Вторая Книга Шмуэля

Глава 3

  1. И была длинная война между домом Шауля и между домом Давида, и Давид постепенно усиливается, а дом Шауля постепенно истощается.

    Мальбим пишет, что война между домами Шауля и Давида длилась пять с половиной лет (см. комментарий к главе 2, предложению №10), и в течение всего этого времени дом Давида постепенно усиливался, а дом Шауля постепенно ослаблялся, то есть все больше и больше евреев, покидая Иш Бошета, переходили на сторону Давида. По мнению «Даат Микра», под усилением дома Давида подразумевается, что Давид неизменно выигрывал сражения с армией Иш Бошета.

  2. И родились у Давида сыновья в Хевроне, и был первенцем его Амнон у Ахиноам изреэльской.

    Для того чтобы продемонстрировать усиление дома Давида, Книга Шмуэля перечисляет родившихся у него в этот период времени сыновей.

    Как здесь сказано, первенцем Давида был Амнон, родившийся от его жены Ахиноам. Имя Амнон (אמנון) происходит от слова «амин» (אמין), что означает «надежный». Значение имени Ахиноам – см. в комментарии к Первой Книге Шмуэля (14, 50).

  3. И второй – Килеав у Авигаиль, жены Наваля кармельского, и третий – Авшалом, сын Маахи, дочери Талмая, царя Гшура.

    Значение имени Килеав в настоящее время утеряно. Следует заметить, что в Первой Книге Хроник (3, 1) второй сын Давида назван Даниэль, и в Вавилонском Талмуде (Брахот 4, а) говорится о том, что на самом деле этого человека звали Даниэль, а Килеав было его прозвищем. В любом случае, Килеав, он же Даниэль, больше нигде в ТАНАХе не упоминается, и даже после смерти Амнона наследником престола был объявлен не он, а третий сын Давида Авшалом.

    О значении имени Авигаиль – см. комментарий к Первой Книге Шмуэля (25, 3).

    Авшалом в Первой Книге Царей (15, 2 и 10) будет назван Авишаломом. Имя Авшалом (אבשלום) происходит от слов «ав» (אב), то есть «отец» (имеется в виду Бог), и «шалом» (שלום), что означает «Мир» (одно из имен Бога).

    Как здесь сказано, матерью Авшалома была Мааха, дочь царя Гшура Талмая. В Вавилонском Талмуде (Санхедрин 21, а) говорится о том, что Мааха была очень красивой женщиной, и была захвачена Давидом в качестве трофея в ходе войны против ее отца. Значение имени Мааха неясно, но ТАНАХ свидетельствует о том, что это имя было широко распространено как среди евреев, так и среди соседних с ними народов.

    Отца Маахи звали Талмай, и он был тезкой одному из великанов, некогда проживавших в Хевроне (см. Бамидбар 23, 32 и Книгу Йехошуа 15, 14). Имя Талмай было распространено среди народов хури и жителей Угарита. Значение этого имени неизвестно.

    Гшур было названием государства, которое в описываемый здесь исторический период занимало южную часть Голанских высот.

  4. И четвертый – Адония, сын Хагит, и пятый – Шфатья, сын Авиталь.

    Адония в Первой Книге Царей (1, 9) будет назван Адонияху. Значение этого имени – «Господин мой – Господь».

    Происхождение его матери Хагит, так же как матери Шфатьи Авиталь, здесь не указано, из чего можно заключить, что обе эти женщины были жительницами Хеврона. Имя Хагит (חגית) происходит от слова «хаг» (חג), то есть «праздник», и, по всей видимости, эта женщина получила такое имя из-за того, что родилась во время одного из праздников. В ТАНАХе упоминаются похожие на Хагит мужские имена, такие как Хаги (Берешит 46, 16, Бамидбар 25, 15), Хагай (один из пророков), а также Хагия (Первая Книга Хроник 6, 15).

    Имя Шфатья (שפטיה) означает «Господь – судья». В ТАНАХе упоминается ряд имен, имеющих такое же значение, например, Йехошафат (см. главу 8, предложение №16), Йошафат (Первая Книга Хроник 11, 43), Элишафат (Вторая Книга Хроник 23, 1) и т.д. Следует отметить, что одним из потомков Шфатьи был рабби Йехуда ха-Наси, великий законоучитель, составитель Мишны (см. Ктубот 62, б).

    Имя Авиталь (אביטל) происходит от слов «ави» (אבי), то есть «отец мой» (имеется в виду Бог), и «таль» (טל), что означает «роса». В ТАНАХе исходящее от Бога благословение часто сравнивается с росой (см. в Хошеа 14, 6: «И буду Я, как роса Израилю»), что объясняет значение имени этой женщины.

  5. И шестой – Итреам у Эглы, жены Давида; эти рождены были у Давида в Хевроне.

    Имя Итреам (יתרעם) является производным от слов «итарон» (יתרון), что означает «преимущество», и «ам» (עם), что означает «народ». Из этого следует, что значением имени Итреам является «лучший из народа».

    Имя Эгла (עגלה) переводится на русский язык, как «телка», что в описываемый здесь исторический период являлось одним из ласковых названий женщины. В Вавилонском Талмуде (Санхедрин 21, а) сказано, что на самом деле Эгла – это Михаль, первая жена Давида и дочь царя Шауля. Этого мнения придерживается большинство комментаторов. Вместе с этим, Ральбаг пишет, что Эгла была не дочерью, а женой Шауля (то есть Эгла – это не Михаль), и именно о ней здесь сказано «жена Давида», так как лишь она, являясь вдовой царя, была достойна Давида.

    Мальбим считает, что здесь идет речь о Михаль, и лишь она названа женой Давида из-за того, что была царской дочерью. «Мецудат Давид» с этим не согласен, и говорит о том, что слова «жена Давида» относятся ко всем перечисленным выше женщинам. По его мнению, все они были женами Давида, и ни одна из них не была его наложницей.

  6. И было во время войны между домом Шауля и между домом Давида, и Авнер укреплялся в доме Шауля.

    Здесь повествование возвращается к предложению №1, после того как оно было прервано перечислением сыновей Давида.

    Комментаторы разделились во мнениях о том, что означает укрепление Авнера в доме Шауля во время войны с домом Давида. Большинство из них считает, что здесь идет речь о том, что во время этой войны Авнер всеми силами старался сделать так, чтобы власть над Израилем осталась в доме Шауля. Мальбим понимает это несколько по-другому и пишет, что Иш Бошет был общепризнанным царем все время, пока между его царством и царством Давида был мир (то есть, по мнению Мальбима, в течение двух первых лет его правления). Но после начала войны рейтинг Иш Бошета начал неуклонно падать, так как он был совершенно неспособен вести за собой народ, а это, как следует из Первой Книги Шмуэля (8, 20), является одной из главных обязанностей царя. Более того, Иш Бошет вообще не умел воевать, и по этой причине не принимал участия в том сражении армии Шауля с плиштим, которое закончилось разгромом еврейской армии и смертью Шауля и трех братьев Иш Бошета (см. Первую Книгу Шмуэля 31, 1-7). Поэтому вместо Иш Бошета народ на войну вел Авнер, попутно решая множество организационных вопросов, вследствие чего он, а не Иш Бошет, стал фактически править государством.

    В любом случае, война с царством Давида привела к тому, что сильный и решительный Авнер подавил слабого и нерешительного Иш Бошета, и это явилось предпосылкой к событиям, о которых пойдет речь ниже.

  7. А у Шауля наложница, и имя ее – Рицпа, дочь Айи, и сказал он Авнеру: «Почему пришел ты к наложнице отца моего?».

    Согласие между Авнером и Иш Бошетом было нарушено из-за наложницы покойного царя Шауля, которую звали Рицпа. В то время наложницы имели вполне легальный статус, и хотя он был заметно ниже, чем статус законных жен, все же они не были просто любовницами. Наложницы умершего царя считались его вдовами, и в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 2, а) приводится спор между мудрецами и рабби Йехудой. Мудрецы считают, что вдова царя не может еще раз выйти замуж, а рабби Йехуда говорит о том, что она может выйти замуж, но лишь за другого царя. В любом случае, Авнер, не будучи царем, не отвечал даже критерию рабби Йехуды, но при этом взял себе наложницу покойного царя Шауля. Мальбим пишет, что Авнер считал, что, так как он является главной опорой государства, эта женщина ему полагается по праву. Но Иш Бошет посчитал этот поступок Авнера личным оскорблением, бунтом против царской власти и изъявлением намерения захватить трон.

    Имя «Рицпа» (רצפה) в данном случае означает «пылающая головня».

    Имя «Айа» (איה) переводится как «осоед» (лат. Pernis), хищная птица семейства ястребиных, отличающаяся очень острым зрением:

    Айа

    Имя Айа встречается среди представителей народа хури (см. Берешит 36, 24), он же хиви (см. Берешит 36, 2). Поэтому вполне вероятно, что Рицпа принадлежала к этому народу, который обманом заключил мирный договор с евреями во времена Йехошуа (см. Книгу Йехошуа, главу 9), за что был низведен до положения «граждан второго сорта». В этом случае, происхождение Рицпы хорошо объясняет, почему она была наложницей, а не женой Шауля.

  8. И уязвлен был Авнер сильно словами Иш Бошета, и сказал он: «Глава ли собак я, которые у Йехуды?! Сегодня буду я делать милость с домом Шауля, отца твоего, братьям его и ближним его?! И не предал я тебя в руки Давида, а ты припомнил мне грех женщины этой сегодня!

    Авнер совершенно искренне считал, что сожительство с наложницей покойного царя Шауля положено ему по праву. Поэтому претензии, предъявленные ему Иш Бошетом, сильно его возмутили.

    Авнер говорит Иш Бошету, что он обращается с ним так, как будто Авнер не военачальник его армии, который жертвует собой во имя процветания царства Иш Бошета, а главный собачник колена Йехуды, то есть самый презренный из работников, которые работают на его врага. Далее он восклицает: «Как я смогу теперь продолжать верно служить дому Шауля, его братьям (то есть, всем родственникам Шауля) и его ближним (то есть, всем его сторонникам)?». В заключительной части своих слов Авнер говорит о том, что он все делал для того, чтобы Иш Бошет не был побежден Давидом, а он теперь платит ему черной неблагодарностью, выискивая какие-то его грехи, которые, если разобраться, и не грехи вовсе.

  9. Так сделает Бог Авнеру и так добавит ему, ибо как поклялся Господь Давиду, ибо так сделаю я ему!

    Слова «Так сделает Бог Авнеру и так добавит ему» являются очень распространенной в то время формулировкой клятвы, которая употреблялась тогда, когда человек, ее приносивший, клялся не нарушить следующего за этой формулировкой условия. Таким образом, Авнер здесь клянется в том, что отныне он всеми силами будет способствовать тому, чтобы данная Давиду Богом клятва в том, что он станет царем над всем Израилем, осуществилась.

    Следует заметить, что Книга Шмуэля ни словом не упоминает о какой-либо клятве, которую Давиду дал Бог. Поэтому следует сказать, что Авнер здесь имеет в виду пророчества, которые получил Шмуэль, и в которых говорилось о том, что Давид станет царем после Шауля (см. Первую Книгу Шмуэля 25, 30 и 28, 17).

  10. Перевести царствование из дома Шауля и установить трон Давида над Израилем и над Йехудой от Дана и до Беер Шевы».

    Для того чтобы у Иш Бошета не осталось никаких сомнений в том, что имеет в виду Авнер, он говорит о том, что будет всеми силами способствовать тому, чтобы Давид стал царем и над Израилем (царством Иш Бошета), и над Йехудой. Кроме этого Авнер определяет границы, в которых будет находиться будущее царство Давида: от Дана до Беер Шевы. Дан в то время был крайней северной точкой проживания еврейского населения, а Беер Шева – самой южной (детали – см. в комментарии к Первой Книге Шмуэля 3, 20).

  11. И не мог он еще ответить Авнеру ни слова из-за его страха перед ним.

    Здесь идет речь об Иш Бошете, который, по причине страха перед Авнером, не смог сказать ни слова в ответ на его пламенную речь. Забегая вперед, следует заметить, что Иш Бошет настолько испугался, что даже не сместил Авнера с занимаемой им должности, несмотря на то, что тот открыто поклялся в том, что отныне принимает сторону врага Иш Бошета Давида.

  12. И послал Авнер посланников к Давиду под ним сказать: «Кому Земля», сказать «Заключи союз твой со мной, и вот, рука моя с тобой, повернуть к тебе весь Израиль».

    В этом предложении есть два трудных для понимания места. Во-первых, это слова «под ним», и во-вторых, это фраза «кому Земля». Комментаторы предлагают целый ряд их возможных объяснений, и ниже будут рассмотрены самые распространенные из них.

    Раши и «Мецудат Давид» предлагают понимать «под ним», как «со своего места», то есть, по их мнению, здесь идет речь о том, что Авнер послал своих людей к Давиду из того места, в котором он тогда находился, по всей видимости, из Маханаим.

    Вместе с этим, Раши в своем комментарии приводит еще одну версию, в соответствии с которой слова «под ним» означают, что в переданном Авнером Давиду письме имя Авнера стояло перед именем Давида. То есть, Авнер написал Давиду что-то вроде: «От меня, Авнера, военачальника Израиля, Давиду, царю Израиля…». Раши пишет, что Авнер таким обращением проявил неуважение к Давиду, за что впоследствии поплатился.

    Мальбим предлагает понимать слова «под ним», как «вместо себя», и в таком случае здесь идет речь о том, что посланники Авнера были им наделены особыми полномочиями, и могли вести переговоры с Давидом и принимать решения так, как будто это делал сам Авнер.

    «Даат Микра» считает, что слова «под ним» относятся к Давиду, то есть посланники должны были сообщить Давиду о том, что пославший их Авнер принимает власть Давида и отныне объявляет себя его подданным.

    Фразу «кому Земля» Раши и «Мецудат Давид» предлагают понимать, как формулировку клятвы. В соответствии с этим, Авнер приказал своим посланникам поклясться Владыкой Мира в том, что он совершенно искренне желает перейти на сторону Давида и заключить с ним союз.

    В соответствии с другой версией, которую также приводит Раши, во фразе «кому Земля» имеется в виду не вся планета, а лишь Земля Израиля, и ее следует читать, как «Тому, кому Земля». В таком случае, здесь приводится обращение Авнера к Давиду, которое следует понимать, как «Тому, кто достоин царствовать на всей Земле Израиля».

    Мальбим также считает, что в этих словах идет речь о Земле Израиля, но понимает их, как постановку задачи, которую должны были решить посланные Авнером люди. То есть, после того как эти люди выполнят свою миссию и закончат переговоры с Давидом, решится вопрос о том, кто владеет Землей Израиля и царствует на ней. Ведь на самом деле до сих пор войну с Давидом вел не кто иной, как Авнер, и если бы он признал, что Давид является законным царем Израиля, война сразу же была бы закончена, так как военачальник Авнер имел все полномочия для того, чтобы признать свое поражение и на этом основании передать власть над всем Израилем в руки Давида.

    Рид предлагает понимать фразу «кому Земля», как «кому Земля Израиля, если не тебе, Давид?».

    Далее Авнер предлагает Давиду заключить с ним союз, и Авнер со своей стороны обязуется сделать все от него зависящее, чтобы все колена Израиля перешли на сторону Давида. В ТАНАХе, когда рассказывается о просьбе слабой стороны заключить союз с сильной, используется формулировка «заключи мне союз» (см., например, Книгу Йехошуа 9, 6). Здесь же Авнер использует формулировку «заключи союз… со мной», то есть говорит о союзе равных. Из этого следует, что Авнер ни в грош не ставил Иш Бошета, и считал себя если не царем, то, во всяком случае, исполняющим его обязанности.

    Книга Шмуэля умалчивает об условиях, которые поставил Авнер при заключении союза с Давидом, по всей видимости, он потребовал у Давида назначить его на ту же самую должность, которую он занимал при царях Шауле и Иш Бошете, то есть сделать его своим военачальником. Во всяком случае,  Йосеф Флавий пишет, что Йоав очень этого опасался. «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Авнер также потребовал у Давида достойным образом решить судьбу Иш Бошета, назначив его своим премьер-министром.

  13. И сказал он: «Хорошо, я заключу с тобой союз, но одно дело я прошу у тебя, говоря: «Не увидишь ты лица моего, лишь перед тем как приведешь ты Михаль, дочь Шауля, во время прихода твоего увидеть лицо мое»».

    В соответствии с простым пониманием текста, Давид согласился заключить с Авнером союз, но при этом отказался с ним встречаться до тех пор, пока Авнер не вернет ему его жену Михаль, которую в свое время Шауль отдал Палтиэлю из города Галим (см. Первую Книгу Шмуэля 25, 44). Вместе с этим, такое понимание текста вызывает некоторые затруднения, так как Давид здесь говорит не о том, что Авнер сможет увидеть лицо его только после того, как приведет к нему Михаль. Напротив, Давид говорит, что Авнер сможет с ним встретиться лишь перед тем, как он это сделает. Для того чтобы избежать этого затруднения, Раши предлагает понимать сказанное Давидом, как «перед тем, как увидеть лицо мое, приведи Михаль». «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «лифней» (לפני) здесь имеет значение не «перед», а «в то время», то есть Давид здесь соглашается встретиться с Авнером при условии, что тот явится на встречу вместе с Михаль.

    Мальбим предпочитает не насиловать сказанное в нашем предложении для того чтобы подогнать его по смыслу, и говорит о том, что Давид потребовал от Авнера доставить к нему Михаль и сказал, что встретится с ним прежде чем встретится со своей женой, с которой он был в долгой разлуке. По мнению Мальбима, Давид очень не хотел, чтобы со стороны выглядело так, как будто он добивается власти силой. Он хотел получить власть по закону и при согласии всех еврейских колен, так как был помазан на царство пророком Шмуэлем. И хотя Давид мог вернуть себе Михаль после того как станет царем всего Израиля, он решил вернуть ее как можно скорее, так как после ее возвращения он снова станет зятем покойного царя Шауля и сможет претендовать на трон на совершенно законных основаниях. По этой же причине Давид не хотел, чтобы пришедший к нему Авнер выглядел, как вельможа, взбунтовавшийся против своего господина. Поэтому Авнер должен был играть роль сопровождавшего Михаль вельможи, которая по царской милости возвращается к Давиду, ее законному мужу. По этой же причине в соответствии с этикетом Авнер должен был явиться к Давиду прежде, чем Давид встретится с Михаль, и сообщить ему о ее прибытии.

  14. И послал Давид посланников к Иш Бошету, сыну Шауля, говоря: «Отдай мне жену мою, Михаль, которую обручил я себе за сотню крайних плотей плиштим».

    Давид наверняка действовал по договоренности с Авнером, и послал своих людей к Иш Бошету так как хотел, чтобы все было сделано пристойно, и чтобы ни у кого не создалось впечатления, что он просто похитил Михаль против ее воли. Следует заметить, что то, что Давид оказался способен послать к Иш Бошету посланников, свидетельствует о том, что в то время между царствами Иш Бошета и Давида было достигнуто перемирие.

    В свое время, в качестве выкупа за Михаль, Шауль запросил у Давида доставить ему сто крайних плотей убитых Давидом плиштим (см. Первую Книгу Шмуэля 18, 25), и сейчас Давид напоминает об этом Иш Бошету. Комментаторы объясняют, что этим Давид говорит Иш Бошету о том, что он заплатил сполна запрошенный за Михаль выкуп (на самом деле Давид тогда перевыполнил план ровно в два раза и доставил Шаулю не сто, а двести крайних плотей плиштим), и теперь Михаль по праву принадлежит ему. «Мецудат Давид» к этому добавляет, что в упоминании сотни крайних плотей плиштим содержалась также скрытая угроза: Давид намекнул Иш Бошету о том, что он уже однажды сражался для того, чтобы получить Михаль, и ему не составит никакого труда сразиться за нее еще раз.

  15. И послал Иш Бошет, и взял ее от мужа, от Палтиэля, сына Лаиша.

    Книга Шмуэля умалчивает о том, кого послал Иш Бошет за Михаль, но из сказанного в следующем предложении следует, что Авнер был одним из этих посланников.

    В нашем предложении подчеркивается, что Иш Бошет взял Михаль у ее мужа, то есть он аннулировал брак Михаль с Палтиэлем, точно так же, как это в свое время сделал Шауль по отношению к ее браку с Давидом.

    Палтиэль, сын Лаиша, был упомянут в Первой Книге Шмуэля (25, 44) как Палти, сын Лаиша, и там рассказывалось о том, что Шауль отдал ему свою дочь Михаль, жену Давида, когда Давид со своими людьми прятался от Шауля в пустыне.

  16. И пошел с ней муж ее, шел и плакал за ней до Бахурим, и сказал ему Авнер: «Иди, возвращайся», и вернулся он.

    Палтиэль пошел провожать Михаль, и всю дорогу он шел и плакал, так как, по мнению «Даат Микра», любил ее и страдал от того, что ее забирают. Вместе с этим, Раши говорит о том, что Палтиэль понимал, что не получившая разводное письмо Михаль по-прежнему являлась законной женой Давида, и поэтому не притронулся к ней все время, пока они жили вместе (см. комментарий к Первой Книге Шмуэля 25, 44). А сейчас он плакал из-за того, что Михаль уходит, и он больше не сможет исполнять заповедь не притрагиваться к замужней женщине.

    Палтиэль проплакал всю дорогу до города Бахурим, а потом сопровождавшему Михаль Авнеру это надоело, и он приказал Палтиэлю вернуться в город Галим, место проживания Палтиэля. Палтиэль решил не спорить с грозным Авнером и вернулся в Галим, а Михаль отправилась дальше.

    Относительно местонахождения города Бахурим мнения исследователей разделились. Предполагается, что в настоящее время Бахурим представляет собой курган Рас э-Тамим (31°47'30.32"N, 35°15'26.23"E), расположенный примерно в 2.5 км. от Галим. Из перевода на арамейский Йонатана следует, что город Бахурим упоминался в Книге Йехошуа (21, 18) под названием Альмон, который расположен к северо-востоку от Галим тоже на расстоянии 2.5 км. О его точном местонахождении – см. комментарий к Книге Йехошуа (21, 18). О расположении всех этих трех городов можно получить впечатление из следующего снимка местности:

    Бахурим, Галим и Альмон

  17. И слово Авнера было со старцами Израиля, говоря: «И вчера, и позавчера вы просили, чтобы Давид царствовал над вами.

    Раши пишет, что этот разговор Авнера со старцами состоялся еще до того как он отправился за Михаль. Из этого следует, что Авнер слов на ветер не бросал, и, пообещав Давиду, что он приложит все свои силы для того, чтобы Давид стал царем всего Израиля, тут же развил бурную деятельность. Прежде всего, Авнер постарался заручиться поддержкой старцев Израиля, то есть, глав тех колен, которыми правил Иш Бошет.

  18. А теперь действуйте, ибо Господь сказал о Давиде, говоря: «Рукой Давида, раба Моего, избавлю Я народ Мой, Израиль, от рук плиштим и от рук всех врагов их!»».

    Здесь впервые Давид назван рабом Господа, то есть так, как назывались лишь великие люди (см. комментарий к Книге Йехошуа 1, 1).

    Плиштим здесь упомянуты отдельно от всех других врагов еврейского народа, хотя тоже к ним относились, так как в описываемый здесь период они были самыми злыми врагами евреев.

  19. И говорил также Авнер в уши Биньямина, и пошел также Авнер говорить в уши Давида в Хевроне обо всем, что было хорошо в глазах Израиля и в глазах всего дома Биньямина.

    Так как колено Биньямина было тем коленом, к которому принадлежал Иш Бошет, существовала большая опасность того, что это колено откажется переходить на сторону Давида, и будет продолжать оставаться лояльным по отношению к Иш Бошету. Если бы это случилось, началась бы гражданская война между коленом Биньямина и всеми остальными коленами. Для того чтобы предотвратить такое нежелательное развитие событий, Авнер решил не ограничиваться беседой с главой колена Биньямина, и отправился на территорию этого колена для того, чтобы лично убедить его представителей поддержать Давида, а не Иш Бошета.

    После того, как Авнеру удалось договориться с коленом Биньямина, он отправился в Хеврон, где, как здесь сказано, сообщил Давиду о том, что «было хорошо в глазах Израиля и в глазах всего дома Биньямина». «Мецудат Давид» понимает эти слова как сообщение о том, что всем без исключения коленам очень понравилась идея поменять власть Иш Бошета на власть Давида. «Даат Микра» пишет, что здесь идет речь о тех условиях, при выполнении которых все колена поддержат Давида в его притязаниях на трон.

    Следует заметить, что из сказанного в этом и в предыдущем предложениях следует, что в описываемый здесь исторический период еврейский народ был расколот на три фракции: колено Йехуды, у которого даже был свой царь, колено Биньямина, родственное другому царю Иш Бошету, и все остальные колена.

  20. И пришел Авнер к Давиду в Хеврон, и с ним двадцать мужей, и сделал Давид Авнеру и мужам, которые с ним, пир.

    Здесь идет речь о следующем визите Авнера в Хеврон, когда он явился к Давиду уже не один, а в сопровождении двадцати влиятельных и высокопоставленных мужей. На сей раз Авнер прибыл в Хеврон для того чтобы согласовать с Давидом все детали перед его восхождением на царство над всем Израилем. По такому случаю Давид закатил гостям пир.

  21. И сказал Авнер Давиду: «Встану я, и пойду, и соберу к господину моему царю весь Израиль, и заключат они с тобой союз, и будешь царствовать ты во всем, что пожелает душа твоя!», и отослал Давид Авнера, и ушел он с миром.

    По окончании пира Авнер сообщил Давиду о том, что в результате его деятельности Давида теперь поддерживают представители всех без исключения еврейских колен. И теперь осталось лишь произвести процедуру коронации Давида, для чего Авнеру нужно собрать в Хевроне всех глав колен. После того как все они объявят Давида своим царем, он сможет царствовать, руководствуясь лишь своими соображениями.

    Следует заметить, что Авнер здесь впервые обращается к Давиду, используя слова «господин мой царь», то есть так, как принято обращаться к царю его подданным. По этой же причине Авнер сообщает Давиду о том, что ему нужно идти для того, чтобы собрать глав колен, и уходит лишь только после того, как Давид его отсылает, так как нельзя покидать царя, не испросив на это его разрешения.

  22. И вот, рабы Давида и Йоав пришел из отряда, и трофеи великие с ними принесли они, а Авнера нет с Давидом в Хевроне, ибо отослал он его, и ушел он с миром.

    Словами «и вот» в ТАНАХе обычно начинается рассказ о неожиданных и непредсказуемых событиях.

    После того как Авнер покинул Хеврон, туда вернулся Йоав, который до этого во главе воинов Давида совершал поход по землям южных кочевников. Как здесь сказано, Йоав явился в Хеврон с большими трофеями, что говорит о том, что поход оказался успешным и Йоав был полон энергии.

    «Даат Микра» пишет, что Давид, ожидая возвращения Йоава в Хеврон, во избежание всяческих ненужных эксцессов не стал задерживать у себя Авнера, и позаботился о том, чтобы отослать его до того, как Йоав вернулся.

  23. И Йоав и все войско, которое с ним, пришли, и рассказали Йоаву, говоря: «Приходил Авнер, сын Нера, к царю, и отослал он его, и ушел он с миром».

    Здесь подчеркивается, что Йоав вернулся в Хеврон во главе всего войска Давида, то есть, идет речь о том, что Йоав командовал армией и исполнял обязанности военачальника. Мальбим пишет, что это обстоятельство, а также только что успешно завершенный поход, являлись причиной того, что Йоава обуревала жажда деятельности.

    После того как Йоав появился в Хевроне, ему сообщили, что во время его отсутствия к Давиду приходил Авнер, который по окончании визита мирно отправился обратно. Для того чтобы у Йоава не осталось сомнений в том, что это был именно тот Авнер, который убил его брата, те, кто рассказал Йоаву о его посещении Хеврона, назвали Авнера по имени-отчеству: Авнер, сын Нера.

  24. И пришел Йоав к царю, и сказал: «Что ты наделал?! Вот, приходил Авнер к тебе, зачем это отослал ты его, и ушел он?».

    Йоав, явившись к Давиду, высказал ему свое возмущение тем, что тот дал Авнеру уйти. Такое поведение Йоава может показаться странным, но Мальбим пишет, что Йоав объяснил Давиду, что если бы Авнер действительно перешел на сторону Давида и явился к нему без ведома Иш Бошета, он бы побоялся возвращаться назад, так как Иш Бошет наверняка схватил бы его и казнил за государственную измену. Перейдя на сторону Давида, Авнер должен был остаться в Хевроне под защитой Давида, и то, что он отправился назад, доказывает, что он посетил Хеврон с ведома и с согласия Иш Бошета, то есть играл роль двойного агента.

  25. Знаешь ты Авнера, сына Нера, что искусить тебя приходил он, и узнать выходы твои и входы твои, и узнать все, что ты делаешь!».

    Йоав говорит Давиду о том, что он ведь давно знаком с Авнером, и ему прекрасно известно о том, что Авнер его ненавидит и в прошлом причинил ему немало неприятностей. Поэтому на самом деле Авнер приходил для того, чтобы искусить Давида, то есть заманить его в ловушку, а также для того, чтобы разведать все его планы («и узнать выходы твои и входы твои»), и вообще разузнать о том, чем Давид занимается.

  26. И вышел Йоав от Давида, и послал посланников за Авнером, и вернули они его от Бор ха-Сиры, а Давид не знал.

    Давид ничего не ответил на высказанные Йоавом в адрес Авнера обвинения, из чего Йоав заключил, что он может расправиться с Авнером и ему ничего за это не будет.

    Сразу же после того, как Йоав покинул Давида, он послал за Авнером своих людей, которые вернули его в Хеврон, представившись посланниками Давида и сообщив ему, что Давид снова желает его видеть, так как забыл кое-что ему сообщить.

    Посланные Йоавом люди обнаружили Авнера в месте, которое здесь названо Бор ха-Сира. Местонахождение Бор ха-Сиры в настоящее время в точности неизвестно, но предполагается, что Бор ха-Сира либо расположен в 3 км. от древнего Хеврона и сейчас называется Эйн Сара (31°33'8.06"N, 35° 6'15.01"E), либо он расположен еще на 1.5 км. севернее и сейчас называется Сират Иль-Бала (31°33'59.24"N, 35° 6'10.78"E):

    Бор ха-Сира

    Следует заметить, что Сират Иль-Бала представляет собой самое высокое место в Иудее: 1020 м. над уровнем моря.

    Вместе с этим, часть комментаторов, включая Радака и «Мецудат Давид», считают, что Бор ха-Сира не является географическим названием. Слово «бор» (בור) на иврите означает «яма», а «сира» (סירה) происходит от слова «сирим» (סירים), что означает «колючки». Поэтому, по мнению этих комментаторов, Бор ха-Сира является местом, в котором были ямы, служившие местным жителям для хранения колючек, которые они использовали для отопления. Следует заметить, что и в Эйн Саре, и в Сират Иль-Бале есть много древних ям искусственного происхождения.

    В заключительной части нашего предложения подчеркивается, что Давид не знал о том, что Авнер был возвращен в Хеврон по приказу Йоава.

  27. И вернулся Авнер в Хеврон, и завел его Йоав внутрь ворот говорить с ним обманчиво, и ударил он его там в пятерик, и умер он за кровь Асаэля, брата его.

    Авнер направлялся прямиком к Давиду, когда возле городских ворот Хеврона его встретил Йоав и завел его внутрь ворот. По мнению Мальбима, Йоав сказал Авнеру, что Давид передал через него некие секретные сведения или указания, которые он сможет сообщить Авнеру там, где их никто не сможет услышать. Следует заметить, что в описываемый здесь исторический период городские ворота представляли собой довольно крупное сооружение, которое, кроме самих ворот, включало в себя также помещения для охраны, столовую, складские помещения и т.д. Таким образом, внутри городских ворот нетрудно было найти место, в котором можно было поговорить с глазу на глаз.

    Городские ворота включали в себя также помещение, которое служило залом заседаний городского суда, членами которого являлись проживавшие в этом городе старцы. Поэтому «Даат Микра» пишет, что Йоав завел Авнера внутрь ворот под тем предлогом, что с ним желают побеседовать старцы. Похожего мнения придерживается Раши, который считает, что Йоав завел Авнера в ворота и привел его к старцам, которые судили его за то, что он убил гнавшегося за ним Асаэля (см. главу 2, предложения №19-23). В Вавилонском Талмуде (Санхедрин 49, а) даже приводится стенограмма этого заседания:

    Йоав: Почему ты убил Асаэля?

    Авнер: Асаэль преследовал меня с целью убийства (Тора предписывает любым способом остановить намеревающегося убить преследователя, включая его убийство).

    Йоав: Ты мог остановить его, повредив одну из частей его тела!

    Авнер: Не мог я.

    Йоав: В пятерик ты ему попал точно, а в другие части тела не мог попасть ты?!

    Присутствующее в оригинальном тексте слово «башели» (בשלי), которое здесь переведено, как «обманчиво», является уникальным и больше нигде в ТАНАХе не встречается. Поэтому комментаторы выдвигают целый ряд предположений о том, что это слово означает, и «обманчиво» лишь одно из них. Такого мнения придерживается Раши, но он считает, что оно относится к тому, о чем говорится в начале нашего предложения, и на самом деле оно должно звучать так: «…и завел его Йоав внутрь ворот обманом, чтобы говорить с ним…». Мальбим и «Мецудат Давид» считают, что слово «башели» означает «то, что было забыто». Таким образом, по их мнению, здесь говорится о том, что Йоав завел Авнера внутрь ворот, чтобы сообщить ему то, что якобы до этого было забыто Давидом. Ральбаг понимает слово «башели» как «спокойствие», то есть, по его мнению, Йоав ничем не выдал того, что он намеревается убить Авнера, говорил с ним спокойно и завел внутрь ворот, где вдруг убил.

    Когда Йоав и Авнер оказались внутри городских ворот, Йоав ударил Авнера в пятерик и убил его. Таким образом, Авнер умер от того же ранения, которое он нанес брату Йоава Асаэлю (см. главу 2, предложение №23). О том, что такое «пятерик» - см. там в комментарии.

    В конце нашего предложения подчеркивается, что Авнер был убит Йоавом из-за того, что он убил его брата Асаэля. Поэтому следует сказать, что Йоав очень сильно кривил душой, когда высказывал Давиду свои подозрения в том, что Авнер является шпионом Иш Бошета. По всей видимости, Давид это понял и поэтому ничего не ответил Йоаву на высказанные им в адрес Авнера обвинения.

    Следует заметить, что в нашем предложении описывается, как один из приближенных Давида, средь бела дня, прилюдно и в столице, убивает самого сильного из союзников Давида, который в самом ближайшем будущем должен был обеспечить Давиду признание его царских полномочий всеми без исключения еврейскими коленами. Таким образом, Йоав этим убийством довольно сильно напортил Давиду, а также показал, что в своих действиях руководствуется лишь своими, а не государственными, соображениями, даже если они подрывают авторитет царя.

  28. И услышал Давид после этого, и сказал он: «Чист я и царство мое от Господа навечно от кровей Авнера, сына Нера!

    Давид узнал о том, что Йоав вернул Авнера в Хеврон только тогда, когда Авнер был уже мертв. И Мальбим пишет, что именно поэтому Давид говорит здесь, что он невиновен в смерти Авнера. Так как, если бы Давид знал о том, что Йоав послал за Авнером своих людей, он мог бы догадаться, что Йоав собирается Авнера убить. В этом случае, если бы Давид не предотвратил этого, он мог бы быть обвинен в преступном бездействии. Но так как Давиду о действиях Йоава ничего не было известно, Давид здесь заявляет о своей полной невиновности.

    Давид говорит о том, что не только он чист, но и все царство его чисто от греха, который совершил Йоав, так как он его совершил по своей личной инициативе. Давид находит нужным упомянуть о своем царстве из-за того, что грехи правителя всегда пагубно сказываются на всем его государстве.

    Слова «от Господа» означают «наказание от Господа», и кроме наказания за смерть невинного Авнера (все же он убил Асаэля в честном бою), Давид здесь имеет в виду наказание за нарушение той клятвы, которой сопровождалось заключение союза между ним и Авнером.

  29. Падут они на голову Йоава и на весь дом отца его, и не прекратятся из дома Йоава истекающий, и прокаженный, и держащий костыль, и павший от меча, и не имеющий хлеба».

    Так как заключенный с Авнером союз сопровождался, помимо всего прочего, проклятием того, кто этот союз нарушит, Давид переводит это проклятие с себя на Йоава и весь его дом. Так, в начале нашего предложения Давид говорит о том, что крови Асаэля падут на голову Йоава и всей его семьи, причем Давид говорит об отце Йоава, а не о его матери Цруе, которая, как было сказано выше, приходилось родной сестрой Давиду. «Даат Микра» пишет, что под домом отца Йоава Давид подразумевает родного брата Йоава Авишая, который, как выяснится из следующего предложения, был соучастником Йоава в убийстве Авнера.

    Далее Давид перечисляет пять напастей, которые отныне и навечно будут сопровождать всех потомков Йоава. Первая из этих напастей – «истекающий», то есть человек, пораженный болезнью, симптомом которой являются выделения из половых органов. Такой человек считается нечистым с ритуальной точки зрения и изгоняется из поселения вплоть до полного выздоровления.

    Точно так же Тора предписывает поступать в отношении прокаженного, который тоже является нечистым и тоже должен быть изгнан из города до тех пор, пока не излечится от своей болезни.

    Относительно того, что означают слова «держащий костыль», мнения комментаторов разделились. Часть их считает, что здесь идет речь о человеке, который вынужден опираться на костыль из-за поразившей его ноги болезни. Другая их часть говорит о том, что слово «пелех» (פלך), которое здесь переведено как «костыль», следует переводить как «веретено». В этом случае Давид здесь говорит о мужчинах, которые добывают себе пропитание с помощью женского ремесла прядения. Следует заметить, что и в том и в другом случаях идет речь о мужчине, не обладающем мужеством.

    «Павший от меча» – это погибший в бою молодой мужчина, а «не имеющий хлеба» – бедняк, не способный обеспечить себе пропитание.

    Комментаторы отвечают на вопрос, почему Давид выбрал именно этот набор проклятий для Йоава и его потомков. Ральбаг пишет, что все упомянутые Давидом люди на самом деле являются живыми трупами, так как все они представляют собой жертвы независящих от их воли внешних обстоятельств. Мальбим в своем комментарии приводит сказанное в Мишне (Эдуйот 2, 9), где говорится о том, что сын получает от отца красоту, мудрость, богатство, силу и долголетие. Но если отец не может передать ему одну из этих вещей, так как сам не ей обладает, сын вместо нее получает от своего отца связанные с этой вещью несчастья. Смысл проклятия Давида заключается в том, что Йоав не сможет передать своим потомкам ни красоту, ни мудрость, ни богатство, ни силу и ни долголетие. И поэтому его потомки получат: вместо силы – истечение, вместо красоты – проказу, вместо мудрости – веретено (Мальбим считает, что потомки Йоава не смогут зарабатывать себе на жизнь с помощью интеллектуальной работы, а лишь с помощью веретена, как женщины), вместо долголетия – павших от меча, и вместо богатства – не имеющих хлеба.

    В Вавилонском Талмуде (Санхедрин 48, б) сказано о том, что все проклятия, которыми Давид осыпал Йоава и его потомков, проявились в потомках самого Давида. Из чего Талмуд делает вывод: «Будь среди проклинаемых, а не среди проклинающих».

  30. И Йоав и Авишай, брат его, убили Авнера за то, что умертвил он Асаэля, брата их, в Гивоне на войне.

    Здесь выясняется, что Авишай был сообщником Йоава в убийстве Авнера, и поэтому проклятие Давида падает также на него.

    Из сказанного в этом предложении следует, что Йоав и Авишай не имели права совершать кровную месть за смерть их брата Асаэля, так как он был убит Авнером в бою, и если бы Авнер не убил его, то сам был бы убит Асаэлем. В отличие от этого, Йоав и Авишай убили Авнера в мирное время, когда они с его стороны не подвергались ни малейшей опасности. Об этом свидетельствуют также используемые в нашем предложении глаголы: относительно убийства Йоавом и Авишаем Авнера сказано «убили», а относительно убийства Авнером Асаэля сказано «умертвил», то есть не совершил грех убийства.

  31. И сказал Давид Йоаву и всему народу, который с ним: «Разорвите одежды ваши, и подпояшитесь мешковиной, и оплакивайте перед Авнером!», и царь Давид идет за погребальными носилками.

    Давид приказал Йоаву и всем находившимся под его командованием воинам соблюдать по Авнеру траур. В знак этого траура они должны были разорвать свои одежды и подпоясаться мешковиной. Кроме этого, они должны были оплакивать Авнера, и здесь сказано «оплакивайте перед Авнером» либо из-за того, что те, кто оплакивал, шли перед погребальными носилками, на которых находилось тело Авнера, либо из-за того, что перед погребением носилки ставились на землю, и плакальщики становились перед ними и оплакивали умершего.

    В соответствии с законами иудаизма, царь не должен участвовать в похоронах (см. Мишну Санхедрин 2, 3). Здесь же говорится о том, что Давид в похоронах Авнера принял участие. Комментаторы пишут, что Давид принял такое решение, чтобы всем стало ясно, что он не имеет к убийству Авнера никакого отношения. Мальбим по этому поводу приводит сказанное в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 20, а), где говорится о том, что за погребальными носилками должны идти женщины. Мальбим пишет, что Давид шел за погребальными носилками Авнера вместе с женщинами, и это говорит о том, что он находился в глубоком трауре, из-за чего совершенно не замечал то, что происходит с ним рядом. Такое поведение Давида должно было снять последние сомнения в том, что он каким-либо образом причастен к смерти Авнера.

  32. И похоронили Авнера в Хевроне, и возвысил царь голос свой, и плакал он на могиле Авнера, и плакали весь народ.

    Место захоронения Авнера до сих пор известно, оно находится в Хевроне недалеко от Пещеры ха-Махпела, в которой похоронены Адам с Хавой и Праотцы. В настоящее время могила Авнера находится на частной территории, принадлежащей арабской семье, и она недоступна для евреев, за исключением десяти дней в году. Могила Авнера выглядит так:

    Могила Авнера

    Здесь тоже говорится о том, что Давид повел себя не как царь, а как самый обычный еврей, и оплакивал Авнера на его могиле вместе со всем остальным народом.

  33. И произнес плач царь по Авнеру, и сказал: «Разве как негодяй умрет Авнер?!

    На свежей могиле Авнера Давид произнес плач, который приведен в этом и в следующем предложениях.

    Смысл сказанного Давидом состоит в том, что он восклицает: «Разве такой презренной смертью должен был умереть Авнер? Такой великий воин, как Авнер, должен был пасть в бою, а не быть зарезанным в городских воротах Хеврона! Как могло случиться, что он не смог защитить себя от руки убийцы?!».

  34. Руки твои не связаны, и ноги твои оковами не скованны, как павший перед сынами зла пал ты!», и продолжили весь народ плакать по нему.

    Комментаторы предлагают несколько вариантов понимания того, о чем здесь говорит Давид. Раши предлагает самое простое понимание: «Руки твои не были связаны, ноги не скованны; как мог ты пасть перед сынами зла (то есть от рук Йоава и Авишая)?!».

    По мнению «Мецудат Давид», Давид говорит о том, что иногда и военачальники не погибают в бою, а попадают в плен неприятелю. Тогда им связывают руки, сковывают ноги, а затем убивают. Но у Авнера руки не были связаны, а ноги не были скованны, и он пал только потому, что его подло убили Йоав с Авишаем.

    Мальбим и «Даат Микра» пишут, что руки и ноги сковывали убийцам по приговору суда, причем делали это перед тем, как передать их в руки родственников убитого для осуществления кровной мести. В соответствии с этим, Давид здесь говорит о том, что Йоав и Авишай не убили Авнера на законных основаниях, а просто подкараулили его, как преступники. В этом случае, Давид здесь отвечает на вопрос, который был приведен в предыдущем предложении: «Нет, не как негодяй (то есть убийца) умер Авнер!».

    Мальбим также пишет, что в словах «перед сынами зла пал ты» содержится намек на то, что Авнер либо умер в искупление грехов своих современников, либо для того, чтобы не видеть несчастий, которые вскоре падут на их головы, то есть в любом случае умер смертью праведника.

  35. И пришел весь народ накормить Давида хлебом, пока еще был день, и поклялся Давид, говоря: «Так сделает мне Бог и так добавит, если перед заходом солнца попробую я хлеб или что-нибудь!».

    Существует традиция после похорон приносить еду тому, кто находится в трауре, и в его доме устраивать трапезу поминовения умершего. Поэтому после похорон Авнера Давиду принесли пищу, но он не просто отказался ее есть, но и поклялся в том, что не притронется к еде до наступления темноты. Точно так же в свое время поступили Давид и жители Явеш Гилада после гибели Шауля (см. выше главу 1, предложение №12 и Первую Книгу Шмуэля 31, 13).

  36. И весь народ распознали, и было хорошо в глазах их все, что делал царь, в глазах всего народа хорошо.

    Мальбим пишет, что Давид мог быть заподозрен в том, что на самом деле это он приказал Йоаву и Авишаю убить Авнера, а потом делал вид, что они это сделали без его ведома, и для этого участвовал в похоронах, оплакивал Авнера и постился до вечера. Но Давид все это делал от чистого сердца, и никто из народа не увидел в том, что делал Давид, ни малейшей фальши. Поэтому весь народ понял, что Давид к смерти Авнера не имеет никакого отношения. И, несмотря на то, что в действиях Давида можно было усмотреть осквернение царского достоинства (как говорилось выше, царь не должен участвовать в похоронах, не говоря уже об оплакивании покойника), народу понравилось все, что делал Давид после смерти Авнера, так как все, что он делал, было им сделано от чистого сердца.

    Мальбим также пишет, что в словах «все, что делал царь, в глазах всего народа хорошо» содержится намек на то, что народ вообще никогда не стал бы протестовать против действий Давида, и даже если бы Авнер действительно был убит по его приказу, народ не протестовал бы и против этого. Поэтому у Давида не было ни малейшей причины разыгрывать траур и скорбь для того, чтобы избежать народного возмущения.

  37. И узнали весь народ и весь Израиль в тот день, что не было от царя умертвить Авнера, сына Нера.

    Поэтому весь присутствовавший в Хевроне народ, а за ним вообще весь еврейский народ (включая те колена, которые находились под властью Иш Бошета) поняли, что Давид никоим образом не причастен к смерти Авнера.

  38. И сказал Давид рабам своим: «Знайте же, что вельможа и великий пал днем этим в Израиле.

    Рабы – это на самом деле придворные Давида. Давид обратился к ним, чтобы изложить свое видение создавшейся после смерти Авнера ситуации, и здесь он говорит о том, что смерть Авнера является большой потерей для всего еврейского народа.

  39. И я сегодня мягок и помазанный царь, а люди эти, сыны Цруи, тверже меня; отплатит Господь творящему зло по злу его!».

    Несмотря на то, что Давид не мог осудить Йоава и Авишая на смертную казнь в соответствии с законом об убийце, так как Авнер был убит без свидетелей, он мог казнить их на основании своего особого распоряжения. И все же Давид признается в том, что он слишком мягок для того, чтобы послать Йоава и Авишая на смерть, поэтому передает их наказание в руки Небес, зная, что Бог всегда воздает злодею по злу его. Мальбим пишет, что в этих словах Давида содержится также объяснение того, почему смерть Авнера была большим несчастьем для всего еврейского народа. По его мнению, Давид говорит о том, что если бы Авнер был жив, он бы помог Давиду справиться с самоуправством Йоава и Авишая, а без него они останутся безнаказанными. «Даат Микра» пишет, что слова, приведенные в этом и в предыдущем предложениях, Давид сказал в присутствии Йоава и Авишая.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator