Вторая Книга Шмуэля

Глава 22

  1. И говорил Давид Господу слова песни этой в день, когда спас Господь его от руки всех врагов его и от руки Шауля.

    В этой главе приведена песнь Давида, в которой он восхваляет Бога за то, что Он спасал его от всех его врагов, и комментаторы разошлись во мнениях о том, когда именно Давид сложил эту песнь.

    Раши, Радак и «Даат Микра» считают, что Давид произнес эту песнь в пожилом возрасте, после того как Бог спас его от всех его врагов, и Давид доживал остаток своей жизни в мире и спокойствии. В таком случае следует понять, почему Шауль здесь упоминается отдельно от всех остальных врагов Давида, ведь он был одним из этих врагов. По мнению Раши, этим подчеркивается, что Шауль был самым непримиримым врагом Давида, и он преследовал Давида в течение многих лет, из-за чего «удостоился» быть упомянутым отдельно. Похожее мнение высказывает Радак, который пишет, что по силе своей ненависти к Давиду Шауль был сравним с остальными врагами Давида вместе взятыми. Абарбанэль считает, что Шауль в корне отличался от остальных врагов Давида, так как, в отличие от них, Давид ненависти к Шаулю не испытывал, и поэтому Шауль здесь упоминается отдельно. По мнению «Хоиль Моше», Шауль упомянут отдельно, так как у него была уважительная причина для того, чтобы ненавидеть Давида, в виде одолевавшего его злого духа, о чем рассказывалось в Первой Книге Шмуэля.

    Мальбим совершенно справедливо замечает, что приведенная здесь благодарственная песнь Давида представляет собой не что иное, как Псалом №18, который приведен также в Книге Псалмов. В связи с этим Мальбим спрашивает: почему Книга Шмуэля приводит здесь именно этот псалом Давида, ведь Давид сочинял псалмы в течение всей своей жизни, и кроме этого псалма, есть еще 149 других? Кроме этого, Мальбим указывает на то, что приведенная здесь песнь Давида и Псалом №18 не являются абсолютно идентичными, и они различаются в некоторых словах и буквах. По мнению Мальбима, все это говорит о том, что правы не приведенные выше комментаторы, а Абарбанэль, который считает, что Давид сочинил приведенную здесь песнь еще в молодости, после того как Бог впервые спас его от врага, и произносил ее после каждого своего спасения. В соответствии с этим, присутствующее в оригинальном тексте слово «хициль» (הציל) следует переводить не как «спас», а как «спасал». И Книга Шмуэля приводит здесь именно этот псалом, а не другие, из-за того, что Давид произносил слова этого псалма многократно, после каждого своего спасения.

    Относительно расхождений в текстах приведенной здесь песни Давида и Псалма №18, Мальбим пишет, что Давид собрал все сочиненные им псалмы в книгу уже в зрелом возрасте. Тем самым он составил своего рода сборник молитв, пользуясь которым, человек может обратиться к Богу с любой просьбой, и для каждой такой просьбы в составленном Давидом сборнике есть подходящий псалом. Составляя Книгу Псалмов, Давид внес в нее и приведенную здесь песнь, так как с ее помощью человек может поблагодарить Бога за то, что Он спас его от врагов. Но для того, чтобы эта песнь подошла любому человеку, Давиду пришлось сделать в ней ряд изменений.

  2. И сказал он: «Господь – Скала моя, и Твердыня моя, и Хранитель мой мне!».

    Давид называет спасавшего его от всех врагов Бога Скалой, Твердыней и Хранителем.

    «Скала» является метафорой защиты, так как очень часто находящиеся на вершине скалы воины способны отбить атаку превосходящего их по силе противника, который находится у ее подножия.

    «Твердыня» является метафорой убежища, в котором человека не могут достать никакие враги. Следует заметить, что, по мнению части комментаторов,  под словом «твердыня» во времена Давида подразумевалась не построенная людьми крепость, а естественное укрепление, представляющее собой пещеру, расположенную среди неприступных скал. Именно поэтому слова «скала» и «твердыня» в ТАНАХе очень часто используются вместе.

    «Хранитель» – это тот, кто выручает человека из беды.

  3. Бог мой – Скала моя, укроюсь я в Нем, Щит мой и Рог Спасения моего, Цитадель моя и Убежище мое, Спаситель мой, от разбоя спаси меня!

    Здесь Давид снова называет Бога Скалой (используя для этого другое слово, которое тоже переводится на русский язык, как «скала»), но, на сей раз, эта метафора обладает несколько иным значением. По мнению Раши, Давид здесь имеет в виду ту скалу, под которой усталые путники находят укрытие от дождя и ветра, то есть, говорит о том, что Бог укроет его от всех бед и невзгод.

    Слово «щит» используется в качестве синонима слову «защитник», а слово «рог» означает силу и мощь: так же, как рог помогает быку или оленю выстоять против любого хищника, Бог помогает Давиду избавиться от любого противника.

    Цитадель – это расположенная на вершине скалы неприступная крепость, к которой не могут подобраться никакие враги.

  4. Прославленным назову я Господа, и от врагов моих буду спасен я!

    Большинство комментаторов считают, что сказанное в этом предложении следует понимать не в будущем времени, а в настоящем: «Прославленным называю я Господа, и от врагов моих Он меня спасает!». Таким образом, Давид здесь говорит о том, что он прославляет Бога, а Бог, в свою очередь, спасает Давида от всех его врагов. По мнению Ральбага, это говорит о том, что для того, чтобы молитва человека была услышана Богом, прежде чем просить Бога о чем-либо в молитве, ему нужно Бога восславить. И действительно, основная молитва евреев «Амида» начинается не с просьб, а с восхвалений Бога.

  5. Так, окружали меня разрушители смертные, ручьи мерзости ужасали меня.

    Здесь Давид использует аллегорию. «Разрушители смертные» – это штормовые волны, которые с огромной силой разбиваются о скалы, разнося в щепки суда и губя находящихся на них людей. Комментаторы высказывают несколько предположений, что имеет Давид в виду под этими волнами. По мнению Ральбага, здесь Давид говорит о несчастьях, которые неоднократно могли привести к смерти Давида. По мнению «Даат Микра», в этих словах Давида содержится намек на Ангела Смерти.

    «Ручьи мерзости» – это бурные потоки воды, которые во время обильных дождей внезапно наполняют свои высохшие русла. Сила таких ручьев такова, что они разрушают и уносят с собой все, что окажется у них на пути. Такие ручьи и сейчас возникают во время сезона дождей в Иудейской пустыне и в Негеве (которые были очень хорошо знакомы Давиду еще с тех времен, когда он скрывался от Шауля), и они нередко становятся причиной смерти людей, так как уносят их даже вместе с их автомобилями. По мнению Раши, говоря о таких ручьях, Давид имеет в виду армии врагов, с которыми он сражался, и которые были на такие ручьи похожи, так как сметали любого, кто оказывался на их пути. По мнению «Даат Микра», Давид здесь тоже намекает на Ангела Смерти, так как в оригинальном тексте слово «мерзость» звучит как «блияаль» (בליעל), что является одним из имен этого ангела (в русской транскрипции Велиал).

  6. Муки адские охватывали меня, были на пути моем ловушки смертельные.

    Начало этого предложения переведено в соответствии с его простым смыслом, но наряду с ним оно содержит еще один подтекст. Дело в том, что Ад, или Преисподняя, на иврите звучит как «Шеоль» (שאול), и это слово является также одним из имен Ангела Смерти. Сопряженное с ним слово «хевлей» (חבלי), кроме значения «муки» может также означать «путы», «веревки». В таком случае, здесь идет речь о путах, с помощью которых Ангел Смерти пытался заарканить Давида. Такое понимание очень хорошо согласуется с заключительной частью нашего предложения, так как присутствующее в оригинальном тексте слово «мокеш» (מוקש), которое на современном иврите означает «мина», в ТАНАХе означает ловушку или западню, с помощью которой охотники ловили диких животных.

  7. В беде своей воззову я к Господу, и к Богу моему воззову я, и услышит Он из чертога своего голос мой, и вопль мой в уши Его.

    Прежде чем приступать к разбору этого предложения, следует заметить, что здесь Давид вдруг переходит от прошедшего времени к будущему. В соответствии с мнением Раши, такие переходы от прошедшего времени к будущему и обратно говорят о том, что на самом деле все сказанное следует понимать во времени настоящем. Это объяснение очень хорошо сочетается с мнением Мальбима о том, когда Давид сложил приведенную здесь песнь (см. комментарий к предложению №1).

    Итак, Давид здесь говорит о том, что всегда, когда он находится в беде, он взывает к Богу, и Бог ему помогает. Следует отметить, что в начале нашего предложения присутствует повтор. Согласно простому пониманию, этот повтор обусловлен тем, что здесь мы имеем дело не с прозой, а с поэзией, которая допускает повторы, служащие для подчеркивания сказанного. Более глубокое понимание предлагает Ральбаг, который говорит о том, что в начале нашего предложения Давид имеет в виду строение своей молитвы. Сначала он взывает к Господу, восхваляя Его и обращаясь к качеству милости, которым характеризуется имя Господь, а затем обращается с просьбой о помощи к Богу, то есть, к Его качеству справедливого суда.

    Говоря о том, что вопль его достигает ушей Бога, Давид имеет в виду, что Бог слышит его призывы о помощи и помогает ему, как об этом будет сказано ниже.

  8. И тряслась и шумела земля, основы небес задрожат и затрясутся, когда гневался Он.

    Когда Бог слышит призывы Давида о помощи, Он начинает гневаться на его врагов и мстит им за то, что они пытаются погубить Давида. Начиная этим предложением и до предложения №16 включительно, Давид описывает, как проявляется гнев Бога. Поэтому эти предложения говорят о том, что происходит во время землетрясения, шторма и бури. Следует заметить, что подобные сравнения часто используются в ТАНАХе для того, чтобы описать проявления Божественного Вмешательства, когда Бог избавляет еврейский народ от его врагов.

    Судя по всему, Давид здесь говорит о землетрясении. И, если начало нашего предложения вопросов не вызывает, то понятие «основы небес» определенно требует объяснения. «Мецудат Давид» считает, что так Давид называет своих врагов, правителей Кнаана, которые трясутся от страха, когда на них гневается Бог. «Даат Микра» пишет, что здесь идет речь о тех столпах, на которых держится небосвод. Такое объяснение совершенно не устраивает Ральбага, который в свое время был очень известным астрономом (его именем Рабби Леви даже назван один из лунных кратеров). Ральбаг предлагает два объяснения того, что означают слова «основы небес». В соответствии с одним из них, это земная кора, которая при землетрясении дрожит и трясется из-за бушующей в ее недрах магмы. Магма – раскаленная субстанция, которая, к тому же, находится под очень высоким давлением, поэтому ее сравнение с сокрушающим все гневом Бога выглядит очень метким. Для того чтобы дать второе объяснение, Ральбаг обращается к параллельному месту Псалма №18 (предложение №8). Там вместо «основы небес» сказано «основы гор», а так как Книга Шмуэля и Псалом №18 должны говорить об одном и том же, то Ральбаг пишет, что здесь говорится об очень высоких горах, которые как-бы подпирают небо. Таким образом, в соответствии со вторым объяснением Ральбага, высокие горы дрожат и трясутся в то время, когда гневается Бог.

  9. Поднимался дым из носа Его, и пламя из уст Его будет есть, угли горели от Него.

    Это предложение сопряжено с окончанием предыдущего, и в нем продолжает рассказываться про то, что происходит, когда Бог гневается. Не отклоняясь от раскрытия темы землетрясения и сопровождающих его природных катаклизмов, в начале нашего предложения Давид говорит о дыме, который валит из жерла извергающегося вулкана. Этот дым Давид сравнивает с дымом, который валит из ноздрей рассерженного Бога.

    Если из ноздрей Бога валит дым, то из Его уст извергается пламя, которое в случае извержения вулкана представляет собой потоки раскаленной лавы. Эти потоки сжигают все, что находится на их пути, превращая его в пылающие угли, о которых говорится в конце нашего предложения. По другому мнению, горящие угли – это раскаленные камни, которые вылетают из жерла вулкана во время его извержения.

  10. И наклонял Он небеса и спускался Он, и туман под ногами Его.

    Если выше Давид аллегорически описал, как проявляется гнев Бога, то сейчас Давид, снова пользуясь аллегорией, говорит о том, как Бог спасает своих верных слуг.

    Здесь Давид представляет небеса, как крышу мира. Чертог Бога находится выше небес, и прежде чем спуститься на землю для того, чтобы защитить Давида от врагов, Бог наклоняет небеса так, чтобы они образовали пандус между Его чертогом и землей.

    Относительно тумана под ногами Бога «Даат Микра» пишет, что в ТАНАХе очень часто говорится о том, что Бог находится в тумане, и впервые об этом сказано при описании событий, происходивших во время дарования Торы (см. Шмот 20, 18). По мнению «Мецудат Давид», Бог специально напускает туман, чтобы дезориентировать врагов Давида. Ральбаг говорит о том, что туманом Давид здесь называет своих врагов, которые выглядят как серый бесплотный туман по сравнению с Богом.

  11. И оседлал Он крува и летел, и являлся Он на крыльях ветра.

    Здесь Давид представляет Бога в виде царя, который выезжает на битву на своей колеснице, только, в отличие от колесницы земного царя, колесница Бога запряжена крувом и несется на крыльях ветра.

    Крув – это один из видов ангелов (в русской транскрипции – херувим, от множественного числа «крувим»), и именно крувы несли колесницу Бога в видении, посетившем пророка Йехезкеля (см. Книгу Йехезкеля 18, 9). Ральбаг пишет, что упомянутый здесь крув является ангелом-хранителем Давида, и Бог его направляет для того, чтобы этот ангел спас его от беды.

    На своей колеснице Бог мчится на крыльях ветра для того, чтобы спасти Давида от врагов. Следует заметить, что в параллельном месте Псалма №18 (предложение №11), вместо слова «являлся» присутствует слово «парил».

  12. И устанавливал Он тьму вокруг себя шалашом, хашрат маим, тучи небесные.

    В начале нашего предложения Давид говорит о том, что Бог вокруг себя создает тьму, которая служит Ему шалашом. То есть, несмотря на то, что Бог спускается с небес для того, чтобы помочь Давиду, увидеть Его невозможно, так как Он окружает себя тьмой. Судя по тому, о чем Давид говорит далее, здесь он использует сравнение с бурей, которая сопровождается сильной грозой, когда днем становится почти так же темно, как ночью.

    Словосочетание «хашрат маим» (חשרת מים) в ТАНАХе больше нигде не встречается, то есть, является уникальным. И если общеизвестно, что слово «маим» (מים) означает «вода», то в отношении значения сопряженного с ним слова «хашрат» (חשרת) комментаторы высказывают несколько различных мнений. «Даат Микра» замечает, что если параллелью этому словосочетанию является «тучи небесные», то «хашрат маим» должно означать «дождевые облака». Раши приводит две версии толкования слова «хашрат». По одной из них, «хашра» (חשרה) означает «решето», через которое на землю льется вода из тех небесных туч, о которых сказано в конце нашего предложения. То есть, в соответствии с первой версией, Давид здесь говорит о том, что тьма, которая служит шалашом Богу, является результатом того, что из туч льет дождь, как из решета (говоря по-русски, как из ведра). По другой версии, слово «хашрат» происходит от слова «узел», и в таком случае здесь говорится о том, что небеса затягиваются наполненными водой тучами, из них начинает литься дождь, и это создает тьму, которая служит шалашом Богу. Второй версии придерживаются также «Мецудат Давид» и Ральбаг, который по этому поводу пишет, что льющийся с небес дождь является благословением и помощью Давиду, так как без него нет земледелия. В то же время этот дождь уничтожает его врагов, так как он сопровождается сильной грозой и бурей.

  13. От сияния напротив Него горели угли огненные.

    Несмотря на то, что в предыдущем предложении было сказано о том, что Бог создает вокруг себя тьму, здесь говорится о том, что сам Он во тьме не находится. Внутри созданной Богом тьмы есть сияние, и от него загораются угли, которые падают на врагов Давида.

    Следует заметить, что в этом и в предыдущем предложениях упомянуты три вещи, которые находятся рядом с Божественным Присутствием: это тучи небесные, сияние и огненные угли. О тех же самых вещах рассказывает пророк Йехезкель при описании видения Колесницы: «…туча большая, и огонь возгорающийся, и сияние вокруг…» (см. Книгу Йехезкеля 1, 4).

    По всей видимости, сказанное в нашем предложении аллегорически отображает происходящее во время грозы. Молнии представлены как огненные угли, которые падают с небес на землю, и эти молнии как будто создаются сиянием, которое находится над завесой тьмы в виде грозовых туч. Падая на землю, эти огненные угли пронизывают завесу из туч, и вода, которой эти тучи наполнены, неспособна их погасить.

  14. Прогремит с небес Господь, и Высший подаст голос свой.

    Здесь Давид говорит о том, что Бог поражает его врагов с помощью грома. В свое время Хана просила Бога о том, чтобы Он защитил ее сына Шмуэля, в частности, с помощью грома (см. Первую Книгу Шмуэля 1, 10), и Бог именно так и поступил во время войны Шмуэля с плиштим (см. там 7, 10).

    Заключительная часть нашего предложения параллельна первой, и говорит о том же самом другими словами. Здесь слово «Высший» используется в качестве Имени Бога, а то, что Он «подаст голос свой», является синонимом «прогремит».

    Следует заметить, что в параллельном месте Псалма №18 (предложение №14), в конце нашего предложения добавлены слова «град и угли огненные».

  15. И посылал Он стрелы и рассеял их, молнию – и всполошил их.

    Здесь снова обе части предложения параллельны одна другой и говорят об одном и том же. Стрелы, которые пускает Бог во врагов Давида, это те самые огненные угли, о которых говорилось в предложении №13, то есть молнии. Следует заметить, что слова «рассеял их» относятся либо к врагам Давида, которых Бог рассеивает с помощью выпущенных Им стрел, либо они относятся с самим этим стрелам, которые Бог рассеивает, чтобы они поражали врагов Давида везде, где бы они ни находились.

  16. И раскрывались пучины морские, открывались основы мироздания, когда срамил Господь, от дыхания духа гнева Его.

    Здесь Давид либо продолжает раскрывать тему бури, либо переходит к землетрясению. Если речь идет о буре, то в начале нашего предложения Давид говорит о том, что она сопровождается ураганным ветром, который разгоняет воду, наполняющую море, в результате чего обнажается морское дно. В этом случае упомянутые здесь «основы мироздания» идентичны «основам небес», которые были упомянуты в предложении №8, то есть представляют собой горы, которые в результате бури открываются, то есть теряют произрастающий на них лес.  Если речь идет о землетрясении, то морское дно обнажается в результате него, а также, как сказано далее, из-за него открываются «основы мироздания», то есть земные недра, что выражается в появлении в результате землетрясения разломов и трещин  земной коры.

    Все эти катаклизмы случаются, когда Бог срамит врагов Давида, и происходят от «дыхания духа гнева Его». Здесь Давид сравнивает Бога с человеком, который, гневаясь, сильно выдыхает воздух, и когда это делает Бог, то от этого случаются бури и землетрясения.

  17. Пошлет Он с выси и заберет меня, вытащит меня из многих вод.

    Несмотря на то, что в предложении №10 Давид говорил о том, что Бог сходит на землю для того, чтобы предоставить помощь Давиду, здесь он говорит, что Бог все же находится несоизмеримо выше находящихся на земле людей. При этом Бог посылает Давиду помощь с той выси, в которой Он находится, и спасает его от врагов, которых Давид сравнивает со «многими водами», то есть с водоемом огромного размера. Находящийся в центре такого водоема Давид самостоятельно выплыть не может, но Бог вытаскивает его из этого водоема, то есть, спасает его от врагов, с которыми Давид самостоятельно бы не справился.

  18. Спасет Он меня от врага моего могучего, когда они были сильнее меня.

    Здесь Давид объясняет сказанное в предыдущем предложении, а также то, что было сказано в предложении №4.

    Следует заметить, что слово «враг» здесь употребляется Давидом в единственном числе. Это объясняется либо тем, что это слово используется в его агрегативном значении, либо тем, что Давид здесь говорит о Шауле или о Гальяте.

  19. Опережали они меня в день бедствия моего, и был Господь опорой мне.

    Здесь Давид говорит о том, что его враги стремились с ним покончить тогда, когда Давид находился в плохом положении, так как надеялись, что он слаб и не сможет им противостоять. Ральбаг и рав Йосеф Каро считают, что здесь Давид говорит о жителях города Зифа, которые докладывали о местонахождении его убежища Шаулю, как об этом рассказывалось в Первой Книге Шмуэля (23, 19 и 26, 1), а также о Доэге и об Ахитофеле. Но надежды врагов неизменно оказывались напрасными, так как Бог был опорой Давиду, и всегда помогал ему победить этих врагов.

  20. И выводил Он на простор меня, выручит Он меня, ибо желает Он меня.

    Находящегося в беде человека Давид сравнивает с тем, кто находится в узкой расщелине, которая сковывает все его движения. Поэтому спасение из беды Давид сравнивает с выходом на простор, где свободе движений человека ничего не мешает. Как уже рассказывалось выше, переход от прошлого времени к будущему говорит о том, что все сказанное следует читать во времени настоящем.

    В главе 7, предложениях №11-16 было приведено пророчество Натана, где Бог говорит о том, что Он избрал Давида для того, чтобы сделать его родоначальником вечной царской династии, представители которой не потеряют окончательно власть ни при каких обстоятельствах. Об этом говорит Давид в заключительных словах нашего предложения.

  21. Воздаст мне Господь по праведности моей, по чистоте рук моих вернет мне.

    Здесь Давид говорит о том, что то, что он избран Богом, отнюдь не освобождает его от того, чтобы верно служить Ему. Несмотря на то, что, согласно пророчеству Натана, Давид умрет не насильственной смертью, а от старости, спасение Давида от врагов и его победы над ними зависят от его заслуг, и являются воздаянием за его добрые дела. Не будет добрых дел – не будет и спасения, невзирая на все, что говорил Давиду пророк Натан.

    Вторая часть нашего предложения по смыслу повторяет первую. Здесь Давид говорит о том, что Бог возвращает ему добро за то добро, которое он делал, не марая рук злом и несправедливостью. То есть, спасение Давида от врагов происходит в соответствии с принципом «мера за меру».

  22. Ибо хранил я пути Господа и не злодействовал от Бога моего.

    Здесь Давид объясняет, в чем заключаются его праведность и чистота его рук, о которых он говорил в предыдущем предложении. Оказывается, они заключаются в том, что Давид всегда ходил путями Господа, то есть, в своих повседневных делах руководствовался Его заповедями. Об этом рассказывает и заключительная часть нашего предложения, где Давид говорит о том, что он никогда не уходил с путей Бога, и этот уход он называет злодейством.

    В связи с этим возникает вопрос: как может Давид заявлять, что никогда не грешил, после случая с Урией и Бат-Шевой? «Даат Микра» по этому поводу пишет, что Давид, во-первых, искренне раскаялся за этот грех, и во-вторых, полностью его искупил. К этому можно добавить, что происходившее с Давидом после случая с Урией и Бат-Шевой служит хорошей иллюстрацией того, что спасение Давида от врагов является результатом его праведного поведения, а не чем-то само собой разумеющимся.

  23. Ибо все законы Его напротив меня, и уставы Его, не отойду я от нее.

    Здесь Давид объясняет, каким образом он ходил путями Господа.

    Слова «напротив меня» означают «передо мной», то есть, в начале нашего предложения Давид говорит о том, что во всех своих действиях он руководствуется лишь законами Торы.

    Несмотря на то, что и здесь вторая часть предложения по смыслу повторяет первую, эти части содержат различные смысловые оттенки. Прежде всего, это касается разницы между законами и уставами. Слово «закон» на иврите звучит как «мишпат» (משפט), и означает заповедь, смысл которой понятен человеку на интеллектуальном уровне (например, «не убий», «не укради» и т.п.). В соответствии с этим, в первой части нашего предложения Давид говорит о том, что он не просто руководствуется законами Торы, но и постоянно пытается постигнуть их внутренний смысл. Слово «устав» на иврите звучит как «хок» (חוק), и означает заповедь, смысл которой на интеллектуальном уровне постичь невозможно (например, законы ритуальной нечистоты). Поэтому во второй части нашего предложения Давид говорит о том, что он ни в коем случае не нарушит ни одного такого устава, несмотря на то, что его внутренний смысл понять не в состоянии.

    Кроме этого, обращает на себя внимание то, что заключительные слова нашего предложения стоят в женском роде, несмотря на то, что слова «законы» и «уставы» мужского рода. Объясняя это несоответствие, «Даат Микра» пишет, что здесь слово «уставы» не мужского, а женского рода. Ральбаг объясняет это по-другому. По его мнению, слова «от нее» относятся либо к Торе, либо к праведности Давида, о которой он говорил в предложении №21.

  24. И был я беспорочен Ему, и хранил я себя от греха моего.

    По мнению рава Йосефа Каро, в начале нашего предложения Давид намекает на то, что в свое время он несколько раз мог легко убить преследовавшего его Шауля, но он этого не сделал.

    В соответствии с простым пониманием текста, во второй части нашего предложения Давид говорит о том, что он всегда противостоял своему злому началу, которое подталкивало его к греху. Это простое объяснение не объясняет заключительного слова «моего», которое, в соответствии с ним, представляется излишним. Так в ТАНАХе лишних слов нет по определению, и каждое из них несет определенную смысловую нагрузку, Ральбаг предлагает два возможных объяснения смысла слова «моего». Во-первых, оно может говорить о том, что когда Давида начинали одолевать мысли о совершении определенного греха, он прилагал все необходимые усилия для того, чтобы не поддаться этим мыслям. Во-вторых, возможно, Давид здесь имеет в виду свой грех с Бат-Шевой. В таком случае он говорит о том, что после своего чистосердечного раскаяния он приложил все необходимые усилия для того, чтобы подобный грех больше не повторился.

  25. И возвращал Господь мне по праведности моей, по чистоте моей напротив глаз Его.

    Переводчик на арамейский Йонатан переводит слова «по праведности моей» как «по заслугам моим». То есть, здесь сказано, что Бог спасает Давида от его врагов не из-за того, что Он открыл ему «бессрочный кредит доверия», а в силу тех заслуг, о которых Давид говорил в предложениях №22-24. По мнению Раши, Давид здесь говорит о том, что Бог, раз за разом спасая его от врагов, воздавал ему за то, что он не убил преследовавшего его царя Шауля, когда у него были возможности это сделать. По всей видимости, Раши пришел к этому выводу на основании слов Давида, сказанных им после того, как он ночью посетил спящего Шауля в его собственном лагере, но оставил его в живых. Выйдя тогда из лагеря Шауля, в котором все спали, Давид забрался на ближайшую гору, и оттуда обратился к пробудившемуся от его криков Шаулю. В частности, Давид тогда сказал Шаулю «…Господь вернет каждому праведность его…» (см. Первую Книгу Шмуэля 26, 23), что очень похоже на то, что Давид говорит сейчас.

    Бог видит истинную суть вещей, и обмануть Его невозможно. Поэтому во второй части нашего предложения Давид говорит о том, что Бог воздавал ему по чистоте его «напротив глаз Его», то есть, по истинной чистоте Давида.

  26. С благочестивым будешь добр, с воином беспорочным будешь честен.

    В соответствии с простым пониманием текста, здесь Давид говорит о том, что по отношению к людям Бог всегда поступает в соответствии с принципом «мера за меру». Благочестивым называется человек, который предан Завету Бога и соблюдает данные Им заповеди. С таким человеком Бог всегда будет добр. Беспорочным называется человек, который всегда поступает в соответствии с законом и справедливостью. Точно так же по отношению к такому человеку будет поступать Бог. Упоминание воина связано с тем, что принимающий участие в бою воин подавляет свой страх и приносит себя в жертву ради достижения общей цели. Если этот воин беспорочен, то и Бог поступит с ним честно и не даст ему погибнуть в сражении.

    По мнению Ральбага, здесь Давид говорит о том, что если благочестивый человек согрешит, то Бог все равно будет добр с ним, то есть, не накажет его в той же степени, как совершившего такой же грех неблагочестивого человека. К этому выводу Давид приходит на основании сравнения наказания, которое постигло его за грех с Бат-Шевой, с наказанием, которое постигло царя Шауля за грех, который он совершил, не уничтожив скот амалекитян, как об этом рассказывалось в главе 15 Первой Книги Шмуэля. При всех бедах, которые постигли Давида за совершенный им грех, все же он вернулся на трон, и обещание Бога о том, что он станет родоначальником царской династии, осталось в силе. Шауль, за то, что не уничтожил скот амалекитян, а также их царя Агага, лишился своего трона и его династия прекратилась. Разница в суровости наказания по отношению к Давиду и к Шаулю объясняется тем, что Давид всегда был верен Богу и стремился полностью исполнять все Его заповеди. Грех Давида с Бат-Шевой явился результатом того, что он один-единственный раз не смог одолеть свое злое начало, но он чистосердечно раскаялся сразу же после того, как услышал слова Бога, переданные ему пророком Натаном. Шауль, услышав слова Бога, которые ему передал пророк Шмуэль, поступил совершенно иначе. Не проявив ни малейшего раскаяния, он попытался уйти от ответственности, переложив совершенный им грех на плечи своих воинов, а также прибегая к другим ухищрениям и уловкам, и признал свою вину лишь после того, как увидел, что все его отговорки не проходят.

  27. С чистым будешь чист, и с кривым будешь крив.

    Прилагательное «кривой», употребляемое по отношению к человеку, в ТАНАХе обычно означает человека, который ходит кривыми дорогами, то есть лжеца, который делает вид, что желает людям добра, а на самом деле делает им пакости.

    Здесь Давид говорит о том, что с честным и безгрешным человеком Бог поступает честно, а лжец получит от Бога той же монетой. Таким образом, и здесь идет речь о том, что Бог всегда поступает с человеком в соответствии с принципом «мера за меру».

  28. Народ бедный спасешь Ты, и глаза Твои на высокомерных унизишь.

    Относительно того, что подразумевает Давид под словами «народ бедный», мнения комментаторов разделились. Переводчик на арамейский Йонатан переводит эти слова как «народ дома Израиля», то есть считает, что Давид здесь имеет в виду весь еврейский народ. По одному из мнений, приведенных «Даат Микра», под этими словами Давид подразумевает воинов своего первого отряда, которым он командовал в те времена, когда скрывался от Шауля. В этом отряде служили люди, которые из-за притеснений были вынуждены бежать из их родных мест, как об этом рассказывалось в Первой Книге Шмуэля (22, 2). По другому мнению, здесь Давид говорит о бедняках, которые не имеют средств к существованию. В любом случае здесь идет речь о людях, которые, во-первых, испытывают физические страдания, и во-вторых, характеризуются своим смирением, в отличие от людей высокомерных, о которых идет речь во второй части нашего предложения.

    Если страдающих и смиренных людей Бог спасает, то с высокомерными Он поступает совершенно иначе. Большинство комментаторов считают, что в заключительной части нашего предложения Давид говорит о том, что Бог обращает свой взор на высокомерных людей, в результате чего они неизменно бывают унижены. Другие комментаторы считают, что здесь Давид говорит о том, что Бог опускает свой взгляд на высокомерных, которые считают, что им позволено все. «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Давид здесь говорит о том, что Бог делает так, что взгляд высокомерных людей, который раньше был дерзко устремлен вверх, скромно переходит на землю.

  29. Ибо Ты - свеча моя, Господь, и Господь осветит тьму мою.

    Беда здесь представлена Давидом как тьма, а избавление от нее – как свет. Таким образом, сравнивая Бога со свечой, Давид говорит о том, что Бог спасает его от всех бед, которые с ним случаются.

    Следует заметить, что в этом и в следующем предложениях Давид сначала говорит о Боге во втором лице, а заканчивает говорить в третьем. По мнению «Даат Микра», Давид намекает этим, что Бог ему помогает всевозможными способами: явно и скрыто, прямо и косвенно.

  30. Ибо Тобой погоню я отряд, в Боге моем перепрыгну стену.

    Слова «Тобой» и «в Боге моем» здесь означают «с Твоей помощью» и «с помощью Бога моего» соответственно.

    Большинство комментаторов считают, что, говоря «отряд», Давид здесь имеет в виду не свой отряд, а мощные отряды своих многочисленных врагов, то есть говорит о том, что с Божьей помощью он может обратить в бегство всех, с кем будет сражаться. Вместе с этим, часть комментаторов переводят присутствующее в оригинальном тексте слово «аруц» (ארוץ) не как «погоню», а как «разобью», считая, что оно происходит не от корня «рац» (רץ), что означает «бежать», а от корня «рацац» (רצץ), который означает «разбивать». В таком случае здесь Давид говорит не о том, что он с Божьей помощью способен обратить в бегство противостоящие ему армии, а о том, что он может разбить их.

    Неоднозначен также перевод слова «гдуд» (גדוד), которое переведено здесь как «отряд». Часть комментаторов считают, что это слово означает здесь «препятствие». В этом случае здесь Давид говорит о том, что с Божьей помощью он может разбить все препятствия, которые враг поставит на его пути в качестве защитных сооружений. Следует заметить, что это объяснение очень хорошо согласуется с тем, о чем Давид говорит в заключительной части нашего предложения.

    Говоря о том, что с Божьей помощью он может перепрыгнуть стену, Давид имеет в виду, что он способен легко взять хорошо укрепленные города, обнесенные мощной стеной.

  31. Бог, беспорочен путь Его, слово Господа чисто, Щит Он всем уповающим на Него.

    Слово «чисто», по мнению Раши, здесь означает «ясно», а, по мнению «Мецудат Давид» – «чисто от примесей и добавок», как в выражении «бриллиант чистой воды», или «чистое золото».

    То, что путь Бога беспорочен, «Мецудат Давид» объясняет, что Бог всегда воздает человеку соответственно его заслугам, как об этом говорилось выше.

    Ральбаг предлагает сказанному здесь два следующих объяснения. В соответствии с первым объяснением, Давид здесь сначала говорит о том, что заповеди, данные Богом, безупречны и не содержат ни малейшего изъяна, а затем добавляет, что все сказанное в Торе чисто, то есть не содержит ничего лишнего. По второму объяснению, сначала Давид говорит о деяниях Бога в нашем мире, которые беспорочны и безупречны, а затем говорит о Торе, которая чиста, то есть не содержит ничего лишнего.

  32. Ибо кто Бог, кроме Господа, и кто Твердыня, кроме Бога нашего?

    Здесь Давид объясняет свои слова, которые были приведены в конце предыдущего предложения, где говорилось о том, что Бог защищает всех, кто на Него уповает. Для этого Давид использует риторический вопрос, в котором спрашивает, кто еще, кроме Господа, может обладать такой силой и мощью, что достоин называться Богом? И кто может быть твердыней уповающим на него людям? Ответ: никто, и поэтому тем, кто уповает на Господа, абсолютно ничего не угрожает.

  33. Бог – оплот мой доблести, и ятер беспорочен путь мой.

    В начале нашего предложения Давид говорит о том, что Бог является оплотом его доблести, то есть, что свои силу и доблесть Давид черпает в своей вере в Бога.

    Относительно второй части нашего предложения все не так просто, и присутствующее в ней слово «ятер» (יתר) не переведено из-за того, что различные комментаторы объясняют его значение совершенно по-разному. Согласно переводу на арамейский Йонатана, Давид здесь говорит о том, что Бог прокладывает ему путь таким образом, чтобы этот путь был беспорочен, то есть, чтобы на этом пути не было препятствий и помех. Раши и «Мецудат Давид» согласны с мнением Йонатана, и «Мецудат Цион» пишет, что слово «ятер» происходит от корня «натар» (נתר), который означает «прыгать». В соответствии с этим получается, что Бог переносит Давида через все препятствия, которые встречаются на его пути. Ральбаг и Рид тоже считают, что это слово происходит от корня «натар», но пишут, что Давид здесь говорит о том, что Бог чудесным образом сокращает его путь таким образом, что Давид очень быстро попадает в безопасное место, ускользая от преследующих его врагов. Радак считает, что это слово происходит от слова «хатара» (התרה), что означает «развязывание (узла)». В таком случае, Давид здесь говорит о том, что Бог дает ему свободу в ходе военных действий, вследствие чего путь Давида к победе над врагами становится беспорочным. «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «ятер» является производным от корня «тур» (תור), что означает «разведывать». Таким образом, Давид здесь говорит о том, что Бог идет перед ним и разведывает ему путь, и в силу этого его путь беспорочен.

  34. Приравнивает Он ноги мои, как олени, и на высотах моих поставит Он меня.

    В начале нашего предложения Давид говорит либо о том, что Бог делает его ноги такими же быстрыми и легкими, как олени, либо что ноги его становятся такими же быстрыми и легкими, как ноги оленей. В результате этого Давид приобретает способность легко и быстро перемещаться, чтобы успешно преследовать своих врагов.

    Во второй части нашего предложения Давид говорит о том, что Бог ставит его на высотах, и здесь идет речь о стратегических высотах, встав на которых, полководец может успешно вести военные действия против любого неприятеля.

  35. Обучает Он руки мои войне, и сломан лук медный руками моими.

    В начале нашего предложения Давид говорит о том, что Бог его обучает военному искусству. И действительно, в главе 5, предложениях №23-25, рассказывалось о том, как Бог объяснил Давиду, каким образом тот сможет победить плиштим, не прибегая к чуду, воспользовавшись лишь правилами военного искусства.

    Медный лук в те времена был самым мощным видом лука. Мощь такого лука обуславливалась тем, что он был изготовлен из меди, но из-за этого медные луки могли использовать только очень сильные воины. В конце нашего предложения Давид говорит о том, что Бог дал ему такую силу, что он стал способен сломать медный лук голыми руками. Так понимают сказанное «Мецудат Давид» и «Мецудат Цион», которые считают, что присутствующее в оригинальном тексте слово «нихат» (נחת) происходит от корня «хатат» (חתת), который означает «ломать». Раши и Ральбаг с этим не согласны, и считают, что это слово происходит от корня «нахат» (נחת), который означает «опускать». В случае лука это говорит об опускании его концов, то есть о натягивании. Так как этот лук был медным, то для того, чтобы его натянуть, требовалась большая сила, которая была дана Давиду Богом. «Даат Микра» приводит мнение, которое также основывается на том, что слово «нихат» следует понимать, как производное от корня «опускать». По этому мнению, здесь идет речь не о самом медном луке, а о выпущенных из него стрелах, которые опускаются на врагов Давида. Дело в том, что из лука обычно не стреляют прямой наводкой, а пускают стрелы вверх, и они затем падают сверху на воинов противника.

  36. И дал Ты мне щит спасения Твоего, и клич Твой увеличит меня.

    В описываемый здесь исторический период рядом со стреляющим из лука воином обычно находился еще один воин. Этот воин держал большой щит, защищавший стрелявшего воина от вражеских стрел. Таким образом, в начале нашего предложения Давид продолжает тему, начатую им в конце предложения предыдущего, и говорит о том, что Бог не только дал ему силы, давшие ему возможность осыпать его врагов стрелами из медного лука, но вместе с этим обеспечивает ему защиту от вражеских стрел.

    Во второй части нашего предложения Давид упоминает боевой клич, которым воины подбадривают себя и друг друга в ходе боевых действий. Давид говорит о том, что Бог так хорошо его подбадривает, что в результате этого он как будто увеличивается, то есть, оказывается способен, командуя маленьким отрядом, разгромить целые полчища врагов.

  37. Расширь шаг мой подо мной, и не споткнутся лодыжки мои.

    Широко шагающий человек гораздо более устойчив, чем тот, кто делает узкие шажки. Таким образом, в начале нашего предложения Давид просит Бога о том, чтобы Он дал ему уверенность в том, что он делает. Во второй части нашего предложения, несмотря на то, что Давид говорит о лодыжках, он имеет в виду свои ноги от бедра до стопы, то есть, здесь Давид просит Бога о том, чтобы сделал так, чтобы он не споткнулся, когда будет заниматься тем, о чем пойдет речь ниже.

  38. Погонюсь я за врагами моими и уничтожу их, и не вернусь я до истребления их.

    Широко шагая, Давид сможет настичь своих врагов, и не успокоится, пока не истребит их всех до единого.

  39. И истреблю я их, и раздавлю я их, и не встанут они, и падут они под ногами моими.

  40. И подпоясал Ты меня доблестью для войны, подави восставших на меня подо мной!

    В описываемый здесь исторический период воин перед боем надевал пояс, на котором крепились ножны с мечом и другое вооружение. В начале нашего предложения Давид говорит о том, что Бог подпоясал его доблестью, то есть, дал ему все необходимое для победы над противником. Далее он просит Бога о том, чтобы Он помог ему одолеть всех его врагов, чтобы пали они под ногами Давида, как было сказано в предыдущем предложении.

  41. Враги мои, дал Ты мне затылок, ненавистники мои, и уничтожу я их.

    В начале этого предложения Давид говорит о том, что Бог сделал так, что его враги поворачиваются к нему затылком, то есть бегут от него.

  42. Будут взывать они – и нет спасителя, к Господу – и не ответит Он им.

    Комментаторы разделились во мнениях о том, к кому именно будут взывать враги Давида. «Мецудат Давид» и «Даат Микра» считают, что сначала они попробуют взывать к своим божествам и к царям других государств, но никто из них им не поможет. После того, как враги Давида в этом убедятся, они попробуют обратиться к Богу, но и Он им не ответит, как сказано в конце нашего предложения. Раши и Ральбаг считают, что с самого начала враги Давида будут взывать к Богу, но Он их не спасет и даже не ответит им.

    В связи с этим возникает вопрос: на чем основывается уверенность Давида в том, что Бог не ответит на призывы его врагов, когда те к Нему обратятся? Ведь Бог милостив по отношению ко всем своим созданиям, к которым относятся также враги Давида! «Даат Микра» дает на этот вопрос два ответа. Первый ответ опирается на сказанное в Псалме №145 (предложения №18-19): «Близок Господь ко всем зовущим Его, ко всем, кто позовет Его истинно. Желание страшащихся Его исполнит, и призывы их услышит, и спасет их». Здесь идет речь о том, что Бог близок лишь к тем людям, которые призывают Его истинно, то есть верят в Него. Лишь их призывы Бог услышит, исполнит их желания и спасет их. Понятно, что враги Давида к таким людям никак не относятся. Второй ответ заключается в том, что тот, кто стремится свернуть Давида с трона, тем самым бунтует против самого Бога, так как Бог избрал Давида для того, чтобы быть царем. Поэтому на призывы таких людей Бог не ответит.

  43. И разотру я их, как прах земной, как грязь уличную измельчу я их, растопчу я их.

    Так как на призывы врагов Давида о помощи не ответят ни их друзья, ни Бог, участь их будет печальна. Давид здесь рассказывает, что он с ними собирается сделать: он их сотрет в пыль (а в параллельном тексте псалма №18 сказано, что эту пыль он развеет по ветру), измельчит их, как комья грязи, и растопчет их своими ногами.

  44. И уберег Ты меня от противников народа моего, сохрани меня для главы народов, народ, незнакомый мне, будет служить мне.

    Комментаторы разошлись во мнениях о том, кого подразумевает Давид под словами «противники народа моего». «Даат Микра» считает, что под этими словами Давид имеет в виду своих внешних врагов, таких как плиштим, Амон, Моав и т.д. Другие комментаторы считают, что эти слова следует читать как «противники из народа моего», то есть, здесь Давид говорит о своих внутренних врагах, таких как Шауль, Доэг, Ахитофель и т.д.

    Далее Давид просит Бога о том, чтобы Он продолжал хранить его и впредь, и тогда Давид станет главой народов, то есть подчинит себе множество царств, и ему станут служить даже те народы, о существовании которых Давиду ничего не известно по причине удаленности места их проживания.

  45. Чужаки будут оправдываться передо мной, услышав ухом, будут повиноваться мне.

    Здесь Давид говорит о том, что представители чужих народов из-за страха перед ним будут ему всячески льстить, тем самым скрывая свою ненависть.

    Относительно сказанного во второй части нашего предложения, мнения комментаторов разделились. По мнению Раши, здесь Давид говорит о том, что чужие народы будут пребывать в таком страхе, что Давиду не надо будет приказывать им лично: они будут ему повиноваться, лишь только услышав о его желании. «Мецудат Давид» считает, что Давид здесь говорит о том, что эти народы будут ему повиноваться, лишь услыхав о его силе и доблести, то есть без того, чтобы ему пришлось вести против них военные действия.

  46. Чужаки увянут, и будут дрожать в крепостях своих.

    Здесь Давид говорит о том, что он не поддастся на лесть, которую будут говорить ему представители чужих народов, и будет делать все для их ослабления. В результате этого «чужаки увянут», то есть силы их иссякнут, и они не смогут оказать Давиду ни малейшего сопротивления. Как сказано во второй части нашего предложения, они запрутся в своих крепостях, в которых будут дрожать от страха перед Давидом.

    Следует заметить, что вторая часть нашего предложения переведена в соответствии с мнением Ральбага и «Даат Микра». Другие комментаторы трактуют оригинальный текст совершенно по-другому. Раши и «Мецудат Давид» считают, что вторую часть предложения следует переводить «…и будут хромать от оков их». Ральбаг предлагает еще одну трактовку, в соответствии с которой присутствующее в оригинальном тексте слово «ваихгеру» (ויחגרו) следует понимать не как «и будут дрожать», а как «и будут подпоясываться». В этом случае здесь идет речь о подпоясывании поясом, на котором закреплены ножны с мечом, и Давид говорит о том, что представители чужих народов будут подпоясываться мечами, лишь сидя в своих крепостях, но выходить на битву с Давидом они будут бояться.

  47. Жив Господь и благословен Твердыня моя, и вознесен Бог твердыни спасения моего!

    Несмотря на то, что слова «жив Господь» в ТАНАХе обычно являются формулировкой клятвы, здесь они используются в качестве прославления Бога. По мнению «Даат Микра», Давид в этом предложении славит Бога, но Ральбаг и «Мецудат Давид» видят в здесь сказанном еще один подтекст. По их мнению, Давид здесь говорит о том, что Бог вечен, вследствие чего Он является вечной твердыней, то есть, нет никакой опасности, что Его помощь Давиду когда-нибудь может прекратиться.

  48. Бог, дающий месть мне, и опускающий народы подо мной.

    Здесь Давид продолжает тему, начатую им в предыдущем предложении. Он говорит о том, что Бог мстит за него его врагам и подчиняет ему все народы.

  49. И вытаскивающий меня от врагов моих, и от вставших на меня возвысь меня, от мужа разбоев спаси меня!

    В начале нашего предложения Давид говорит о том, что Бог извлекает его из рук врагов его, представляя это так, как будто он окружен врагами, а Бог вытаскивает его из их окружения.

    Далее Давид просит Бога о том, чтобы Он возвысил его по сравнению с теми, кто против него восстает. Этой просьбе Давида есть два объяснения. В соответствии с одним из них, Давид просит Бога о том, чтобы Он сделал так, чтобы Давид всегда оказывался сильнее и влиятельнее, чем те, кто против него восстают, и тогда он всегда будет способен подавить восстание. В соответствии с другим объяснением, Давид просит Бога о том, чтобы Он настолько возвысил Давида, чтобы восставшие не смогли его достать.

    Слова «муж разбоев» означают злодея, который действует, используя насильственные методы.

  50. За это буду благодарен я Тебе, Господь, в народах, и к Имени Твоему воспою.

    Здесь Давид говорит о том, что он будет благодарен Богу за все, о чем было сказано в этой песни, и речь идет не просто о сердечной благодарности, а о благодарности в народах. То есть, Давид будет благодарить Бога публично, в присутствии всех народов, чтобы они знали, кто помог Давиду достичь всего, чего он достиг.

  51. Башне избавлений царя Его, и делающему добро помазаннику Его, Давиду и семени его навечно!».

    Это предложения является продолжением сказанного в конце предложения предыдущего, где говорилось о том, что Давид будет слагать песни, прославляющие Имя Бога.

    Следует заметить, что в нашем предложении присутствует расхождение между традициями написания и чтения, что, как неоднократно указывалось выше, говорит о том, что следует принимать во внимание оба смысла. В оригинальном тексте присутствует слово «магдиль» (מגדיל), которое читается как «мигдоль» (מגדול). Здесь это слово переведено как «башня» в соответствии с традицией чтения. В описываемый здесь исторический период башня использовалась в качестве оборонительного укрепления, служившего последним убежищем для жителей города, в пределы которого вторгнулся неприятель. Таким образом, Давид здесь сравнивает Бога со своим единственным, но надежным убежищем, которое не раз спасало его от его врагов. Следуя традиции написания, это слово следует переводить, как «увеличивающий», то есть, Давид здесь говорит о том, что Бог неоднократно избавлял его от великих опасностей.

    Говоря о том, что он царь Бога, Давид не имеет в виду, что он царь, а Бог – его подданный. Слова «царь Бога» означают «царь, избранный Богом», то есть, являются аналогом слов «помазанник Бога».

    В конце нашего предложения Давид говорит о том, что Бог делает добро не только ему, но и его потомкам, и здесь он основывается на пророчестве Натана, которое было приведено в главе 7, предложениях 13-16, где говорилось о том, что основанная Давидом царская династия будет вечной.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator