Книга Йоны

Глава 4

  1. И огорчился Йона огорчением великим, и досадно стало ему.

    В конце предыдущей главы рассказывалось о том, что после того как жители Нинве раскаялись в грехах и вернули награбленное владельцам, Бог отменил свое решение об их уничтожении и разрушении их города. Йона очень огорчился именно по этому поводу.

    Причину его огорчения комментаторы понимают по-разному. Раши считает, что Йона огорчился, так как решил, что теперь жители Нинве будут считать его лжепророком. Вместе с этим, в комментарии к предложению №2 главы 1 рабби Авраам ибн Эзра доказал, что это мнение является ошибочным. Как было сказано в комментарии к предложению №1 главы 1, «Даат Микра» считает, что Йона сначала пытался уклониться от исполнения веления Бога отправиться в Нинве, так как отрицал принцип раскаяния и считал, что грешники всегда должны нести наказание. По мнению «Даат Микра», именно по этой причине Йона очень огорчился, когда узнал, что Бог простил жителей Нинве и передумал уничтожать их и их город. «Даат Микра» пишет, что из сказанного в Книге Нахума и в книгах других пророков следует, что Нинве был городом, широко известным грехами его жителей, поэтому Йону очень огорчило, что они останутся безнаказанными. Кроме этого, Йона знал, что в будущем спасшиеся жители Нинве в составе армии Ашура уничтожат царство Израиля, жителем которого он был, поэтому их прощение Богом его не обрадовало.

    «Мецудат Давид» пишет, что Йоне стало досадно из-за себя самого, как человеку, понимающему, что он допустил оплошность, но не объясняет, по какой причине. Но это объясняет Мальбим, который приводит в своем комментарии мнение Авраванэля. В соответствии с ним, Йона не просто очень огорчился из-за того, что Бог простил жителей Нинве, он из-за этого впал в депрессию и захотел умереть, так как понял, что неправильно понимал развитие событий. Йона считал, что Бог не отменит вынесенного жителям Нинве приговора, пока те не изменят к лучшему свое мировоззрение и свои деяния. Но те изменили к лучшему лишь свои деяния, а по своему мировоззрению остались такими же идолопоклонниками, какими были до появления Йоны, и все же Бог отменил вынесенный им приговор. Узнав об этом, Йона понял, что Бог не стал уничтожать жителей Нинве из-за того, что в будущем они выступят в качестве орудия Его наказания, которому Он собирается подвергнуть жителей царства Израиля за совершаемые ими грехи, и в частности, за идолопоклонство. А так как жители Нинве были прощены Богом в результате появления Йоны в их городе, Йона решил, что он сам стал причиной будущего уничтожения царства Израиля, жителем которого он был, и это его очень огорчило. Кроме этого, ему стало досадно из-за того, что теперь жители Нинве завоюют и разгромят царство Израиля, несмотря на то, что они такие же идолопоклонники, как жители царства Израиля.

    Кроме этого, комментаторы поднимают вопрос о том, в какой момент Йона узнал, что Бог передумывал уничтожать жителей Нинве и разрушать этот город. Радак и «Мецудат Давид» считают, что ему об этом сообщил Бог еще до истечения сорока дней, после которых Нинве должен был подвергнуться разрушению. В таком случае, рассказ об этом автор Книги Йоны опускает как второстепенную деталь, не имеющую отношения к цели повествования. «Даат Микра» пишет, что из сказанного в Книге Йоны неясно, когда Йона узнал о прощении жителей Нинве Богом. Возможно, он узнал об этом до истечения сорока дней, возможно, по их прошествии, когда увидел, что Нинве не подвергся разрушению. Вместе с этим, «Даат Микра» привлекает предложения №3-№4 предыдущей главы, где рассказывалось о том, что для того, чтобы пешком пересечь Нинве, требовалось три дня, но Йона шел по нему всего один день. По мнению «Даат Микра», это может означать, что на второй день Бог сообщил Йоне о прощении жителей Нинве и что ему больше не надо излагать им свое пророчество, так как оно потеряло свою актуальность.

  2. И молился он Господу, и сказал: «Пожалуйста, Господь, ведь это слово мое, пока я был на земле моей, поэтому поспешил я бежать в Таршиш, ибо знал я, что Ты – Бог милостивый и жалостливый, долготерпив и велик благом, и передумываешь о зле.

    Слово «пожалуйста», начинающее молитву Йоны, относится к его просьбе, которая будет приведена в следующем предложении, здесь же Йона ее аргументирует. Слова «ведь это слово мое» означают «ведь это именно то, что я думал». Таким образом, Йона говорит Богу, что когда он еще находился на своей родной земле, то есть в царстве Израиля, он уже думал о том, что в конечном итоге Бог отменит вынесенный жителям Нинве приговор, и именно поэтому поспешил бежать в Таршиш, о чем рассказывалось в предложении №3 главы 1. Йона решил бежать в Таршиш вместо того, чтобы отправиться в Нинве в качестве посланного Богом пророка, так как знал, что Бог «милостив и жалостлив, долготерпив и велик благом, и передумывает о зле». «Даат Микра» пишет, что слова, заключенные в кавычки, являются цитатой из молитвы Моше, приведенной в Торе (Шмот 34, 6). Таким образом, Йона здесь говорит о том, что он изначально знал, что Бог милостив, жалостлив, долготерпив и велик благом, и это отличает его от капитана корабля, на котором он плыл в Таршиш, и от царя Нинве. Они лишь надеялись на то, что Бог обладает этими качествами, как следует из сказанного в предложении №6 главы 1 и в предложении №9 предыдущей главы.

    По мнению «Мецудат Давид», в нашем предложении Йона говорит Богу, что поспешил бежать в Таршиш, так как изначально знал, что Он прощает раскаявшихся грешников. Йона также знал, что в будущем Бог использует жителей Нинве в качестве орудия наказания жителей царства Израиля, поэтому решил, что будет лучше, если они не раскаются в грехах и подвергнутся уничтожению. Кроме этого, «Мецудат Давид» приводит мнение, что Йона понимал, что если жители Нинве прислушаются к его словам и раскаются в грехах, это вызовет гнев Бога в отношении жителей царства Израиля, которые остаются неисправимыми грешниками, несмотря на всех посылаемых к ним пророков.

    Мальбим понимает смысл сказанного Йоной несколько иначе. По его мнению, Йона говорит Богу, что, еще  пребывая в царстве Израиля, прежде чем бежать в Таршиш, он знал, что Бог с легкостью прощает раскаявшихся грешников. Более того, он знал и о том, что в тот момент, когда Бог вынес жителям Нинве свой приговор, Он уже решил их помиловать даже в том случае, если их раскаяние не будет полным. Именно это и произошло: жители Нинве исправили лишь свои деяния, но остались такими же идолопоклонниками, как прежде, и все же Бог их простил и отменил вынесенный им приговор. Понимая, что именно это и случится, Йона поспешил бежать в Таршиш. Если бы он считал, что жители Нинве совершат полное раскаяние и станут служить Богу, он бы не пытался уклониться от данного ему Богом задания, отправился бы в Нинве и призвал его жителей к раскаянию. Но Йона знал, что Бог простит жителей Нинве даже в том случае, если они останутся идолопоклонниками, поэтому считал поход в Нинве неприемлемым с моральной точки зрения. Вместе с этим, следует отметить, что мнение Мальбима противоречит мнению Авраванэля, которое сам Мальбим привел в своем комментарии к предыдущему предложению.

  3. И теперь, Господь, возьми, пожалуйста, душу мою у меня, ибо лучше смерть моя жизни моей!».

    Итак, Йона попросил Бога забрать его душу, то есть умертвить, так как посчитал, что ему лучше умереть, чем продолжать жить. Большинство комментаторов связывают эту просьбу Йоны с тем, что Бог не уничтожил людей, которые в будущем уничтожат царство Израиля, и непосредственным виновником этого стал сам Йона, после пророчества которого жители Нинве раскаялись в грехах. Как неоднократно указывалось в комментарии, «Даат Микра» считает, что Йона ранее попытался уклониться от исполнения возложенного на него Богом задания отправиться в Нинве, так как не был согласен с принципом раскаяния и считал, что грешники должны нести наказание. По мнению «Даат Микра», после того как Бог отменил свой приговор жителям Нинве, Йона попросил Бога его убить в знак протеста против того, что Бог оставил безнаказанными людей, совершивших множество грехов, включая тяжелые.

  4. И сказал Господь: «Очень досадно тебе?».

    В предложении №1 было сказано, что Йона стало досадно, когда он узнал, что Бог простил жителей Нинве и отменил вынесенный им приговор. По мнению большинства комментаторов, здесь Бог спрашивает Йону, сильно ли ему стало из-за этого досадно, и этот вопрос явно является риторическим, так как Богу было известно, сильно ли Йоне стало досадно, или несильно. Большинство комментаторов считает, что этим риторическим вопросом Бог говорит Йоне, что ему не следует досадовать из-за того, что Бог прощает раскаявшихся грешников, и вскоре докажет ему это на наглядном примере, о чем будет рассказано ниже.

    Слово «хэйтэв» (הֵיטֵב) переведено здесь как «очень» в соответствии с арамейским переводом Йонатана, которому следует большинство комментаторов. Вместе с этим, другим вариантом перевода этого слова является «хорошо», и так его понимает Мальбим. По его мнению, Бог спрашивает Йону: «Разве было отменено твое хорошее пророчество, что тебе из-за этого стало досадно?». Объясняя смысл этого вопроса, Мальбим пишет, что прощение Богом жителей Нинве означало, что пророчество Йоны, приведенное в предложении №4 предыдущей главы, не осуществится, и Йона, узнав об этом, стал досадовать из-за того, что теперь жители Нинве будут считать его лжепророком. Поэтому Бог его спрашивает, неужели его пророчество относительно жителей Нинве было хорошим. Это, опять же, риторический вопрос, означающий, что это пророчество хорошим не было. Если бы оно было хорошим, Йона бы имел право досадовать из-за его отмены, так как хорошие пророчества после их оглашения пророком Бог никогда не отменяет, и если они не исполняются, люди вполне могут объявить произнесшего их пророка лжепророком. Но плохие пророчества, а именно таковым было пророчество Йоны, Бог отменяет в тех случаях, когда люди совершают раскаяние, и после этого они не считают лжепророком произнесшего их пророка.

    Радак и рабби Авраам также приводят мнения, в соответствии с которыми слово «хэйтэв» следует понимать как «хорошо». Согласно мнению, которое приводит Радак, заданный Богом вопрос звучит следующим образом: «Неужели тебе стало досадно из-за того, что Я хорошо поступил с жителями Нинве?». В соответствии с мнением, которое приводит рабби Авраам ибн Эзра, Бог спрашивает Йону: «Неужели тебе стало досадно из-за того, что Я поступаю хорошо с теми, с кем пожелаю?». Вместе с этим, рабби Авраам ибн Эзра объявляет такое понимание заданного Богом вопроса ошибочным.

  5. И ушел Йона из города этого, и сел к востоку от города, и сделал себе там навес, и сидел он под ним в тени до того как увидит, что будет в городе.

    Большинство комментаторов считает, что все, о чем рассказывается в нашем предложении, произошло до истечения сорока дней срока до того как Нинве должен был быть разрушен, как было сказано в предложении №4 предыдущей главы. В соответствии с этим, Йона, устроившись под навесом к востоку от Нинве, стал наблюдать, что теперь произойдет в городе. Рабби Авраам ибн Эзра и «Даат Микра» считают, что Йона намеревался увидеть разрушение Нинве, либо посмотреть, раскаются ли его жители в грехах после его пророчества. По мнению Радака и «Мецудат Давид», что Йона надеялся на то, что раскаяние жителей Нинве будет недолгим. Они снова начнут грешить, и Бог все-таки разрушит их город, а их самих уничтожит.

    Мальбим и Авраванэль считает, что Йона ушел из Нинве по истечении сорока дней после его пророчества. По их мнению, Йона считал, что, несмотря на то, что Бог отменил свое решение о разрушении Нинве и уничтожении его жителей, в нем все-таки должно произойти какое-то бедствие, и хотел это увидеть. Это объясняется тем, что Йона знал, что после того Бог простил евреев за грех Золотого тельца и не стал полностью уничтожать еврейский народ, Он все же истребил тех, кто ему поклонялся, о чем рассказывается в Торе (Шмот 32, 14 и 35).

  6. И приготовил Господь Бог клещевину, и поднялась она над Йоной, быть ему тенью на голову его, спасти его от бедствия его, и возрадовался Йона клещевине радостью великой.

    В оригинальном тексте название растения, приготовленного Богом, звучит как «кикайон» (קִיקָיוֹן), и в трактате Шабат (21, а) Вавилонского Талмуда о нем сказано, что оно произрастает в болотистой местности, его выращивают перед лавками для тени, из его семян производят масло, и все больные люди на Земле Израиля отдыхают в его тени. Основываясь на этом, современные исследователи считают, что «кикайон» – это клещевина обыкновенная (лат. Ricinus commúnis) — масличное, лекарственное и декоративное садовое растение, из семян которого производят касторовое масло:

    Клещевина

    Рабби Авраам ибн Эзра приводит мнение мудрецов Испании, в соответствии с которым «кикайон» – это тыква, но вместе с этим пишет, что идентификация этого растения совершенно не имеет значения.

    В предложении №1 главы 2 было сказано, что Бог приготовил рыбу, которая проглотила Йону. Эта рыба спасла Йону от бедствия, в котором он находился, пребывая в открытом море. Здесь сказано, что Бог приготовил клещевину, чтобы быть ему тенью и спасти от бедствия. Из этого следует, что в данном случае бедствие Йоны заключалось в том, что он страдал от палящих лучей солнца.

    В предыдущем предложении рассказывалось  о том, что Йона сделал себе навес и сидел в его тени, поэтому его нужда в клещевине определенно требует объяснения. Большинство комментаторов считает, что Йона сделал себе навес из веток различных растений, листья которых очень быстро высохли под палящими лучами солнца, вследствие чего навес перестал выполнять свои функции. Но клещевина, которую Бог вырастил для того, чтобы тень от нее падала на голову Йоны, получала влагу из земли и поэтому не высыхала. По мнению Мальбима, построенный Йоной навес плохо защищал от солнца, так как оно перемещается по небу и, соответственно, перемещается отбрасываемая навесом тень.

    В любом случае, в конце нашего предложения сказано, что Йона очень обрадовался клещевине. По мнению большинства комментаторов, Йона обрадовался тому, что клещевина дает ему хорошую тень, и он перестал страдать от палящих лучей солнца. Мальбим считает, что когда над Йоной выросла клещевина, он решил, что Бог желает, чтобы он продолжал сидеть к востоку от Нинве и наблюдать за тем, что в нем происходит, и чтобы он увидел, как Бог накажет грешников.

    «Даат Микра» обращает внимание на то, что в предложении №1 использовалось слово «раа» (רָעָה), которое в соответствии с контекстом там было переведено как «огорчение». В нашем предложении используется однокоренное ему слово «раато» (רָעָתוֹ), которое здесь переведено как «бедствие его». Основываясь на этом, «Даат Микра» пишет, что сначала бедствием Йоны, из-за которого тот захотел умереть, было его неприятие прощения Богом раскаявшихся грешников, а теперь его бедствием стали палящие лучи солнца. В этом содержится скрытый упрек Йоне, который спорит с Богом относительно принимаемых Им решений, а сам неспособен находиться под лучами созданного Богом светила. В том, что Йона возрадовался клещевине радостью великой, также содержится скрытый упрек: после того как Йона оказался в создаваемой клещевиной тени, он немедленно забыл о своем огорчении из-за того, что Бог прощает раскаявшихся грешников.

  7. И послал Бог червя на рассвете назавтра, и поразил он клещевину, и засохла она.

    Как следует из сказанного в этом предложении, Йона радовался клещевине всего один день, так как на рассвете следующего дня Бог послал червя, который ее поразил, и она засохла.

  8. И было, как встало солнце, и послал Бог ветер восточный оглушительный, и ударило солнце по голове Йоны, и ослаб он, и попросил свою душу умереть, и сказал он: «Лучше смерть моя жизни моей!».

    Восточный ветер в ТАНАХе считается ветром, который приносит людям наибольший вред. К востоку от Земли Израиля расположена Сирийская пустыня, поэтому дующий оттуда ветер обычно очень сухой и горячий. Кроме этого, в Торе (Шмот 14, 21) рассказывается о том, что посредством восточного ветра Бог обнажил дно Красного моря во время выхода еврейского народа из Египта, а в Псалмах (48, 8) сказано, что восточный ветер уничтожает морские суда. Из этого следует, что восточный ветер, кроме своего жара, отличается также своей силой. Вместе с этим, в трактате Бава Батра (2, 9) Мишны сказано, что кожевенные мастерские, издающие неприятные запахи, следует строить к востоку от города на расстоянии минимум в 50 локтей. Из этого следует, что восточный ветер является самым слабым ветром, и запахи, издаваемые в процессе выделки кож, будут ощущаться менее всего, если кожевенные мастерские будут находиться к востоку от города. Объясняя, как это согласуется со сказанным в вышеуказанных местах ТАНАХа и в нашем предложении, рабби Овадья из Бартеноро пишет, что обычно восточный ветер горячий, но слабее, чем другие ветры, за исключением тех случаев, когда Бог его использует для достижения своих целей. Раши в комментарии к соответствующему месту трактата Бава Батра (25, а) Вавилонского Талмуда переписывает мнение рабби Овадьи из Бартеноро практически без изменений.

    В нашем предложении сказано, что в данном случае восточный ветер был послан Богом, к тому же этот ветер в оригинальном тексте охарактеризован уникальным словом «харишит» (חֲרִישִׁית), которое переведено здесь как «оглушительный» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Эти комментаторы считают, что слово «харишит» является прилагательным, образованным от слова «хиреш» (חירש), что означает «глухой». Согласно этому, здесь сказано, что звук, издаваемый посланным Богом восточным ветром был оглушителен, то есть что этот ветер был не только очень горячим, но и очень сильным. Вместе с этим, относительно значения слова «харишит» разошлись во мнениях мудрецы Рава и Раба, чей спор приведен в трактате Гитин (31, б) Вавилонского Талмуда. Рава считает, что слово «харишит» является производным от слова «хариша» (חרישה), что переводится как «пахота», так как такой ветер создает в море борозды, как во время пахоты. В таком случае, в нашем предложении сказано, что посланный Богом восточный ветер был очень сильным. Раба связывает сказанное о восточном ветре с тем, что здесь сказано далее, и считает, что слово «харишит» является производным от глагола «лехахриш» (להחריש), одним из значений которого «заставить молчать». По его мнению, здесь сказано, что посланный Богом восточный ветер заставил молчать все другие ветры, и Раши в комментарии к этому месту Талмуда объясняет, что жара посланного Богом восточного ветра аннулирует прохладу, которую несут все остальные ветры. В соответствии с этим, в нашем предложении сказано, что посланный Богом восточный ветер не был сильным, но был очень горячим. Точно так же Раши объясняет значение слова «харишит» в комментарии к нашему предложению, и так же оно переведено в арамейском переводе Йонатана.

    Вне зависимости от того, был ли восточный ветер сильным или слабым, все комментаторы согласны с тем, что он был очень горячим, и, подвергаясь его воздействию в отсутствие уничтоженной червем клещевины, Йона, как здесь сказано далее, получил солнечный удар. Следует отметить, что слово «ваиталаф» (וַיִּתְעַלָּף) обычно означает «и потерял сознание он», но здесь оно переведено как «и ослаб он», так как потерявший сознание человек неспособен пожелать себе смерти.

    В конце нашего предложения сказано, что Йоне стало так плохо, что он захотел умереть, и выразил это теми же словами, какими ранее обратился к Богу, о чем рассказывалось в предложении №3.

  9. И сказал Бог Йоне: «Очень досадно тебе из-за клещевины?», и сказал он: «Очень досадно мне, до смерти!».

    Заданный Богом вопрос очень похож на вопрос, который Он задал Йоне в предложении №4. Но там Бог спрашивал Йону, сильно ли ему досадно из-за того, что Он простил жителей Нинве, а здесь Бог спрашивает, сильно ли Йоне досадно из-за гибели клещевины. Смысл этого вопроса выяснится в двух следующих предложениях. Здесь же Йона отвечает Богу, что ему очень досадно, «до смерти». «Мецудат Давид» предлагает два варианта понимания значения слов «до смерти». В соответствии с одним из них, Йона отвечает Богу, что ему настолько досадно, что он предпочитает умереть. В соответствии с другим вариантом, Йона отвечает Богу, что из-за гибели клещевины ему будет досадно до самой смерти, то есть всю его жизнь.

    Так же как в предложении №4, слово «хэйтэв» (הֵיטֵב) переведено здесь как «очень» в соответствии с мнением большинства комментаторов, но Мальбим продолжает понимать его как «хорошо». По его мнению, Бог спрашивает Йону, хорошо ли это, то есть правильно ли, что ему стало досадно из-за такой ерунды, как клещевина. А Йона Ему отвечает, что это правильно, так как из-за отсутствия клещевины он скоро умрет от солнечного удара.

  10. И сказал Господь Йоне: «Ты пожалел клещевину, над которой не трудился ты, и не растил ты ее, которая одной ночью была и одной ночью погибла.

    Как было сказано в предложении №6, клещевина, из-за которой расстроился Йона, была приготовлена Богом, сам Йона ее не сажал, не поливал, не окучивал и т.п. Она как бы выросла сама по себе, и сама по себе погибла без всякого вмешательства Йоны. И все равно Йоне было ее жалко «до смерти», как было сказано в предыдущем предложении. Таким образом, здесь Бог говорит Йоне, что ему жалко растения, на выращивание которого он не затратил никаких усилий, а в следующем предложении Бог ему скажет, что тем более Ему жалко жителей Нинве, которые являются Его созданиями. При этом комментаторы отмечают, что Бог также не затрачивал усилий во время Сотворения Мира, но здесь Он говорит с Йоной языком, который ему понятен.

    Слово «пожалел» в оригинальном тексте звучит как «хаста» (חַסְתָּ), и Мальбим пишет, что это слово используется в тех случаях, когда люди жалеют вещь из-за того, что она приносит им пользу. Клещевина приносила Йоне пользу тем, что давала ему тень, и именно поэтому ему было ее жалко. Но так как Йона эту клещевину не растил и не трудился над ней, ему не было ее жалко так, как человек жалеет плоды своего труда. Радак понимает жалость Йоны в отношении клещевины несколько иначе. По его мнению, Йоне было жалко клещевину, так как без нее он страдал под палящими лучами солнца, но Бог жалеет свои создания не из-за того, что без них испытывает страдания, а так как они являются Его величием, о чем сказано в Книге Ишаяху (43, 7). «Даат Микра» считает, что слово «хаста» в нашем предложении означает, что Йона не хотел гибели клещевины, но то же слово в следующем предложении, где речь пойдет о Боге, будет означать «пощадить».

    Следует отметить, что конец нашего предложения переведен в соответствии с мнением большинства комментаторов, считающих, что здесь Бог говорит о том, что клещевина, которую пожалел Йона, выросла в течение одной ночи, а следующей ночью погибла. Вместе с этим, дословным переводом сказанного в конце нашего предложения является «которая возрастом в одну ночь была, и возрастом в одну ночь погибла», и так это понимает «Даат Микра». По его мнению, клещевина, которую пожалел Йона, выросла в начале ночи, а на ее исходе ее уничтожил червь, то есть она просуществовала в течение всего лишь одной ночи. Вместе с этим, такое понимание сказанного плохо согласуется с предложением №6, где, в частности, было сказано, что Йона очень обрадовался клещевине, а это могло произойти лишь днем, когда он смог сидеть в даваемой ей тени.

  11. А Я не пожалею Нинве, город великий, в котором есть больше ста двадцати тысяч человек, которые не различают между правым и левым, и скот многочисленный?».

    В предыдущем предложении Бог сказал Йоне, что тот пожалел клещевину, над которой не трудился, которую не растил, и которая не обладает никакой ценностью. Здесь Бог задает ему риторический вопрос, означающий, что тем более Он жалеет жителей Нинве, которые являются Его созданиями. Нинве был назван великим городом в предложении №2 главы 1 и в предложениях №2 и №3 главы 3, и большинство комментаторов считает, что это означает, что Нинве был очень большим городом. В предложении №3 главы 3 также было сказано, что для того, чтобы пересечь Нинве пешком, требовалось три дня, а здесь Бог говорит о том, что в Нинве было 120 тысяч человек, «которые не различают между правым и левым» и многочисленный скот. Это также указывает на то, что по меркам того периода Нинве был очень большим городом. Согласно этому, Бог говорит о том, что Он не разрушил Нинве, так как в нем живет слишком много людей, и Ему жалко подвергать их всех уничтожению. Вместе с этим, в комментарии к предложению №2 главы 1 рабби Авраам ибн Эзра выражал протест против такого понимания сказанного, так как люди настолько ничтожны по сравнению с Богом, что для Него не имеет значения их численность. Поэтому большинство комментаторов считает, что слова «которые не различают между правым и левым» указывают на малолетних детей, которые еще не научились различать между правым и левым. В соответствии с этим, здесь сказано, что в Нинве было 120 тысяч безгрешных детей, которые должны были погибнуть из-за грехов, совершенных их родителями, и их Богу стало жалко. Раши идет еще дальше. По его мнению, слова «и скот многочисленный» указывают на взрослых жителей Нинве, умственное развитие которых находится на уровне скота, и поэтому они служат идолам. Вместе с этим, из сказанного в трактатах Явамот (61, а) и Критот (6, б) Вавилонского Талмуда следует, что в конце нашего предложения все же речь идет о скоте, а не о взрослом населении Нинве. Поэтому большинство комментаторов считает, что в конце нашего предложения Бог говорит о том, что Ему жалко также многочисленных животных, которые находятся в Нинве, так как они тоже являются Его созданиями, и тоже ничем не согрешили.

    Мальбим и «Даат Микра» понимают сказанное в нашем предложении не так, как большинство комментаторов, но объясняют его по-разному. «Даат Микра» считает, что в данном случае слова «город великий», кроме значения «очень большой город», следует понимать как «очень древний город» (об этом – см. комментарий к предложению №2 главы 1). В соответствии с этим, Бог говорит Йоне, что тот пожалел клещевину, возраст которой на момент гибели составлял всего лишь одну ночь, тем более Бог жалеет Нинве, который является очень древним городом. Кроме этого, Бог, говоря о том, что он жалеет Нинве, очень большой город, указывает Йоне на причину, по которой Он прощает раскаявшихся грешников. Бог говорит Йоне, что Ему жалко жителей Нинве, численность которых составляет более 120 тысяч человек, мужчин, женщин и детей, а также многочисленный скот, причем все они – Его создания. Поэтому Бог не желает их уничтожения и дает им возможность раскаяться в грехах и тем самым заслужить Его прощение. Объясняя слова «которые не различают между правым и левым», «Даат Микра» пишет, что здесь идет речь либо о детях, либо о взрослом населении Нинве, которое составляют необразованные люди. Таким образом, здесь Бог говорит Йоне, что тот пожалел недолговечное растение, не обладающее никакой ценностью, тем более Бог жалеет многочисленное население древнего города.

    Мальбим считает, что здесь Бог говорит Йоне, что Он жалеет Нинве, большой город, населенный Его созданиями, несмотря на то, что они являются идолопоклонниками. Неспособность жителей Нинве различать между правым и левым, по мнению Мальбима, означает, что они неспособны различать между служением Богу и служением идолам. При этом правая сторона указывает на служение Богу, а левая – на служение идолам, но наказывать за это жителей Нинве не следует, так как они действительно неспособны это различить. Кроме этого, в Нинве находится многочисленный скот, который вообще безгрешен. Мальбим считает, что, упоминая обо всем этом, Бог отвечает Йоне, которому не нравилось, что жители Нинве, которые служат идолам, выступят в роли орудия наказания жителей царства Израиля за практикуемое ими идолопоклонство. Бог говорит Йоне, что жители царства Израиля, в отличие от жителей Нинве, умеют различать между правым и левым, так как они получили Тору на горе Синай и заключили с Ним вечный союз, который впоследствии нарушили. Поэтому за идолопоклонство жители царства Израиля должны понести наказание, и это сделают жители Нинве, которые раскаялись в грехах после встречи с первым посланным Богом пророком.