан и Радак понимают сказанное в этом предложении по-простому, то есть здесь Зхарья рассказывает о том, что поднял свои глаза и увидел летящий свиток. Так же понимает это и «Даат Микра», но, по его мнению, Зхарья увидел свиток, который нес ветер.

Рав Йосеф Каро, целиком основываясь на вышеуказанном трактате Вавилонского Талмуда, пишет, что этот свиток видели трое: Иов, Йехезкель и Зхарья. При этом Иов и Йехезкель его размеров не указали, но это сделает Зхарья в следующем предложении.

Рабби Элиэзер из Божанси считает, что Зхарья увидел развернутый летящий свиток, который должен был облететь весь мир, чтобы наказать злодеев, о чем будет сказано в предложении №4.

Авраванэль пишет, что смысл предыдущего видения светильника заключался в будущем окончательном освобождении еврейского народа во времена Машиаха, но темой этого и двух следующих видений будет разрушение Второго Храма и последующее за ним изгнание жителей Йехуды. Для того чтобы Зхарья не удивлялся, как это окончательное освобождение связано со строительством Второго Храма, и почему оно не произошло после возвращения евреев из Вавилонского изгнания, ангел ему объяснит, что в период Второго Храма евреи станут совершать всевозможные грехи, и когда чаша терпения Бога переполнится, Он подвергнет их изгнанию. Авраванэль считает, что свиток, который увидел Зхарья, был заполнен текстом и с лицевой, и с обратной стороны, из чего следует, что, и по его мнению, это был тот же свиток, который ранее видел Йехезкель. В нем содержался список преступлений и преступников, и в этом плане он был подобен списку, который ведет владелец торгового заведения, отпускающий товары в кредит. По истечении определенного периода времени такой торговец предъявляет этот список покупателям, и взимает с них плату за все приобретенные ими товары. Точно так же Бог сдерживал свой гнев в отношении евреев в период Второго Храма в надежде, что они раскаются в совершаемых ими грехах. Но так как этого не случилось, в конечном итоге Бог предъявил им список совершенных ими грехов, и взыскал с них за эти грехи единовременно.

И сказал он мне: «Что ты видишь?», и сказал я: «Я вижу свиток летящий, длина его двадцать в локтях, и ширина его десять в локтях».

Рав Йосеф Каро в своем комментарии сначала пересказывает сказанное о значении размеров свитка в трактате Эрувин (21, а) Вавилонского Талмуда (см. комментарий к предыдущему предложению), а затем предлагает простое понимание того, что говорит Зхарья. По мнению рава Йосефа Каро, в увиденном Зхарьей свитке были записаны все совершенные евреями грехи. Раньше Зхарья этот свиток не видел, так как тот был спрятан, и это означает, что ранее Бог взыскивал за грехи с отдельных людей по своему усмотрению. Но сейчас этот свиток летит по воздуху, и это означает, что теперь Бог собирается взыскать за грехи со всех грешников.

Мальбим, так же как рабби Авраам ибн Эзра, считает, что размеры свитка указывают на то, что он вылетел из Храма, но, по его мнению, они совпадают с размерами проема на входе в Храм, высота которого была двадцать локтей, а ширина – десять.

Радак пишет, что, несмотря на то, что время осуществления этого видения Зхарьи явно не указано, он склоняется к тому, что оно относится к временам Зхарьи, так как тогда было много грешников, в частности, воров и клятвопреступников, о чем рассказывается в Книге Эзры. Радак также объясняет, что воровство является более легким грехом, чем клятвопреступление, но, несмотря на это, в двух следующих предложениях будет сказано, что воры подвергнутся такому же наказанию, как клятвопреступники, так как первый грех часто приводит ко второму. Относительно размеров свитка Радак следует вышеприведенному мнению рабби Авраама ибн Эзры.

Авраванэль является единственным комментатором, обращающим внимание на вопрос, заданный Зхарье ангелом. Как было сказано выше, такой же вопрос ангел задал Зхарье в предложении №2 предыдущей главы, и Авраванэль там ему удивлялся, так как, по логике вещей, Зхарья видел то, что Бог ему показывал в видении. Но так как лишних вопросов ангел Зхарье задавать не мог, Авраванэль там объяснил, что ангел спросил Зхарью не о том, что тот видит, а какие выводы он сделал из того, что увидел ранее. Таким же смыслом заданный ангелом вопрос обладает и в нашем предложении. Как было сказано в комментарии к предыдущей главе, описанное там видение светильника означало окончательное освобождение еврейского народа во времена Машиаха. Но Зхарья принадлежал к поколению, девятнадцать лет назад освободившемуся из Вавилонского изгнания и вернувшемуся на Землю Израиля. Исходя из этого, видение светильника означало, что освобождение из Вавилонского изгнания не было окончательным, Второй Храм, который тогда строили вернувшиеся на Землю Израиля евреи, будет разрушен, а сами они подвергнутся второму изгнанию. И чтобы узнать, понял ли это Зхарья, ангел спросил его, что тот видит относительно будущего еврейского народа. На этот вопрос Зхарья ему ответил, что видит летящий свиток, и, по мнению Авраванэля, это означает, что свиток размерами двадцать на десять локтей падал с небес на землю. Относительно размеров свитка Авраванэль пишет, что они совпадали с размерами Храма, и это вызывает удивление, так как размеры здания Храма составляли шестьдесят на двадцать локтей, или семьдесят на двадцать локтей вместе с Уламом, о чем сказано в Первой Книге Царей (6, 2-3). Но, по-видимому, Авраванэль имеет в виду одно из помещений Храма, как считает часть вышеупомянутых комментаторов. И так же часть комментаторов, Авраванэль считает, что этот свиток ранее видел Йехезкель, но к этому добавляет, что во времена Йехезкеля этот свиток указывал на изгнание и разрушение Первого Храма. А сейчас его же увидел Зхарья, и теперь он указывает на то же самое, то есть на еще одно изгнание и на разрушение Второго Храма.

И сказал он мне: «Это – проклятие, исходящее на всю Землю, ибо всякий ворующий от этого как оно очищен, и всякий клянущийся от этого как оно очищен.

Рассмотрим мнения комментаторов, понимающих значение слов «ника» так, как они здесь переведены. Одним из них является Раши, который считает, что проклятием ангел называет увиденный Зхарьей свиток, так как в нем было записано проклятие за принесение ложных клятв Именем Бога. Следует отметить, что в нашем предложении ангел также упоминает воров, но Раши почему-то их опускает. По его мнению, здесь сказано, что этот свиток исходит из Святой Святых Храма, где находится Божественное Присутствие, то есть, грубо говоря, от Бога, чтобы пройти по всей Земле и подвергнуть грешников наказанию. При этом Раши пишет, что размеры этого свитка, указанные в предыдущем предложении, были равны размерам проема на входе в здание Храма. Во второй части нашего предложения, по мнению Раши, ангел описывает ситуацию, существовавшую до того как свиток с проклятием покинул Храм. Тогда каждый, кто воровал, «от этого проклятия, как оно сформулировано в свитке, был очищен», и то же самое касается тех, кто давал ложные клятвы Именем Бога. Это означает, что ранее Бог не наказывал воров и клятвопреступников, ожидая, что они раскаются в грехах, либо пока совокупность их грехов не достигнет некого критического значения, после чего Он одновременно всех их подвергнет разгрому и изгнанию, о чем будет сказано в следующем предложении. Рав Йосеф Каро первую часть нашего предложения не комментирует, а относительно сказанного во второй его части следует мнению Раши.

Слово «ника», переведенное здесь как «очищен», в арамейском переводе Йонатана слово переведено как «побит», и его мнению следует часть комментаторов. Одним из них является Радак, который понимает это слово как «уничтожен». Так же как рабби Авраам ибн Эзра, Радак считает, что тот же свиток ранее видел Йехезкель, то есть текст на увиденном Зхарьей свитке был написан с двух сторон. На это, по мнению Радака, указывают слова «как оно», которые относятся и к ворам, и к клятвопреступникам. Эти слова означают, что обе стороны свитка были заполнены идентичным текстом: на обеих его сторонах были указаны наказания, которым подвергнутся воры и клятвопреступники. Смысл увиденного Зхарьей свитка заключается в том, что до этого момента Бог проявлял к ворам и клятвопреступникам долготерпение, но теперь свиток летит по всей Земле, и это означает, что Бог собирается подвергнуть их всем указанным в нем наказаниям. Кроме этого, Радак обращает внимание на то, что в вышеуказанном месте Книги Йехезкеля ее автор рассказывает о том, что в свитке, который был перед ним развернут, записаны были «траурные песни, стенание и плач». Но Зхарья не мог прочесть то, что в нем записано, и ему рассказал об этом ангел. По мнению Радака, из этого следует, что во времена Зхарьи дар пророчества среди евреев уже угасал, и видения становились все более и более неясными.

«Мецудат Давид» считает, что проклятием ангел называет вынесенный Богом и записанный в свитке приговор, а Земля – это Земля Израиля. Слова «мизэ» он понимает так же, как рабби Авраам ибн Эзра, то есть как «с этой», то есть, по мнению «Мецудат Давид», с одной стороны свитка были записаны наказания, которым подвергнутся воры, а с другой – клятвопреступники, и это был тот же свиток, который ранее видел Йехезкель. Слова «как оно» «Мецудат Давид» понимает так же как Авраванэль, то есть считает, что их следует понимать как «так, как записано в свитке». Но оба слова «ника» он понимает именно так, как они здесь переведены, а точнее, как «вычищен». По его мнению, во второй части нашего предложения сказано, что каждый вор и клятвопреступник будет «вычищен», то есть удален из нашего мира так, как записано в свитке.

Одним из значений слова «мизэ», переведенного здесь как «от этого», является «из этого», и так это слово понимает Мальбим. Объясняя сказанное во второй части нашего предложения, он пишет, что вор или другой преступник дает ложную клятву и принимает на себя проклятие «из этого свитка, как оно в нем записано, и очищен от подозрений». Это означает, что воры или другие преступники, чтобы очиститься от подозрений, дают заведомо ложные клятвы, сопровождающиеся проклятиями, и тем самым сами себя проклинают. И теперь, когда чаша терпения Бога переполнилась, Он обрушит эти проклятия на головы преступников.

Так же как часть вышеупомянутых комментаторов, рабби Овадья Сфорно считает, что Землей ангел называет Землю Израиля, а то, что на нее исходит содержащееся в свитке проклятие, означает, что оно накроет всю Землю Израиля, но не распространится за ее пределы. Проклятием, по мнению рабби Овадьи Сфорно, ангел называет перечень наказаний за нарушение заповедей, содержащееся в вышеуказанных местах Торы, которые, как там сказано, падут на головы евреев лишь на территории Земли Израиля. Поэтому каждый грешник, нарушающий заповеди, регулирующие взаимоотношения между людьми, который находится «от этого», то есть вне пределов свитка, от проклятия, «как оно» в нем определено, очищен, то есть находится вне области его действия. И то же самое касается грешников, нарушающих заповеди, которые регулируют отношения людей и Бога, как сказано в конце нашего предложения. При этом рабби Овадья Сфорно подчеркивает, что грешники, находящиеся вне пределов Земли Израиля, не подвергаются лишь проклятиям, указанным в двух вышеупомянутых местах Торы, но подвергаются наказаниям за совершенные ими грехи. Поэтому в период Вавилонского изгнания грешники этим проклятиям не подвергались, но теперь Бог вернул евреев на Землю Израиля и ситуация в корне изменилась, о чем будет сказано в следующем предложении.

«Извлек Я его, – речь Господа Воинств, – и придет оно в дом вора, и в дом клянущегося Именем Моим во лжи, и поселится в доме его, и уничтожит его, и дерево его, и камни его»».

В любом случае, здесь сказано, что Бог извлек увиденный Зхарьей свиток, и теперь тот будет действовать как Его посланник. Написанное в этом свитке придет в дома воров и клятвопреступников, в них поселится, а затем уничтожит как самих грешников, так и дерево и камни их домов. Так как во времена Зхарьи дома строились из дерева и камня, уничтожение этих строительных материалов означало полное уничтожение домов, и на это указывает «Мецудат Давид».

Мальбим пишет, что в уничтожении, своем и своих домов, будут виноваты сами воры и клятвопреступники, так как они сами приняли на себя содержащееся записанные в свитке проклятия, когда давали ложные клятвы, чтобы очиститься от подозрений (см. комментарий к предыдущему предложению).

Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, рабби Овадья Сфорно считает, что в свитке содержалось проклятие за нарушение заповедей, которое евреи приняли на себя перед прибытием на Землю Израиля, и которое снова стало действительным после их возвращения на Землю Израиля из Вавилонского изгнания. Здесь, по его мнению, Бог предупреждает евреев, что если они теперь, на Земле Израиля, будут нарушать заповеди, регулирующие взаимоотношения между людьми, и заповеди, регулирующие отношения людей и Бога, то это проклятие уничтожит и их самих, и их дома. Следует отметить, что одним из перечисленных в этом проклятии наказаний было изгнание из Земли Израиля, и евреи действительно ему подверглись после разрушения римлянами Второго Храма.

И вышел ангел, говорящий со мной, и сказал мне: «Подними сейчас глаза твои и смотри: что выходящая эта?».

По мнению Авраванэля и «Мецудат Давид», своим исчезновением ангел дал понять Зхарье, что евреи лишатся дара пророчества на протяжении всего следующего изгнания, в которое их отправят римляне. Здесь следует сделать два замечания. Во-первых, как было сказано выше, Авраванэль считает, что видение свитка означало будущее разрушение Второго Храма и Иерусалима, и изгнание, которое за ним последует. Поэтому присутствующий здесь намек Зхарье на то, что в период изгнания евреи лишатся дара пророчества, вполне с этим согласуется. Но «Мецудат Давид» в комментарии к предыдущему видению свитка о разрушении Второго Храма и втором изгнании евреев из Земли Израиля не сказал ни слова, поэтому непонятно, почему он считает, что исчезновение и появление ангела указывает на период, который последует за этими событиями. Во-вторых, проблема существует и с мнением Авраванэля, так как евреи лишились дара пророчества не после разрушения Второго Храма, а после завершения его строительства, то есть на 420 лет раньше, и Зхарья был одним из последних пророков в истории еврейского народа.

Говоря об этом предмете, ангел, во-первых, использует слово «что», и во-вторых, говорит о нем в женском роде. Первая деталь означает, что этот предмет был неодушевленным, а вторая – что он был женского рода.

По мнению Авраванэля и Мальбима, это видение Зхарьи продолжает тему его предыдущего видения свитка, в котором шла речь о наказании за грехи воровства и клятвопреступления. Как было сказано в комментарии к предыдущему видению, Авраванэль считает, что в нем Зхарье было показано, что эти грехи приведут к разрушению Иерусалима и Второго Храма, и к следующему изгнанию еврейского народа из Земли Израиля. Здесь, по его мнению, Зхарья увидит, что эти печальные события произойдут также из-за других грехов, а именно, из-за обмана.

И сказал я: «Что эта?», и сказал он: «Эта – эйфа выходящая», и сказал он: «Эта – глаз их на всей Земле».

Итак, в начале нашего предложения Зхарья спрашивает ангела, о том, что он видит. Ангел ему отвечает, что тот видит эйфу, и далее продолжает говорить не совсем понятные вещи. Заданный Зхарьей вопрос часть комментаторов обходит молчанием, сосредотачиваясь на ответах ангела, которые определенно требуют объяснения. Вместе с этим, объяснения требует и вопрос Зхарьи, так как, если он увидел эйфу, то есть мерный сосуд этого объема, то не должен был спрашивать, что он видит. Раши и «Даат Микра» считают, что Зхарья поднял свои глаза и посмотрел, как ангел ему велел в предыдущем предложении, но не понял, что именно увидел. По мнению «Мецудат Давид» и «Хоиль Моше», Зхарья понял, что он видит эйфу, но не понял, что именно она символизирует, и в своем ответе ангел ему это объясняет. Авраванэль пишет, что после видения свитка, который падал с небес на землю и символизировал наказание, которому подвергнутся евреи за воровство и клятвопреступление, Зхарья понял, что и увиденный им сейчас предмет тоже символизирует грех и соответствующее наказание. Но он не знал, что это за грех, и именно об этом спросил ангела, как сказано в начале нашего предложения.

Мнению Йонатана относительно изгнания следует лишь рав Йосеф Каро, считающий, что во второй части нашего предложения сказано, что мошенники смотрят, кого бы обмануть, поэтому все будут на них смотреть, когда они за этот грех подвергнутся изгнанию. Но относительно того, что эйфа – это мерный сосуд меньшего, чем эйфа объема, с Йонатаном согласно большинство комментаторов. Следует отметить, что обвинения в использовании ложной эйфы содержатся также в Книге Амоса (8, 5) и в Книге Михи (6, 10).

По мнению рава Йосефа Каро, ложная эйфа указывает на мошенников, которые ей пользуются.

Из того, что ангел делит свои ответ Зхарье надвое, «Мецудат Давид» приходит к выводу, что ангел, в сущности, говорит ему две вещи. В первом своем ответе ангел объясняет Зхарье, что ложный мерный сосуд, который тот видит, символизирует мошенничество. Слово «глаз» «Мецудат Давид» понимает как в идиоме «ласим айн» (לשים עין), что дословно переводится как «положить глаз», а по смыслу – «обратить внимание». По его мнению, во втором своем ответе ангел говорит Зхарье, что евреи «на всей Земле» Израиля должны обратить внимание на то, что за мошенничество полагается весьма строгое наказание.

Радак также считает, что эйфа, которую увидел Зхарья, была мерным сосудом соответствующего объема. По его мнению, в этом видении идет речь о десяти коленах, ранее населявших царство Израиля, которые подверглись изгнанию в Ашур задолго до того, как в изгнание отправились жители Йехуды, но, в отличие от них, не вернулись из изгнания вплоть до настоящего времени. Чтобы понять мнение Радака, следует обратиться к Первой и Второй Книгам Царей, где рассказывается о том, что жители царства Израиля стали идолопоклонниками практически с момента образования их государства, и оставались таковыми вплоть до своего изгнания. Радак считает, что эйфа – это мера, которой Бог отмерил наказание жителям царства Израиля, и это наказание было Им отмерено в соответствии с принципом «мера за меру». Десять населявших царство Израиля колен очень длительное время гневили Бога своим идолопоклонством, поэтому и Бог подверг их очень длительному изгнанию. Глаз, о котором сказано во второй части нашего предложения, является глазом Бога. По мнению Радака, ангел говорит Зхарье, что эйфа, которую тот видит, также означает, что глаз Бога следит за людьми на всей Земле и воздает им по их деяниям.

Рабби Элиэзер из Божанси, рабби Овадья Сфорно и «Хоиль Моше» считают, что данное видение Зхарьи является непосредственным продолжением предыдущего видения, то есть в нем продолжает идти речь о ворах и клятвопреступниках. Однако смысл сказанного эти комментаторы понимают по-разному.

Рабби Овадья Сфорно основывается на том, что в нашем предложении выходящей названа эйфа, а в предложении №3 – проклятие, из чего делает вывод, что эйфа и проклятие между собой связаны. Как было сказано в предложениях №3 и №4, проклятие – это наказание за грехи воровства и клятвопреступления, а эйфа, по мнению рабби Овадьи Сфорно, является причиной этого наказания. Слово «эйнам» (עֵינָם), переведенное здесь как «глаз их», рабби Овадья Сфорно понимает как «иньянам» (עניינם), что означает «интересы их», и считает, что во второй части нашего предложения сказано, что воры и клятвопреступники понесут наказание за свое двуличие. Они всеми силами показывают, что все их интересы «на всей Земле», то есть всегда и везде, честны и праведны, как мерный сосуд емкостью точно в указанную на нем эйфу, но на самом деле это совершенно не соответствует действительности.

Мнения комментаторов, считающих, что в этом видении Зхарьи идет речь мошенничестве в торговле, «Даат Микра» категорически отвергает, во-первых, в виду того, что вернувшиеся на Землю Израиля евреи занимались не торговлей, а земледелием, и во-вторых, так как это не согласуется с тем, что будет сказано в предложении №11. То, что эйфа – это мерный сосуд соответствующего или меньшего объема, «Даат Микра» отвергает не менее категорически, так как в следующем предложении будет сказано, что в этом сосуде сидела женщина, в то время как человек в сосуд емкостью в одну эйфу никак не поместится. Поэтому эйфа, по мнению «Даат Микра», это, в данном случае, огромная корзина. Слово «эйнам», переведенное здесь как «глаз их», «Даат Микра» понимает как производное от имени существительного «ойнут» (עוינות), что означает «враждебность». По его мнению, ангел говорит Зхарье, что эйфа, то есть огромная корзина, символизирует наказание врагам вернувшихся на Землю Израиля евреев. Причем их враги понесут наказание «на всей Земле», то есть везде, где бы они ни находились.

И вот кикар свинцовый возносится, и это женщина одна сидит в эйфе.

Следует обратить внимание также на две следующие детали. Во-первых, наше предложение начинается словами «И вот…», и во-вторых, в начале второй его части присутствует слово «это», которое выглядит несколько лишним. В книгах пророков слова «и вот» обычно означают, что описываемые события происходят для рассказчика внезапно. Здесь на эти слова не обращает внимания ни один комментатор, за исключением «Даат Микра», который понимает их значение не так, как обычно. По его мнению, в данном случае эти слова означают, что когда видение эйфы приблизилось к Зхарье, тот стал различать новые детали, а именно, свинцовый слиток, который возносился с земли в воздух. Большинство комментаторов также не обращает внимания и на слово «это» в начале второй части нашего предложения, более того, в некоторых древних переводах Книги Зхарьи это слово отсутствует. Раши считает, что вторую часть нашего предложения следует читать следующим образом: «и еще я увидел это: женщина одна сидит в эйфе». По мнению «Даат Микра», слова «и это», начинающие вторую часть нашего предложения, обладают тем же значением, каким обладают слова «и вот» в начале его первой части. В соответствии с этим, во второй части нашего предложения Зхарья описывает еще одну деталь, которую увидел, когда эйфа к нему приблизилась.

Смысл этого ангел прояснит Зхарье в следующем предложении, но большинство комментаторов разъясняют смысл свинца и женщины здесь, причем делают это по-разному.

Так как кикар является мерой веса, рабби Элиэзер из Божанси считает, что он символизирует то же самое, что и мера объема эйфа, а именно, преступления в области мер и весов. Как было сказано выше, слово «нисэт» он понимает как «несомый». По мнению рабби Элиэзера из Божанси, кусок свинца, якобы в кикар весом, был несомым в эйфе, то есть находился в этом сосуде, а женщина на нем сидела. Это означает, что увиденная Зхарьей женщина была обладательницей ложной свинцовой гири якобы весом в кикар, и ложного мерного сосуда якобы объемом в эйфу, и она символизирует преступное сообщество, включающее в себя воров, мошенников и клятвопреступников с целью присвоения чужого имущества.

«Хоиль Моше» также понимает слово «нисэт» в значении «несомый». По его мнению, в первой части нашего предложения идет речь о круглом свинцовом слитке, несомом эйфой, то есть этот слиток накрывал эйфу сверху, как крышка. В самой эйфе сидела женщина, которая символизировала злодеяние, о котором говорилось во второй части предыдущего предложения, и тяжелый свинцовый слиток, накрывавший эйфу, предназначался для того, чтобы это злодеяние  ее не покинуло и не вышло наружу.

Радак также считает, что здесь идет речь об изгнании, но, как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, десяти колен, ранее населявших царство Израиля, а не всего еврейского народа. В отношении свинцового слитка он следует мнению рабби Авраама ибн Эзры, то есть считает, что он символизирует тяжесть. При этом Радак считает, что это слиток, «несомый» в эйфе, то есть находится в этом сосуде. Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, эйфа, по мнению Радака, символизирует меру наказания, которому Бог подверг жителей царства Израиля за то, что они служили идолам на протяжении многих поколений. Здесь сказано, что эта мера наказания была утяжелена свинцовым слитком, то есть, что наказание, которому Бог подверг десять колен, ранее населявших царство Израиля, будет очень тяжелым, и они проведут в изгнании очень длительное время. Сидящая в той же эйфе женщина символизирует эти десять колен, а то, что она одна, указывает на то, что все эти десять колен жили в одном государстве и совершали один грех, а именно, служили идолам. То, что эта женщина сидит в эйфе, означает, что десять колен, населявших царство Израиля, подвергаются наказанию.

И сказал он: «Эта – злодеяние», и бросил ее в эйфу, и бросил камень свинцовый в рот ее.

Большинство комментаторов считает, что местоимение «эта» указывает на сидевшую в эйфе женщину, то есть ангел называет злодеянием именно ее. Вместе с этим, злодеяние – понятие абстрактное, но в нашем предложении Зхарья рассказывает о том, что ангел производит со злодеянием различные действия. Поэтому комментаторы считают, что злодеянием ангел называет совершающих злодеяния людей.

«Мецудат Давид» считает, что злодеянием ангел называет мошенничество в области мер и весов, эйфа указывает на уменьшение мошенниками мер объема, а «свинцовый камень», то есть свинцовая гиря – на уменьшение мер веса. Все, что ангел делает с женщиной, символизирующей такое мошенничество, по мнению «Мецудат Давид», является наказанием. Во-первых, ангел бросает ее в ложную эйфу, в результате чего она сильно ушибается об ее днище, и во-вторых, бросает ей в рот ложную гирю, тем самым перекрывая ей дыхание, и она задыхается. Все это указывает на наказание мошенников по принципу «мера за меру».

Авраванэль сначала пересказывает мнение Раши, а затем, основываясь на нем, пишет, что эйфа символизирует злодеяния, совершавшиеся жителями Йехуды в области мер и весов в период Второго Храма. По мнению Авраванэля, наказание, которому Бог за этот грех их подвергнет, в нашем предложении представлено как публичное наказание пойманного мошенника в присутствии горожан, чтобы те извлекли из этого надлежащие выводы. Для этого мошенника или мошенницу выводят на главную городскую площадь вместе с использовавшимися им ложными мерами объема и веса, и в предложении №5 ангел велел Зхарье посмотреть на выходящую после суда Бога мошенницу, которая должна теперь подвергнуться публичному наказанию. В предложении №6 было сказано, что вместе с мошенницей на городскую площадь «выходит» эйфа, которую та использовала для совершения обмана. Слова «Эта – глаз их на всей Земле» во время выхода мошенницы с эйфой во всеуслышание произносят глашатаи, объявляющие народу о том, что целью этой женщины является обман своих сограждан. Кроме этого, на городскую площадь выносили свинцовый слиток, о котором говорилось в предыдущем предложении. На площади также находится что-то типа большого чана, который символизирует ложную меру объема, и в который усаживают мошенницу, а глашатаи в это время объявляют: «Эта эйфа – злодеяние», совершенное этой женщиной. Но если сидение в ложной эйфе символизирует мошенничество в области мер и весов, то когда женщину в нее бросают, это уже является наказанием. Свинцовый слиток, который также выносят на площадь, по мнению Авраванэля, используется для смертной казни мошенницы. Его расплавляют, и либо заливают ей в рот, в результате чего она погибает, либо его заливают в горловину эйфы, тем самым заливая расплавленным свинцом и саму женщину. Во втором случае это является действием, символизирующим окончательное подавление греха. В заключение своего комментария к этому видению Зхарьи, Авраванэль пишет, что, по его мнению, оно означает. В нем присутствуют эйфа, женщина и свинец. Женщина указывает на Йехуду, эйфа – на грехи в области мер и весов и на наказание по принципу «мера за меру», а свинец – на тяжесть и продолжительность наказания, коим является изгнание жителей Йехуды.

Для того чтобы понять мнение Мальбима, следует обратиться к трактатам Йома (69, б) и Санхедрин (64, а) Вавилонского Талмуда, где злодеянием, про которое говорится в нашем предложении, названо злое начало, побуждавшее людей к идолопоклонству, и сказано, что его бросили в свинцовый чан и накрыли свинцовой крышкой, чтобы его голоса больше никогда не было слышно. По мнению Мальбима, то, что злодеяние в образе женщины сидит в эйфе, означает, что злодеяние само накажет совершающих его злодеев в соответствии с принципом «мера за меру». То, что ангел бросил женщину в эйфу, означает наказание злодеев, после чего те осознают, что наказаны Богом за свои злодеяния, и станут бояться их совершать. В результате этого злодеяния прекратятся, после чего прекратится и наказание. Эйфа будет накрыта круглым свинцовым слитком, и голоса злодеяния больше никто никогда не услышит.

Мнению Йонатана следуют рав Йосеф Каро и Радак, но и они понимают смысл сказанного по-разному. Рав Йосеф Каро считает, что злодеянием ангел называет грехи в области мер и весов. То, что ангел бросил женщину в эйфу и бросил ей в рот тяжелый свинцовый слиток, означает, что за эти грехи злодеи будут выброшены из своей страны на чужбину и там будут подавлены.

«Даат Микра» понимает смысл сказанного в этом предложении иначе, по-прежнему считая, что в нем продолжает идти речь о наказании врагов вернувшихся на Землю Израиля евреев. Злодеянием, по его мнению, ангел называет действия врагов, а сказанное в третьем фрагменте нашего предложения объясняет сказанное в его втором фрагменте. В соответствии с этим, Зхарья здесь говорит о том, что ангел бросил «ее», то есть свинцовый слиток, в эйфу, а точнее, в рот сидевшей в ней женщины, чтобы заткнуть рот врагам еврейского народа.

И поднял я глаза мои, и увидел, и вот две женщины выходят, и ветер в крыльях их, и у них крылья, как крылья аиста, и понесли они эйфу между землей и небом.

Вместе с этим, все комментаторы сходятся во мнениях о причине, по которой крылья увиденных Зхарьей женщин  были похожи на крылья аиста. Во-первых, аисты обладают большими и широкими крыльями, и во-вторых, они являются перелетными птицами, которые осенью мигрируют из Европы в Африку (вплоть до Южной Африки), а весной возвращаются обратно. Основываясь на этом, комментаторы считают, что крылья аиста символизируют полет на большое расстояние, и здесь Зхарья рассказывает о том, что крылатые женщины несут эйфу куда-то очень далеко.

Рабби Элиэзер из Божанси также комментирует сказанное в нашем предложении довольно скупо. Вместе с этим, он пишет, что женщины полетели, неся эйфу, в которой находилась вышеупомянутая женщина, то есть считает, что данное видение является продолжением предыдущего.

Забегая вперед, «Хоиль Моше» пишет, что крылатые женщины унесли эйфу, в которой находилась вышеупомянутая женщина, в Бавель. Так как эта женщина символизировала злодеяние, как было сказано в предыдущем предложении, ее отбытие в Бавель означает, что отныне Земля Израиля очистится от греха и наказания, которые теперь поселятся в Бавеле. Так же как рабби Авраам ибн Эзра, «Хоиль Моше» считает, что это, возможно, относится к тем евреям, которые предпочли остаться в Бавеле вместо того, чтобы вернуться на Землю Израиля.

Вместе с этим, число комментаторов, следующих мнению Йонатана и считающих, что в нашем предложении идет речь об изгнании, существенно возрастает. Как и прежде, одним из них является рав Йосеф Каро, считающий, что в образе одной женщины выступают десять колен, ранее населявших царство Израиля, а затем изгнанных в Ашур, а вторая женщина – это колена Йехуды и Биньямина, населявшие царство Йехуды. То, что в их крыльях ветер, по мнению рава Йосефа Каро, указывает на изгнание, а сказанное об эйфе он обходит молчанием. В соответствии с этим, здесь идет речь об изгнании жителей царства Израиля в Ашур, и жителей Йехуды – в Бавель.

Как было сказано в комментарии выше, Радак считает, что в предыдущем видении женщина символизировала десять колен, ранее населявших царство Израиля, а затем подвергшихся изгнанию в Ашур. Здесь, по его мнению, две женщины символизируют колена Йехуды и Биньямина, представлявшие собой население Йехуды. При этом разделение жителей Йехуды на двух женщин Радак объясняет тем, что колено Йехуды, к которому принадлежали цари из основанной Давидом династии, обладает особым статусом. То, что обе женщины летят в Бавель, о чем будет сказано в предложении №11, неся с собой эйфу, по мнению Радака, означает, что колена Йехуды и Биньямина подверглись справедливому наказанию в виде изгнания по принципу «мера за меру». При этом Радак также отдает себе отчет, что в то время, когда Зхарья увидел этих двух женщин, колена Йехуды и Биньямина из Вавилонского изгнания уже вернулись. Поэтому он, так же как «Мецудат Давид», пишет, что это видение Зхарьи относится к тем, кто предпочел остаться в Бавеле, несмотря на то, что должны были вернуться на Землю Израиля и приступить к строительству Храма. Слова «и ветер в крыльях их», по мнению Радака, указывают на быстроту изгнания, а то, что «понесли они эйфу между землей и небом», указывает на коренное различие наказания, которому Бог подверг жителей Йехуды и жителей царства Израиля. Если выше было сказано, что в рот женщины, символизировавшей жителей царства Израиля, ангел бросил тяжелый свинцовый слиток, то обе женщины, о которых идет речь в нашем предложении, остались между землей и небом. По мнению Радака, это означает, что жители царства Израиля должны были оставаться в изгнании в течение очень продолжительного времени, но жители Йехуды во время своего изгнания оставались «подвешенными в воздухе», и по истечении семидесяти лет должны были вернуться на Землю Израиля. Кроме этого, Радак приводит мнение Рамбама, который считает, что две крылатые женщины были ангелами. По мнению Радака, Зхарья принял ангелов за женщин, так как в то время дар пророчества в среде еврейского народа уже угасал.

Так же как в комментарии к предыдущему предложению, Мальбим основывается на сказанном в Вавилонском Талмуде, но на сей раз в трактатах Кидушин (49, б) и Санхедрин (24, а), где приведены слова рабби Йоханана, который считает, что две крылатых женщины – это лицемерие и гордыня. По мнению Мальбима, здесь начинается следующее видение Зхарьи, но оно связано с предыдущим, в котором злое начало, побуждающее людей к идолопоклонству, было заключено в сосуд и накрыто свинцовой крышкой, чтобы его голос больше никто не слышал. Здесь, по мнению Мальбима, идет речь о новых грехах, распространившихся после этого, то есть в период Второго Храма, среди евреев, которые были равны идолопоклонству, а именно о лицемерии и гордыне, то есть вместо одной женщины появились две. Первый грех заключался в том, что люди всячески демонстрировали свою праведность, в то время как в действительности праведниками не были, а второй – что люди считали, что своим разумом познали Бога, и это приводило их к ереси. Результатом этих двух грехов были распри и междоусобицы между жителями Йехуды в конце периода Второго Храма. По мнению Мальбима, на грех лицемерия указывает также то, что крылья этих женщин были похожи на крылья аиста. Как было сказано выше, в оригинальном тексте слово «аист» звучит как «хасида» (חֲסִידָה), что похоже на слово «хесед» (חסד), которое переводится как «благодеяние». В Торе (Ваикра 11, 19 и др. местах) аист определен как нечистая и запрещенная в пищу птица, но ее название говорит о благодетельности. Точно также поколение конца периода Второго Храма будет всячески демонстрировать свою благодетельность, но в действительности будет так же нечисто, как аист. В наказание за это оно, так же как аист, расправит крылья и отправится в дальние страны. Слово «ветер» в оригинальном тексте звучит как «руах» (רוּחַ), что может быть переведено также как «дух», и Мальбим считает, что здесь говорится о духе гордыни, который наполнит крылья этих двух женщин и понесет их в изгнание. В конце нашего предложения, по мнению Мальбима, сказано, что обе женщины находятся между землей и небом, так как жители Йехуды будут совершать свои деяния якобы во имя Небес, в то время как их помыслы будут приземленными. Поэтому они понесут эйфу, мерный сосуд, то есть понесут наказание за грехи лицемерия и гордыни по принципу «мера за меру».

И сказал я ангелу, говорящему со мной: «Куда они несут эйфу эту?».

Арамейский перевод Йонатана по-прежнему сильно отличается от оригинального текста, и заданный Зхарьей вопрос в его переводе выглядит следующим образом: «Куда они изгоняют народ, который торговал мерой ложной?». В соответствии с этим, Зхарья спрашивает ангела, куда подвергается изгнанию народ за грехи в области мер и весов. Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, часть комментаторов, так же как Йонатан, считают, что в данном видении Зхарьи идет речь об изгнании, но смысл этого видения они понимают иначе, о чем также говорилось в комментарии к предыдущему предложению.

Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Радак считает, что две женщины символизировали колена Йехуды и Биньямина, то есть жителей Йехуды, их полет – изгнание, а эйфа – наказание по принципу «мера за меру». Но Зхарью заинтересовал «ветер в крыльях их», то есть быстрота полета этих женщин, и поэтому он спросил ангела, куда они так быстро несут свое наказание. Кроме этого, Радак отмечает, что то, что женщины несли с собой эйфу, означало, что они сами стали причиной своего наказания, то есть как будто сами себя подвергли изгнанию.

И сказал он мне: «Строить ей дом в Земле Шинар, и приготовлен он, и оставлена она там на основании своем».

Комментаторы предлагают этому целый ряд объяснений, но прежде чем приступить к рассмотрению их мнений, следует привести арамейский перевод Йонатана, в котором ответ ангела Зхарье звучит следующим образом: «Устроить им место в стране Бавеля, и задержатся они там, пока не придет время их». Как было сказано выше в комментарии, Йонатан, арамейский перевод которого совершенно не совпадает с оригинальным текстом, считает, что в данном видении Зхарьи идет речь о народе, который подвергнется изгнанию за грехи в области мер и весов. Здесь, по его мнению, сказано, что этот народ будет изгнан в Бавель, где останется, пока не наступит время его возвращения.

Часть комментаторов следует мнению Йонатана не полностью. Они также считают, что в нашем предложении идет речь о жителях Йехуды, которые были изгнаны в Бавель армией Невухаднэцера. Но, принимая во внимание наличие первой вышеуказанной проблемы,  они считают, что в этом видении Зхарьи идет речь лишь о тех изгнанных в Бавель евреях, которые пожелали там остаться после того как ими было получено разрешение вернуться на Землю Израиля.

Радак считает, что строительство дома в Бавеле означает, что изгнанные туда евреи довольно комфортно в нем обосновались, к чему, кстати, их в свое время призывал пророк Ирмияху, посылавший об этом послания изгнанным в Бавель евреям, о чем упоминается в Книге Ирмияху (29, 5-7 и 28). Но в тех же посланиях Ирмияху писал о том, что наступит время, когда Бог вернет изгнанников на Землю Израиля, а к этому обосновавшиеся в Бавеле евреи не прислушались. Построив в Бавеле дома и посадив виноградники, они не пожелали все это бросить, остались в Бавеле даже после начала строительства Второго Храма, и именно об этом, по мнению Радака, ангел говорит в нашем предложении. Так же как рабби Авраам ибн Эзра, Радак считает, что слово «хуниха» образовано из двух глаголов пассивного и активного залогов. По его мнению, оно означает, что женщина, символизирующая изгнанных в Бавель жителей Йехуды, сначала была в нем оставлена против своей воли, но затем сама себя в нем оставила добровольно. Следует отметить, что, по мнению Радака, здесь не идет речь о наказании оставшихся в Бавеле евреев.

Так же как рабби Авраам ибн Эзра, Мальбим считает, что слово «хуниха» образовано слиянием двух глаголов пассивного и активного залогов. По его мнению, пассивный залог указывает на то, что евреи были оставлены в Бавеле со времен первого изгнания, а активный залог означает, что там же их оставят во время второго изгнания. Как было сказано выше, Мальбим считает, что Второй Храм подвергнется разрушению за грехи лицемерия и гордыни, и евреи снова отправятся в изгнание в Землю Шинар, то есть в Бавель, где уже проживают их соплеменники со времен первого, Вавилонского, изгнания. Причина этого приведена в конце нашего предложения, где, по мнению Мальбима, сказано, что подходящее основание, то есть место, для эйфы находится именно в Бавеле. При этом Мальбим основывается на трактатах Кидушин (49, б) и Санхедрин (24, а) Вавилонского Талмуда, где сказано, что Бавель является средоточием лицемерия и гордыни.

Так же как часть комментаторов в предыдущем предложении, Авраванэль объясняет причину, по которой Зхарья раньше ничего не спрашивал, а в предыдущем предложении спросил, куда летят женщины вместе с эйфой. Как было сказано в комментарии к предложению №8, Авраванэль считает, что эйфа указывала на грехи жителей Йехуды в области мер и весов в период Второго Храма и на наказание по принципу «мера за меру», а свинец – на тяжесть и продолжительность изгнания. Но когда Зхарья увидел, что женщины несли эйфу между землей и небом, он решил, что это символизирует надежду на возвращение из изгнания, а это противоречило предыдущему видению. Поэтому он задал ангелу приведенный в предыдущем предложении вопрос. Он спросил ангела, где именно жители Йехуды понесут наказание, и где они будут находиться в изгнании. Ангел ему ответил, что это будет происходить «в Земле Шинар», но это Авраванэль понимает отличным от других комментаторов образом. Он основывается на сказанном в Книге Иова (38, 13) о том, что злодеи будут отряхнуты, причем глагол «отряхнуты» звучит как «инаару» (יִנָּעֲרוּ), что созвучно со словом «Шинар» (שִׁנְעָר). В соответствии с этим, слово «Шинар» означает не «Бавель», а «отряхивание» злодеев, то есть грешников в области мер и весов, и ангел отвечает Зхарье, что они будут строить дома «в земле отряхивания». Это означает, что на всем протяжении изгнания бывшие жители Йехуды будут строить себе дома, но местное население будет их оттуда «вытряхивать», то есть изгонять в другие города и страны, о чем также говорится в Торе (Дварим 28, 65), где перечислены наказания за неисполнение заповедей. Конец нашего предложения указывает на длительность изгнания: долгие годы грешники будут оставлены в изгнании брошенными и покинутыми, но все это время будут оставаться «на основании своем», то есть продолжат находиться «в земле отряхивания».