Вторая Книга Шмуэля

Глава 2

  1. И было после этого, и спросил Давид Господа, говоря: «Подняться ли мне в один из городов Йехуды?», и сказал Господь ему: «Поднимайся», и сказал Давид: «Куда поднимусь я?», и сказал Он: «В Хеврон».

    Слова «после этого» означают, что сейчас начинается рассказ о событиях, которые произошли после того как закончился траур по Шаулю и его сыновьям. Вместе с этим, Книга Шмуэля умалчивает о том, сколько времени прошло после окончания траура.

    Мальбим пишет, что Давид никогда не стремился к власти любой ценой. После того как он был неожиданно для него самого помазан на царство явившимся в Бейт Лехем Шмуэлем, он не восстал сразу же против царя Шауля. Напротив, пока Шауль был жив, Давид при любой возможности старался показать, что он является его верным рабом. И несмотря на то что Шауль долгое время преследовал Давида, он дважды оставил Шауля в живых, в то время как ему представлялась прекрасная возможность убить его, и тем самым расчистить себе путь к трону. Более того, после гибели Шауля Давид казнил сообщившего ему об этом амалекитянина, а затем оплакивал Шауля и даже сложил по нему траурную песнь. Теперь, после окончания траура, Давид также не спешил занимать освободившийся трон, так как не был уверен в том, что для этого пришло время. И если время для царствования Давида еще не наступило, то, вернувшись на территорию еврейского государства, Давид лишь посеет смуту, так как часть народа его поддержит, а другая часть будет требовать передать власть Иш Бошету, единственному оставшемуся в живых сыну Шауля. Поэтому Давид решил не ломать себе голову над тем, что ему следует делать, а задать об этом вопрос Богу и действовать в соответствии с Его рекомендациями.

    В Первой Книге Шмуэля (22, 20) рассказывалось о том, что к Давиду присоединился Эвьятар, единственный оставшийся в живых коэн из города Нова, который принес с собой эфод Главного коэна с прикрепленными к нему Урим и Тумим (см. Первую Книгу Шмуэля 23, 6). С помощью этого довольно мистического аксессуара Главный коэн мог задавать Богу вопросы и получать на них ответы, и Давид с помощью Урим и Тумим задал Богу вопрос о том, следует ли ему вернуться на территорию еврейского государства.

    Напомним, что в описываемый здесь период времени Давид проживал в государстве плиштим, а точнее, жил в городе Циклаге, который был расположен в северной части Негева к югу от еврейского государства. Поэтому, обращаясь к Богу с вопросом, Давид употребляет слово «подняться», так как, во-первых, евреи тогда владели территориями, расположенными в горах, а Давид находился на равнине, и во-вторых, так как в то время перемещение на север было принято обозначать с помощью глагола «подниматься», а перемещение на юг, соответственно, «спускаться».

    Кроме этого Давид спрашивает о том, подняться ли ему в один из городов, которые принадлежали колену Йехуды, а не какому-нибудь другому колену, так как, во-первых, колено Йехуды было родным коленом Давида и многие представители этого колена были его сторонниками. Во-вторых, колено Йехуды занимало территории, которые на юге граничили с Негевом, и даже если бы Давид попытался попасть в город другого колена, он сначала должен был пересечь территорию надела колена Йехуды.

    После того, как Давид получил утвердительный ответ на первый заданный им вопрос, он решил получить более точные рекомендации, и спросил, в какой именно город ему следует пойти. Бог ответил, что ему следует пойти в Хеврон.

    Хеврон – древний город, известный еще со времен Праотцов, которые в нем жили и в нем похоронены. Иногда фигурирует в ТАНАХе под названием Кирьят-Арба. Древний Хеврон сейчас известен, как Тель Ромейда (31°31'29.87N, 35° 6'11.11"Е), еврейский анклав в центральной части современного Хеврона, на 98% процентов относящегося к ПА:

    Хеврон

    Хеврон находился к северо-востоку от Циклага на расстоянии 43 км.:

    Циклаг и Хеврон

  2. И поднялся туда Давид, а также две жены его, Ахиноам изреэльская и Авигаиль, жена Наваля кармельского.

    «Даат Микра» пишет, что здесь специально указывается на то, что Давид прибыл в Хеврон со своими женами, чтобы было понятно, что Давид переехал из Циклага в Хеврон на постоянное место жительства. Мальбим считает, что упоминание жен говорит о том, что после данного ему Богом ответа у Давида исчезли все сомнения и опасения, и поэтому он взял с собой в Хеврон своих жен, чего бы никогда не сделал, если бы считал, что в Хевроне ему будет угрожать опасность.

  3. И людей, которые с ним, поднял Давид, мужа и дом его, и поселились они в городах Хеврона.

    Слова «муж и дом его» означают «каждый со своим семейством». Таким образом, здесь идет речь о воинах Давида, которые также оставили Циклаг, и ушли с Давидом в район Хеврона. Вместе с этим, здесь говорится о том, что, в отличие от Давида, они поселились не в самом Хевроне, а «в городах Хеврона», то есть в окружавших Хеврон городах и поселках.

    Почему Давид счел правильным расселить своих людей в окрестностях Хеврона, а не поселить их по соседству с собой в самом Хевроне? «Даат Микра» говорит о том, что таким образом Давид обеспечил защиту Хеврона со всех направлений вероятного удара. Кроме этого, он рассредоточил своих воинов, так как не хотел, чтобы их обеспечение легло тяжким бременем на горожан, жителей Хеврона. Мальбим пишет, что, если бы Давид поселился в Хевроне вместе со всеми своими воинами, это бы выглядело так, как будто Давид боится, и поэтому позаботился о многочисленной охране. Но Давид, как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, чувствовал себя в Хевроне в полной безопасности, и, чтобы показать это окружающим, поселил своих воинов не в самом городе, а в его окрестностях.

  4. И пришли мужи Йехуды, и помазали там Давида на царство над домом Йехуды, и рассказали Давиду, говоря: «Мужи Явеш Гилада, которые похоронили Шауля».

    «Мужи Йехуды», а также «мужи Явеш Гилада» - это высокопоставленные и влиятельные люди колена Йехуды и города Явеш Гилад соответственно. Мужи колена Йехуды явились к Давиду в Хеврон и помазали его на царство над коленом Йехуды, хотя Шмуэлем он уже был помазан на царство над всеми евреями. Мальбим объясняет это тем, что в соответствии со словами Бога, сказанными Им праотцу Яакову, колено Биньямина должно было дать еврейскому народу двух царей, а не одного Шауля, и пока эти слова не осуществились, Давид не мог властвовать над всем еврейским народом.

    В то время Давиду рассказали о том, что жители Явеш Гилада сняли тела Шауля и сыновей его со стен города Бейт Шана, после чего переправили их в Явеш Гилад, где похоронили с царскими почестями (см. Первую Книгу Шмуэля 31, 11-13). «Даат Микра» пишет, что о помазании Давида на царство и о том, что он получил сведения о достойном поступке жителей Явеш Гилада, говорится в одном предложении из-за того, что Давид, после помазания, сразу же осведомился о том, был ли Шауль похоронен, как полагается. Мальбим предлагает другой вариант объяснения, и говорит о том, что Давиду о жителях Явеш Гилада просто донесли, так как из их поступка следует, что они были сторонниками Шауля и его семьи, и остались ими даже после его смерти. Таким образом, доносчики надеялись этим пробудить гнев Давида по отношению к жителям Явеш Гилада, но, как будет сказано ниже, добились совершенно противоположного эффекта.

    Город Явеш Гилад находился, как свидетельствует его название, в Гиладе, то есть к востоку от реки Иордан, и располагался возле ручья Явеш (в настоящее время Явис). В настоящее время он представляет собой курган Тель Абу Караз (32°30'13.80"N, 35°37'42.99"E), расположенный в 13 км. к востоку от Бейт Шеана на территории современной Иордании:

    Явеш Гилад

  5. И послал Давид посланников к людям Явеш Гилада, и сказал им: «Благословлены вы Господу за то, что сделали милость эту с господином вашим, с Шаулем, и похоронили его.

    Вместо того чтобы наказать жителей Явеш Гилада за то, что они сделали все, чтобы похоронить Шауля с царскими почестями, Давид благословил их именем Бога. Поступок жителей этого города Давид назвал милостью, так как они по собственной инициативе совершили ночную вылазку из Явеш Гилада в занятый плиштим Бейт Шан и сняли тела Шауля и его сыновей с городских стен Бейт Шана. После этого они принесли тела Шауля и его сыновей в Явеш Гилад и там похоронили их, как подобает хоронить царя и его родственников.

  6. И теперь сделает Господь с вами милость и истину, и также я сделаю с вами добро это за то, что вы сделали дело это.

    Слова «милость и истина» являются часто встречающимся в ТАНАХе идиоматическим выражением, которое означает «истинная милость». Таким образом, здесь Давид говорит о том, что Бог отплатит жителям Явеш Гилада истинной милостью за ту милость, которую они совершили по отношению к Его помазаннику.

    Давид сообщает жителям Явеш Гилада, что он также отплатит им добром за совершенный ими героический поступок, но не уточняет, что это будет за добро. «Даат Микра» пишет, что он, по всей видимости, предложил жителям Явеш Гилада признать его своим царем, а он, в свою очередь, наделит их особыми привилегиями в награду за то, что они похоронили Шауля и его сыновей.

    Мальбим считает, что Давид здесь говорит жителям Гилада, чтобы они не опасались возмездия за свой поступок со стороны плиштим, так как Давид также готов сделать по отношению к ним такое же добро, как добро, в свое время сделанное по отношению к ним царем Шаулем. Другими словами, Давид говорит о том, что жители Явеш Гилада позаботились о достойном погребении царя Шауля, так как он в свое время помог им избежать позорной капитуляции перед царем Амона Нахашем. Теперь, в награду за то, что они похоронили Шауля, Давид готов сделать для них такое же добро, как когда-то сделал Шауль, то есть защитить их от возможной агрессии со стороны плиштим.

  7. А теперь да укрепятся руки ваши, и будьте воинами, ибо умер господин ваш Шауль, и также меня помазали дом Йехуды на царствование над ними».

    Здесь Давид говорит жителям Явеш Гилада о том, что теперь, после смерти Шауля, они должны быть сильными и способными дать отпор врагу своими собственными силами. Вместе с этим, он, со своей стороны, не оставит жителей Явеш Гилада в одиночестве, и в случае надобности поможет им, так как теперь он является царем колена Йехуды.

    «Даат Микра» пишет, что в этих словах Давида, кроме очевидного их значения, которое приведено выше, присутствует скрытый подтекст. Во-первых, упоминая о смерти Шауля, Давид намекает жителям Явеш Гилада на то, что в настоящее время их лояльность по отношению к Шаулю уже потеряла свою актуальность. Затем, говоря о том, что колено Йехуды помазало его на царство над ним, Давид намекает жителям Явеш Гилада, что им стоит сделать то же самое, и тогда они уже не будут противостоять своим врагам в одиночестве, а окажутся под защитой своего царя Давида. Следует заметить, что жители Явеш Гилада никак не отреагировали на эти намеки, так как в то время Авнер уже поставил над ними царя Иш Бошета, сына Шауля, о чем будет рассказано ниже.

  8. И Авнер, сын Нера, военачальник, который у Шауля, взял Иш Бошета, сына Шауля, и переправил его в Маханаим.

    «Даат Микра» пишет, что у открывающего наше предложение предлога «и» есть три возможных прочтения. Во-первых, он может означать «но»: «Но Авнер, сын Нера…». В таком случае здесь идет речь о том, что жители Явеш Гилада ничего не ответили Давиду на предложение стать его подданными, так как Авнер уже поставил над ними царя Иш Бошета. Во-вторых, этот предлог может означать начало новой темы. В-третьих, он может указывать на одновременность того, о чем было сказано выше, с тем, о чем идет речь сейчас.

    Раши пишет, что, делая царем Иш Бошета, Авнер руководствовался благими намерениями и основывался на том, что сказано в Торе. А в Торе (Берешит 35, 12) рассказывается о том, что Бог пообещал Яакову: «Цари из чресл твоих выйдут». Из этого следует, что цари должны были произойти от детей Яакова, которые в то время еще не родились, а это на самом деле был только один ребенок, его младший сын Биньямин. «Цари» - это, по меньшей мере, два царя. Одним был Шауль, значит, должен быть, по крайней мере, еще один царь. Поэтому Авнер сделал царем Иш Бошета (см. также комментарий к предложению №4).

    «Даат Микра», на основании того, что Авнер здесь назван соответственно занимаемой им должности военачальником, пишет, что после смерти Шауля власть, в сущности, перешла в руки Авнера, и он предпочел сделать царем слабого и непригодного для этого Иш Бошета, чтобы продолжать практически править страной и после его коронации. А так как Авнер был двоюродным братом Шауля (см. Первую Книгу Шмуэля 14, 50-51), он, возможно, надеялся на то, что в будущем сможет сам занять трон вместо Иш Бошета.

    Относительно Иш Бошета в различных текстах ТАНАХа присутствует некоторая неразбериха. В Первой Книге Хроник (8, 33 и 9, 39) он не упоминается, но зато там упомянут сын Шауля Эшбааль. Поэтому комментаторы говорят о том, что там и здесь идет речь об одном и том же человеке, и что в Первой Книге Шмуэля (14, 49) он же назван именем Ишви. Для того чтобы навести порядок, «Даат Микра» пишет, что, по всей видимости, настоящим именем Иш Бошета было Бааль (בעל), что означало «Господин» и являлось одним из титулов Бога. Но после того как среди евреев распространилось идолопоклонство, связанное со служением кнаанскому божеству баалю, не занимавшиеся идолопоклонством евреи перестали использовать этот титул по отношению к Богу, а все имена, в которых он присутствовал, изменили с «Бааль» на «Бошет» (בשת), что означает «позор». Таким образом Иш Бааль стал Иш Бошетом. В период написания Хроник культ поклонения баалю уже совершенно не практиковался, поэтому авторы Хроник вернули этому человеку его настоящее имя и назвали его в своей книге Эшбааль. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит еще одно возможное объяснение имени Иш Бошет: «сильный и отважный человек», для чего есть основание в аккадском языке.

    В нашем предложении говорится о том, что Авнер взял Иш Бошета и переправил его в Маханаим. Город Маханаим был так назван Яковом (см. Берешит 32, 3). Он находился за Иорданом в северо-восточной оконечности надела Гада и являлся пограничным городом с наделом половины колена Менаше. Большинство исследователей считают, что в настоящее время Маханаим – это развалины Хирбат Эль-Махна (32°22'0.13"N, 35°44'48.93"E) в 4 км. к северу от иорданского города Аджлуна:

    Маханаим

    В Книге Йехошуа (13, 30) Маханаим упоминается как один из пограничных городов надела колена Гада, который был передан этим коленом во владение представителям колена Леви (см. Книгу Йехошуа 21, 36). По всей видимости, Авнер переправил Иш Бошета в находящийся к востоку от реки Иордан Маханаим, чтобы уберечь его от плиштим, которые, после разгрома армии Шауля, развернули свои войска на юг с целью завладеть тогдашней столицей, Гиват Шаулем.

  9. И сделал его царем над Гиладом, и над Ашури, и над Изреэлем, и над Эфраимом, и над Биньямином, и над всем Израилем.

    Гиладом здесь названы все принадлежавшие евреям земли, которые лежали к востоку от Иордана, то есть наделы Реувена, Гада и половины колена Менаше (начиная от северо-восточного побережья Мертвого моря на юге и до Голанских высот на севере).

    Относительно Ашури мнения исследователей разделились. Часть из них утверждают, что Ашури – это пограничная с пустыней территория, лежащая к востоку от Гилада, и названа она Ашури по имени Ашура, старшего сына Дедана и правнука Авраама. Дедан был сыном Якшана, родившегося от наложницы Авраама Ктуры. Якшан, вместе с другими сыновьями наложниц Авраама, был отослан Авраамом на восток, то есть в места, находящиеся к востоку от Гилада (см. Берешит 25, 1-6). В Первой Книге Хроник (5, 10) сказано о том, что во времена правления Шауля была война между коленом Реувена и одним из населявших эти места народов, в результате чего представители колена Реувена захватили эти территории «и поселились в шатрах их везде к востоку от Гилада». То есть, в описываемый здесь исторический период, земли, лежащие к востоку от Гилада, были заселены евреями. Другие комментаторы считают, что Ашури – это географический район, расположенный в северной оконечности царства Шауля, который граничил с Ашуром (Ассирией). Переводчик на арамейский Йонатан переводит «Ашури» как «Дом Ашера», то есть считает, что здесь имеется в виду надел колена Ашера, который занимал территорию Западной Галилеи.

    Изреэль – это долина Бейт Шеана и Изреэльская долина. Следует заметить, что именно в Изреэльской долине плиштим поставили лагерь, прежде чем нанести сокрушительное поражение армии Шауля (см. Первую Книгу Шмуэля 28, 4), а на стенах города Бейт Шеана вывесили трупы Шауля и его сыновей (см. там 31, 10). Здесь же говорится о том, что Авнер сделал Иш Бошета царем, который правил этими местами, из чего следует, что Авнеру удалось выбить плиштим из обеих оккупированных ими долин.

    Если упомянутые здесь Гилад, Ашури и Изреэль представляют собой географические области, то Эфраим и Биньямин – это, соответственно, территории наделов колен Эфраима и Биньямина. Под территорией надела Эфраима в ТАНАХе часто подразумеваются территории наделов колена Эфраима и половины колена Менаше, которые были родными братьями, сыновьями Йосефа. Эта территория занимает местность, которая в настоящее время называется Северная Самария. Территория колена Биньямина занимает местность, которая сейчас называется Южная Самария, и на юге граничит с наделом колена Йехуды, причем граница этих двух наделов проходит через Иерусалим. Следует заметить, что территории различных наделов и прохождение границ между ними очень подробно определены в Книге Йехошуа.

    Следует заметить, что в нашем предложении не упомянут целый ряд территорий, занимаемых другими еврейскими коленами, например, коленом Звулуна, Нафтали и т.д. Они включены в то, что здесь названо «весь Израиль», и Мальбим пишет, что наше предложение следует понимать в хронологическом порядке: сначала Иш Бошет стал царем Гилада (куда он переехал с помощью Авнера), затем – царем Ашури, затем – царем Изреэля, затем – царем колен Эфраима и Менаше, затем – царем колена Биньямина, а затем – царем всех остальных колен. Естественно, за исключением колена Йехуды, которое поставило над собой царем Давида.

  10. Сорок лет было Иш Бошету в воцарении его над Израилем, и два года царствовал он, но дом Йехуды были за Давидом.

    В соответствии с простым пониманием текста, здесь говорится о том, что Иш Бошет взошел на трон в возрасте сорока лет и процарствовал два года над всем Израилем, за исключением колена Йехуды, которым в то время правил Давид. Вместе с этим, в следующем предложении будет сказано, что Давид правил коленом Йехуды семь с половиной лет, и нам известно, что он стал царем всего Израиля после смерти Иш Бошета. Таким образом, у нас есть последовательность следующих событий: смерть Шауля, после которой Иш Бошет становится царем Израиля, а Давид – царем колена Йехуды, двухлетнее правление Иш Бошета и семь с половиной лет правления Давида, и воцарение Давида над всем Израилем после смерти Иш Бошета. Первое и последнее события строго фиксированы (с первого все начинается, а последним все заканчивается), и на основании этого требуется понять, куда делись пять с половиной лет разницы между правлениями Иш Бошета и Давида.

    «Мецудат Давид» пишет, что воцарение Давида над коленом Йехуды и воцарение Иш Бошета произошли практически одновременно и почти сразу после смерти Шауля. Вместе с этим, Иш Бошет распространял свою власть постепенно (см. мнение Мальбима в комментарии к предыдущему предложению), в течение пяти с половиной лет, и над всем Израилем он процарствовал всего лишь два года. Таким образом, и Давид, и Иш Бошет царствовали по семь с половиной лет, но из них пять с половиной лет Иш Бошет царствовал не над всем Израилем.

    Мальбим считает, что два года правления Иш Бошета над всем Израилем были не последние, а первые годы его царствования. А потом началась война между домом Шауля и Давидом, о которой пойдет речь ниже. В ходе этой войны евреи постепенно переходили на сторону Давида, как об этом сказано в Первой Книге Хроник (глава 12), так что в последние пять с половиной лет нельзя уже говорить о том, что Иш Бошет царствовал над всем Израилем.

    Ральбаг в своем комментарии анализирует несколько гипотез. Во-первых, Авнер мог сделать Иш Бошета царем только через пять с половиной лет после смерти Шауля и начала царствования Давида над коленом Йехуды. Вместе с этим, Ральбаг считает такую гипотезу маловероятной из-за того, что Авнер наверняка опасался того, что Давид захватит власть и над другими коленами, и поэтому не стал бы ждать так долго. Вторая гипотеза заключается в том, что остальные колена провозгласили Давида своим царем только через пять с половиной лет после смерти Иш Бошета. Эту гипотезу Ральбаг также отвергает на том основании, что остальные колена еще при жизни Иш Бошета начали склоняться к тому, что Давид будет для них гораздо лучшим царем, чем Иш Бошет. Поэтому Ральбаг склоняется к третьей гипотезе, которая состоит в том, что Иш Бошет процарствовал два года до того, как случились события, которые будут описаны ниже, начиная с предложения №12. Таким образом, мнение Ральбага в основном совпадает с мнением Мальбима.

  11. И было число дней, когда был Давид царем в Хевроне над домом Йехуды, семь лет и шесть месяцев.

  12. И вышел Авнер, сын Нера, и рабы Иш Бошета, сына Шауля, из Маханаим в Гивон.

    Город Гивон упоминался в Книге Йехошуа (глава 9) как место проживания подлежащего уничтожению народа, обманом заключившего с евреями мирный договор. После того как обман был раскрыт, выяснилось, что денонсация этого договора сопряжена с нарушением клятвы, данной евреями именем Бога, что сделало ее неосуществимой. Поэтому решением Йехошуа жители Гивона были объявлены «гражданами второго сорта», обязанными нести бремя ряда общественных и непрестижных работ. Из других книг ТАНАХа, которые описывают тот же исторический период, можно узнать о Гивоне подробности, о которых Книга Шмуэля умалчивает. Так, из сказанного в Первой Книге Царей (3, 4) известно, что после разрушения Шило в Гивон был перенесен общественный жертвенник, а из сказанного в Первой Книге Хроник (21, 29) – что в Гивоне был установлен построенный Моше переносной Храм и жертвенник, предназначенный для принесения жертв вознесения. Там же (8, 29 и 9, 35) сказано, что семья Шауля вела свое происхождение из Гивона.

    В описываемый здесь исторический период Гивон был большим еврейским городом и обладал стратегическим значением, так как находился на одной из идущих с запада на восток главных дорог. В настоящее время Гивон представляет собой большой курган (31°50'46.15"N, 35°11'8.85"E) к югу от арабской деревни Аль-Джиб неподалеку от Гиват Зеева и примерно в 10 км к северо-западу от Иерусалима:

    Гивон

    Следует заметить, что Гивон находился вблизи границы, разделяющей владения Иш Бошета и Давида, и, по всей видимости, Авнер его посетил для того чтобы точно установить линию ее прохождения.

    Рабы Иш Бошета – это на самом деле не рабы, а его воины, а так как Авнер был военачальником и здесь упоминается по имени отдельно от всех остальных, то это означает, что Авнер командовал этими воинами.

  13. И Йоав, сын Цруи, и рабы Давида, вышли и встретились они у бассейна Гивона вместе, и сели они: эти у бассейна с одной стороны, а эти у бассейна с другой стороны.

    Йоав, сын Цруи, упоминался в Первой Книге Шмуэля (26, 6), как один из старших офицеров, служивших в отряде Давида. О самом Йоаве и о его матери Цруе – см. там в комментарии.

    Рабы Давида – это воины его отряда, то есть те люди, которые в Первой Книге обычно назывались «люди его». Теперь, когда Давид был провозглашен царем колена Йехуды, они стали называться рабами Давида. Из того, что Йоав здесь назван по имени, хотя он тоже относился к рабам Давида, следует, что все остальные воины, о которых здесь идет речь, находились под командованием Йоава.

    Йоав со своими подчиненными вышли из Хеврона и появились в Гивоне в то время, когда туда же пришел Авнер вместе с другими подчиненными Иш Бошета. И встретились они, как здесь сказано, у бассейна Гивона. На самом деле это был не бассейн, а глубокая высеченная в скальной породе яма, предназначенная для сбора воды для нужд жителей Гивона. Эта яма была обнаружена при раскопках кургана Гивона, и в настоящее время она выглядит так:

    Бассейн Гивона

    У этого бассейна, в то время заполненного водой, обе посетившие Гивон группы людей сели для того чтобы передохнуть, причем, как здесь сказано, они сели не рядом одна с другой, а на противоположных сторонах этого бассейна.

  14. И сказал Авнер Йоаву: «Встанут-ка отроки и поиграют перед нами», и сказал Йоав: «Встанут».

    Отроки – это воины, находившиеся под началом Авнера и Йоава, а глагол «поиграют» означает, что эти воины должны были устроить что-то вроде соревнования в воинском искусстве. Так объясняют предложение Авнера Йоаву подавляющее большинство комментаторов. Из этого следует, что в описываемый здесь исторический период царства Давида и Иш Бошета не воевали друг с другом, и оба этих царя согласились с состоявшимся разделом царства Шауля. В таком случае здесь идет речь о том, что два старших офицера двух соседних государств встретились на границе, дружески пообщались, и решили устроить состязание между своими воинами. Вместе с этим, Йгаэль Ядин в своей книге «Военная теория в странах ТАНАХа» пишет о том, что вполне возможно, что в описываемый здесь период царства Давида и Иш Бошета пребывали в состоянии войны.  В таком случае, Авнер предложил Йоаву решить исход сражения между ними не общим сражением двух армий, а с помощью поединков между лучшими их воинами, точно так же, как в свое время это сделал Гальят в долине ха-Эла (см. Первую Книгу Шмуэля 17, 8). В этом случае Авнер тоже мог использовать глагол «поиграют», так как эти поединки должны были состояться в присутствии многочисленных зрителей. В Иерусалимском Талмуде (Пэа 1, а) сказано, что за это предложение Авнер поплатился жизнью: «так как он сделал пролитие крови еврейских воинов игрой, он был наказан тем, что умрет от меча».

    Следует заметить, что из сказанного в этом предложении следует, что описанные ниже события произошли не по приказу царей, а вследствие «самодеятельности» двух военачальников.

  15. И встали они, и перешли числом двенадцать у Биньямина и у Иш Бошета, сына Шауля, и двенадцать из рабов Давида.

    Здесь идет речь о том, что двенадцать воинов Иш Бошета перешли на ту сторону бассейна, где расположились Йоав и его воины, и против них вышли для состязания (или для поединков) двенадцать воинов Давида. Вместе с этим, «Даат Микра» предлагает трактовку глагола «перешли», альтернативную вышеприведенной, и предлагает понимать его как «прошли». В соответствии с этим прочтением, «Даат Микра» говорит о том, что двенадцать воинов Иш Бошета прошли перед Авнером, который лично убедился в том, что на бой с воинами Давида выходят самые отборные и хорошо экипированные воины.

    Почему для боя вышли именно двенадцать воинов? Этому есть несколько вариантов объяснения. Мальбим считает, что от каждого колена, которым правил Иш Бошет, вышел один воин, и таким образом набралось двенадцать воинов (один из сыновей Яакова, Йосеф, стал родоначальником двух колен, Менаше и Эфраима, и всего колен было тринадцать), а против них вышли двенадцать воинов из колена Йехуды. «Даат Микра» пишет, что участие с каждой из сторон двенадцати воинов должно было показать, что в этом бою решится, кто будет править всеми двенадцатью коленами (здесь считается, что сыновья Йосефа представляли собой одно, а не два колена).

    Почему о воинах, представлявших Иш Бошета, сказано, что они и «у Биньямина», и «у Иш Бошета»? «Мецудат Давид» считает, что это были воины из колена Биньямина, которое, в свою очередь, находилось под правлением Иш Бошета. Мальбим говорит о том, что так сказано из-за того, что в то время колено Биньямина было главным из колен, над которыми царствовал Иш Бошет. «Даат Микра» соглашается с мнением «Мецудат Давид», но приводит еще одно возможное объяснение, в соответствии с которым фразу о Биньямине и о Иш Бошете следует читать «за Биньямина и за Иш Бошета». В таком случае эти слова могут быть боевым кличем воинов Иш Бошета, точно так же, как в свое время боевым кличем воинов Гидеона было «За Господа и за Гидеона!» (см. Книгу Судей 7, 18).

  16. И схватили они каждый голову ближнего его, и меч его в боку ближнего его, и пали они вместе, и назвали место то Участком Клинков, который в Гивоне.

    То, что по идее должно было быть соревнованием в воинском умении, переросло в ожесточенную схватку. Мальбим пишет, что сначала участвовавшие в поединках воины начали бороться, не применяя оружия, и схватили головы один другого, но затем каждый из них выхватил свой меч, и вонзил его в бок своего противника, вследствие чего все эти воины погибли. Таким образом, это противостояние закончилось ничьей, и ни одна из сторон не победила.

    Присутствующее в оригинальном тексте слово «цурим» (צורים) в соответствии с мнением «Мецудат Цион» переведено здесь, как «клинки». Вместе с этим, «Даат Микра» предлагает понимать его, как «острые», и, в соответствии с этим, место, где состоялось это сражение должно называться Участком Острых Мечей. Кроме этого, слово «цур» (צור) на иврите означает «кремень», и поэтому Радак и Рик предлагают называть это место Участком Героев, которые были тверды, как кремень, и ни один из них не дал себя победить.

  17. И была очень тяжелая война в тот день, и истреблен был Авнер и люди Израиля перед рабами Давида.

    Так как состоявшиеся поединки не выявили победителя, то после их завершения началась общая битва между воинами Авнера и Йоава. Эта битва была, как здесь сказано, очень тяжелой и кровопролитной, и закончилась она поражением Авнера и его воинов.

  18. И были там трое сыновей Цруи: Йоав, и Авишай, и Асаэль, и Асаэль легок в ногах, как один из газелей, которые в поле.

    Здесь говорится о том, что в бою против воинов Авнера участвовали три родных брата, сыновья Цруи. Более подробно о Цруе – см. комментарий к Первой Книге Шмуэля (26, 6), здесь же достаточно сказать, что она приходилась Давиду родной сестрой.

    Там же в комментарии можно прочесть о значении имен Йоав и Авишай.

    Асаэль был самым младшим из братьев, и его имя означает «Сделал Бог».

    Про Асаэля здесь сказано, что он был легок в ногах, как газель, и это означает, что он был очень быстр и легко бегал.

    Газель (лат. Gazella) – это красивое и быстрое травоядное животное, которое обитает в Африке и Азии, и в частности, на территории Израиля. Обитающий в Израиле ее подвид выглядит так:

    Газель

  19. И погнался Асаэль за Авнером, и не отклонялся идти вправо и влево из-за Авнера.

    Асаэль обозначил своей целью Авнера, и намеревался его убить, так как понимал, что на самом деле Авнер, а не Иш Бошет, правил всей территорией царства Шауля, за исключением территории колена Йехуды. Так что, убей он Авнера, Давид очень скоро стал бы царем всех еврейских колен. Поэтому Асаэль стал преследовать Авнера, и не отставал от него, несмотря на то, что Авнер всячески пытался от него оторваться.

  20. И повернулся Авнер назад, и сказал: «Ты ли это, Асаэль?», и сказал он: «Я».

    После того, как Авнер пришел к выводу, что оторваться от быстроногого Асаэля ему не удастся, он, не останавливаясь, повернул голову к Асаэлю и попытался с ним договориться.

  21. И сказал ему Авнер: «Отклонись себе вправо или влево, и схвати себе одного из отроков, и возьми себе его обмундирование», и не пожелал Асаэль убраться из-за спины его.

    Авнер не хотел убивать Асаэля, и поэтому попросил его оставить его в покое. Вместе с этим, он понимал, что если погоня Асаэля окажется безрезультатной, это ляжет на Асаэля позором. Поэтому он предложил Асаэлю сменить направление атаки и заняться одним из воинов Авнера. Тогда со стороны это будет выглядеть так, как будто Асаэль погнался за этим воином изначально. При этом Авнер не предложил Асаэлю убить вместо себя одного из своих воинов, а лишь, победив его, снять с него его обмундирование в соответствии с практиковавшимся в то время обычаем.

    Как здесь сказано, Асаэль не внял словам Авнера.

  22. И продолжил еще Авнер говорить Асаэлю: «Уберись себе из-за спины моей, зачем ударю я тебя на землю? И как подниму я лицо мое к Йоаву, брату твоему?».

    Здесь Авнер прямо говорит Асаэлю, что ему очень не хочется убивать его, и что после этого ему будет стыдно показаться на глаза брату Асаэля Йоаву. «Даат Микра» пишет, что из этих слов Авнера следует, что в описываемый здесь период времени царства Давида и Иш Бошета находились не в состоянии войны, а в состоянии холодного мира.

  23. И отказался он убраться, и ударил его Авнер задником меча в пятерик, и вышел меч сзади него, и упал он там, и умер на месте; и было, каждый, приходивший к месту, где упал там Асаэль и умер, и останавливались они.

    Мальбим обращает внимание на то, что в предложении №21 сказано, что Асаэль не пожелал перестать преследовать Авнера, а здесь говорится о том, что он отказался это сделать. По этому поводу Мальбим пишет, что желания человека обычно связаны с его чувствами, тогда как отказ что-либо сделать обычно является следствием не чувств, а результатом умственной деятельности. В случае Асаэля, сначала он, обуреваемый азартом битвы, не пожелал оставить Авнера в покое, но слова, сказанные ему Авнером (…зачем я ударю тебя на землю?), отрезвили его, он испугался, и захотел убраться от Авнера. Но умом он понимал, что это нанесет тяжелый вред его воинской репутации, и поэтому отказался оставить Авнера в покое, несмотря на охвативший его страх.

    Авнер в то время уже был мужчиной в возрасте и прекрасно понимал, что в открытом бою не сможет справиться с гораздо более молодым и быстрым противником, каким был Асаэль. Поэтому он, не прерывая бега, ударил Асаэля задником меча. Задник меча – это, как следует из названия, задняя часть меча, которая находится за его рукояткой, и служит противовесом клинку, а также для того, чтобы на отдыхе втыкать ее в землю и не тупить таким образом клинок. Так как Асаэль находился позади Авнера, и Авнер не повернулся к нему для того, чтобы принять бой, а лишь ударил задником меча назад, Асаэль пропустил удар, так как был совершенно не готов к этому.

    Удар пришелся, как здесь сказано, в пятерик Асаэля, и существует несколько версий того, что здесь подразумевается под понятием «пятерик». Часть комментаторов считают, что пятерик – это пятое ребро, причем «Мецудат Давид» говорит о том, что это пятое ребро, если считать сверху, которое находится с левой стороны, то есть напротив сердца. «Даат Микра» говорит, что это пятое ребро, если считать снизу, и находится оно с правой стороны. Это ребро спереди присоединяется с помощью хряща к гораздо выше расположенной грудине, и получается, что Авнер ударил Асаэля не в ребро, а в правую сторону живота примерно посередине. Похожее мнение приведено в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 49, а), где говорится о том, что удар Авнера пришелся Асаэлю в то место, где находятся печень и желчный пузырь.

    Комментаторы расходятся также во мнениях о том, намеревался ли Авнер попасть Асаэлю именно в это место. Ральбаг и «Даат Микра» считают, что намеревался, так как был очень опытным воином и знал, куда надо бить, чтобы на бегу убить человека, бегущего сзади, причем убить его задником меча, в принципе для этого не предназначенным. Мальбим с этим не согласен и говорит о том, что Авнер хотел лишь остановить Асаэля, и поэтому ударил его не клинком, а задником меча, которым трудно нанести смертельную рану. Но так как он наносил удар назад, то не видел, куда именно он его наносит, и смертельное ранение он нанес Асаэлю совершенно случайно.

    По всей видимости, у Авнера действительно не было другого выхода, так как из того, что задник меча прошил тело Асаэля и вышел у него из спины, следует, что Асаэль в тот момент находился очень близко от Авнера, то есть практически настиг его.

    Асаэль от полученной раны скончался на месте, и каждый воин Давида, который оказывался на месте его смерти, прекращал бой и останавливался для того, чтобы почтить память одного из командиров и позаботиться о его теле.

  24. И погнались Йоав и Авишай за Авнером, и Солнце зашло, и они пришли к Гиват Ама, который к востоку от источника, через пустыню Гивона.

    Йоав и Авишай не остановились, чтобы почтить память Асаэля, а бросились в погоню за Авнером, желая отомстить за смерть их младшего брата. Из того, что будет сказано ниже (см. предложения №26-28), следует, что к ним присоединилась довольно крупная группа воинов Давида.

    После захода Солнца они вышли к месту, которое называлось Гиват Ама. «Гива» (גבעה) – это на иврите «холм», а «ама» (אמה) – это «канава». То есть, по всей видимости, здесь идет речь о холме, рядом с которым проходила канава с водой из находившегося западнее источника. Местонахождение Гиват Амы и этого источника в настоящее время не известно.

  25. И собрались сыны Биньямина за Авнером, и стали одной группой, и встали на вершине одного холма.

    Воины Авнера из колена Биньямина не рассеялись, а наоборот, собрались в одну группу под командованием Авнера, после чего приготовились защищаться, заняв позиции на одном из соседних с Гиват Амой холмов и таким образом обеспечив себе тактическое преимущество.

  26. И воззвал Авнер к Йоаву, и сказал: «Вечно ли есть будет меч? Ведь известно тебе, что горечь в конце будет! И до каких пор не скажешь ты народу вернуться от братьев их?».

    Авнер обратился к Йоаву с вершины холма и попытался прекратить кровопролитие.

    В ТАНАХе часто говорится о том, что меч ест свои жертвы. Поэтому смысл первой части сказанного Авнером состоит в том, что он спрашивает: «До каких пор мы будем убивать друг друга?». Мальбим к этому добавляет, что изначальным замыслом того, что случилось, было установить, какой из отрядов станет победителем. Как было сказано в предложении №17, победителем стал отряд Йоава, то есть цель сражения была достигнута, и после этого оно утратило всякий смысл. А бессмысленная война влечет за собой лишь горечь утрат и ослабление военной мощи государства, что может пагубно сказаться на его способности противостоять внешним врагам. Поэтому в заключительной части своих слов Авнер спрашивает Йоава, когда он, наконец, отдаст приказ своим воинам прекратить братоубийственную битву.

    Следует заметить, что эти слова Авнера также свидетельствуют о том, что в то время царства Давида и Иш Бошета в состоянии войны не находились.

  27. И сказал Йоав: «Жив Бог, что если бы не говорил ты, тогда бы с утра поднялся народ, каждый – от брата его».

    Йоав напоминает Авнеру, из-за чего началось все это кровопролитие. А началось оно после того, как Авнер предложил воинам двух отрядов померяться силами: «Встанут-ка отроки и поиграют перед нами» (см. предложение №14). Если бы не эти слова Авнера, оба отряда мирно бы разошлись еще утром. Следует заметить, что Раши в своем комментарии предлагает альтернативное прочтение начала слов Йоава: «Жив Бог, что если бы ты сказал это сразу…», и в соответствии с этим Йоав здесь отвечает на слова Авнера, сказанные им в предыдущем предложении.

    Йоав начинает свои слова вступлением «Жив Бог», которое является формулировкой клятвы, то есть он клянется Именем Бога в том, что все случившееся в Гивоне произошло из-за неосторожного предложения Авнера. Вместе с этим, следует заметить, что обычная формулировка клятвы звучит, как «Жив Господь», а здесь Йоав говорит «Жив Бог», и это – единственное место в ТАНАХе, где присутствует такая формулировка, что говорит о том, что она является довольно необычной. По всей видимости, Йоав изменил общеупотребительную формулировку «Жив Господь» на необычную «Жив Бог» для того, чтобы подчеркнуть смысл сказанного.  Дело в том, что имя Господь отражает качество милости Всевышнего, тогда как имя Бог отражает Его качество справедливого суда.

  28. И протрубил Йоав в шофар, и остановились весь народ, и не погонятся более за Израилем, и не продолжат более воевать.

    Шофар – это музыкальный инструмент, который использовался в храмовой службе, а сейчас используется в ходе богослужения во время праздников Рош ха-Шана и Судного Дня. Кроме этого, во времена, описываемые в ТАНАХе, шофары использовались офицерами в качестве сигнальных рожков, и именно так здесь его использует Йоав. Шофар изготавливается из рога чистого животного семейства полорогих (обычно бараньего), и выглядит так:

    Шофар

    Здесь Йоав с помощью шофара сыграл «отбой», и его воины остановились, перестали преследовать бегущих и сражаться с теми, кто пытался оказать сопротивление.

  29. И Авнер и люди его шли по Степи всю ту ночь, и перешли Иордан, и прошли все Утесы, и пришли в Маханаим.

    Степь – это долина реки Иордан (см. комментарий к Книге Йехошуа 11, 16).

    Утесы – это обрывистые западные склоны гор Гилада, спускающиеся в Иорданскую долину.

    Из сказанного здесь следует, что Авнер не стал испытывать судьбу и не остался ночевать в Гивоне, а решил поскорее убраться от Йоава и его людей, так как обстановка оставалась очень напряженной и малейшее недоразумение могло привести к возобновлению военных действий.

    По карте расстояние между Гивоном и Маханаим составляет порядка 80 км., и этот путь Авнер и его воины проделали без передышки после того как до этого целый день воевали.

  30. И Йоав вернулся от Авнера, и собрал весь народ, и недоставало из рабов Давида девятнадцать человек и Асаэль.

    В предложении №28 говорилось о том, что воины Йоава перестали преследовать воинов Израиля (то есть Иш Бошета), а здесь говорится о том, что Йоав перестал преследовать Авнера. Такое разделение неслучайно, так как воины Йоава преследовали воинов Иш Бошета, но Йоав преследовал только одного человека: их командира Авнера.

    После того, как Йоав собрал своих воинов, они устроили перекличку, чтобы определить понесенные ими потери. В результате этого выяснилось, что потери отряда Йоава в состоявшемся только что сражении составили двадцать человек, включая Асаэля и двенадцать воинов, павших в самом начале сражения (см. предложение №16), то есть без них у Йоава в бою погибли лишь семеро. Следует заметить, что потери Йоава были во много раз меньше потерь Авнера, о которых будет сказано в следующем предложении.

    В нашем предложении Асаэль упомянут отдельно от всех остальных погибших, так как и об обстоятельствах его смерти было рассказано особо. Раши и Радак считают, что это говорит о том, что Асаэль по своим боевым качествам равнялся всем остальным погибшим, вместе взятым.

  31. И рабы Давида побили из Биньямина и среди людей Авнера триста шестьдесят человек умерли.

    Из этого следует, что соотношение потерь между отрядами Йоава и Авнера составляло 1:18.

    Комментаторы по-разному объясняют то, что воины из колена Биньямина и воины Авнера здесь упомянуты отдельно. «Мецудат Давид» считает, что фраза «и среди людей Авнера» объясняет слова «из Биньямина», то есть сказанное следует понимать так: «воинов из колена Биньямина, которые были среди людей Авнера». «Даат Микра» пишет, что колено Биньямина здесь упомянуто отдельно, так как воины этого колена составляли основную массу воинов Авнера. Кроме этого, «Даат Микра» приводит еще два возможных объяснения. В соответствии с одним из них, фраза «и среди людей Авнера» подразумевает воинов из остальных еврейских колен. В соответствии с другим, она означает регулярную армию, тогда как слова «из Биньямина» означают ополчение из колена Биньямина, на территории которого произошло состоявшееся сражение.

  32. И понесли они Асаэля, и похоронили его в могиле отца его, которая в Бейт Лехеме, и шли они всю ночь, Йоав и люди его, и рассвело им в Хевроне.

    Из сказанного здесь следует, что Йоав тоже решил не оставаться ночевать в Гивоне, так как опасался, что Авнер под покровом ночи попытается убить его и тем самым избавиться от опасности кровной мести со стороны Йоава. Поэтому Йоав собрал свой отряд и направился в Хеврон с остановкой в Бейт Лехеме для того, чтобы похоронить там Асаэля. Как здесь сказано, Асаэль был похоронен в семейной могиле, которая в то время представляла собой особую погребальную пещеру. Такие пещеры до сих пор часто можно встретить на всей территории Израиля:

    Погребальная пещера

    Город Бейт Лехем был одним из важных городов колена Йехуды, и являлся родным городом самого Давида. Находится к югу от Иерусалима, и в настоящее время на его месте расположен известный арабский город Бейт Лехем (31°42'20.30"N, 35°12'8.99"E):

    Бейт Лехем

    После состоявшегося ночью погребения Асаэля Йоав со своими людьми продолжил движение на юг, и на рассвете достиг Хеврона. Таким образом, Йоав со своими людьми совершили ночной переход более чем в 35 км.

    Расположение упомянутых в нашей главе городов можно посмотреть на следующем спутниковом снимке:

    Гивон, Бейт Лехем, Хеврон и Маханаим

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator