Глава 19

  1. И было, как услышал царь Хизкияху, и разорвал он одежды свои, и покрыл себя мешком, и пришел в Дом Господа.

    После того как Хизкияху услышал пересказ речей рав шаке, он разорвал свои царские одежды, завернулся в мешковину и явился в Храм. Мальбим пишет, что Хизкияху разорвал свои одежды, так как услышал, что рав шаке подверг Бога унижению, покрыл себя мешком из-за беды, свалившейся на его государство, и явился в Храм, чтобы обратиться с молитвой к Богу.

    О том, что означает разрывание одежд, можно прочесть в комментарии к главе 18, предложению №37, а о том, в каких случаях евреи носили мешковину – в комментарии к главе 6, предложению №30.

    Из того, что будет сказано ниже, следует, что указанным здесь образом поступил не только Хизкияху, но и его придворные, а также старейшины коэнов.

  2. И послал он Эльякима, который над домом, и Шевну-писца, и старцев коэнов, покрытых мешками, к Ишаяху-пророку, сыну Амоца.

    Со старцами коэнами Хизкияху встретился в Храме, и оттуда послал их к пророку Ишаяху. Вместе с ними к Ишаяху отправились Эльяким и Шевна, которые прибыли в Храм вместе с Хизкияху. Йоах, по неясной причине, к Ишаяху отправлен не был.

    Ишаяху здесь довольно необычно назван Ишаяху-пророк, сын Амоца, в то время как обычно в ТАНАХе используется конструкция «Ишаяху, сын Амоца, пророк». По мнению «Даат Микра», в этом содержится указание на то, что одной из главных обязанностей пророка является посредничество между еврейским народом и Богом, и вознесение молитвы Богу за еврейский народ.

    Посланные к Ишаяху люди должны были передать ему слова Хизкияху, которые будут приведены ниже.

  3. И сказали они ему: «Так сказал Хизкияху: «День беды, и оспаривания, и позора день этот, ибо пришли сыны к машберу, и сил нет для рождения.

    Передавая слова своего царя Ишаяху, посланные им люди называют его просто Хизкияху, не упоминая его титула «царь». Этим они указывают на то, что по сравнению с Царем Царей, к которому должен будет обратиться Ишаяху, Хизкияху является не царем, а самым обычным человеком, таким же, как все остальные его подданные.

    День, в который Хизкияху решил обратиться за помощью к Ишаяху, назван здесь днем беды, оспаривания и позора, и следует понять, о чем здесь идет речь.

    Днем беды этот день назван из-за поступившего известия о том, что Санхерив намеревается изгнать жителей Йехуды на чужбину.

    Слово «тохеха» (תוכחה), присутствующее в оригинальном тексте, переведено здесь как «оспаривание» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Они считают, что здесь говорится о том, что в этот день явившийся под стены Иерусалима посланник Санхерива рав шаке оспаривал возможности Бога и утверждал, что Бог неспособен спасти свой народ. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит другие значения слова «тохеха», такие как «наказание», «несчастье» и «проклятие».

    Днем позора этот день назван из-за того, что в этот день рав шаке позорил Бога, сравнив Его с божествами побежденных Ашуром народов.

    Сынами здесь назван еврейский народ, в чем содержится намек на сказанное в Торе (Дварим 14, 1): «Сыны вы Господу, Богу вашему…».

    Слово «машбер» (משבר) осталось непереведенным, так как у него есть два различных значения, и они оба подходят по смыслу для понимания сказанного в нашем предложении. Следует отметить, что на современном иврите это слово означает «кризис», и оно тоже могло подходить для понимания сказанного, если бы вслед за ним не говорилось о родах. Опираясь на сказанное в Мишне (Арахин 1, 4), Раши и «Мецудат Давид» объясняют, что «машбер» – это специальное сидение, на котором женщина рожает ребенка. В этом случае еврейский народ сравнивается с женщиной, у которой недостает сил разрешиться от бремени без постороннего вмешательства. Ральбаг, Мальбим и «Даат Микра» считают, что «машбер» – это шейка матки, и, по их мнению, еврейский народ выступает здесь в роли младенца, у матери которого недостает сил для того, чтобы родить его на свет. В любом случае, ситуация, сложившаяся после появления представителей Санхерива под стенами Иерусалима, представлена здесь в виде неспособной разродиться женщины, чье состояние представляет собой большую опасность как для нее самой, так и для ее ребенка.

    По мнению «Даат Микра», словами о неспособной родить женщине Хизкияху намекает Ишаяху о своей неспособности решить, следует ли ему подчиниться требованиям Санхерива, либо начать с ним войну.

    Объясняя смысл сказанного в этом предложении, Мальбим отсылает нас к главе 10 Книги Ишаяху, где приведено его пророчество о том, что в Иерусалиме Санхерив потерпит поражение. Но там говорится о том, что это случится после того как он будет проклинать, позорить и возвеличиваться над Богом (см. там предложения №8-20), а также после того как евреи отчаются что-либо сделать (см. там, начиная с предложения №24). Здесь говорится о том, что, явившись к Ишаяху, представители Хизкияху сказали ему, что события, о которых он говорил в своем пророчестве как об условиях спасения евреев от Санхерива, уже произошли. Этот день – день беды, так как в этот день враг появился под стенами Иерусалима. Он же – день позора, так как враг в этот день своими словами позорил Бога, а также день оспаривания, так как враг доказывал, что Бог неспособен спасти свой народ. Так что, если Бог не захочет помочь евреям победить армию Ашура, те заявят, что Он действительно оказался неспособен это сделать. То, что сыны, то есть евреи, пришли к машберу, то есть к родовым схваткам, указывает на близость избавления, но у них нет сил для того, чтобы родить, то есть победить врага. Недостаток сил Мальбим понимает как недостаток заслуг от исполнения заповедей и совершения добрых дел, с помощью которых евреи смогли бы сами одержать победу, так что без помощи Бога им не справиться.

  4. Возможно, услышит Господь, Бог твой, слова рав шаке, которого послал царь Ашура, господин его, поносить Бога живого, и докажет словами, которые слышал Господь, Бог твой, и вознесешь ты молитву за остаток находящийся».

    Посланные к Ишаяху люди называют Господа Богом Ишаяху не потому, что не считают, что Он и их Бог тоже, а потому, что так в те времена было принято во время обращения к пророку. Овадья, один из придворных царя Ахава, будучи праведником, точно так же во время разговора с Элияху называл Бога Богом Элияху (см. Первую Книгу Царей 18, 10).

    Мальбим удивляется: как могли посланные к Ишаяху люди сначала сказать, что Бог, возможно, услышит то, как рав шаке поносил Его, а затем заявить, что Бог это слышал? Объясняя эту странность, он пишет, что посланные к Ишаяху люди говорят ему о том, что Бог слышал все сказанное рав шаке, но, возможно, Он примет его слова к сведению и накажет за них пославшего рав шаке Санхерива.

    Слово «возможно», которым начинается наше предложение, по мнению «Даат Микра» несет следующую смысловую нагрузку: если жители Иерусалима недостойны того, чтобы Бог избавил их от завоевания ассирийской армией, то, возможно, Он избавит их для того, чтобы прославить Имя свое? «Мецудат Давид» понимает слово «улай» (אולי), переведенное здесь как «возможно», как «халвай» (הלוואי), которое можно перевести как пожелание «да». Тогда начало нашего предложения приобретает вид: «Да услышит Господь…».

    Упоминая о том, что поносивший Бога рав шаке был послан своим господином, царем Ашура Санхеривом, люди Хизкияху говорят Ишаяху о том, что наказание должно постигнуть не рав шаке, который всего лишь являлся исполнителем, а того, кто его послал, то есть Санхерива. Следует отметить, что поношение Бога со стороны рав шаке заключалось в сравнении Бога с божествами других народов, которые не смогли спасти свои народы от завоевания ассирийской армией (см. главу 18, предложение №35).

    В нашем предложении самой непонятной является фраза «и докажет словами». По мнению Раши и Мальбима, глагол «докажет» должен стоять в прошедшем времени: «и доказывал свои слова». В таком случае, здесь говорится о том, что рав шаке не только утверждал, что Бог не сможет спасти жителей Иерусалима от завоевания, но и доказывал это утверждение тем, что ни один из народов, с которыми воевала армия Ашура, не смог спасти свой народ от завоевания (см. главу 18, предложения №33-35). Тем самым посланные к Ишаяху люди говорят ему о том, что если Бог не спасет жителей Иерусалима от завоевания, то Санхерив с полным основанием будет утверждать, что он победил Бога. По мнению «Даат Микра», фраза «и докажет словами» относится не к рав шаке или к Санхериву, а к Богу. Слово «докажет» может означать «докажет вину, вынесет приговор и накажет» за сказанные рав шаке слова, которые Бог сам слышал. Согласно мнению «Тиферет Исраэль», слово «дварим» (דברים) означает не «слова», а «дела», и в таком случае здесь говорится о том, что Всемогущий Бог докажет своими делами, что Он Всемогущий.

    В конце своих слов посланные Хизкияху люди просят Ишаяху вознести молитву Богу за «остаток находящийся». Как указывалось выше, молитва за благополучие еврейского народа входит в список основных обязанностей пророка, но следует понять, о каком остатке здесь идет речь. По мнению «Мецудат Давид» остатком здесь названы жители Иерусалима, так как в описываемое здесь время все остальные укрепленные города Йехуды уже были завоеваны ассирийской армией (см. главу 18, предложение №13). «Даат Микра» пишет, что здесь говорится вообще обо всем населении Йехуды, которое сильно пострадало, во-первых, во время войн, которые велись на территории этого царства во время правления царя Ахаза (см. главу 16, предложения №5-6). Во-вторых, многие из жителей Йехуды уже были изгнаны на чужбину во время предпринятого Санхеривом похода (см. комментарий к главе 17, предложению №6). Кроме этого, «Даат Микра» пишет, что здесь, возможно, имеются в виду также жители царства Израиля, которые избежали изгнания и остались жить на территории своего бывшего государства. Такого же мнения придерживается Мальбим, который считает, что под остатком здесь подразумевается все еврейское население, оставшееся на территории Израиля и Йехуды после того как десять колен были изгнаны из Израиля.

  5. И пришли рабы царя Хизкияху к Ишаяху.

    Несмотря на то, что в предложении №3 говорилось о том, что вышеприведенные слова Хизкияху были переданы его придворными Ишаяху, здесь говорится о том, что они к нему явились. По мнению «Даат Микра», это говорит о том, что все, что велел Хизкияху, его придворные слово в слово передали Ишаяху. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит еще одно мнение, согласно которому это говорит о том, что, явившись к Ишаяху, посланные Хизкияху люди не успели ничего сказать, так как сразу же после их прихода он обратился к ним с речью, которая будет приведена ниже.

    Следует отметить, что посланные к Ишаяху люди названы здесь рабами царя Хизкияху. В ТАНАХе слово «рабы» применяемое в отношении царских людей, обычно означает его придворных. Но здесь оно говорит также о том, что явившиеся к Ишаяху люди не соблазнились речью, которую произнес рав шаке под стенами Иерусалима (см. главу 18, предложения №19-35), и остались верны своему царю Хизкияху.

  6. И сказал им Ишаяху: «Так скажите господину вашему: «Так сказал Господь: «Не страшись из-за слов, которые слышал ты, которыми оскорбляли отроки царя Ашура Меня.

    Бог называет присланных Санхеривом придворных отроками. Слово «отрок» в ТАНАХе очень часто используется в значении «слуга», но в данном случае оно носит оттенок пренебрежения к рав шаке и его товарищам, а также служит антитезой к занимаемым ими высоким постам (см. главу 18, предложение №17).

    По мнению Мальбима, здесь Бог устами Ишаяху говорит Хизкияху о том, что ему нечего бояться, так как речь рав шаке была направлена не против Хизкияху лично, и не против еврейского народа, а против Бога, так что теперь Бог спросит за нее у посланных Санхеривом придворных. Кроме этого, Бог сказал Хизкияху о том, что рав шаке произнес свою речь, в которой содержались оскорбления, не по заданию Санхерива, а по своей собственной инициативе, но это не имеет значения, и Бог спросит с Санхерива за деяния его слуг.

  7. Вот, Я даю в него дух, и услышит он слух, и вернется в страну свою, и сокрушу Я его мечом в стране его»»».

    Ишаяху передает будущие события очень схематично. Он говорит лишь о том, с чего начнется падение Санхерива и чем оно закончится, несмотря на то, что между двумя указанными здесь событиями будет очень много других. Слух, который услышит Санхерив, состоит в том, что к нему поступят известия о том, что царь Куша Тирхака собирается с ним воевать. Узнав об этом, Санхерив уведет свою армию из Йехуды и направит ее на войну с Тирхакой. Санхериву удастся победить своих противников, он захватит очень богатые трофеи и вернется к Иерусалиму, осадит его, но его лагерь будет поражен эпидемией. Санхерив оставит под стенами Иерусалима все захваченные им богатства и с позором вернется в Ашур, где будет убит своими собственными сыновьями.

    Большинство комментаторов понимают слово «дух», который Бог вселит в сердце Санхерива, как «желание». Это очень удивляет Мальбима, который спрашивает: о каком желании может идти речь, когда Санхерив был вынужден увести свою армию из Йехуды и направить ее на войну с Кушем? Поэтому Мальбим считает, что дух, который Бог вселит в сердце Санхерива, это дух легкомыслия. Ведь он узнает не о том, что царь Куша Тирхака объявил ему войну и двинул на него свое войско, его ушей достигнет лишь слух. Благодаря духу легкомыслия, Санхерив в этот слух поверит, хотя в другой ситуации он не придал бы ему никакого значения. По мнению «Даат Микра», Бог вселит в Санхерива дух ужаса и умопомрачения, под воздействием которого он очень испугается исходящей от царя Куша угрозы и примет глупое решение, которое приведет его к поражению. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому дух Санхерива очень похож на дух, под воздействием которого царь Израиля Ахав отправился воевать с царем Арама Бен Хададом возле города Рамот Гилада, где пал смертью храбрых (см. Первую Книгу Царей 22, 21-22). Для того чтобы окончательно раскрыть тему духа, следует привести сказанное в Мишлей (21, 1): «…сердце царя в руке Господа, куда Он захочет, склонит его».

    Зачем Богу понадобилось уводить войско Санхерива из-под Иерусалима, а затем возвращать его обратно, и лишь после этого уничтожать его с помощью эпидемии? По мнению Ральбага, этим Бог давал возможность Хизкияху как следует подготовиться к осаде. Мальбим пишет, что это было сделано из-за того, что для падения Санхерива еще не пришло время. Он должен был завоевать Куш и Египет, чтобы исполнить одно из пророчеств Ишаяху (см. Книгу Ишаяху, главу 20), а также доставить богатства этих стран в Йехуду, чтобы ими завладел Хизкияху.

  8. И вернулся рав шаке, и нашел царя Ашура сражающимся за Ливну, ибо слышал он, что уехал он из Лахиша.

    В предыдущей главе рассказывалось о том, что под стенами Иерусалима рав шаке произнес довольно пространную речь, в которой убеждал защитников Иерусалима сдаться на милость царя Ашура, но на которую не получил ответа. Посчитав, что его миссия в Иерусалиме завершена, рав шаке решил вернуться к своему господину, которого он, отправляясь в Иерусалим, оставил в Лахише. Следует отметить, что многочисленное войско, с которым рав шаке прибыл к Иерусалиму, оставалось стоять под его стенами (см. главу 18, предложение №17).

    По мнению «Мецудат Давид», рав шаке узнал о том, что Санхерив ушел из Лахиша, еще во время своего пребывания под стенами Иерусалима, но ему было не известно, куда тот двинулся. Поэтому рав шаке отправился на его поиски и нашел его сражающимся под стенами города Ливны. «Даат Микра» считает, что сначала рав шаке отправился в Лахиш, но по дороге узнал, что Санхерива там уже нет, а затем вдруг обнаружил его под стенами Ливны.

    Относительно местонахождения города Ливны – см. комментарий к главе 8, предложению №22. Из сказанного здесь следует, что жители Ливны, подобно жителям Иерусалима и Лахиша, отказались сдаться Санхериву и открыть его войску доступ внутрь города, так что ассирийской армии пришлось за него воевать.

  9. И услышал он о Тирхаке, царе Куша, говоря: «Вот, вышел он воевать с тобой», и повторил он, и послал посланников к Хизкияху, говоря:

    Тирхака (в русской транскрипции Тахарка) был египетским фараоном XXV династии, и правил Египтом между 690-663г. до н.э. Вместе с этим, здесь он назван не царем Египта, а царем Куша, так как был первым египетским фараоном негроидной расы, выходцем из Куша, или Нубии, государства, занимавшего земли Верхнего Нила (территория современного северного Судана), в описываемый здесь исторический период входившего в состав Египетского царства. Археологами найдено большое количество изображений Тирхаки, одно из которых находится в экспозиции Лувра:

    Тирхака

    Здесь рассказывается о том, что, пребывая возле Ливны, Санхерив получил известия о том, что Тирхака намеревается с ним сразиться на территории Йехуды и уже двинул свою армию из Египта на север. Комментаторы говорят о том, что полученные Санхеривом сведения о походе Тирхаки – это именно тот слух, о котором пророчествовал Ишаяху как о начале падения Санхерива (см. предложение №7). Мальбим пишет, что то, что услышал Санхерив, было всего лишь неясным слухом, но Санхерив ему поверил и решил, что, прежде чем покончить с Йехудой, он должен сразиться с более опасным противником, которым был Тирхака. Следует отметить, что в соответствии с археологическими данными, Тирхака был очень воинственным царем, и это объясняет решение Санхерива на некоторое время уйти из Йехуды и двинуть свою армию навстречу армии Тирхаки.

    Приняв это решение, Санхерив «повторил», что означает, еще раз отправил своих людей к царю Йехуды Хизкияху с посланием, в котором сообщил ему, что временно уходит из пределов его царства, но вскоре вернется.

    Мальбим спрашивает: зачем Санхериву понадобилось сообщать Хизкияху о том, что он не возвращает свою армию домой, а лишь временно прекращает вести против Йехуды военные действия? Ведь в его интересах было сделать так, чтобы Хизкияху поверил, что Санхерив оставил его в покое, и не стал готовиться к его возвращению и к возобновлению военных действий. Отвечая на этот вопрос, Мальбим пишет, что в момент получения сведений об агрессии со стороны Тирхаки Санхерив уже знал, что жители Иерусалима отказались сдавать ему город, то есть остались верны Хизкияху. Двигая свою армию на юг, навстречу армии Тирхаки, Санхериву очень не хотелось иметь в тылу непобежденного и рассерженного Хизкияху, поэтому он попытался сделать так, чтобы Хизкияху заключил с ним мир, согласился стать его вассалом и платить положенную дань. Именно поэтому он во второй раз послал своих людей в Иерусалим, и на сей раз не к жителям этого города, а лично к Хизкияху. Посланные Санхеривом люди должны были передать Хизкияху послание, после прочтения которого он должен был прийти к выводу о том, что в его интересах завершить конфликт с Санхеривом мирным способом.

  10. «Так скажите Хизкияху, царю Йехуды, говоря: «Да не уговорит тебя Бог твой, на которого ты полагаешься, говоря: «Не будет отдан Иерусалим в руки царя Ашура».

    В предложении №14 будет сказано, что посланники Санхерива, кроме устного сообщения, передали Хизкияху также письменные послания. По мнению «Даат Микра», в них были записаны те же слова, которые были переданы Хизкияху устно, но Мальбим пишет, что посланные Санхеривом письма были очень длинными и в них он попытался как следует запугать Хизкияху. Устное сообщение, которое люди Санхерива должны были передать Хизкияху, было гораздо короче, и содержало краткое изложение того, что было детально изложено в письмах.

    Следует отметить, что, вторично посылая своих людей к Хизкияху, Санхерив титулует его царем Йехуды, в то время как в первый раз он этого не сделал (см. главу 18, предложение №19). По мнению «Даат Микра», этим Санхерив намекает Хизкияху на то, что его ожидает та же участь, что постигла других царей, которые дерзнули восстать против Ашура.

    Мальбим обращает внимание на то, что рав шаке, посланный в Иерусалим Санхеривом, во время переговоров с придворными Хизкияху и во время своего выступления перед жителями Иерусалима, доказывал, что Бог им не поможет, с помощью трех следующих аргументов. Во-первых, он заявил, что Бог не станет помогать Хизкияху из-за того, что тот Его унизил, искоренив все находившиеся в своем царстве жертвенники, за исключением жертвенника, который находился в иерусалимском Храме (см. главу 18, предложение №22). Затем он сказал о том, что армия Санхерива была послана к Иерусалиму Богом в качестве возмездия Хизкияху (см. там предложение №25). И, наконец, он заявил о том, что Бог неспособен защитить свой народ от ассирийской армии, подобно тому, как это не смогли сделать все остальные боги (см. там предложения №32-35). Здесь же Санхерив опускает два первых аргумента, предъявляя Хизкияху лишь третий, и следует понять, почему он это сделал. Отвечая на этот вопрос, Мальбим пишет, что в данном случае Санхерив обращался лично к Хизкияху, который прекрасно знал о том, что частные жертвенники были им уничтожены в соответствии с законом Торы, так что в этом его действии не было ни малейшего унижения Бога. Поэтому ассирийская армия не могла быть послана к Иерусалиму Богом в качестве орудия возмездия, и два первых аргумента, приведенные рав шаке, в отношении Хизкияху явно не срабатывали. Таким образом, у Санхерива оставался лишь один аргумент о неспособности Бога помочь евреям, и именно его он решил предъявить Хизкияху.

  11. Вот, ты слышал, что сделали цари Ашура всем странам, уничтожить их, а ты спасешься?!

    Говоря о том, что Хизкияху не удастся спасти себя и свое царство от уничтожения, Санхерив упоминает печальную участь тех стран, которые отказались подчиниться власти царей Ашура. При этом он говорит о царях Ашура во множественном числе, то есть не только о себе, но и о Тиглат Пилесере, Шалманэсере и Саргоне. Тем самым он представляет себя в роли достойного продолжателя дела своих великих предшественников.

  12. Разве спасли их боги народов, которых уничтожили отцы мои: Гозан, и Харан, и Рэцэф, и сынов Эдена, которые в Тласаре?

    Пытаясь запугать Хизкияху, Санхерив перечисляет несколько сильных народов, которые потеряли свои царства и подверглись изгнанию в ходе завоевательных войн, которые вели цари Ашура.

    Одним из таких царств был Гозан, арамейское царство, ранее находившееся в Месопотамии. В главе 17, предложении №6, говорилось о том, что в район Гозана были переселены изгнанные из Израиля евреи, и подробнее об этом царстве можно прочесть там в комментарии.

    Харан был древним царством, известным еще с периода Праотцов (см. Берешит 11, 31-32; 27, 43; 28, 10; 29, 4). По-аккадски «харрану» означает «перекресток», и действительно, столица этого царства, которая также называлась Харан, была расположена на перекрестке главных дорог, связывавших различные страны Плодородного Полумесяца. Харан был завоеван царем Ашура Шалманэсером I примерно за 500 лет до описываемых здесь событий, и с тех пор он представлял собой одну из провинций ассирийской империи. В настоящее время город Харан, бывшая столица одноименного царства, представляет собой курган в центре современного города с таким же названием (36°51'57.83"N, 39°1'35.34"E), расположенный в северной Месопотамии на территории современной Турции в 17км. от ее границы с Ираком:

    Харан

    Город Рэцэф служил административным центром самой большой провинции ассирийской империи. В настоящее время этот город представляет собой археологический объект, называемый Ресафа (35°37'44.24"N, 38°45'29.34"E), и находится на территории современной Сирии в 25км. южнее реки Евфрат:

    Рэцэф

    Сыны Эдена – это жители Бейт Эдена, самого значительного арамейского государства Месопотамии. Столица этого царства, также носившая название Бейт Эден, находилась на берегу Евфрата в очень удобном месте для переправы, что придавало ей большое значение. Бейт Эден был завоеван ассирийским царем Шалманэсером III примерно за 150 лет до описываемых здесь событий. В настоящее время город Бейт Эден представляет собой курган Тель Ахмар (36°42'5.50"N, 38°5'9.64"E), расположенный на территории современной Сирии, на левом берегу Евфрата, примерно в 14км. южнее современного города Джераблуса (древний Каркемиш):

    Бейт Эден

    В конце нашего предложения Санхерив говорит о том, что жители царства Бейт Эдена находятся в Тласаре, то есть были туда переселены после завоевания их государства. По всей видимости, Тласар – это Тил Ассури, дважды упоминаемый в текстах ассирийского царя Тиглат Пилесера IV. Считается, что в настоящее время Тласар представляет собой город Тель Афар (36°22'28.36"N, 42°26'59.07"E), находящийся в северной части современного Ирака в 50км. к западу от Тигра:

    Тласар

    Расстояние между Бейт Эденом и Тласаром составляет порядка 400км., и это говорит о том, что цари Ашура переселяли побежденные ими народы на довольно значительные расстояния.

  13. Где царь Хамата, и царь Арпада, и царь города Сфарваим, Хены и Ивы?»».

    Заданный Санхеривом вопрос является риторическим. Санхерив не ожидает получить на него ответ от Хизкияху, так как прекрасно знает о том, что царей перечисленных здесь государств уже нет.

    Перечисленные здесь города и земли ранее упоминал посланный в Иерусалим рав шаке, и его слова приведены в главе 18, предложении №34. Для того, чтобы разобраться, о чем здесь идет речь, очень рекомендуется прочесть комментарий к этому предложению. Здесь же следует отметить, что рав шаке, произнося свою речь, говорил о национальных божествах упоминаемых здесь царств, в то время как Санхерив говорит об их правителях. Вполне возможно, что этим он дает Хизкияху понять, какая участь его ожидает в будущем. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому слово «мелех» (מלך), которое переведено как «царь», в данном случае следует понимать как «Молех» (מולך). О Молехе подробно рассказывается в комментарии к главе 16, предложению №3. Здесь же достаточно сказать, что Молех (в русской транскрипции Молох) был главным божеством целого ряда стран, служение ему отличалось крайней жестокостью и включало в себя человеческие жертвоприношения. Если приведенное «Даат Микра» мнение верно, то рав шаке в своей речи и Санхерив в своем послании Хизкияху говорят об одном и том же.

    Перечисляя царей, потерявших трон в результате завоевания их царств Ашуром, Санхерив начинает с Хамата, так как это было довольно большое государство, и к тому же оно находилось в вассальной зависимости от населенного евреями Израиля. В главе 18, предложении №34, говорилось о том, что последний царь Хамата носил имя Яубиди, очень напоминавшее еврейское, и исследователи предполагают, что на самом деле этот царь был не царем, а назначенным Израилем наместником. Хамат прекратил свое существование в результате завоевания отцом Санхерива Саргоном II, который в своих Анналах описывает это следующим образом. «Яубиди хаматский, низкий человек, не имеющий прав на царский трон, мерзавец хетт, пожелал царствовать в Хамате и восстановил против меня Арвад, Цумер, Дамесек и Шомрон, создал из них коалицию и приготовился к сражению. Созвал я огромные армии Ашура и в Каркаре, в его любимом месте, его и воинов его побил после осады. Каркар сжег я огнем, с него содрал я кожу, мятежников в городах тех перебил и установил мир… Яубиди, царя их, с домочадцами его, воинов его пленных в оковах привел я в Ашур».

    В главе 17, предложении №24, говорилось о том, что жители города Сфарваим были переселены на территорию Израиля после изгнания оттуда десяти еврейских колен. Здесь выясняется, что ранее в этом городе был царь, то есть, что он был столицей завоеванного Ашуром государства.

    Относительно разночтений в понимании значения упомянутых здесь Хены и Ивы – см. комментарий к главе 18, предложению №34.

  14. И взял Хизкияху письма эти из руки посланников, и прочел его, и поднялся в Дом Господа, и развернул его Хизкияху перед Господом.

    Здесь выясняется, что свое обращение к Хизкияху Санхерив передал ему не только устно через своих посланников, но и записал их в письмах, которые поручил своим посланникам вручить Хизкияху. Следует обратить внимание на то, что в начале нашего предложения говорится о нескольких письмах, но затем сказано, что Хизкияху прочел лишь одно письмо, которое затем взял с собой в Храм и развернул его там перед Богом. По мнению «Мецудат Давид», письмо, о котором здесь идет речь, следует понимать как «письма», и все эти письма Хизкияху внимательно прочел, а затем взял с собой в Храм, где каждое из них развернул перед Богом. Ральбаг считает, что Санхерив унижал Бога лишь в одном из посланных Хизкияху писем, и именно его он взял с собой в Храм. «Даат Микра» пишет, что Санхерив послал Хизкияху лишь одно письмо, но в нескольких копиях. Возможно, Санхерив хотел, чтобы его посланники раздали эти копии Хизкияху и его придворным, чтобы те одновременно их читали. Либо Санхерив опасался того, что посланное им письмо будет повреждено, уничтожено, либо утеряно в дороге, поэтому снабдил своих посланников несколькими его копиями.

    После прочтения письма, посланного ему Санхеривом, Хизкияху во второй раз отправился в Храм (см. предложение №1). Об этом здесь сказано с помощью глагола поднялся, так как Храм стоял на Хромовой горе, и находился гораздо выше, чем царский дворец Хизкияху, который был расположен в Городе Давида.

    После своего прибытия в Храм, Хизкияху развернул письмо Санхерива перед Божественным Присутствием, тем самым сказав Богу о том, что если Он не желает разбить Санхерива, чтобы помочь Хизкияху и его подданным, то пусть сделает это ради своего великого Имени, которое было унижено Санхеривом.

  15. И молился Хизкияху перед Господом, и сказал он: «Господь, Бог Израиля, сидящий на крувах! Ты – Бог единственный для всех царств Земли! Ты сделал небо и Землю!

    Закон гласит, что прежде чем приступить к изложению своих просьб перед Богом, человек должен восславить Его. Хизкияху начнет излагать свою просьбу в следующем предложении, а то, что он говорит здесь, выглядит как прославление Бога. Несмотря на это, приведенные здесь слова несут подтекст, с помощью которого Хизкияху убеждает Бога помочь ему противостоять Санхериву и тем самым защитить еврейский народ от изгнания или уничтожения.

    Прежде всего, Хизкияху называет Бога Богом Израиля. В этом содержится намек на союз, заключенный Богом с еврейским народом, в соответствии с которым Бог обязан предоставлять своему союзнику защиту в случае необходимости. Кроме этого, называя Бога Богом Израиля, Хизкияху говорит о том, что он обращается к Богу с просьбой о помощи не лично себе, царю Хизкияху, находящемуся под угрозой потери трона, а о помощи еврейскому народу, над которым нависла угроза депортации или уничтожения.

    Хизкияху также называет Бога «сидящим на крувах». Крувы – это золотые фигурки двух ангелов, находившиеся на крышке Ковчега Завета, и когда Ковчег находился в Святой Святых Храма, то Божественное Присутствие помещалось над этими крувами. По мнению «Мецудат Давид», этими словами Хизкияху намекает Богу, что если Иерусалим будет завоеван Санхеривом, то крувы будут взяты им в качестве трофея, после чего он начнет похваляться тем, что победил еврейского Бога, и тогда Его Имя действительно будет унижено.

    В соответствии с простым пониманием сказанного, говоря о том, что Бог является единственным и истинным Богом всех царств Земли, Хизкияху отрицает утверждения Санхерива о том, что ни один из богов не сможет ему противостоять, включая еврейского Бога. Хизкияху говорит о том, что эти утверждения являются полной чушью, так как, кроме Бога, никаких других богов не существует. В соответствии с более глубоким пониманием этих слов, которое предлагает Ральбаг, Хизкияху здесь говорит о том, что Бог является Царем всех земных царей, Он может возвышать их или ниспровергать по своему желанию. И, несмотря на то, что эти цари считают, что они подвержены воздействию различных небесных тел, таких как звезды и планеты, на самом деле они заблуждаются. Над всеми этими звездами и планетами, а также над проявляемым ими влиянием, властвует Бог, создавший небо и Землю, включая все эти звезды и планеты. Мнение Ральбага подтверждается параллельным местом Книги Ишаяху (37, 17), идентичным нашему предложению, за исключением того, что, обращаясь к Богу, Хизкияху называет его не просто Господом, а Господом Воинств. Господь Воинств – это одно из Имен Бога, которое означает, что Бог является властителем двух воинств, земного и небесного. Земное воинство – это все человечество, включающее в себя, в частности, земных царей и в том числе Санхерива. А небесное воинство – это различные ангелы и управляемые ими небесные тела, над которыми тоже властвует Бог.

    Мальбим и «Даат Микра» говорят о том, что слова Хизкияху, приведенные в конце нашего предложения, перекликаются с пророчеством Ирмияху (см. Книгу Ирмияху 10, 10-11): «И Господь Бог – истина, Он – Бог живой, и Царь Мира, от гнева Его задрожит земля, и не выдержат народы гнева Его. Так скажите им: «Боги, которые не сделали небо и землю, пропадут с земли и из-под небес этих»».

  16. Склони, Господь, ухо Твое, и слушай! Раскрой, Господь, глаза Твои, и смотри, и слушай все слова Санхерива, который послал его, поносить Бога живого!

    В начале нашего предложения Хизкияху призывает Бога прислушаться. По мнению «Даат Микра», Хизкияху, во-первых, просит Бога прислушаться к своей молитве и исполнить содержащуюся в ней просьбу, и во-вторых, призывает Бога прислушаться к оскорблениям, нанесенным Ему Санхеривом и его людьми. Мальбим обращает внимание на то, что в начале нашего предложения Хизкияху призывает Бога лишь прислушаться, но не присмотреться. Основываясь на этой детали, Мальбим утверждает, что здесь Хизкияху призывает Бога обратить свое внимание на оскорбления, которые Санхерив нанес Ему посредством своего придворного рав шаке, и которые были нанесены вербально. В продолжение своих слов Хизкияху просит Бога и прислушаться, и присмотреться, и в этом случае он имеет в виду оскорбления Санхерива, содержащиеся в словах посланных им людей и в переданных им письмах, то есть и устно, и письменно.

    «Даат Микра» соглашается с тем, что, призывая Бога присмотреться, Хизкияху имеет в виду посланное Санхеривом письмо, но пишет, что в этих словах Хизкияху также просит Бога о том, чтобы Он присмотрелся к унижению, которому подвергается еврейский народ.

  17. Правда, Господь, уничтожили цари Ашура народы эти и земли их.

    Хизкияху говорит о том, что цари Ашура действительно завоевали земли народов, перечисленных Санхеривом в своем письме, и изгнали их на чужбину. Но это не говорит о том, что такая же судьба ожидает Хизкияху, его страну и его народ. Этот вывод последует из нижеследующих слов Хизкияху.

  18. И предали они богов их огню, ибо не боги они, лишь деяние рук человека, дерево и камень, и погубили они их.

    Боги завоеванных царями Ашура земель действительно не смогли защитить поклонявшиеся им народы по той простой причине, что эти боги не были богами, а были всего лишь предметами из дерева и камня, изготовленными людьми. Цари Ашура с легкостью погубили этих так называемых богов, так как те не обладали никакой силой.

    Хизкияху говорит о том, что боги народов, завоеванных царями Ашура, были преданы огню. Это означает, что идолы этих богов и их капища были сожжены завоевателями, намеревавшимися показать завоеванным ими народам, что их боги повержены, надежды на освобождение нет и сопротивление бесполезно.

  19. И теперь, Господь, Бог наш, избавь нас, пожалуйста, от руки его, и узнают все царства Земли, что ты – Господь Бог единственный!».

    Слова «и теперь» в ТАНАХе обычно указывают на то, что за ними последует подведение итогов произнесенной речи. В данном случае они означают, что сейчас Хизкияху изложит свою просьбу, с которой он обратился к Богу.

    И действительно, Хизкияху просит Бога об избавлении Йехуды от завоевания Санхеривом, при этом указывая, что Он должен исполнить эту просьбу даже в том случае, если жители Йехуды не заслуживают Его помощи. Во-первых, Богу следует помочь Хизкияху и его народу, так как если Он этого не сделает, то Санхерив с полным основанием будет утверждать, что он победил Бога точно так же, как ранее цари Ашура победили богов всех завоеванных ими народов. Иными словами, у Санхерива будут все причины для того, чтобы отнести Бога и идолов к одной категории побежденных царями Ашура богов. Во-вторых, оказав помощь народу Йехуды в избавлении от завоевания, Бог достигнет эффекта, обратного тому, что будет достигнут в том случае, если Он евреям не поможет. В этом случае все народы Земли узнают, что единственный настоящий Бог – это Бог Израиля, и Его имя прославится в среде всех этих народов.

  20. И послал Ишаяху, сын Амоца, к Хизкияху, говоря: «Так сказал Господь, Бог Израиля: «Когда молился ты Мне о Санхериве, царе Ашура, слышал Я».

    По всей видимости, после того как Хизкияху возвратился из Храма в свой дворец, к нему прибыл посланник Ишаяху, который передал ему приведенное здесь пророчество, а также сообщил ему, что его молитва услышана.

    По мнению Мальбима, слово «Мне» является лишним, ведь Хизкияху и без этого знал, кому именно он молился. Но так как лишних слов в ТАНАХе нет, то это значит, что слово «Мне» передает информацию. Мальбим пишет, что это слово указывает на то, что молитва Хизкияху была услышана, так как он просил не столько о благополучии своего народа, сколько о том, чтобы Имя Бога не было унижено, а наоборот, прославилось среди всех народов.

  21. Это – слово, которое говорил Господь о нем: «Презрела тебя, насмехалась над тобой дева, дочь Циона, вслед тебе головой качнула дочь Иерусалима:

    Ишаяху потребовалось еще раз произнести вводные слова к пророчеству, так как пророчество, приведенное в предыдущем предложении, было обращено к Хизкияху, а пророчество, начало которого приведено здесь, обращено к Санхериву.

    В различных местах ТАНАХа пророки часто представляют еврейский народ в виде женщины, обладающей определенным статусом: дева, невеста, замужняя, разведенная, вдова и т.д., при этом ее статус указывает на состояние, в котором пребывает (или будет пребывать) еврейский народ в то время, о котором говорит пророчество. Данное пророчество Ишаяху говорит о том времени, когда инцидент с нашествием Санхерива уже будет исчерпан, и еврейский народ в нем назван девой. Это указывает на то, что Санхериву не удастся завоевать Йехуду и ее народ останется в «девственном», то есть в не завоеванном состоянии.

    Во Второй Книге Шмуэля (5, 7) понятие Цион определено как Город Давида. В соответствии с этим, определения «дочь Циона» и «дочь Иерусалима» могут являться синонимами, указывающими на народ, столицей которого служит Иерусалим, он же Цион. Вместе с этим, Мальбим считает, что между ними существует определенная разница. Он обращает внимание на то, что девой в нашем предложении названа лишь дочь Циона, а Цион во Второй Книге Шмуэля определен как «Цитадель Цион», то есть неприступная крепость Циона. Из этого он приходит к выводу о том, что лишь Город Давида был укреплен и не пострадал от действий Санхерива, чего нельзя сказать об Иерусалиме, то есть о тех районах столицы Йехуды, которые находились вне стен Города Давида и укреплены не были.

    В любом случае, Ишаяху в своем пророчестве говорит о том, что еврейский народ будет презирать Санхерива, насмехаться над его запугиваниями, а после его поражения лишь качнет в его сторону головой. По мнению «Мецудат Давид», этим еврейский народ также проявит свою насмешку по отношению к Санхериву, а «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому в этой насмешке будет и доля жалости к человеку, унизившему Бога и сильно пострадавшему из-за этого.

  22. «Кого поносил ты и оскорблял ты, и на кого поднял ты голос, и вознес ввысь глаза твои, на Святость Израиля?!

    Здесь приведено начало речи, которую произнесет дочь Иерусалима, то есть еврейский народ, вслед побитому Санхериву.

    Еврейский народ спросит Санхерива, как он осмелился поносить и оскорблять Бога, а также повышать на Него голос. Под повышением голоса здесь подразумевается речь рав шаке, громко произнесенная под стенами Иерусалима, в которой он, в частности, утверждал, что Бог не сумеет спасти свой народ, как этого не сумели сделать все остальные боги (см. главу 18, предложения №28-35).

    Еврейский народ также скажет Санхериву о том, что он дерзнул поднять свои глаза на Святость Израиля, то есть на Бога. Мальбим пишет, что в отношении повышения голоса своим придворным рав шаке Санхерив может сказать, что оно не было направлено против Бога, а было обусловлено лишь его стремлением сломить дух защитников Иерусалима. Но то, что он поднял глаза на Бога, является открытым вызовом, который Санхерив бросил Богу, а это ничем оправдать невозможно.

  23. Рукой посланников твоих поносил ты Господа, и сказал ты: «Во множестве колесниц моих я поднялся в горную высь, в края Леванона, и срубил высоту кедров его и цвет можжевельников его, и пришел я к обиталищу конца его, в лес плодородия его.

    Под посланниками Санхерива здесь подразумевается его придворный рав шаке, посланный им к Иерусалиму, а также люди, посланные им с письмами к Хизкияху. Всем этим людям было велено Санхеривом поносить Бога.

    В соответствии с простым пониманием текста, здесь говориться о том, что Санхерив похвалялся тем, что смог завоевать места, в которых вести военные действия было особенно трудно. Следует отметить, что ни в речи, произнесенной рав шаке, ни в письмах, которые были переданы Хизкияху, этой похвальбы не замечалось, поэтому следует сказать, что речь рав шаке и письма, написанные Санхеривом, автор Книги Царей приводит довольно конспективно, и на самом деле эта похвальба в них была.

    Как известно, боевые колесницы представляли собой грозное оружие при ведении боевых действий на равнинной местности, но были малопригодны для ведения боя в горах. Санхерив похвалялся тем, что смог поднять свои многочисленные боевые колесницы в горную высь, а именно, на вершины Ливанских гор, и с их помощью завладел этой местностью. После этого он вырубил произраставшие там ливанские кедры и можжевельники, по мнению Мальбима, чтобы проложить дорогу для своих войск. Вместе с этим, не следует забывать о том, что ливанские кедры и можжевельники в те времена были одним из самых ценных строительных материалов, и царь Шломо, прежде чем начать строительство Храма, специально договорился о поставках древесины этих деревьев с царем Финикии Хирамом (см. Первую Книгу Царей 5, 16-24). Другие цари также широко использовали древесину этих деревьев при строительстве дворцов и храмов, и еще Тиглат Пилесер I в одном из своих текстов так описывает завоевание Ливана: «На Ливанскую гору пошел я. Бревна кедровые для дома бога нарубил я, и отвез их в страну Ашура». В соответствии с этим, Санхерив говорит о том, что, завоевав Ливан, он обеспечил свое государство древесиной кедров и можжевельников.

    Ливанский кедр упоминался в главе 14, предложении №9, и о нем можно прочесть вам в комментарии. К этому следует добавить, что ливанский кедр обладал лучшей древесиной из всех деревьев, которые в те времена произрастали на Ближнем Востоке. Его древесина отличается твердостью и прочностью, и ее очень трудно согнуть. Кроме этого, древесина ливанского кедра отличается большим содержанием смолы, которая предохраняет ее от гниения и дает приятный запах. Ливанский кедр в высоту может достигать 40-50м., и это позволяет получать из него очень длинные прямые бревна и доски.

    Можжевельник (лат. Juníperus), так же как кедр, в изобилии произрастает на склонах Ливанских гор. Несмотря на то, что высотой можжевельник несколько уступает ливанскому кедру, его ствол отличается стройностью и прямотой, что позволяет использовать его древесину для изготовления мачт, а также длинных прямых балок и досок. Можжевельник обыкновенный выглядит так:

    Можжевельник

    В соответствии с простым пониманием текста, слова «обиталище конца его» означают, что на вершине одной из гор Ливана Санхерив устроил военный лагерь, в том ее месте, где находился «лес плодородия его», то есть там, где была самая плодородная земля.

    Вместе с этим, большинство комментаторов считает, что сказанное в нашем предложении является метафорой. Перевод Йонатана на арамейский вообще отличается тем, что он не содержит почти ни одного слова, которое было бы переведено в соответствии с его прямым значением. Перевод Йонатана звучит так: «В многочисленных колесницах моих поднялся я, чтобы завоевать крепости их, также захватил я храмы их, и перебил лучших воинов их, лучших наместников их, завоевал цитадели их и уничтожил множество лагерей их». Из этого перевода следует, что Йонатан понимает слова «высота кедров» как «храмы», а «цвет можжевельников» – как лучших воинов и наместников.

    Другие комментаторы считают, что в нашем предложении идет речь о Земле Израиля и о Храме. По мнению Раши и «Мецудат Давид», слова «горная высь» означают Храмовую гору, а «края Леванона» означают Храм. Таким образом, Санхерив похвалялся тем, что вышел к Храмовой горе и к Храму, который намеревался разрушить, прежде чем вернуться в Ашур. Ральбаг считает, что эти слова означают всю Землю Израиля, которая в духовном плане была выше всех других стран. Говоря о том, что он поднялся в «края Леванона», Санхерив имеет в виду, что он завоевал большую часть Земли Израиля по ее краям, и ему осталось завоевать лишь ее центр, то есть Иерусалим. По мнению Ральбага, слова «высота кедров» означают иерусалимский Храм, при строительстве которого было использовано много древесины этого дерева, а слова «цвет можжевельников» указывают либо на царя Хизкияху и его придворных, либо на другие укрепленные города Йехуды. Слова «обиталище конца его», по мнению Ральбага, также означают Храм, так как в духовном плане Храм был высшей точкой Земли Израиля, а слова «лес плодородия его» означают жителей Иерусалима. Таким образом, Ральбаг говорит о том, что Санхерив хвастался, что разрушит Храм и перебьет жителей Иерусалима или изгонит их на чужбину.

  24. Я копал, и пил воды чужие, и иссушал стопой ноги моей все реки осады»».

    Комментаторы предлагают целый ряд версий того, что именно говорит здесь Санхерив и какой смысл вложен в его слова. Рассмотрим их по порядку.

    Если в предыдущем предложении Санхерив похвалялся тем, что вместе со своей многочисленной армией ему удалось взобраться на самые высокие Ливанские горы, то в начале нашего предложения он хвастается тем, что мог достичь грунтовых вод, глубоко скрытых под поверхностью земли. Это ему понадобилось для того, чтобы обеспечить свои войска питьевой водой. Действительно, письменные источники, оставленные царями Ашура, свидетельствуют о том, что во время своих войн они копали колодцы, из которых добывали питьевую воду. Например, Саргон II, отец Санхерива, в одном из своих текстов пишет: «…скважину в 20 локтей выкопали они, и дошли до грунтовых вод…». А сын Санхерива Асархаддон пишет следующее: «…до города Рафиаха, рядом с ручьем Египетским (имеется в виду вади Эль Ариш), место, где нет реки, с помощью веревок, цепей, журавлей напоил я войска мои водой хорошей из колодцев».

    Здесь следует обратить внимание на слово «зарим» (זרים), которое переведено как «чужие». Следует отметить, что в параллельном месте Книги Ишаяху (37, 25) это слово отсутствует. Почему грунтовые воды названы чужими? По мнению Раши и Ральбага, они названы чужими, так как до того как колодец был выкопан, об этих водах ничего не было известно. «Даат Микра», основываясь на сказанном в Книге Ирмияху (18, 14), говорит о том, что грунтовые воды, до которых добрался Санхерив, названы здесь чужими в значении «необычными» из-за своей прохлады и отменного вкуса. Кроме этого, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому эти воды названы чужими, так как их источник находился очень далеко от колодца, откуда их черпали воины Санхерива. «Мецудат Давид» считает, что используемое здесь слово «зарим» происходит от слова «зэрем» (זרם), которое означает «течение», и в таком случае здесь говорится о том, что воины Санхерива пили проточную воду из выкопанных им колодцев.

    По какой причине Санхерив упоминает об обеспечении своей армии питьевой водой из колодцев? По мнению Раши и «Мецудат Давид», этим он говорит о том, что ему всегда удаются все его начинания, и если для войска нужда питьевая вода, то он ее добудет, выкопав колодцы. Ральбаг считает, что, говоря об этом, Санхерив подразумевает, что ему удавалось завоевать самые неприступные города, о которых никто не мог подумать, что их возможно завоевать.

    По мнению Раши, Ральбага и «Мецудат Давид», во второй части нашего предложения Санхерив говорит о том, что, осаждая неприступные города, полагавшиеся на свои полноводные реки, он, ногами своих воинов, иссушал и вытаптывал их, в результате чего их защитники оставались без воды.

    Мальбим считает, что здесь Санхерив говорит о мерах, предпринятых Хизкияху на случай осады Иерусалима. В главе 22 Книги Ишаяху рассказывается о том, что Хизкияху, готовясь к осаде, перекрыл все водные источники, которые находились в окрестностях Иерусалима, а также наполнил водой ров, находившийся между двумя городскими стенами. Санхерив говорит Хизкияху о том, что в перекрытых Хизкияху водных источниках он совершенно не нуждается, так как обычно копает колодцы для обеспечения своего войска питьевой водой. Относительно заполненного водой рва он говорит, что этот ров не спасет Иерусалим от завоевания, так как будет вытоптан ногами ассирийских воинов.

    По мнению «Даат Микра», слово «мацор» (מצור) в данном случае означает не «осада», как обычно, а является одной из форм слова «Мицраим» (מצרים), означающего «Египет». Такая форма написания слова «Мицраим» встречается в Книге Ишаяху (19, 6), откуда переписан фрагмент, повествующий о вторжении Санхерива, а также в Книге Михи (7, 12). В таком случае, Санхерив здесь говорит о том, что стопами своих воинов он иссушил все реки Египта, то есть рукава дельты Нила и соединявшие их каналы. Вместе с этим, известно, что в описываемый здесь момент времени Ашур еще не завоевал Египет, так что следует сказать, что здесь Санхерив говорит о своих планах завоевания этой страны.

    Йонатан, отходя от прямого значения слов, переводит конец нашего предложения как «все глубокие реки».

  25. Разве не слышал ты, издавна это сделал Я, с дней древних, и создал Я это, теперь привел Я это, и стал ты опустошать в груды камней прорастающие города укрепленные.

    После того как Бог пересказал деяния Санхерива, которые, как тот думал, принесли ему славу непобедимого завоевателя, перед которым не устоит даже самая сильная страна, Он говорит о том, что все успехи Санхерива были результатом приговора, вынесенного Богом побежденным Санхеривом народам, так что хвастаться здесь нечем.

    Слово «лемерахок» (למרחוק) переведено здесь как «издавна» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Они считают, что Бог спрашивает Санхерива: разве он не слышал давние пророчества о том, что цари Ашура выступят в роли наказания народов? Раши в комментарии к нашему предложению указывает в качестве такого пророчества на пророчество Ишаяху (см. Книгу Ишаяху 10, 5): «…Ашур посох гнева Моего и палица в руках их ярость Моя». Но в комментарии к Книге Ишаяху (37, 26) Раши, кроме этого пророчества, указывает на пророчество Амоса (см. Книгу Амоса 7, 11 и 17), где содержится предсказание того, что царство Израиля прекратит свое существование, а его жители будут изгнаны на чужбину. Раши пишет, что пророчество Амоса прозвучало за 70 лет до описываемых здесь событий, и этот период времени определен здесь как «издавна». Мальбим понимает слово «лемерахок» как «издалека». По его мнению, Бог говорит Санхериву о том, что если бы тот услышал из той дали, где находится Ашур, пророчества еврейских пророков, то понял бы, что все военные успехи Санхерива были предсказаны «с дней древних», то есть очень давно.

    Раши понимает слова «с дней древних» как указание на то, что Бог принял решение наказать поклонявшиеся идолам народы с помощью царей Ашура еще во время Шести Дней Творения. Таким образом, по мнению Раши, Бог принял решение о том, что цари Ашура выступят в роли орудия Его возмездия еще во время Сотворения Мира, но начал озвучивать это решение лишь начиная с пророка Амоса.

    Слова «теперь привел Я это» означают, что в период правления последних царей Ашура, а точнее, начиная с периода правления Тиглат Пилесера, Он начал приводить в исполнение свой приговор народам, которые поклонялись идолам.

    В конце нашего предложения Бог говорит о приговоре, который был приведен в исполнение царями Ашура, и в частности Санхеривом. Следует отметить, что перевод заключительной части нашего предложения сделан в соответствии с мнением большинства комментаторов. Они считают, что здесь идет речь о том, что Санхерив превращал укрепленные города в груды камней, поросшие травой. «Даат Микра» пишет, что здесь имеются в виду города и царства, о которых говорил рав шаке (см. главу 18, предложение №34), а затем посланники Санхерива (см. предложение №12) в качестве доказательства всемогущества царей Ашура.

    По мнению Мальбима, в конце нашего предложения идет речь не о завоеванных царями Ашура царствах, а городах Йехуды, которые были завоеваны и разрушены Санхеривом. Он считает, что здесь Бог говорит Санхериву о том, что он их разрушил, чтобы из их развалин проросли укрепленные города. В таком случае Санхерив выступает в роли сеятеля, который бросает в землю мелкое зерно, чтобы на его месте пророс мощный колос. Именно в этом, по мнению Мальбима, состоит цель всех военных успехов Санхерива. Он опустошил и превратил в развалины неукрепленные города Йехуды, чтобы в результате этого жители Йехуды вернулись на путь служения Богу, и тогда они смогут на месте этих городов отстроить новые и хорошо укрепленные города еще во время правления Хизкияху.

  26. И жители их короткорукие, сломались они и иссохли они, были они сорняком полевым и травой зеленой, сеном крыш и головней до хлеба на корню.

    Здесь Бог говорит о том, что все военные успехи Санхерива были обусловлены не его мощью, а слабостью его противников. Бог сделал так, чтобы жители укрепленных городов, превращенных Санхеривом в груды развалин, стали короткорукими, то есть неспособными вести полноценную войну. Его противники сломались и иссохли, что означает «обессилели» еще до начала военных действий. Побежденные Санхеривом народы Бог сравнивает с различными растениями, у которых есть одно общее свойство: они неспособны к движению и к отражению агрессии.

    Сено крыш – это не солома, которой покрывают крыши домов, а растения, которые растут на их крышах, укоренившись на занесенной на эти крыши почве. Так как почвы на крышах обычно бывает очень мало, то такие растения можно очень легко вырвать с корнем, кроме этого, при отсутствии дождей они очень быстро засыхают.

    Головня – это болезнь злаков, в результате которой различные части колоса, включая зерна, превращаются в труху. Жители завоеванных Санхеривом городов сравниваются с колосьями, которые были поражены головней через короткое время после прорастания, то есть превратились в труху еще до того, как стали хлебом на корню.

    Все перечисленные здесь растения отличаются тем, что они очень слабы, быстро засыхают и их очень легко вырвать из земли.

    По мнению Мальбима, в нашем предложении перечислены растения, которые вырастают на полях до того как на них вырастает пшеница. Но эти растения очень быстро засыхают, и тогда вместо них вырастает праведное растение, пшеница, приносящая пользу, и под пшеницей здесь подразумевается Хизкияху и его поколение.

  27. И сидение твое, и выход твой, и приход твой знал Я, и сердитость твою ко Мне.

    Здесь Бог говорит Санхериву о том, что все его деяния были известны Богу изначально. Вместе с этим, комментаторы по-разному понимают, что именно говорит здесь Бог.

    Йонатан переводит наше предложение на арамейский, вставляя в него недостающие, по его мнению, слова, в результате чего оно приобретает следующий вид: «И сидение твое на военном совете, и выход твой на битву, и приход твой в Землю Израиля, открыты Мне, и по Моему слову свершились они».

    Раши в своем комментарии приводит перевод Йонатана полностью, а «Мецудат Давид» приводит его фрагменты, но Ральбаг, Мальбим и «Даат Микра» считают, что слова «сидение твое» указывают на период пребывания Санхерива в своем государстве. По мнению Мальбима и «Даат Микра», слова «выход твой, и приход твой» означают «выход на войну и возвращение с нее», но Ральбаг пишет, что слова «выход твой» указывают на выход на войну, а слова «приход твой» – на вход войск Санхерива в завоеванные ими города.

    Мнения комментаторов разошлись также относительно сердитости Санхерива, о которой говорится в конце нашего предложения. Более того, Раши в своем комментарии к нашему предложению и в комментарии к идентичному предложению Книги Ишаяху (37, 28) пишет разные вещи. Здесь он пишет, что Богу было известно также о том, что в конечном итоге Санхерив против Него ополчится, а в комментарии к Книге Ишаяху он пишет, что Богу стало известно, что Санхерив вознамерится разрушить Храм, в тот момент, когда эта мысль зародилась в его сердце.

    Ральбаг считает, что в конце нашего предложения Бог говорит о том, что Ему изначально было известно, что в определенный момент Санхерив посчитает себя наводящим ужас правителем, и решит, что его должен бояться сам Бог, и что Богу с ним не справиться. По мнению Мальбима, слово «сердитость» в данном случае означает поношения и оскорбления Бога, которые были озвучены посланником Санхерива рав шаке, а затем переданы Хизкияху письменно и устно. «Даат Микра» соглашается с мнением Мальбима, но приводит еще одно мнение, согласно которому в конце нашего предложения идет речь о намерении Санхерива вести непримиримую и яростную войну со всеми царствами, и в особенности с Йехудой, находившейся под защитой Бога.

  28. Из-за сердитости твоей ко Мне и шума твоего, поднявшегося в уши Мои, и вставлю Я кольцо Мое в нос твой, и удила Мои в губы твои, и верну Я тебя дорогой, которой пришел ты.

    Здесь Бог оглашает приговор, вынесенный Санхериву за его «сердитость» и поднятый им шум. Сердитость означает непочтение, проявленное им по отношению к Богу, а под шумом здесь подразумеваются поношения и оскорбления Бога, озвученные как самим Санхеривом, так и его посланниками. Вместе с этим, слово «шаананха» (שאננך), которое переведено здесь как «шум твой», можно понимать как производное от слова «шаананут» (שאננות), одним из значений которого является «самодовольство». В таком случае, здесь имеется в виду самодовольство Санхерива, посмевшего нанести оскорбление Богу, и посчитавшего одержанные победы доказательством своего величия.

    Кольца вставляются в ноздри домашним животным, чтобы их хозяева могли вести их, куда нужно, даже в том случае, если животные этого не хотят. Следует отметить, что в древности с помощью таких колец водили также пленников. Удила представляют собой металлический стержень с кольцами на концах, к которым крепятся поводья, и служит для управления животным. Если натянуть оба повода одновременно, то животное поднимет голову и остановится, а если натянуть только один повод, то животное повернет голову, а затем и развернется, в сторону натяжения повода. В настоящее время удила являются довольно сложной конструкцией, но в древности они выглядели примерно так:

    Удила

    Следует отметить, что в комментарии к нашему предложению Раши пишет, что слово «хах» (חח), переведенное здесь как «кольцо», в Вавилонском Талмуде (51, б) обозначено словом «шир» (שיר), и предназначено для того, чтобы тащить за него непослушное животное. В комментарии к Книге Ишаяху (37, 29) Раши пишет, что «хах» – это кольцо, которое вставляется в губу непослушного животного. Слово «метег» (מתג) Раши, основываясь на переводе Йонатана, понимает как кольцо, которое вставляется в ноздри животного. Вместе с этим, Раши удивляет то, что здесь сказано, что «хах» вставляется в нос животного, а «метег» вставляется ему в губы. Вместе с этим, приспособление, обозначенное в Вавилонском Талмуде словом «шир», явно является съемным, чем-то вроде ошейника, и вставляемым в ноздри кольцом быть не может. Поэтому следует признать мнение Раши ошибочным.

    По мнению Мальбима, Бог вставит кольцо в нос Санхерива, чтобы тот не имел возможности продолжать двигаться по направлению к Иерусалиму, а удила займут ему рот, и он больше не сможет оскорблять и поносить Бога. Ральбаг пишет, что с помощью кольца и удил Бог покажет Санхериву, кто из них является хозяином, а кто рабом. Следует отметить, что Ральбаг понимает слово «хах» не как «кольцо», а как рыболовный крючок.

    В конце нашего предложения говорится о том, что с помощью кольца и удил Бог заставит Санхерива вернуться в Ашур, так и не завоевав Иерусалима, той же дорогой, которой он пришел в Йехуду.

  29. И это тебе знак, ешьте в этот год росток, а в год второй – росток ростка, а в год третий сейте, и жните, и сажайте виноградники, и ешьте плоды их.

    После оглашения вынесенного Санхериву приговора, Бог обращается непосредственно к Хизкияху. Большинство комментаторов считает, что здесь говорится о том, что поражение, которое потерпит Санхерив со своей многочисленной армией под Иерусалимом, будет знаком, что исполнится и другое пророчество, тоже приведенное в нашем предложении.

    В описываемый здесь исторический период цари начинали военные действия весной, после окончания сезона дождей и когда высыхали дороги, что позволяло быстро перемещать войска с места на место. Поля засеивались тоже ранней весной, и в середине апреля крестьяне уже производили сбор ячменя, а в июне созревала пшеница. Вторгнувшиеся на территорию Йехуды ассирийские войска вытоптали посевы и вырубили сады и виноградники, тем самым подвергнув местное население опасности голода. Бог говорит Хизкияху о том, чтобы тот этого не боялся, и знаком того, что голода не будет, послужит поражение Санхерива.

    Росток, который в тот год должно было есть население Йехуды, в оригинальном тексте обозначен словом «сафиах» (ספיח), которое означает зерно, случайно попавшее в землю во время жатвы, а затем проросшее. Понятно, что все население Йехуды не могло насытиться одним таким ростком, поэтому слово «росток» (а также «росток ростка») следует понимать в его агрегативном значении, то есть как «ростки». Таким образом, Бог говорит Хизкияху о том, что случайно попавшие в землю зерна дадут такие обильные всходы, что собранного урожая зерновых культур хватит для годичного пропитания всему населению Йехуды.

    Присутствующее в оригинальном тексте уникальное слово «сахиш» (סחיש), которое в параллельном месте Книги Ишаяху (37, 30) записано как «шахис» (שחיס), большинство комментаторов, основываясь на переводе Йонатана, понимают как «росток ростка». В таком случае, здесь имеются в виду ростки, проросшие из случайно оброненных во время жатвы семян, которые в свою очередь выпали из колосьев, выросших из таких же семян, которые годом ранее тоже случайно попали в землю. Их тоже будет достаточно для того, чтобы обеспечить жителей Йехуды пропитанием во второй год после восстановления мира. Следует отметить, что если в первый год уже засеянные поля были вытоптаны армией Санхерива, и засеять их во второй раз не представлялось возможным, то во второй год поля могли быть засеяны крестьянами, и следует понять, почему жители Йехуды должны были питаться ростками ростков, а не урожаем, полученным обычным способом. Абарбанэль, Ральбаг и «Мецудат Давид» объясняют это тем, что второй год после нашествия Санхерива был так называемым субботним годом, в который обрабатывать землю запрещено Торой. Вместе с этим, в книге «Седер Олам Раба» (глава 23) говорится о том, что Санхерив вторгся на территорию Йехуды в четвертый год после субботнего года, то есть до следующего субботнего года оставалось еще три года. Поэтому Мальбим пишет, что армия Санхерива так сильно опустошила и вытоптала сельскохозяйственные угодья Йехуды, что и на второй год они не поддавались засеву. Проблема с мнением Мальбима состоит в том, что если плодородие почвы было так сильно нарушено войсками Санхерива, то как на ней могли вырасти ростки ростков, которые не были высеяны специально в заранее вспаханное поле? Поэтому, по моему мнению, жители Йехуды должны были питаться ростками ростков и на второй год после нашествия Санхерива, так как зерна, собранного в первый год после нашествия, хватало лишь на пропитание жителей Йехуды, но не для посева. В соответствии с этим, Бог говорит Хизкияху о том, что его подданные смогут смело поедать весь собранный в первый год урожай, не ограничивая себя и не голодая, так как на следующий год они соберут обильный урожай, который произойдет от семян, случайно попавших в землю во время жатвы первого года. Следует отметить, что Раши понимает слово «сахиш» (и слово «шахис») как ветки, появившиеся на пеньках срубленных войсками Санхерива деревьях. Таким образом, по мнению Раши, во второй год после вторжения Санхерива поданные Хизкияху смогут питаться плодами, которые появятся на новых ветвях срубленных Санхеривом деревьев.

    В третий год после нашествия ассирийской армии жизнь подданных Хизкияху войдет в свое обычное русло, они смогут производить весь цикл сельскохозяйственных работ и питаться плодами урожая, полученного конвенциональным способом.

    Все вышесказанное Мальбим подвергает очень большому сомнению. Он спрашивает: как еще не состоявшееся поражение Санхерива могло служить каким-либо знаком? Кроме этого, почему поражение Санхерива должно послужить знаком того, что жителям Йехуды можно засеивать свои поля и сажать виноградники, ведь после его поражения наступит мир, и никто не сможет воспрепятствовать евреям обрабатывать свою землю? Поэтому Мальбим понимает смысл того, что здесь сказано, совершенно иначе. По его мнению, здесь идет речь о восстановлении разрушенных Санхеривом городов. В комментарии к предложению №5 Мальбим писал, что на месте этих мелких и неукрепленных городов вырастут другие, крупные и укрепленные. Полное возобновление сельскохозяйственных работ на третий год после поражения Санхерива означает, что в это время будут восстановлены все разрушенные Санхеривом города, Йехуда вернет себе всю свою мощь и даже ее усилит, как будет сказано в следующем предложении.

  30. И добавит уцелевший дом Йехуды оставшийся корень внизу, и сделает плод вверху.

    В предыдущем предложении шла речь о виноградниках, которые будут посажены жителями Йехуды после поражения Санхерива, а здесь сами жители Йехуды сравниваются с виноградником, либо с деревом. Они названы здесь уцелевшим домом Йехуды оставшимся из-за того, что в результате вторжения Санхерива их численность существенно уменьшилась. В комментарии к главе 18, предложению №13, был приведен отрывок из текста, в котором Санхерив описывает свои военные успехи. В частности, там сказано, что в ходе вторжения в Йехуду Санхерив изгнал в Ашур более 200,000 местных жителей. По всей видимости, не меньшее их количество было убито. Ральбаг к этому добавляет потери, понесенные жителями Йехуды во время вторжений Пекаха, сына Рмальяху, царя Израиля, и Рецина, царя Арама (см. главу 16, предложения №5-6). Кроме этого, жители Йехуды названы здесь домом Йехуды, а не коленом Йехуды, из-за того, что на территории этого царства кроме него проживали колена Биньямина и Шимона, а также представители десяти колен, бежавших в Йехуду после падения Израиля.

    Итак, жители Йехуды, которые уцелеют после нашествия Санхерива, сравниваются здесь с виноградником или деревом, растущим в плодородной и влажной почве. Корни такого дерева постепенно углубляются в землю, а на его ветвях висят многочисленные плоды. По мнению «Мецудат Давид», это сравнение означает, что после нашествия Санхерива жителей Йехуды ожидает период изобилия. По мнению «Даат Микра», что уцелевшие жители Йехуды размножатся и будут преуспевать в своих деяниях. По мнению Мальбима, здесь говорится о том, что количество укрепленных городов Йехуды увеличится по сравнению с их количеством до нашествия Санхерива, мощь Йехуды усилится, а численность его жителей существенно возрастет. «Хоиль Моше» пишет, что здесь идет речь о том, что царство Йехуды ожидает спокойный и мирный период, и оно присоединит к себе часть земель, прежде принадлежавших Израилю.

  31. Ибо из Иерусалима выйдут остатки, и уцелевшие с горы Цион, ревность Господа Воинств сделает это».

    Как было сказано выше, прежде чем Санхерив повел свое войско к Иерусалиму, ему удалось завоевать большую часть территории Йехуды, и лишь Иерусалим остался не завоеванным. Здесь говорится о том, что жители Иерусалима, не пострадавшие во время военных действий, развязанных Санхеривом в Йехуде, и избежавшие изгнания на чужбину, выйдут из Иерусалима и восстановят все, что было разрушено ассирийскими войсками. Гора Цион – это одна из гор, расположенная в районе современного Старого города Иерусалима, и через нее проходит его южная стена. Вместе с этим, в ТАНАХе гора Цион может означать и Храмовую гору, и Город Давида, и Иерусалим, и всю Землю Израиля. По мнению «Мецудат Давид» и «Даат Микра», в нашем предложении гора Цион означает Иерусалим, то есть в целях подчеркивания сказанного здесь дважды сказано одно и то же. «Даат Микра» пишет, что если в предыдущем предложении жители Йехуды сравнивались с деревом, то здесь с деревом сравнивается Иерусалим, который далеко раскидывает свои ветви и корни. Вместе с этим, по мнению Мальбима, под горой Цион здесь подразумевается Хизкияху, резиденция которого находилась в крепости Цион, она же Город Давида. В таком случае, здесь говорится о том, что жители Йехуды, которые были изгнаны Санхеривом на чужбину, вернутся под защиту Хизкияху.

    В конце нашего предложения говорится о том, что Бог сделает все вышесказанное в отношении Санхерива и жителей Йехуды из-за своей ревности. Комментаторы объясняют, что это означает, что Бог воздаст Санхериву за оскорбления, которым он подверг Бога, сравнив Его с идолами и заявив, что Он неспособен защитить еврейский народ. Комментаторы также пишут, что это говорит о том, что Бог заступится за евреев не потому, что они этого достойны, а лишь из-за того, что Санхерив должен быть наказан за нанесенные им оскорбления. В комментарии к нашему предложению Раши пишет, что евреи были недостойны помощи Бога из-за многочисленных грехов, совершенных во время правления отца Хизкияху Ахаза. А в комментарии к идентичному предложению Книги Ишаяху (37, 32) он пишет, что это указывает на то, что в описываемое здесь время заслуги Праотцов уже перестали защищать еврейский народ от несчастий. Вместе с этим, по мнению «Даат Микра», ревность Бога означает, что Он вступится за свой народ и отомстит его ненавистникам.

  32. Поэтому так сказал Господь царю Ашура: «Не придет он в город этот, и не выпустит он там стрелу, и не выдвинет он щит, и не насыплет на него насыпь.

    Бог говорит Санхериву о том, что тот не только не завоюет Иерусалим, но и не будет вести против него никаких военных действий.

    Мальбим пишет, что грамматическую конструкцию «и не», трижды используемую в нашем предложении, следует понимать как «и даже не». Таким образом, здесь говорится о том, что Санхерив не сможет войти в Иерусалим со своей армией, и даже не сможет выпустить в его направлении ни единой стрелы. Прежде чем подвергать город обстрелу из луков, воевавшая против него армия на своих позициях обычно ставила большие стационарные щиты, которые защищали обстреливавших город лучников от ответного обстрела с городских стен. Здесь говорится о том, что даже такие щиты Санхерив не сможет установить возле Иерусалима. По мнению Мальбима, насыпь, о которой говорится в конце нашего предложения, не является насыпью, по которой штурмовавшие город воины поднимались на городские стены. Эта насыпь устраивалась на позициях штурмовавшей город армии и представляла собой возвышение, с которого лучники вели обстрел города. Строительство такой насыпи предваряло собой установку щитов, и здесь говорится о том, что Санхерив не будет иметь возможности даже создать эту насыпь. Вместе с этим, Раши, «Мецудат Давид» и «Даат Микра» считают, что насыпь, о которой здесь идет речь, предназначалась для того, чтобы штурмовавшие город воины могли подняться на городские стены.

    Ральбаг понимает сказанное здесь о щитах и о насыпи не так, как остальные комментаторы. По его мнению, «выдвижение щитов» представляет собой боевое построение штурмующих город воинов, в настоящее время известное как «черепаха». Образуя этот боевой порядок, воины выстраивались прямоугольником, при этом первая их шеренга держала свои щиты перед собой, а все остальные воины держали щиты над головами. В результате этого образовывалась конструкция, защищавшая строй спереди и сверху (а при необходимости и с боков), и позволявшая штурмовавшим город воинам без потерь разрушать стену молотами и устраивать под нее подкопы:

    Черепаха

    Ральбаг также считает, что в конце нашего предложения говорится не о насыпи, а об осадном орудии, в настоящее время известным под названием баллиста. Баллиста вела навесной огонь по городу большими камнями, вес которых достигал 26кг., и использовалась для уничтожения защитников города, находящихся на стенах, а также для разрушения башен, навесов, прикрытий и защитных зубцов. Баллиста выглядела так:

    Баллиста

    Раши в своем комментарии к Книге Ишаяху (37, 33) подвергает мнение Ральбага относительно баллисты критике. Он говорит о том, что в нашем предложении используется глагол «насыпать», а камни на город не насыпают, а бросают. Кроме этого, как можно баллисту назвать насыпью? Кроме этого, археологические данные свидетельствуют о том, что первые баллисты, как модификация катапульт, появились в середине 4в. до н.э., то есть примерно через 350 лет после описываемых здесь событий. Поэтому следует сказать, что мнение Ральбага относительно баллист действительно является ошибочным.

  33. Дорогой, которой придет он, ей вернется он, и в город этот не придет он, речь Господа.

    Если бы Санхериву удалось завоевать Иерусалим, он бы возвращался в Ашур другой дорогой, чтобы завоевать новые города. Поэтому возвращение Санхерива в Ашур той же самой дорогой, которой он шел в Йехуду, говорит о том, что под Иерусалимом он потерпит сокрушительное поражение, после которого поспешит убраться из Йехуды как можно быстрее.

    Несмотря на то, что в предыдущем предложении уже было сказано о том, что Санхериву не удастся войти в Иерусалим, здесь об этом говорится еще раз. По мнению «Даат Микра», этот повтор сделан для того, чтобы подчеркнуть сказанное. Мальбим напоминает о том, что в то время, когда Ишаяху передавал Хизкияху свое пророчество, армия Санхерива стояла под Иерусалимом. Поэтому, по мнению Мальбима, этот повтор говорит о том, что стоящая под Иерусалимом ассирийская армия не сможет войти в этот город. Затем она уйдет (для того, чтобы воевать с Тирхакой – см. предложение №9), а затем снова вернется, но и тогда завладеть Иерусалимом не сможет.

  34. И защищу Я город этот, избавить его, ради Меня и ради Давида, раба Моего».

    В заключение своей речи Бог обещает Хизкияху защитить Иерусалим и избавить его от завоевания Санхеривом, называя этому две причины. Во-первых, Бог решил нанести поражение Санхериву ради «Себя Самого», то есть наказать Санхерива за нанесенные себе оскорбления. Во-вторых, Бог решил это сделать ради Давида, основателя царской династии, одним из представителей которой был Хизкияху. Во Второй Книге Шмуэля (7, 16) было приведено пророчество Натана относительно власти основанной Давидом царской династии. Там говорилось о том, что власть его потомков будет прочной, если они будут неукоснительно соблюдать заповеди Торы. Хизкияху был праведным царем, поэтому сохранение его власти со стороны Бога являлось исполнением данного Давиду обещания.

  35. И было в ночь ту, и вышел посланник Господа, и побил в лагере Ашура сто восемьдесят пять тысяч, и пробудились они утром, и вот, все они трупы мертвые.

    Автор Книги Царей не указывает, о какой именно ночи здесь идет речь. Так как эта ночь упоминается сразу же после пророчества Ишаяху о поражении Санхерива, то можно предположить, что описанные здесь события произошли в следующую ночь после вышеприведенного пророчества. Но, как было сказано в предложении №9, Санхерив отправил своих посланников к Хизкияху после того как решил идти воевать с царем Куша Тирхакой, затем Хизкияху посетил Храм и обратился с молитвой к Богу, после чего Ишаяху передал ему вышеприведенное пророчество. Из этого вроде бы следует, что в это время Санхерив еще не воевал с Тирхакой. Ральбаг считает, что это не так, и что Ишаяху передал Хизкияху пророчество о поражении Санхерива уже после того как тот нанес Тирхаке поражение, вернулся к Иерусалиму и осадил его. Остальные комментаторы считают, что «та ночь», в которую произошли описанные здесь события, это первая ночь после возвращения Санхерива к Иерусалиму, то есть от пророчества Ишаяху ее отделяло время, в течение которого Санхерив воевал с Тирхакой.

    Основываясь на том, что сказано в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 95, а), Раши пишет, что в ту ночь войско Санхерива остановилось на ночлег в том месте, где ранее находился город Нов, разрушенный Шаулем за то, что его жители оказали помощь Давиду. Этот город находился к северу от Иерусалима, и о его предполагаемом местонахождении можно прочесть в комментарии к Первой Книге Шмуэля (21, 2).

    Автор Книги Царей не указывает, что именно произошло в лагере Санхерива. Комментаторы предполагают, что в ассирийском лагере случился мор, а современные исследователи считают, что причиной этого мора послужила некая болезнетворная бактерия, находившаяся в плохой воде, которую вынуждены были пить ассирийские воины из-за того, что все пригодные для питья водные источники по велению Хизкияху были перекрыты.

    Как здесь сказано, в лагере Санхерива за одну ночь умерло 185,000 человек. Раши пишет, что на самом деле умерло гораздо больше, и приведенное здесь число относится лишь к умершим офицерам.

    Автор Книги Царей не указывает также того, кто именно пробудился и обнаружил, что ассирийское войско понесло тяжелые потери. Большинство комментаторов считает, что это был Санхерив и жалкие остатки его уцелевших придворных. По мнению «Даат Микра», это был Хизкияху со своими людьми, которые проснулись утром и к своему удивлению увидали, что опасность завоевания миновала.

    То, что в ассирийском лагере были лишь трупы, не следует понимать буквально, ведь сам Санхерив остался в живых. Поэтому следует сказать, что в трупы превратилось подавляющее большинство ассирийских воинов.

  36. И двинулся, и пошел, и вернулся Санхерив, царь Ашура, и поселился в Нинве.

    Три следующих один за другим глагола «двинулся», «пошел» и «вернулся» указывают на то, что уход Санхерива с территории Йехуды представлял собой паническое бегство. Следует отметить, что в параллельном месте Второй Книге Хроник (32, 21) об этом сказано: «…и вернулся он с позором в страну свою…».

    Нинве был очень древним городом, в Торе (Берешит 10, 12) сказано, что его основал Нимрод, строитель Вавилонской Башни. Нинве служил столицей многим ассирийским царям, но здесь говорится о том, что после своего возвращения из Иерусалима Санхерив поселился в нем постоянно, то есть сделал этот город своей главной резиденцией. «Кли Якар» по этому поводу пишет, что ранее столицей Санхерива служил город Ашур, но после позора, испытанного им под стенами Иерусалима, Санхерив предпочел не возвращаться в Ашур, и перенес свою столицу в город Нинве.

    В Нинве Санхерив построил великолепные здания, и в частности, царский дворец, который украсил барельефами, на которых были изображены сцены осады и взятия Лахиша (см. комментарий к главе 18, предложению №14). По всей видимости, с помощью этих барельефов Санхерив пытался скрыть позор, который постиг его под Иерусалимом.

    В настоящее время развалины древнего города Нинве расположены на восточном берегу Тигра в черте иракского города Мосула (36°22'1.06"N, 43° 9'22.55"E). Следует отметить, что начиная с 2014г. они планомерно уничтожаются захватившей этот город террористической организацией «Исламское государство»:

    Нинве

  37. И было, он поклоняется в доме Нисроха, бога его, и Адрамелех и Сарэцер, сыновья его, побили его мечом, и они бежали в страну Арарат, и стал царствовать Эсар-Хадон, сын его, вместо него.

    Слова «И было», которыми начинается наше предложение, указывают на то, что после возвращения Санхерива из Йехуды и его гибелью произошло довольно много времени. Часть исследователей считает, что между этими двумя событиями произошло восемь лет, а другие исследователи считают, что двадцать.

    Здесь рассказывается о том, что Санхерив был убит в то время, когда поклонялся своему богу Нисроху. Это божество упоминается в ТАНАХе лишь при описании гибели Санхерива, и его не упоминает ни один из нееврейских источников. Раши и «Мецудат Давид» пишут, что Нисрох – это одна из досок Ковчега Ноаха, а современные исследователи считают, что Нисрох было не именем, а уничижительным прозвищем одного из ассирийских богов.

    В главе 17, предложении №31, говорилось о том, что Адрамелехом называлось божество, которому поклонялись переселенные на территорию Израиля жители города Сфарваима, и о значении этого имени можно прочесть там в комментарии.

    Сарэцер, по всей видимости, является укороченным именем Нергал-Сарэцер, которое упоминается в Книге Ирмияху (39, 3 и 13). Нергал был одним из богов, которым поклонялись жители Ашура, и о нем можно прочесть в комментарии к главе 17, предложениям №24 и №30. Таким образом, имя Нергал-Сарэцер означает «Нергал вельможу (обладателя этого имени) хранит».

    Здесь говорится о том, что Санхерив был убит своими сыновьями в святом для ассирийцев месте, что само по себе является довольно странным. Но еще более странным является то, что ни один из убийц Санхерива не попытался захватить царский трон, наоборот, они оба бежали из Ашура. Это говорит о том, что покушение на Санхерива не было обусловлено попыткой дворцового переворота, и следует понять, по какой причине Санхерив был убит своими собственными сыновьями. Раши в своем комментарии приводит сведения, содержащиеся в Вавилонском Талмуде (96, а), где говорится о том, что Санхерив очень опасался покушения, но не со стороны своих сыновей, а со стороны вельмож, чьи сыновья расстались с жизнью под стенами Иерусалима. Во время посещения храма Нисроха Адрамелех и Сарэцер услышали, как Санхерив просит своего бога о том, чтобы тот спас его от покушения со стороны придворных, обещая принести ему в жертву и Ахрамелеха, и Сарэцера. Им это очень не понравилось, поэтому они убили Санхерива и немедленно бежали в страну Арарат, как сказано в продолжение нашего предложения.

    Следует отметить, что об убийстве Санхерива сыновьями рассказывается также в некоторых важных нееврейских источниках, таких как Вавилонские Хроники, надписи Набонида, в труде древнего историка Бероса, а также в надписи, оставленной сыном Санхерива Эсар-Хадоном.

    Адрамелех и Сарэцер, как здесь сказано, после убийства своего отца бежали в страну Арарат. Эта страна занимала территорию Армянского нагорья, и в настоящее время она известна под своим аккадским названием Урарту. Урарту, он же Арарат, был одним из самых непримиримых врагов Ашура, и этим объясняется выбор убийцами Санхерива этой страны в качестве укрытия.

    В конце нашего предложения рассказывается о том, что после смерти Санхерива ассирийский трон занял его сын Эсар-Хадон, имя которого означает «(бог) Ашур даст брата». Эсар-Хадон (в русской транскрипции Асархаддон) правил Ашуром между 680-669гг. до н.э. Его матерью была женщина по имени Закуту, что означает «чистая». Предполагается, что она вела свое происхождение от арамейцев, а некоторые исследователи считают, что она была еврейкой, происходившей от изгнанных в Ашур жителей Израиля.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator