Глава 9

  1. И Элиша пророк позвал одного из сынов пророков, и сказал ему: «Подпояшь чресла свои, и возьми кувшин масла этот в руку свою, и иди в Рамот Гилад.

    Здесь начинается рассказ о том, как Элиша помазал Йеху на царство над Израилем. Это задание в свое время получил наставник Элиши Элияху во время своего пребывания на горе Синай (см. Первую Книгу Царей 19, 15-17). Элияху должен был помазать Хазаэля на царство над Арамом, Йеху – на царство над Израилем, а Элишу он должен был обучить и сделать своим преемником. Хазаэль и Йеху, став царями, должны были уничтожить основанную Омри, отцом Ахава, царскую династию, но из-за раскаяния Ахава в совершенных им злодеяниях этот приговор был отложен до времени правления его сына Йехорама (см. комментарий к главе 8, предложению №7). Поэтому Элияху не помазал на царство ни Хазаэля, ни Йеху, возложив эту обязанность на Элишу. В предыдущей главе (предложения №7-№15) рассказывалось о том, как Элиша помазал на царство Хазаэля, и на следующий после помазания день он действительно стал царем Арама. Для завершения исполнения обязанности, возложенной Богом на Элияху, оставалось помазать на царство Йеху, и здесь рассказывается о том, что Элиша занялся этим делом.

    Предлог «и», которым начинается наше предложение, указывает на то, что описываемые здесь события произошли одновременно с тем, о чем рассказывалось выше. Таким образом, Элиша позвал к себе одного из своих учеников в тот момент, когда раненый Йехорам находился в Изреэле, а Ахазьяху прибыл туда, чтобы его навестить.

    Подобно Элияху, Элиша не стал лично заниматься помазанием Йеху на царство над Израилем, а возложил эту обязанность на одного из своих учеников, и в книге «Седер Олам Раба» (глава 18) сказано, что этим учеником был не кто иной, как Йона, сын Амитая, о котором рассказывается в Книге Йоны.

    Элиша велел своему ученику, чтобы тот подпоясал свои чресла и шел в Рамот Гилад, захватив с собой приготовленный Элишей горшок масла. Ранее (см. главу 4, предложение №29) он велел подпоясать чресла своему слуге Гехази, когда отправил его в Шунем оживлять умершего ребенка. Там в комментарии было приведено мнение Ральбага, который считает, что подпоясывание чресл необходимо перед быстрым бегом, так как оно препятствует смещению внутренних органов. Точно так же он объясняет подпоясывание чресл ученика, посланного Элишей в Рамот Гилад, но в виду того, что расстояние между Шомроном, где проживал Элиша, и Рамот Гиладом, составляет более 70км., понятно, что добежать туда ученик Элиши не мог, поэтому следует сказать, что Элиша велел ему двигаться туда очень быстро. По мнению Раши, велев своему ученику подпоясать чресла, Элиша говорит ему, чтобы он призвал все свое мужество, так как задание, на которое его посылает Элиша, является очень опасным.

    Отправляя своего ученика в Рамот Гилад, Элиша дал ему кувшин с маслом, которое тот должен был использовать для помазания Йеху на царство. Обряд помазания на царство производится во время коронации первого царя династии (его потомки в этом не нуждаются, так как получают трон по праву рождения). В свое время были помазаны на царство Шауль, Давид и Шломо, а теперь этот обряд должен был пройти также Йеху. Следует заметить, что Шломо, будучи сыном Давида, в помазании не нуждался, и этот обряд был проведен по особому указанию Давида в виду того, что в то время трон пытался захватить другой сын Давида Адонияху.

    Вместе с этим, обряд помазания на царство, который ранее прошел Шауль, а теперь должен был пройти Йеху, в некоторых деталях отличался от помазания на царство Шломо и Давида. Во-первых, для их помазания использовался рог, а Шауль и Йеху были помазаны с помощью глиняного кувшина с маслом. Во-вторых, для помазания Давида и Шломо использовалось оливковое масло (так называемый елей), приготовленное Моше во время пребывания евреев в пустыне для помазания Аарона и его сыновей, перед тем, как они стали коэнами. Это масло бережно хранилось на протяжении многих поколений, и время от времени использовалось для помазания царей и Главных коэнов. Ральбаг в своем комментарии к Первой Книге Царей (1, 34) пишет о том, что приготовленного Моше масла для этих целей хватало, так как во время обряда помазания будущего царя или Главного коэна им не обмазывали его с ног до головы, а немного капали ему на голову, на то место, где должна быть корона. Для помазания Шауля и Йеху приготовленное Моше оливковое масло не использовалось. По мнению Радака, это было масло, изготовленное не из оливок, а из другого растения.

    Чем были обусловлены вышеуказанные различия? В Тосефте Санхедрин (глава 4) сказано, что династии Шауля и Йеху, в отличие от династии Давида, должны были пресечься, поэтому эти цари были помазаны с помощью кувшина, а не рога, и для их помазания не использовалось приготовленное Моше масло.

    Почему Элиша решил возложить помазание Йеху на своего ученика, а не сделал этого лично, и почему он велел ему поспешать? «Кли Якар» пишет, что, будучи очень известным человеком, Элиша не хотел предавать факт помазания Йеху на царство излишней огласке, а это непременно бы произошло, если бы он сам появился в Рамот Гиладе. Мальбим объясняет, что для помазания Йеху Элиша выбрал тот момент, когда раненый Йехорам находился в Изреэле, а не в своей столице Шомроне, а царь Йехуды Ахазьяху тоже прибыл туда, чтобы его навестить. Таким образом, оба царя были в отлучке, в то время как их армии находились в Рамот Гиладе. Это время идеально подходило для осуществления заговора, и поэтому Элиша велел посланному им ученику, чтобы он действовал очень быстро.

  2. И придешь ты туда, и увидь там Йеху, сына Йехошафата, сына Нимши, и придешь ты, и поднимешь его из среды братьев его, и приведешь его в комнату в комнате.

    Элиша говорит своему ученику о том, что после прибытия в Рамот Гилад он должен «увидеть» там Йеху. Это означает, что ученик должен был в точности выяснить, кто такой Йеху, иначе он бы помазал на царство не того человека, и узнать его в лицо, прежде чем приступать к следующему этапу своего задания. Поэтому Элиша здесь указывает не только имя нужного человека (Йеху), но также имя его отца (Йехошафат, тезка деда Ахазьяху) и имя главы его семейства (Нимши). Многие комментаторы считают, что Нимши – это искаженное «Менаши», из чего следует, что Йеху принадлежал к колену Менаше.

    После того как ученик Элиши в точности выяснит, кто ему нужен, он должен прийти к нему в дом, и «поднять его из среды братьев его». Братьями Йеху здесь названы его коллеги по военной службе, таким образом, здесь говорится о том, что ученик Элиши должен явиться в казарму и вызвать Йеху наружу. После этого он должен отвести его «в комнату в комнате», что означает внутреннее и укромное помещение одного из домов Рамот Гилада, заранее присмотренное учеником Элиши для этой цели. Таким образом, Элиша говорит своему ученику о том, что помазание Йеху на царство должно быть сделано тайно.

  3. И возьмешь ты кувшин масла, и возольешь на голову его, и скажешь: «Так сказал Господь: «Помазал Я тебя на царство над Израилем»», и откроешь ты дверь и побежишь, и не будешь ждать».

    В комнате, наедине с Йеху, ученик Элиши должен взять принесенный с собой кувшин масла, и с его помощью произвести обряд помазания Йеху на царство над Израилем, сказав при этом приведенные здесь слова. Следует заметить, что, как выяснится из сказанного в предложениях №7-10, во время помазания ученик Элиши должен был сказать Йеху также другие вещи, но здесь автор Книги Царей приводит лишь суть отданных Элишей распоряжений. Мальбим считает иначе, и его мнение будет приведено в комментарии к следующему предложению.

    После этого ученик Элиши должен открыть дверь комнаты, в которой проходило помазание, и немедленно уходить из Рамот Гилада. Из этого, между прочим, становится ясно, что обряд помазания Йеху на царство должен был проходить не только в укромном месте, но и при запертой двери. Почему ученик Элиши должен был немедленно бежать из Рамот Гилада? По мнению большинства комментаторов, Элише было известно, что после помазания Йеху на царство события начнут развиваться очень быстро, и, оставаясь в Рамот Гиладе, посланный им ученик будет подвергать себя большой опасности. По мнению Йосифа Флавия, ученик Элиши должен был не только немедленно оставить город, но и уйти из него незамеченным.

  4. И пошел отрок, отрок пророка, в Рамот Гилад.

    По мнению Йонатана, которого придерживается большинство более поздних комментаторов, первое слово «отрок» указывает на молодость посланного Элишей ученика, а второе такое же слово означает «ученик». Таким образом, слова «отрок, отрок пророка» следует понимать как «отрок, ученик Элиши».

    Мальбим понимает эти слова как «отрок, отрок-пророк», и объясняет, что Элиша велел своему ученику сказать Йеху лишь те слова, которые были приведены в предыдущем предложении. Но здесь говорится о том, что посланный Элишей отрок сам был пророком, и в предложениях №7-10 он скажет Йеху не только то, что ему велел сказать Элиша, но и передаст ему пророчество, которое он сам получил от Бога. Поэтому здесь он назван отроком-пророком, и это говорит о том, что он отправился в Рамот Гилад не из-за того, что это ему велел сделать Элиша, а по полученному им самим велению Бога. Как указывалось выше, мудрецы считают, что этим отроком был пророк Йона, сын Амитая, о котором рассказывается в Книге Йоны.

  5. И пришел он, и вот, вельможи войска сидят, и сказал он: «Дело у меня к тебе, вельможа!», и сказал Йеху: «К кому из нас?», и сказал он: «К тебе, вельможа!».

    Автор Книги Царей опускает рассказ о прибытии ученика Элиши в Рамот Гилад, а также о том, как он искал Йеху, и переходит к тому моменту, когда он пришел в дом, где находился Йеху и его коллеги по военной службе, уже точно зная, кто из них ему нужен.

    Слова «вельможи войска» означают старших офицеров, таким образом, ученик Элиши явился в офицерскую казарму. На иврите словосочетание «вельможи войска» звучит как «сарей ха-хаиль» (שרי החיל), но, обращаясь к Йеху, ученик Элиши называет его «ха-сар» (השר), то есть вельможей с определенным артиклем «ха-». Это означает, что Йеху был особенным, а не простым старшим офицером, то есть, что он был военачальником.

    Как неоднократно указывалось выше, слова «и вот» означают, что описываемые события явились полной неожиданностью для их участников, и в данном случае это говорит о том, что появление ученика Элиши явилось полной неожиданностью для старших офицеров и, в частности, для Йеху.

    Ученик Элиши сказал Йеху о том, что у него есть к нему дело, но не приступил к его изложению. Из этого Йеху мог понять, что явившийся в казарму человек желает поговорить с ним наедине. Но так как в помещении присутствовали несколько человек, Йеху спросил ученика, к кому из них у него есть дело. На это ученик ему ответил, что у него дело лично к Йеху.

  6. И встал он, и пришел в дом, и возлил он масло на голову его, и сказал он ему: «Так сказал Господь, Бог Израиля: «Помазал Я тебя на царство над народом Господа, над Израилем.

    Здесь рассказывается о том, что ученик Элиши в точности выполнил его указания: он привел Йеху в уединенное место и помазал его там на царство над Израилем. Все это он проделал очень быстро, на что указывают три следующих один за другим глагола: «И встал… и пришел… и возлил…».

    Вместе с этим, после помазания Йеху на царство ученик Элиши сказал ему не совсем то, что ему велел сказать Элиша (см. предложение №3), добавив слова «Бог Израиля» и «над народом Господа». По мнению «Даат Микра», ученик Элиши ничего не добавлял к словам своего учителя, в предложении №3 была приведена лишь их суть, но на самом деле Элиша велел ему сказать Йеху именно те слова, что приведены в нашем и в следующих за ним предложениях. Мальбим считает, что Элиша велел своему ученику сказать именно те слова, которые были приведены в предложении №3, но так как этот ученик сам был пророком, то он передал Йеху не то, что ему велел передать Элиша, а свое собственное пророчество.

    По мнению Мальбима, добавленными словами ученик Элиши сказал Йеху о том, что он только что прошел обряд помазания на царство «над народом Господа», то есть над людьми, оставшимися верными Господу и соблюдающими Его заповеди. И на царство его помазал «Бог Израиля», то есть Бог тех людей, которые продолжают жить по законам Торы. Это означает, что первоочередной обязанностью Йеху станет искоренение иноземных культов, введенных Ахавом в подвластном ему государстве, и возвращение населения Израиля на путь служения Богу.

  7. И побьешь ты дом Ахава, господина твоего, и отмщу Я кровь рабов Моих пророков, и кровь всех рабов Господа от руки Изевель.

    Здесь ученик Элиши передает Йеху веление Бога, согласно которому он должен выступить орудием возмездия семейству Ахава за все совершенные им злодеяния, и исполнить пророчество, в соответствии с которым весь дом Ахава должен прекратить свое существование (см. Первую Книгу Царей 21, 21-24).

    Бог говорит также о том, что истребление семейства Ахава послужит возмездием за гибель пророков и других людей, оставшихся верными Богу, от руки Изевель, жены Ахава. В Первой Книге Царей (16, 31-33) рассказывалось о том, что Изевель была дочерью финикийского царя, и под ее влиянием Ахав ввел на территории Израиля поклонение финикийским идолам. Там же (18, 4) говорилось о том, что Изевель этим не ограничилась, и в рамках насильственного насаждения импортированного из Финикии идолопоклонства она перебила всех проживавших на территории Израиля пророков Бога, за исключением ста человек, спасенных Овадьяху. О том, что она истребляла тех, кто оставался верен Богу и отказывался поклоняться идолам, в Первой Книге Царей не рассказывалось. Это выясняется из того, что сказано в нашем предложении. Радак пишет, что в число погубленных Изевелью верных Богу людей входит также невинно убиенный Навот (см. Первую Книгу Царей 21, 1-15).

  8. И будет погублен весь дом Ахава, и уничтожу Я у Ахава мочащегося на стену, и собранного и покинутого в Израиле.

    В начале нашего предложения Бог говорит Йеху о том, что в результате его деятельности весь род Ахава должен быть погублен, а вторая его часть представляет собой точный пересказ пророчества Элияху, которое он передал Ахаву после смерти Навота (см. Первую Книгу Царей 21, 21). Но и эти слова Элияху Ахаву являются точным пересказом пророчества Ахии шилонца, переданного им жене Яравама (см. там 14, 10).

    Комментаторы разошлись во мнениях относительно значения используемых в этих пророчествах выражений, и их мнения будут приведены ниже.

    Прежде всего, это касается идиомы «мочащегося на стену». В ТАНАХе это выражение встречается лишь в Книге Царей, а также в Первой Книге Шмуэля (25, 22 и 34), где его использует Давид. Значительная часть комментаторов считает, что эта идиома подразумевает мужчину, но Раши в комментарии к Первой Книге Шмуэля включает в нее также собак. Переводчик на арамейский Йонатан считает, что эти слова следует переводить как «мудрецы». То есть, по его мнению, Бог здесь говорит о том, что Он уничтожит в семействе Ахава не всех мужчин поголовно, а лишь тех из них, кто отличается своими интеллектуальными способностями.

    Вместе с этим, Йонатан считает, что и все остальные мужчины из дома Ахава будут уничтожены Богом, и об этом говорит фраза «собранного и покинутого в Израиле». Дело в том, что слово «ацур» (עצור), переведенное здесь как «собранный», обладает также значением «заключенный», «осужденный». В соответствии с этим, Йонатан понимает слово «ацур» как «раб», а слово «покинутый», как «свободный». Таким образом, по мнению Йонатана, Бог здесь говорит о том, что в семействе Ахава не останется ни раба, ни свободного человека. Похожее мнение высказывает «Хоиль Моше», с тем отличием, что в его понимании под словом «покинутый» подразумеваются не свободные люди, а неудачники, о которых никто не заботится.

    Абарбанэль, а за ним и «Мецудат Давид», считают, что «собранное» – это накопленное семейством Ахава богатство, которое хранилось в царской сокровищнице, а «покинутое» – это принадлежавший ему скот, который оставлен в поле для выпаса. В таком случае, здесь Бог говорит о том, что семейство Ахава не только лишится всех своих мужчин, но и потеряет все свое имущество.

    Мальбим понимает слово «ацур» очень похоже на то, как понимает его Йонатан, но считает, что здесь говорится о страдающем человеке. «Покинутый», в понимании Мальбима, это несчастный и бедный человек. Мальбим считает, что здесь Бог говорит о том, что даже бедные и страдающие люди будут преследовать представителей семейства Ахава и не давать им покоя.

    «Мецудат Давид» пишет, что слова «в Израиле» говорят о том, что то, что случится с домом Ахава, получит широкую огласку во всем еврейском народе, чтобы подвластный Ахаву народ раскаялся и вернулся на путь служения Богу.

  9. И отдам Я дом Ахава, как дом Яравама, сына Нвата, и как дом Бааши, сына Ахии.

    Яравам, сын Нвата, был первым царем Израиля. В Первой Книге Царей (11, 29-39) рассказывалось о том, что Бог решил сделать Яравама царем Израиля из-за грехов Шломо, на старости лет запятнавшего себя идолопоклонством. Но после того как Яравам стал царем Израиля, он по политическим мотивам ввел в своем государстве новую религию, включавшую в себя культ поклонения золотым тельцам и другие нововведения (см. там 12, 26-32). В наказание за это Бог поразил болезнью сына Яравама, а когда его жена явилась к пророку Ахие шилонцу, чтобы узнать, выздоровеет ли ее ребенок, тот ответил ей, что ее сын умрет, а кроме этого, будет уничтожен весь дом Яравама (см. там 14, 6-16).

    Семейство Яравама было уничтожено во время правления его сына Надава, продолжавшего грешить так же, как грешил Яравам. Надав был убит в результате заговора, во главе которого стоял Бааша, захвативший трон и перебивший всех представителей предыдущей династии (см. там 14, 27-30). Но и Бааша продолжал придерживаться введенной Яравамом религии (см. там 14, 34), и тогда пророк Йеху, сын Ханани, получил пророчество, в котором было сказано, что дом Бааши будет уничтожен точно так же, как ранее был уничтожен дом Яравама (см. там 15, 1-4). Это пророчество исполнилось во время правления Элы, сына Бааши. Эла тоже был убит в результате заговора, во главе которого стоял Зимри, захвативший трон и перебивший все семейство Бааши в полном соответствии с пророчеством Йеху, сына Ханани (см. там 15, 9-13).

    Зимри успел процарствовать всего семь дней, после чего его сверг и захватил власть в Израиле Омри, отец Ахава и родоначальник новой царской династии (см. там 15, 15-19). Следует заметить, что Зимри был таким же грешником, как предыдущие цари Израиля, но его имя здесь не указано из-за того, что он царствовал очень короткое время.

    Таким образом, здесь говорится о том, что семейство Ахава разделит участь семейств Яравама и Бааши, предыдущих царей Израиля.

  10. И Изевель съедят собаки в участке Изреэля, и нет могильщика»», и открыл он дверь, и бежал он.

    Изевель является единственной женщиной, о которой особо говорится во время пророчества, предвещающего несчастья, которые должны обрушиться на царский дом. И это неудивительно, принимая во внимание совершенные ей злодеяния. О том, что труп Изевель будет съеден собаками, Ахаву говорил еще Элияху (см. Первую Книгу Царей 21, 23), но он употребил выражение «хель Изреэль», а ученик Элиши выразился более понятно, сказав «в участке Изреэля». Это означает, что ее труп будет съеден собаками в районе города Изреэля, о местонахождении которого можно прочесть в комментарии к главе 8, предложению №29.

    Следует заметить, что Элияху говорил Ахаву о том, что всех его родственников, которые умрут в городе, съедят собаки (см. Первую Книгу Царей 21, 24), но это пророчество в полной мере исполнилось лишь относительно Изевель. Сам Ахав геройски пал в бою возле Рамот Гилада, был погребен с царскими почестями, и собаки лишь слизывали его кровь, которая капала с царской колесницы (см. там 22, 37-38). Но Изевель, как здесь сказано, не удостоится похорон, и об исполнении этого пророчества будет рассказано в предложении №35.

    В конце нашего предложения говорится о том, что сразу же по окончании своей речи ученик Элиши открыл дверь помещения, в котором состоялось помазание Йеху на царство над Израилем, и бежал из Рамот Гилада, как велел ему Элиша (см. предложение №3).

  11. И Йеху вышел к рабам господина его, и сказал он ему: «Мир ли?», «Почему приходил безумец этот к тебе?», и сказал он им: «Вам известен муж этот и разговор его».

    Предлог «и», начинающий наше предложение, указывает на то, что описанные здесь события происходили одновременно с тем, о чем рассказывалось выше. Таким, образом, здесь говорится о том, что в то время, когда ученик Элиши спешно покидал Рамот Гилад, Йеху вышел из помещения, в котором он был помазан на царство, к своим сослуживцам. Эти люди здесь названы «рабами господина его», то есть вельможами царя Израиля Йехорама, чем автор Книги Царей подчеркивает, что все они в то время были на стороне законного царя Йехорама. Этим фактом объясняется уклончивый ответ Йеху на заданные ему вопросы, приведенный в конце нашего предложения.

    Заданные Йеху вопросы говорят о том, что старшие офицеры армии Израиля прекрасно поняли, что к Йеху приходил пророк (возможно, из-за того, что пророки носили особые одежды). Пророки не имели обыкновения посещать кого бы то ни было просто так, они обычно приходили по делу, и сослуживцам Йеху очень не понравилось то, что приходивший пророк предпочел сообщить ему какие-то сведения наедине, так, чтобы о них не узнали другие. Ральбаг пишет, что коллегам Йеху было известно, что очень часто пророки приносили плохие известия, и поэтому один из них спросил его: «Мир ли?», то есть поинтересовался, принес ли пророк хорошую весть, что было довольно сомнительно, так как в этом случае он бы сообщил ее всем присутствующим, а не только одному Йеху.

    Другой сослуживец Йеху прямо спросил его, зачем к нему приходил пророк, при этом выразив к нему свое презрение. Он назвал пророка безумцем, добавив к этому определению местоимение «этот», которое в ТАНАХе часто выражает презрение. Комментаторы объясняют, что в те времена пророков называли безумцами из-за того что во время получения пророчества они впадали в транс и очень странно себя вели. Ральбаг пишет, что пророки все время думали лишь о Боге, и были, что называется, «не от мира сего».

    На все эти вопросы Йеху ответил, что его сослуживцы сами знают, что собой представляет посетивший его пророк. Будучи безумцем, он говорит странные вещи, смысл которых понять невозможно, и, выслушав его, Йеху ровным счетом ничего не понял. «Мецудат Давид» пишет, что Йеху решил не рассказывать своим коллегам о том, что произошло во время его встречи с учеником Элиши, так как до нужного момента хотел держать факт своего помазания на царство в тайне.

  12. И сказали они ему: «Ложь! Расскажи-ка нам!», и сказал он: «Так и так сказал он мне, говоря: «Так сказал Господь: «Помазал Я тебя на царство над Израилем»»».

    Ни один из сослуживцев Йеху ему не поверил. Все они поняли, что приходивший к Йеху пророк сообщил ему какую-то тайну. Поэтому они единогласно объявили о том, что Йеху им лжет, после чего потребовали, чтобы он рассказал правду о том, что ему сообщил пророк. Увидев, что отвертеться ему не удастся, Йеху решил рассказать им правду, и дословно пересказал слова Элиши, которые тот передал своему ученику (см. предложение №3). По мнению Мальбима и «Даат Микра», слова «так и так сказал он мне» означают, что Йеху не только пересказал своим коллегам приведенные здесь слова Элиши, но и передал им все, что ему сказал ученик Элиши относительно того, что он должен будет сделать с домом Ахава (см. предложения №7-10). Таким образом, Йеху раскрыл перед своими сослуживцами все карты.

  13. И поспешили они, и взяли, каждый, одежду свою, и подложили под него на ступени, и протрубили в шофар, и сказали они: «Стал царем Йеху!».

    После рассказа Йеху о том, что сказал ему приходивший пророк, все его сослуживцы по воле Бога безоговорочно признали его новым царем Израиля. Поэтому каждый из них снял свою верхнюю одежду и положил ее на ступеньку, на которой находился Йеху. Относительно того, что представляла собой эта ступень, мнения комментаторов разделились. В оригинальном тексте она обозначена уникальным словосочетанием «герем хамаалот» (גרם המעלות), и Раши в своем комментарии приводит мнение Йонатана, в соответствии с которым здесь говорится о солнечных часах ступенчатого типа: первая затененная ступень указывала на определенный час светового дня. По мнению «Мецудат Давид» (и «Мецудат Цион»), здесь идет речь о самой высокой ступени находившейся там лестницы. Ральбаг считает, что никаких физических ступеней там вообще не было, и здесь говорится о том, что сослуживцы Йеху подложили под него свои одежды, чтобы он сидел выше всех. Этим они подчеркнули ту высокую ступень, на которую он только что вознесся. В любом случае, подложив свои одежды под Йеху, его коллеги сделали ему что-то наподобие царского трона.

    После этого, они, как здесь сказано, протрубили в шофар. Шофаром называется рожок, изготовленный из бараньего рога, обработанного специальным образом. В настоящее время шофар используется во время богослужения в праздники Рош ха-Шана и Йом Кипур, но в древности он использовался в качестве сигнального рожка армейскими офицерами, которые носили его на поясе. Поэтому шофары находились в наличии у всех сослуживцев Йеху, и они ими воспользовались. Современный шофар выглядит так:

    Шофар

    Трубление в шофар и провозглашение «Да здравствует царь!» являются обязательными атрибутами обряда коронации нового монарха. В данном случае сослуживцы Йеху выразились еще сильнее, чем это требуется во время коронации. Они провозгласили: «Стал царем Йеху!» в прошедшем времени, чем выразили свою убежденность в том, что царствование Йехорама перестало для них быть законным.

  14. И связался Йеху, сын Йехошафата, сын Нимши, на Йорама, и Йорам был стражем в Рамот Гиладе, он и весь Израиль, из-за Хазаэля, царя Арама.

    В начале нашего предложения говорится о том, что Йеху «связался», то есть создал преступную связь с целью свержения Йехорама и захвата власти в Израиле. Выражаясь современными понятиями, здесь говорится о том, что Йеху организовал заговор против своего царя.

    Далее здесь рассказывается примерно о том же самом, о чем уже рассказывалось в конце предыдущей главы (предложения №28-29), и этот повтор объясняет, почему Йорам и его соратники действовали именно так, как будет описано ниже.

    Слова «весь Израиль» в данном случае означают израильскую царскую армию. Таким образом, здесь еще раз говорится о том, что Хазаэль, царь Арама, пытался отвоевать у Израиля обладавший стратегическим значением город Рамот Гилад, и Йорам, царь Израиля, выдвинул туда свою армию, чтобы оказать поддержку защитникам этого города и воспрепятствовать планам Хазаэля.

    Следует отметить, что детали описанного здесь бунта очень похожи на детали бунта, который в свое время организовал дед Йехорама Омри, и в результате которого стал царем Израиля. В Первой Книге Царей (главы 15-16) рассказывается о том, что царские династии Израиля сменялись одна другой в результате довольно частых заговоров. Сначала Бааша, сын Ахии, удачно осуществил заговор против сына Яравама Надава (см. там 15, 27). Затем такой же заговор осуществил против Бааши его придворный Зимри (см. там 16, 9), но он успел процарствовать лишь семь дней, прежде чем был свергнут дедом Йехорама Омри (см. там 16, 16-18). Йеху, так же как Омри, был военачальником царской армии Израиля, и он, так же как Омри, был провозглашен царем воинами, находившимися в военном лагере. Вне всякого сомнения, армия является самой мощной силой, на которую опирается царская власть, и когда армия перестает быть верной своему монарху, его власть очень быстро заканчивается.

  15. И вернулся Йехорам царь излечиться в Изреэль от ран, которые нанесли ему арамейцы в сражении его с Хазаэлем, царем Арама, и сказал Йеху: «Если есть души ваши, не выйдет беженец из города этого, пойти рассказать в Изреэле».

    Первая часть нашего предложения почти дословно повторяет сказанное в последнем предложении предыдущей главы. Этот повтор говорит о том, что ситуация, при которой раненый Йехорам находился на излечении в Изреэле, а его армия во главе с заговорщиками стояла в Рамот Гиладе, являлась уникальной для успешного осуществления заговора. Ральбаг и Радак пишут, что если бы Йехорам присутствовал в Рамот Гиладе, Йеху не удалось бы не только успешно осуществить свой заговор, он даже не смог бы его организовать. Потенциальные заговорщики побоялись бы быть схваченными остававшимися верными Йехораму воинами и приговоренными к смертной казни за бунт против законного царя, поэтому они бы никогда не провозгласили царем своего военачальника. «Даат Микра» к этому добавляет, что среди сослуживцев Йеху наверняка были офицеры, которые считали, что Йехорам, после своего ранения, к исполнению царских обязанностей стал непригоден. Он либо умрет от нанесенных ему ран, либо останется калекой, неспособным править страной и вести за собой свое войско. Поэтому следует свергнуть ставшего недееспособным царя, и вместо него поставить сильного и волевого человека, который уже неоднократно доказывал свои организаторские способности в самых экстремальных ситуациях, и который сможет противостоять арамейскому царю, постоянно посягающему на восточные земли Израиля.

    Во второй части нашего предложения приведено распоряжение Йеху, которое он отдал своим сподвижникам. Он им сказал, что вплоть до решающего момента очень важно сохранить факт заговора в тайне от тех, кто в нем не участвует, и, прежде всего, следует предотвратить утечку информации из Рамот Гилада. Для этого им следует перекрыть все выходы из этого города, чтобы никто не смог из него бежать для того, чтобы сообщить Йехораму о готовящемся против него заговоре. Следует отметить, что из сказанного ниже (см. главу 10, предложение №2) следует, что в заговоре против Йехорама участвовала далеко не вся армия. Царские боевые колесницы и конница, а также гарнизоны укрепленных городов Израиля оставались верными Йехораму, и если бы ему стало известно о заговоре и о его участниках, он с легкостью мог защитить себя с помощью хранивших ему лояльность боевых частей, а затем использовать их для подавления бунта.

    Самым трудным для понимания является начало обращения Йеху к заговорщикам: «Если есть души ваши…», и комментаторы предлагают ему несколько толкований. Большинство из них считает, что слово «души» в данном случае следует понимать как «чаянья душ», то есть «желания». Раши, «Мецудат Давид» и «Даат Микра» считают, что эти слова следует понимать как «Если вы желаете, чтобы я царствовал…». Ральбаг считает, что Йеху говорит: «Если вы желаете успешного осуществления заговора», что, в принципе, то же самое. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому эти слова Йеху следует понимать как: «Если вам дороги души ваши…», то есть Йеху здесь говорит своим сторонникам о том, что если им дороги их жизни, они не должны допустить утечки информации из Рамот Гилада.

  16. И поехал Йеху, и прибыл в Изреэль, ибо Йорам лежит там, и Ахазьяху, царь Йехуды, спустился увидеть Йорама.

    Слова «И поехал» в оригинальном тексте звучат как «ваиркав» (וירכב), что обычно означает «поехал верхом», но из того, что будет сказано в предложении №20, следует, что Йеху отправился в Изреэль в своей колеснице. Йосиф Флавий в своей книге «Еврейские древности» пишет, что Йеху поехал в Изреэль не один, а взял с собой отряд своих лучших всадников.

    Йеху было известно о том, что Йехорам оправляется от ран в своем дворце, находящемся в Изреэле. Он также знал о том, что Ахазьяху, царь Йехуды, также прибыл в Изреэль для того, чтобы проведать раненого Йехорама. Оба этих царя принадлежали к семейству Ахава, которое Йеху должен был уничтожить в соответствии с указаниями, полученными им во время обряда помазания на царство (см. предложения №7-9). Поэтому Йеху отправился не в столицу Израиля Шомрон, а в Изреэль, надеясь покончить с Йехорамом и Ахазьяху одновременно, тем более что в тот момент их охрана оставляла желать лучшего.

  17. И наблюдатель стоит на башне в Изреэле, и увидел он множество Йеху в прибытии его, и сказал он: «Множество я вижу!», и сказал Йехорам: «Возьми всадника, и пошли навстречу им, и скажет он: «Мир ли?»».

    Прибытие Йеху в Изреэль было замечено находившимся на посту наблюдателем. Он увидел приближавшийся к городу отряд издалека и не смог распознать, кто едет и с какой целью. Об этом говорит слово «множество», которое в оригинальном тексте звучит как «шифат» (שפעת). Это слово является производным от слова «шефа» (שפע), означающего «изобилие», и в данном случае оно указывает на то, что наблюдатель заметил множество скачущих по направлению к Изреэлю лошадей, и даже не их, а огромное облако поднятой их ногами пыли. Наблюдатель не стал каким-либо образам интерпретировать увиденное, и через своего связного сообщил Йехораму о том, что он видит «множество», то есть большое количество скрытых за облаком пыли лошадей, которые скачут по направлению к городу. Следует заметить, что Раши понимает слово «шифат» как «отряд».

    Получив это донесение, Йехорам встревожился, и велел послать навстречу замеченному наблюдателем отряду всадника, чтобы тот выяснил намерения приближавшихся к городу людей. Всадник должен был спросить их: «Мир ли?». По мнению «Мецудат Давид», это означает, что всадник должен был выяснить, едут ли эти люди с мирными, или с враждебными намерениями. «Даат Микра» пишет, что Йехорам очень опасался того, что Хазаэлю удастся завоевать Рамот Гилад. Поэтому он расценил приближение конного отряда к Изреэлю как признак коренного изменения оперативной ситуации в районе Рамот Гилада, в результате которого его офицеры послали своих людей к раненому царю, чтобы получить от него указания относительно действий в изменившейся обстановке. Так как в момент ранения Йехорама воины Израиля защищали Рамот Гилад, а воины Арама пытались его завоевать, кардинальное изменение оперативной ситуации могло означать, что арамейской армии удалось это сделать. Поэтому Йехорам не стал ожидать прибытия в город людей, замеченных наблюдателем, а послал к ним своего человека, чтобы он выяснил, все ли нормально в районе Рамот Гилада.

  18. И отправился всадник навстречу ему, и сказал он: «Так сказал царь: «Мир ли?», и сказал Йеху: «Что тебе мир? Поворачивай за нами!», и рассказал наблюдатель, говоря: «Прибыл посланник до них и не вернулся».

    В предыдущем предложении приведены слова Йехорама, который отправил всадника навстречу приближавшимся к Изреэлю людям, используя множественное число («навстречу им»). Но здесь сказано, что этот всадник отправился навстречу ему, то есть используется единственное число. Это говорит о том, что посланный царем Израиля всадник направил своего коня к Йеху, который двигался во главе своего отряда, после чего между ними состоялся приведенный здесь разговор.

    Всадник передал Йеху заданный Йехорамом вопрос, предварив его указанием, что он его задает не из праздного любопытства, а по велению царя. Не следует забывать о том, что Йеху был военачальником царской армии, а посланный к нему человек был простым воином. И если бы он не сказал о том, что спрашивает Йеху от имени царя, а не от своего собственного имени, тот посчитал бы это очень большой наглостью со всеми вытекающими из этого последствиями. Сказав о том, что он действует по царскому приказу, всадник надеялся получить на заданный им вопрос четкий и обстоятельный ответ, который он сможет передать царю еще до прибытия Йеху и его отряда. Но Йеху это не смутило. Он ответил всаднику вопросом на вопрос, а затем приказал ему пристроиться в хвост его отряда и вместе с ним следовать в Изреэль. Следует отметить, что этот приказ был отдан военачальником царской армии, и посланный Йехорамом всадник был вынужден ему подчиниться. Ральбаг объясняет, что Йеху не желал возвращения всадника в Изреэль, прежде чем он сам туда прибудет, чтобы Йехорам как можно больше времени оставался в неведении относительно намерений приближавшихся к городу людей и личности их командира. Он считал, что такая тактика даст ему больше шансов застать врасплох и убить Йехорама.

    Вопрос, который Йеху задал прибывшему из Изреэля всаднику, явно является риторическим, и его смысл комментаторы понимают несколько по-разному. По мнению «Мецудат Давид», этим вопросом Йеху ответил всаднику, что тот обладает слишком низким званием, чтобы его каким-либо образом затрагивали цели, с которыми Йеху едет к царю. «Хоиль Моше» считает, что Йеху ответил всаднику: «Какая тебе разница, еду ли я в Изреэль с мирными или с враждебными намерениями?».

    Встреча всадника с Йеху произошла довольно далеко от города, к тому же, приближавшийся к Изреэлю отряд был скрыт большим облаком пыли, поэтому изреэльский наблюдатель мало что увидел. Он увидел лишь то, что посланный Йехорамом человек достиг приближавшегося к городу отряда, но назад, как предполагалось, не вернулся. Это означало, что всадник либо присоединился к приближавшимся к городу людям (как в действительности и было), либо был взят ими в плен, либо убит. Вместе с этим, анализ ситуации не входил в обязанности наблюдателя, и он сообщил Йехораму только то, что увидел: посланный из Изреэля всадник достиг приближавшегося к Изреэлю отряда, а затем исчез и назад не вернулся.

  19. И послал он всадника второго, и прибыл он к ним, и сказал: «Так сказал царь: «Мир?», и сказал Йеху: «Что тебе мир? Поворачивай за нами!».

    На основании того, что в предыдущем предложении было сказано, что первый всадник отправился «навстречу ему» и «прибыл… до них», а здесь говорится о том, что второй посланник «прибыл… к ним», Мальбим делает вывод, что первый всадник опасался близко подъезжать к приближавшимся к городу людям, так как не знал их намерений. Он разговаривал с Йеху, находясь от него на некотором расстоянии, но затем узнал в нем своего военачальника и присоединился к его отряду. Все это было замечено находившимся в Изреэле наблюдателем, он также заметил, что приближавшиеся к городу люди не нанесли первому всаднику никакого вреда. Поэтому второй всадник уже не боялся, он подъехал вплотную к приближавшимся к городу людям, и поэтому здесь сказано, что он «прибыл… к ним». Впрочем, по мнению «Даат Микра», из вышеуказанных различий, а также из различий в формулировке заданных двумя всадниками вопросов не следует делать никаких выводов.

  20. И рассказал наблюдатель, говоря: «Прибыл он до них и не вернулся, и обычай, как обычай Йеху, сына Нимши, ибо в безумии ведет он».

    Наблюдатель заметил, что и второй посланный к приближавшимся людям всадник прибыл туда, исчез и назад не вернулся. Но так как в то время приближавшийся к Изреэлю отряд уже подошел к городу на более близкое, чем раньше, расстояние, наблюдатель начал различать некоторые детали, по которым он определил, что, по-видимому, в Изреэль скачет конный отряд под командованием Йеху, о чем он также сообщил Йехораму.

    Относительно деталей, по которым наблюдатель опознал Йеху, мнения комментаторов существенным образом разделились. «Мецудат Давид» считает, что наблюдатель узнал Йеху по тому, как двигался к городу замеченный им отряд. Обычно Йеху вел в атаку свои войска «в безумии», то есть очень быстро и без определенного боевого порядка. Точно так же скакали по направлению к Изреэлю замеченные наблюдателем люди, и поэтому он понял, что это едет Йеху. По мнению «Даат Микра», используемое в оригинальном тексте слово «минхаг» (מנהג) означает не «обычай», а «стиль вождения» в современном понимании этих слов. В данном случае это означает, что наблюдатель узнал Йеху по тому, как он вел свою колесницу, а вел он ее «в безумии», то есть очень быстро и пренебрегая своей безопасностью. Иными словами, Йеху отличался лихачеством при вождении личного гужевого транспорта, и был узнан наблюдателем по этой своей особенности. Удивительным образом Йонатан переводит «в безумии ведет он» на арамейский как «спокойно ведет он». Вместе с этим, следует сказать, что у Йонатана были для этого неизвестные нам, но веские причины, так как Йосиф Флавий в своей книге «Еврейские древности» пишет, что Йеху двигался к Изреэлю медленно и соблюдал образцовый походный порядок своего отряда.

  21. И сказал Йехорам: «Запрягай!», и запряг он колесницу его, и вышел Йехорам, царь Израиля, и Ахазьяху, царь Йехуды, каждый в колеснице своей, и вышли они навстречу Йеху, и нашли они его на участке Навота Изреэльского.

    Относительно причины, побудившей Йехорама и Ахазьяху выехать из города и отправиться навстречу Йеху, мнения «Даат Микра» и Мальбима разделились. «Даат Микра» пишет, что Йехорам посчитал, что военачальник армии, ведущей активные боевые действия, мог появиться в тылу только в одном единственном случае: если он сумел полностью разгромить неприятеля и спешит сообщить об этом своему царю. Это логично объясняло не только появление Йеху возле Изреэля, но и причину, по которой он задержал посланных к нему всадников: Йеху хотел лично сообщить Йехораму о том, что он разгромил армию Хазаэля и принес Израилю мир. Поэтому Йехорам, несмотря на свои ранения, велел срочно запрягать свою колесницу, после чего выехал навстречу Йеху, чтобы приветствовать его, как победителя.

    По мнению Мальбима, Йехорам, узнав, что к нему едет Йеху во главе вооруженного отряда, что-то заподозрил и несколько встревожился. Поэтому он предпочел встретиться с Йеху, не в городе, а на открытой местности. В нашем предложении сначала сказано «и вышел Йехорам, царь Израиля, и Ахазьяху, царь Йехуды», а затем «и вышли они навстречу Йеху», и Мальбим пишет, что этот повтор говорит о том, что Йехорам отправился навстречу Йеху по двум следующим причинам. Это говорит о том, что он предпочел встретиться с Йеху вне города, чтобы издалека оценить его намерения, а если окажется, что он настроен враждебно, бежать от него в безопасное место на своей колеснице. Следует заметить, что, по мнению «Даат Микра», первый упоминаемый здесь выход Йехорама и Ахазьяху говорит о том, что они выехали, каждый в своей колеснице, из каретного двора, а второй их выход говорит о том, что они выехали из города.

    Глагол «нашли» указывает на то, что выехав из города, Йехорам и Ахазьяху, к своему большому удивлению, обнаружили, что Йеху не стал въезжать в Изреэль, а остановился «на участке Навота Изреэльского». Про этого человека и о его печальной судьбе рассказывалось в Первой Книге Царей (глава 21). Там говорилось о том, что Навот был богатым и влиятельным жителем Изреэля, и в частности, он владел виноградником, находившимся рядом с дворцом, который построил себе в этом городе правивший тогда в Израиле царь Ахав. Ахав захотел расширить свои владения за счет принадлежавшего Навоту виноградника, и предложил ему обменять этот виноградник на другой, либо купить его за хорошую цену. Навот Ахаву отказал, и тогда царица Изевель устроила так, что Навот был казнен по ложному обвинению, после чего его виноградник перешел во владение Ахава. Это злодеяние было последней каплей, переполнившей чашу терпения Бога, и Он послал к Ахаву пророка Элияху, который сообщил Ахаву о том, что в наказание за его грехи все его семейство будет уничтожено. Встреча Элияху с Ахавом состоялась в винограднике Навота, то есть именно в том месте, где Йехорам и Ахазьяху, принадлежавшие к семейству Ахава, нашли Йеху.

  22. И было, как увидел Йехорам Йеху, и сказал он: «Мир ли, Йеху?», и сказал он: «Какой мир, пока распутства Изевель, матери твоей, и колдовство ее многое?!».

    Увидев Йеху, Йехорам спросил его, явился ли он с миром. На это Йеху ему ответил (опять вопросом на вопрос): что как можно говорить о мире, пока продолжается распутство матери Йехорама Изевель и практикуемое ей колдовство?

    Для того чтобы понять причину, по которой Йеху обвиняет Изевель в распутстве и колдовстве, следует обратиться к Первой Книге Царей. Там (16, 33) рассказывалось о том, что Изевель была дочерью финикийского царя Этбааля, которая, в отличие от нееврейских жен предыдущих царей, не только не перешла в иудаизм, даже для вида, но осталась ярой приверженкой различных финикийских культов, в частности, культов Бааля и Ашеры. Именно она побудила своего мужа Ахава ввести поклонение этим идолам в качестве государственной религии Израиля. В Первой Книге Царей (21, 26) говорилось также о том, что во время правления Ахава в Израиле практиковались такие виды идолопоклонства, которые привели к уничтожению семи кнаанских народов во время завоевания евреями Земли Израиля. В частности, они включали в себя храмовую проституцию и массовые оргии во время различных праздников, и Изевель, которая сама была активной жрицей Ашеры, активно во всем этом участвовала. Практиковавшееся ей идолопоклонство включало в себя также различные виды колдовства, которые так же, как проституция, однозначно запрещены Торой. Изевель и после смерти Ахава не бросила эти занятия, несмотря на то, что была уже женщиной в возрасте, и именно о них говорит здесь Йеху.

    Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Мальбим считает, что появление Йеху возле Изреэля Йехораму очень не понравилось. Поэтому он остановился сразу же после того, как увидел Йеху, оставил в том месте Ахазьяху, после чего приблизился к Йеху на расстояние, позволявшее ему с ним перекрикиваться. Таким образом, приведенные здесь слова Йехорам и Йеху кричали один другому, находясь друг от друга на большом расстоянии. Следует заметить, что сказанное в нашем предложении, а так же то, о чем будет рассказано ниже, подтверждает версию Мальбима.

  23. И повернул Йехорам руки свои, и бежал, и сказал он Ахазьяху: «Обман, Ахазья!».

    Услыхав слова Йеху, приведенные в предыдущем предложении, Йехорам понял, что ничего хорошего его не ожидает, поэтому он, как здесь сказано, «повернул руки свои и бежал». Слова «повернул руки свои» означают, что Йехорам изменил положение своих рук, державших поводья, таким образом, что запряженные в колесницу лошади развернулись на 180º и помчались в противоположном направлении. Следует заметить, что, по всей видимости, колесницей Йехорама правил возничий. В таком случае, здесь говорится о том, что он отдал соответствующий приказ своему возничему, подобно тому, как это сделал его отец Ахав после того как был ранен в сражении возле Рамот Гилада (см. Первую Книгу Царей 22, 34).

    Йехорам, по всей видимости, попытался скрыться за стенами Изреэля и направил свою колесницу к городским воротам. По пути он закричал сопровождавшему его Ахазьяху: «Обман, Ахазья!». Таким образом он предупредил Ахазьяху о том, что Йеху предатель и заговорщик, и что ему тоже следует бежать, чтобы спасти свою жизнь.

  24. А Йеху наполнил руку свою луком, и ударил Йехорама между плеч его, и вышла стрела из сердца его, и упал на колени он в колеснице своей.

    Фраза «наполнил свою руку луком» означает «натянул лук изо всех сил». Таким образом, здесь рассказывается о том, что в то время как Йехорам пытался достичь городских ворот Изреэля и укрыться за его стенами, Йеху выстрелил из лука ему в спину и не промахнулся. Выпущенная Йеху стрела вошла в спину Йехорама между его плеч, пробила сердце и вышла наружу из его груди, нанеся ему несовместимое с жизнью ранение. В конце нашего предложения говорится о том, что умирающий Йехорам упал на колени в своей колеснице до того как успел достичь города.

    Следует отметить, что отец Йехорама Ахав тоже умер в своей колеснице (см. Первую Книгу Царей 22, 34-38), но, в отличие от Йехорама, он погиб как герой, защищая территорию своего царства от посягательств внешнего врага, а Йехорам был убит в спину одним из своих придворных, когда пытался спастись бегством.

  25. И сказал он Бидкару, шалишу его: «Отнеси и брось его на участке поля Навота Изреэльского, ибо помни: я и ты с всадниками вместе за Ахавом, отцом его, и Господь возложил на него ношу эту!

    Имя Бидкар больше нигде в ТАНАХе не упоминается и его значение в настоящее время утеряно. Слово «шалиш» в ТАНАХе означает старшего офицера, и более подробно о значении этого слова можно прочесть в комментарии к главе 7, предложению №2. Следует заметить, что из сказанного здесь остается неясным, был ли шалиш, к которому обратился Йеху, офицером, прибывшим с Йехорамом, либо он находился в подчинении Йеху.

    В любом случае, Йеху приказал Бидкару вытащить тело Йехорама из его колесницы, отнести на участок Навота и там бросить на съедение псам. Следует заметить, что, по мнению Ральбага и «Даат Микра», здесь идет речь не о винограднике, которым в свое время владел Навот (см. комментарий к предложению №21), а о том месте, где он был побит камнями.

    Далее Йеху объяснил Бидкару, почему он убил Йехорама и по какой причине он желает, чтобы его тело было брошено на участок Навота, а не погребено с царскими почестями. Оказывается, во время правления Ахава Йеху и его собеседник служили в элитном отряде, обеспечивавшем вооруженную охрану царя во время его выездов. Более того, из сказанного здесь Йеху следует, что в то время он и Бидкар, возможно, были напарниками. Йеху предлагает Бидкару вспомнить тот день, когда они вместе с другими всадниками сопровождали Ахава, когда тот отправился в виноградник Навота после того как тот был казнен и его виноградник перешел в собственность Ахава (см. Первую Книгу Царей 21, 15-16). Тогда Бог отправил туда же пророка Элияху, который, встретившись с Ахавом в винограднике, предсказал ему, что за совершенные им злодеяния его семейство будет истреблено, и в частности, что тела представителей его семейства будут отданы на съедение собакам и хищным птицам (см. там 21, 17-24). Йеху и Бидкар, сопровождавшие и охранявшие Ахава, слышали это пророчество Элияху, и именно о нем говорит Йеху в конце своих слов, приведенных в нашем предложении.

    По мнению Мальбима, Йеху здесь объясняет, почему именно Бидкар должен отнести тело Йехорама на участок Навота и бросить его там на съедение псам и хищным птицам. Он напоминает Бидкару о том, что они оба были свидетелями пророчества Элияху относительно участи семейства Ахава, и это неспроста. Теперь Бог ожидает от них, чтобы они, как свидетели, исполнили Его волю, которую передал Элияху, и которая заключается в том, чтобы потомки Ахава были уничтожены, а их тела стали добычей хищных животных. Первую часть этого Йеху уже выполнил, убив Йехорама, а теперь Бидкар должен выполнить вторую часть Его воли, сделав так, чтобы Йехорам не удостоился царских похорон, а был съеден дикими животными.

  26. «Если не кровь Навота и кровь сыновей его видел Я вчера ночью», речь Господа, «И отплачу Я тебе на участке этом!», речь Господа, и теперь отнеси и брось его на участке, как слово Господа!».

    Слова «речь Господа», которые дважды повторяет Йеху, указывают на то, что он приводит выдержки из пророчества Элияху, услышанного им с Бидкаром в то время, когда они сопровождали Ахава в его поездке в виноградник Навота. Следует отметить, что первая цитата из пророчества Элияху в Первой Книге Царей не приведена, а вторая является очень неточной. Поэтому следует сказать, что либо в Первой Книге Царей пророчество Элияху было приведено не полностью, либо Йеху за давностью лет забыл, что именно сказал тогда Элияху, и теперь передает лишь смысл того, что он тогда говорил.

    По мнению Мальбима и «Даат Микра», слова «если не…» являются формулировкой начала клятвы, когда человек, ее приносящий, говорит о том, что Бог накажет его всевозможными способами, если то, о чем он говорит дальше, не является правдой. В таком случае, Йеху здесь упоминает о том, что Элияху поклялся Ахаву, что ночью перед их встречей в винограднике он видел кровь Навота и его сыновей, которая взывала об отмщении. «Мецудат Давид» понимает эти слова как «разве не…» и в таком случае здесь идет речь не о клятве, а о том, что Элияху сообщил Ахаву, что он видел кровь Навота и его сыновей, которая взывала об отмщении.

    Если с кровью невинно убиенного Навота все ясно, то следует понять, почему Йеху упоминает здесь о крови его сыновей, ведь в Первой Книге Царей рассказывалось лишь о казни самого Навота. Спор мудрецов по этому поводу приведен в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 48, б). Есть мнение, что Навот действительно был казнен вместе со своими сыновьями. Согласно другому мнению, Йеху здесь говорит о сыновьях Навота, которые не были рождены по причине его смерти. Следует отметить, что в Мишне Санхедрин (4, 5) сказано о том, что убийца действительно несет ответственность не только за смерть убитого им человека, но и за весь его пресекшийся род до конца света. Радак в комментарии к нашему предложению приводит мнение своего отца Рикама, в соответствии с которым здесь идет речь о сыновьях Навота, которые были живы в момент его смерти, и Элияху упомянул их кровь из-за того, что по вине Ахава они лишились надела своих отцов. «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Йеху упомянул кровь сыновей Навота, чтобы оправдать намеченное им уничтожение всех представителей семейства Ахава.

    Вторая выдержка из пророчества Элияху, по всей видимости, является свободным пересказом его слов, приведенных в Первой Книге Царей (21, 19): «Так сказал Господь: «В месте, в котором лизали собаки кровь Навота, будут лизать собаки кровь твою, ты также!». В соответствии с этим, на захваченном у Навота участке должен был умереть сам Ахав, но из-за того, что он раскаялся, исполнение приговора было отложено Богом до времени правления его сына (см. там 21, 29), и здесь Йеху говорит Бидкару о том, что теперь этот приговор должен быть исполнен.

    После того как Йеху объяснил Бидкару суть происходящего, он еще раз велел ему вытащить тело Йехорама из его колесницы, отнести на участок Навота и там бросить во исполнение вынесенного Богом приговора.

    Следует отметить, что Йехорам является единственным царем из основанной Омри династии, про которого в Книге Царей не сказано, что все его деяния записаны в книге «Летопись царей Израиля».

  27. А Ахазья, царь Йехуды, увидел, и бежал по дороге в Бейт ха-Ган, и погнался за ним Йеху, и сказал: «И его побейте на колеснице!», в Маале Гур, который рядом с Ивлеамом, и бежал он в Мегидо, и умер там.

    В начале нашего предложения рассказывается, что Ахазьяху был свидетелем того как Йехорам в панике побежал от Йеху, пытаясь укрыться в Изреэле, а тот достал его стрелой, выпущенной из лука. Увидев смерть Йехорама от руки его военачальника, Ахазьяху понял, что если он ничего не сделает для своего спасения, то очень скоро разделит судьбу Йехорама. Поэтому он, не вступая в разговор с Йеху, погнал свою колесницу по дороге, ведущей в город Бейт ха-Ган. В Книге Йехошуа этот город упоминается под названием Эйн Ганим, и там сказано, что он находился возле южной границы надела колена Иссахара. В настоящее время Бейт ха-Ган, он же Эйн Ганим, представляет собой большой арабский город Дженин (32°27'44.02"N, 35°18'9.52"E):

    Бейт ха-Ган, он же Эйн Ганим

    Йеху начал преследовать Ахазьяху, и настиг его в месте, которое здесь названо Маале Гур, и которое было расположено рядом с Ивлеамом. Слово «маале» (מעלה) на иврите означает «подъем», то есть здесь идет речь о подъеме Гура. Гур нигде больше в ТАНАХе не упоминается, и где находился этот подъем в настоящее время не известно, но это место упоминается в одном из текстов, найденных в ходе археологических раскопок в Таанахе, который датируется периодом пребывания евреев в Египте. Вместе с этим, город Ивлеам, возле которого находился Маале Гур, очень хорошо известен. Ивлеам также упоминается в нееврейских источниках, датируемых периодом египетского рабства. В Книге Йехошуа (17, 11) сказано, что при разделе Кнаана между коленами, он отошел к наделу колена Менаше, а в Первой Книге Хроник (6, 55) сказано, что представители этого колена передали Ивлеам в пользование колену Леви. В настоящее время город Ивлеам представляет собой развалины Хирбет Баламе (32°26'44.57"N, 35°17'31.17"E), расположенные к югу от Дженина на территории ПА:

    Ивлеам

    Спасая свою жизнь, Ахазьяху несся на своей колеснице с очень большой скоростью, и Йеху, как здесь сказано, велел воинам своего отряда, «побить Ахазьяху на его колеснице» точно так же, как это ранее было сделано с Йехорамом. Это означает, что Йехорам отдал своим людям приказ осыпать Ахазьяху градом стрел. Из того, что здесь сказано, следует, что Ахазьяху был ранен этими стрелами. Он смог добраться в своей колеснице до города Мегидо, но там умер от полученных ранений. Следует заметить, что Раши в своем комментарии пишет, что воины Йеху не стреляли в Ахазьяху из луков, а бросали в него копья. А Йосиф Флавий в свое книге «Еврейские древности» пишет, что, пытаясь спастись, Ахазьяху пересел из колесницы на лошадь и прискакал в Мегидо верхом. Вместе с этим, остается неясным, на чем основывают Раши и Йосиф Флавий свои мнения.

    Мегидо – древний кнаанский город на границе Изреэльской долины и возле Прибрежной дороги. В настоящее время – курган Тель Мегидо (32°35'7.07"N, 35°11'4.52"E) рядом с современным поселком Мегидо. Объявлен национальным парком Израиля. Упоминается во множестве нееврейских источников, а в Книге Йехошуа (17, 11) о нем сказано, что при разделе Кнаана между коленами он отошел к наделу колена Менаше:

    Мегидо

    Вид кургана Мегидо с высоты птичьего полета:

    Курган Мегидо

    Следует отметить, что между тем, что сказано в нашем предложении, и тем, что сказано в параллельном месте Второй Книги Хроник (22, 9) существуют очень сильные расхождения. Там сказано: «И искал он Ахазьяху, и поймали его, и он прячется в Шомроне, и привели его к Йеху, и умертвили его…». Таким образом, во Второй Книге Хроник вообще не говорится о том, что Ахазьяху был ранен в Маале Гур, после чего добрался до Мегидо и там умер, а сказано, что он смог добраться до Шомрона, где был обнаружен мятежниками, которые доставили его к Йеху, после чего убили. Более того, в описываемое здесь время Шомрон еще не находился под властью Йеху, и поэтому непонятно, как его люди могли обнаружить там Ахазьяху, на что в своем комментарии справедливо указывает Раши. Комментаторы обратили внимание на вышеуказанные проблемы, и предложили им целый ряд объяснений, которые будут приведены ниже.

    «Даат Микра» предпочитает объяснить эти проблемы так, чтобы смысл сказанного в нашем предложении пострадал в наименьшей степени. Он пишет, что во Второй Книге Царей говорится о том, что Ахазьяху попытался найти убежище в Шомроне, который в то время еще не был подвластен Йеху, но это ему не удалось, и по дороге в Шомрон он был ранен в Маале Гур, после чего скончался от ран в Мегидо. Эта версия выглядит очень логичной, если принять в расчет расположение задействованных здесь городов:

    Побег Ахазьяху

    Ахазьяху начал спасаться бегством из окрестностей Изреэля, и направился в сторону Бейт ха-Ган, он же Эйн Ганим, но был ранен возле Ивлеама. Вначале он хотел найти укрытие в столице Израиля Шомроне, который еще был неподвластен Йеху и в котором был сильный столичный гарнизон, сохранявший лояльность убитому Йехораму. Но, как было сказано выше (см. предложение №21), Ахазьяху спасался в своей колеснице, а Ивлеам располагался на северной границе Самарийских гор, к югу от него дорога начинала подниматься вверх, что очень негативно сказывалось на скорости движения колесницы. Ахазьяху уже был ранен стрелами, то есть находился в прямой видимости преследователей, и он понял, что в этих обстоятельствах достичь Шомрона ему уже не удастся. Поэтому он повернул свою колесницу на северо-запад и по равнинной местности Изреэльской долины направил ее в Мегидо. Кроме этого, «Даат Микра» высказывает предположение, что упоминаемый во Второй Книге Хроник Шомрон, это не столица Израиля, а все это царство, которое названо Шомрон по названию своей столицы.

    По мнению Ральбага, Ахазьяху удалось достичь Шомрона, и он нашел в нем укрытие, но только до того момента, когда столица Израиля оказалась под властью мятежников. Тогда люди Йеху вошли в Шомрон, нашли в нем Ахазьяху и доставили его к Йеху, который в тот момент находился в Маале Гур возле Ивлеама, как сказано в нашем предложении. Йеху отдал своим людям приказ расстрелять Ахазьяху из луков, чтобы он разделил участь своего родственника Йехорама, что и было сделано. Но Йехорам был не убит, а ранен, и смог бежать на своей колеснице из Маале Гур в Мегидо, где скончался от полученных ран.

    Мальбим также считает, что Ахазьяху удалось спрятаться в Шомроне, где он пребывал до того момента, пока туда не вошли люди Йеху. Затем он бежал из этого города, и перебрался в Мегидо, где был схвачен и доставлен к Йеху в Маале Гур, после чего по приказу Йеху его расстреляли из луков.

    По мнению Радака, Ахазьяху спасался бегством по дороге в Бейт ха-Ган, и был ранен в Маале Гур возле Ивлеама, как сказано в нашем предложении. После этого ему удалось добраться до Мегидо, где, как здесь сказано, он умер. Но Радак считает, что слово «умер», в данном случае, не означает, собственно, физическую смерть, а говорит о том, что его парализовало, подобно тому, как это слово используется в Первой Книге Шмуэля (25, 37) в отношении Наваля. После этого парализованный Ахазьяху был доставлен своими людьми в Шомрон, который в то время Йеху не подчинялся, чтобы защитить его от мятежников. Но после того как столица Израиля была ими захвачена, люди Йеху обнаружили Ахазьяху в Шомроне, доставили его к Йеху в Изреэль и там убили по его приказу.

  28. И повезли его на колеснице рабы его в Иерусалим, и похоронили его в могиле его с отцами его в Городе Давида.

    Тело Ахазьяху было выдано его придворным, которые положили его на царскую колесницу и переправили в Иерусалим, где он был похоронен с царскими почестями в усыпальнице царей из дома Давида. Таким образом, Йеху отнесся к Ахазьяху совсем не так, как он отнесся к Йехораму, сыну Ахава, труп которого он бросил на съедение хищным животным в окрестностях Изреэля. В параллельном месте Второй Книги Хроник (22, 9) объясняется причина такого обращения Йеху с телом Ахазьяху, который, так же как Йехорам, был представителем семейства Ахава. Оказывается, Ахазьяху помогли заслуги Йехошафата, который был праведником, и в память о нем Ахазьяху удостоился достойного погребения в Иерусалиме.

  29. И в год одиннадцати лет Йорама, сын Ахава, стал царствовать Ахазья над Йехудой.

    Это предложение заканчивает рассказ о правлении Ахазьяху, и следует заметить, что оно содержит расхождение с тем, что было сказано в главе 8, предложении №25. Там говорилось о том, что Ахазьяху стал царем Йехуды в то время, когда Йехорам двенадцать лет царствовал над Израилем, а здесь сказано, что он стал царем после одиннадцати лет правления Йехорама, сына Ахава. По мнению «Мецудат Давид» и «Даат Микра», это расхождение объясняется различными методами подсчета лет правления Йехорама. В главе 8 ему был засчитан неполный год правления, а здесь он ему засчитан не был.

    Раши и Мальбим придерживаются другого мнения. Они считают, что из того, что сказано в нашем предложении, следует, что Ахазьяху один год процарствовал еще при жизни своего отца Йехорама, который в последние годы очень сильно болел. Если это так, то Ахазьяху процарствовал над Йехудой два года, а не один, как было сказано в главе 8, предложении №26: один год при жизни Йехорама и еще один после того как тот умер.

    Мальбим также объясняет, почему в нашем предложении еще раз говорится о правлении Ахазьяху. Во Второй Книге Царей (22, 1) сказано, что он был коронован жителями Иерусалима, и, по мнению Мальбима, это означает, что все остальные жители Йехуды его короновать не хотели. Он был коронован только лишь потому, что уже в течение года был фактическим правителем Йехуды, исполняя царские обязанности при жизни своего больного отца. Следует отметить, что там же во Второй Книге Хроник приведена другая причина воцарения Ахазьяху, которая не увязывается с тем, что говорит Мальбим: там сказано, что Ахазьяху стал царем только лишь потому, что перебил всех своих старших братьев.

  30. И пришел Йеху в Изреэль, а Изевель слышала, и поместила она пух на глаза свои, и прихорошила голову свою, и наблюдала через окно.

    После того как Йехорам и Ахазьяху были убиты, Йеху возвратился в Изреэль, где в то время находилась Изевель, мать Йехорама и вдова Ахава. Изевель слышала о том, что Йеху восстал против Йехорама, а также о том, что цари Йехуды и Израиля были убиты. Узнав об этом, она, как здесь сказано, «поместила пух на глаза свои, и прихорошила голову свою», после чего расположилась возле окна царского дворца, чтобы наблюдать за тем, что происходит снаружи.

    Пух – это минерал синего цвета, который в древности растирали в порошок, после чего использовали в косметических целях. В частности, порошком из пуха женщины подводили глаза. Некоторые исследователи считают, что пух – это голубая разновидность топаза. Таким образом, здесь говорится о том, что Изевель накрасила свои глаза пухом. Следует заметить, что, по мнению «Мецудат Цион», пух был не синего, а черного цвета.

    Кроме этого, Изевель «прихорошила голову свою». По мнению «Мецудат Давид», это означает, что она украсила свою голову нарядным шарфом и драгоценностями. «Даат Микра» считает, что здесь говорится о том, что Изевель сделала себе красивую прическу.

    Зачем Изевель посчитала нужным нарядиться по случаю восстания против власти ее сына Йехорама и его насильственной смерти? Раши пишет, что она решила попытаться понравиться Йеху, чтобы он, вместо того, чтобы ее казнить, на ней женился. Радак, Ральбаг и «Мецудат Давид» считают, что она это сделала для того, чтобы Йеху сжалился над ее красотой и пощадил ее. Вместе с этим, Ральбаг более склоняется к мысли о том, что Изевель нарядилась, чтобы использовать свои женские чары для того, чтобы удержать власть. К этому мнению присоединяется Мальбим, который пишет, что, используя свою красоту, Изевель попыталась заручиться поддержкой других старших офицеров против Йеху, на что указывают также ее последующие действия.

    О том, что Изевель попыталась удержаться у власти, пишет также «Даат Микра». Он напоминает о том, что во время правления Ахава Изевель обладала очень большим влиянием на внешнюю и внутреннюю политику Израиля, в ее распоряжении была царская печать, и она могла отдавать распоряжения руководившим на местах вельможам (см. Первую Книгу Царей, главу 21). Из того, что будет сказано ниже (см. главу 10, предложение №13), следует, что и во время правления Йехорама, сына Ахава, Изевель обладала очень большим влиянием, и после его смерти она посчитала, что имеет полное право занять трон Израиля. По всей видимости, после получения известий о восстании и о смерти ее сына Йехорама, первым делом она отправила в столицу Израиля Шомрон верных ей старцев Изреэля. Они должны были взять под контроль верных Йехораму сил все военные ресурсы этого города и с их помощью дать отпор заговорщикам (см. главу 10, предложения №1-3). Оставшись в Изреэле, она оделась в царские одежды, чтобы таким образом продемонстрировать свое право на трон после смерти ее сына, убитого заговорщиками, намеревавшимися узурпировать власть в ее государстве.

    Нарядившись указанным здесь образом, Изевель расположилась возле одного из окон царского дворца, и из того, что будет сказано ниже, следует, что это окно выходило на виноградник Навота, который граничил с дворцом Ахава, как было сказано в Первой Книге Царей (21, 1).

  31. И Йеху входит в ворота, и сказала она: «Мир ли, Зимри, убивший господина своего?».

    В предыдущем предложении было сказано о прибытии Йеху в Изреэль, а здесь говорится о том, что он подошел к воротам царского дворца, где была замечена Изевель.

    Об упоминаемом здесь Зимри рассказывалось в Первой Книге Царей (16, 9-20). Там говорилось о том, что царь Израиля Эла, сын Бааши, был убит в результате заговора, организованного одним из его придворных Зимри, который после этого захватил власть и стал царем Израиля. Но процарствовать он успел всего лишь семь дней, так как, узнав о подлом заговоре, возмущенная армия короновала царем Израиля Омри, основателя династии, к которой принадлежали Ахав и Йехорам. После этого Омри осадил тогдашнюю столицу Израиля Тирцу, и Зимри либо сам сжег себя вместе с царским дворцом, либо это было сделано Омри после того как он смог захватить этот город.

    Смысл заданного Изевелью вопроса различные комментаторы понимают сообразно тому, как они понимают намерения Изевель (см. комментарий к предыдущему предложению). По мнению Раши и «Мецудат Давид», Изевель спросила Йеху, смогут ли они договориться, так как в том, что он убил своего господина, ничего страшного нет, это уже бывало и раньше, например, когда Зимри убил царя Израиля Элу и захватил власть в его государстве. По мнению Ральбага, Мальбима и «Даат Микра», Изевель назвала Йеху Зимри, чтобы подчеркнуть, что заговорщик, убивший законного царя, недолго продержится на троне, так же как Зимри, который смог процарствовать всего лишь семь дней, пока не был свергнут возмущенными гражданами.

    Следует отметить, что Бааша, отец убитого Зимри Элы, тоже занял свой трон после успешного осуществления заговора против Надава, сына Яравама (см. Первую Книгу Царей 15, 27). Но Бааша, в отличие от Зимри, процарствовал не семь дней, а 24 года, после чего умер естественной смертью и был похоронен с царскими почестями в своей столице Тирце (см. там 15, 33 и 16, 6). Поэтому Изевель предпочитает о Бааше не упоминать, и сравнивает Йеху не с ним, а с Зимри, который очень быстро потерял власть, несмотря на успешное осуществление своего заговора.

  32. И поднял он лицо свое к окну этому, и сказал: «Кто со мной, кто?», и посмотрели на него два-три евнуха.

    По всей видимости, слова Изевель очень разозлили Йеху. Поэтому он поднял лицо к окну, из которого она с ним разговаривала, и крикнул: «Кто со мной, кто?», что означает «Кто за меня?». Эти слова были обращены не к Изевель, а к ее слугам, и на них, как здесь сказано, откликнулись «два-три евнуха». Слова «два-три» в данном контексте следует понимать как «несколько», то есть на самом деле евнухов могло быть больше, чем трое. Евнухом выше (см. главу 8, предложение №6) был назван высокопоставленный придворный царя Израиля, но здесь идет речь о евнухах в прямом значении этого слова. Евнухи прислуживали царским женам, а также несли охрану женской половины царского дворца. Таким образом, на клич Йеху откликнулись несколько евнухов, прислуживавших Изевель и охранявших ее апартаменты.

  33. И сказал он: «Сбросьте ее!», и сбросили они ее, и брызнуло из крови ее на стену и на лошадей, и растоптал он ее.

    Йеху приказал выглянувшим из дворцовых окон евнухам сбросить Изевель вниз на камни, что они и сделали. По всей видимости, Изевель пролетела несколько этажей, так как при падении она разбилась и окропила своей кровью внешнюю стену дворца и лошадей, запряженных в колесницу Йеху. После этого Изевель была растоптана, и Ральбаг с «Мецудат Давид» считают, что ее растоптал сам Йеху, чтобы убить ее в том случае, если она не умерла от удара о землю. Вместе с этим, Радак и «Даат Микра» высказывают предположение, что здесь говорится о том, что Изевель была растоптана копытами лошадей Йеху.

    Ральбаг пишет, что смерть Изевель была очень похожа на смерть Навота, который в том же самом месте был побит камнями, будучи приговоренным к казни по ложному обвинению, подстроенному Изевель (см. Первую Книгу Царей, главу 21). Такой вид казни состоит в том, что приговоренного либо забрасывают до смерти камнями, либо его бросают с большой высоты на камни. Таким образом, Изевель была убита в соответствии с принципом «мера за меру».

  34. И пришел он, и ел, и пил, и сказал: «Вспомните-ка проклятую эту и похороните ее, ибо царская дочь она!».

    После того как Йеху покончил с Изевель, он вошел в царский дворец, где устроил себе трапезу, в которой приняли участие его люди, а также находившиеся во дворце придворные. Эта трапеза преследовала две следующие цели. Во-первых, все участвовавшие в ней придворные Йехорама автоматически переходили на сторону Йеху, так как впоследствии они не смогли бы объяснить, почему они участвовали в трапезе, устроенной заговорщиком, если не были соучастниками его заговора. Во-вторых, организовав трапезу в царском дворце, за царским столом, и вкушая приготовленные для царя блюда, Йеху ясно дал понять всем присутствующим, что с этого момента он занимает трон царя Израиля. Вместе с этим, упоминая о трапезе Йеху сразу же после рассказа о смерти царицы Изевель, автор Книги Царей подчеркивает его жестокость.

    Посреди трапезы Йеху напомнил своим людям об Изевель, труп которой продолжал лежать под стенами царского дворца. При этом он не назвал Изевель ни по имени, ни по должности (царицей или госпожой), он назвал ее «проклятая эта», чем выразил к ней свое полное презрение. Вместе с этим, он велел ее похоронить, так как она – царская дочь. В Первой Книге Царей (16, 31) упоминалось о том, что Изевель приходилась дочерью финикийскому царю Этбаалю, и именно она «импортировала» в Израиль культы финикийских божеств Бааля и Ашеры, склонив к поклонению им царя Израиля Ахава, а затем и большинство его подданных. Радак пишет, что Йеху здесь называет Изевель дочерью царя (Этбааля), а не женой царя (Ахава) или матерью царя (Йехорама), так как именно она явилась причиной того, что Ахав и все его семейство скатилось к поклонению финикийским идолам, что в итоге привело к его уничтожению и пресечению царской династии, основанной Омри.

    Вместе с этим, следует понять, почему Йеху озаботился погребением Изевель. Во-первых, ощутив себя царем, Йеху, возможно, осознал, что он теперь должен научить своих подданных уважительному отношению к представителям царского семейства, какими бы мерзкими они не были. Во-вторых, из того, что рассказывается в ТАНАХе об отношении к тем или иным побежденным царям со стороны их врагов, во власти которых те оказались, можно прийти к выводу о том, что отношение к побежденным царям было довольно снисходительным. Так, Шауль, перебивший почти всех амалекитян по велению Бога, оставил в живых их царя Агага, за что поплатился своим царством (см. Первую Книгу Шмуэля, главу 15). Ахав, беспощадно уничтожавший арамейцев, пощадил и отпустил их царя Бен Хадада (см. Первую Книгу Царей, 20, 32). Все это говорит о том, что в те времена отношение к царям было особым, их достоинство было неоспоримым, и так как Изевель была дочерью финикийского царя, Йеху решил, что ее тело должно быть предано земле.

  35. И пошли хоронить ее, и не нашли у нее, лишь череп, и ноги, и кисти рук.

    О том, что тело Изевель будет съедено собаками возле Изреэля, говорил, во-первых, Элияху Ахаву (см. Первую Книгу Царей, 21, 23), и во-вторых, о том же самом говорил ученик Элиши Йеху (см. предложение №10). И действительно, когда посланные Йеху люди пришли туда, где погибла Изевель, они обнаружили, что от ее тела остались лишь череп, ноги и кисти рук, а все остальное уже было съедено собаками. Те комментаторы, которые считают, что Элияху и ученик Элиши говорили о том, что труп Изевель будет съеден собаками на участке Навота, пишут, что именно туда свалилась Изевель из окна своего дворца, и именно там ее тело съели собаки. Мальбим так не считает, он пишет, что Изевель погибла далеко от виноградника Навота, но собаки разорвали ее тело на части и перенесли их в виноградник, где съели.

    В мидраше «Пиркей де-рабби Элиэзер» рассказывается о том, что череп, ноги и кисти рук Изевель уцелели по той причине, что с помощью этих частей своего тела она делала единственное в своей жизни доброе дело. Каждый раз, когда возле ее дворца проходила свадебная процессия, она выбегала наружу и веселила невесту, приплясывая перед ней, хлопая в ладоши и тряся головой. Из этого следует вывод о важности участия в свадебных церемониях.

    Следует отметить, что в пророчестве, переданном Йеху учеником Элиши во время его помазания на царство, относительно Изевель было сказано «и нет могильщика» (см. предложение №10), а тут мы видим, что могильщики есть, и даже есть что хоронить, хоть и не все тело. Объясняя это, Радак пишет, что слова «и нет могильщика» означают, что Изевель нельзя будет похоронить полностью.

  36. И вернулись они, и рассказали ему, и сказал он: «Слово Господа это, которое говорил Он рабу своему Элияху тишбейцу, говоря: «В участке Изреэля будут есть собаки плоть Изевель»!».

    Йеху дважды слышал о том, что тело Изевель будет съедено собаками. Во-первых, он присутствовал при разговоре Элияху с Ахавом после смерти Навота (см. комментарий к предложению №25), и во-вторых, об этом ему говорил ученик Элиши (см. предложение №10). Поэтому, когда люди, посланные хоронить Изевель, вернулись и рассказали, в каком состоянии они нашли ее тело, Йеху понял, что оба этих пророчества осуществились.

    Относительно причины, по которой Элияху здесь назван тишбейцем – см. комментарий к главе 1, предложению №3.

  37. И был труп Изевель как навоз на поле в участке Изреэля, о котором не скажут «Это – Изевель».

    Здесь говорится о том, что тело Изевель, после того как над ним поработали собаки, выглядело как навоз, разбросанный по полю в качестве удобрения. В конце нашего предложения говорится о том, что то, что осталось от Изевель, было непригодно для опознания ее тела, и Мальбим пишет, что от ее головы остался лишь череп, а лицо ее было съедено собаками.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator