Глава 25

  1. И было, в год девятый царствования его, в месяц десятый, десятого числа, пришел Невухаднэцер, царь Бавеля, он и все войско его, на Иерусалим, и встал лагерем возле него, и построили они на него осадные башни вокруг.

    В начале нашего предложения говорится о том, что Невухаднэцер осадил Иерусалим в девятый год царствования Цидкияху, то есть за полтора года до разрушения Первого Храма. Это произошло десятого числа десятого месяца, а так как первым месяцем у евреев считается нисан, то десятый месяц – это тевет, который обычно выпадает на декабрь-январь. Таким образом, осада Иерусалима началась десятого тевета, и этот день упоминается в качестве национального поста уже в Книге Зхарьи (8, 19). Это означает, что пост в день начала осады Иерусалима Невухаднэцером был установлен пророками практически сразу же после разрушения Первого Храма, и следует отметить, что он соблюдается и по сей день.

    Здесь говорится о том, что Невухаднэцер явился к Иерусалиму со всем своим войском, но так как невозможно себе представить, что он собрал возле Иерусалима все свои войска, оголив при этом все остальные провинции своей империи, следует признать сказанное здесь преувеличением, и сказать, что приведенное Невухаднэцером войско было очень многочисленным. Из сказанного в Книге Ирмияху (34, 7) следует, что, прежде чем подойти к Иерусалиму, Невухаднэцер завоевал все неукрепленные города Йехуды и большинство укрепленных.

    Несмотря на то, что два предыдущих царя Йехуды были свергнуты Невухаднэцером, до описываемого здесь времени он не вел против Иерусалима военных действий. И Йехояким, и Йехояхин сдали ему Иерусалим без боя (см. комментарий к главе 24, предложению №6 и предложение №12), но Цидкияху, наученный их горьким опытом, этого делать не стал, так что Невухаднэцеру на этот раз пришлось брать город силой. В те времена Иерусалим обладал очень мощными укреплениями, которые были возведены царем Хизкияху в то время, когда он готовился противостоять нашествию Санхерива. О проведенных тогда Хизкияху фортификационных работах рассказывается во Второй Книге Хроник (32, 3-5), и в частности, там говорится о том, что он возвел новые стены Иерусалима, которые были гораздо мощнее, чем старые. Часть этой стены была раскопана, и ее можно видеть, посетив Старый Город Иерусалима. Ширина этой стены в некоторых местах достигала семи метров, а ее высота – восьми метров, и она была способна успешно противостоять штурмовавшему город неприятелю:

    Стена Хизкияху

    Поэтому Невухаднэцер не стал штурмовать Иерусалим с налета, и приступил к его осаде. С этой целью он, как здесь сказано, окружил Иерусалим осадными башнями. Осадные, или штурмовые, башни, были введены в военный обиход ассирийцами, по крайней мере, их изображения впервые встречаются на ассирийских барельефах периода 9 в. до н.э., а затем они начали использоваться и другими армиями, в частности, вавилонской. Барельеф, изображающий осадную башню (а также расположенный на переднем плане таран), был найден в городе Нимруде, в северо-западном дворце ассирийских царей:

    Ассирийская осадная башня

    На основании этого изображения можно прийти к выводу о том, что осадные башни использовались в качестве позиций для лучников, которые, находясь в высоком месте, могли успешно уничтожать живую силу защитников города. Следует также заметить, что на других барельефах можно видеть, что осадные башни были снабжены колесами, и это позволяло их использовать для высадки десанта, приближая их вплотную к стенам города. Вместе с этим, в нашем предложении осадные башни обозначены словом «дайек» (דיק). Это арамейское слово (разговорный язык Ашура периода появления осадных башен) означает «смотреть», «наблюдать», из чего следует, что изначально осадные башни использовались как передвижные наблюдательные пункты, находясь на которых, наблюдатели могли следить за тем, что происходит в осажденном городе.

  2. И вошел город этот в осаду до одиннадцатого года царя Цидкияху.

    Здесь говорится о том, что осада Иерусалима, начавшаяся в девятом году правления Цидкияху, продолжалась до одиннадцатого года его правления.

    В предыдущем предложении говорилось о том, что осада Иерусалима началась десятого числа десятого месяца, а Книге Ирмияху (52, 6) сказано, что Невухаднэцер взял Иерусалим девятого числа четвертого месяца, то есть девятого тамуза (этот месяц обычно выпадает на конец июня – начало июля). Годы у евреев считаются с наступления месяца нисана, и точно также считаются годы правления царей. Таким образом, начавшаяся в месяце тевет осада Иерусалима, длилась два месяца до окончания девятого года правления Цидкияху (т.е. до первого нисана), весь десятый год его правления, и еще четыре месяца одиннадцатого года правления Цидкияху, то есть в общей сложности продолжалась восемнадцать месяцев или полтора года.

    Следует отметить, что в Книге Ирмияху (37, 5-11) пророк говорит о том, что Невухаднэцер на некоторое время снял осаду Иерусалима, и его защитники получили небольшую передышку, когда египетский фараон двинул свою армию на север, чтобы помочь Цидкияху противостоять захватчикам. Но армия Невухаднэцера с легкостью победила египетскую армию, после чего та вернулась в Египет, и осада Иерусалима была возобновлена.

  3. Девятого числа месяца, и усилился голод в городе, и не было хлеба у народа земли.

    По неясной причине здесь не указывается месяц, в который у защитников Иерусалима закончились съестные припасы, но в Книге Ирмияху (52, 6) сказано, что это произошло в месяце тевет.

    По мнению «Даат Микра», слова «народ земли» в нашем предложении означают аристократию и зажиточных жителей Иерусалима. В таком случае, здесь говорится о том, что девятого тевета хлеба не стало даже у богатых столичных жителей, тем более, его не было у бедняков. Это привело к тому, что силы защитников Иерусалима иссякли, в результате чего вавилоняне смогли проломить городские стены и войти в город, как будет сказано в следующем предложении.

    Следует отметить, что в память о завоевании Иерусалима Невухаднэцером был установлен общий национальный пост, который соблюдается вплоть до настоящего времени (см. Книгу Зхарьи 8, 19). Но так как завоевание Иерусалима римлянами произошло семнадцатого тевета, мудрецы предпочли не устанавливать два поста с разницей в одну неделю, и после второго падения Иерусалима ими было установлено, что пост семнадцатого тамуза евреи будут соблюдать в память о завоевании Иерусалима и римлянами, и вавилонянами.

  4. И был проломлен город этот, и все мужи войны ночью этой через ворота между двумя стенами, которые рядом с царским садом, и хасдим над городом вокруг, и пошел он дорогой степной.

    В начале нашего предложения должно было быть сказано, что вавилонские воины проломили городские стены, но вместо этого говорится о том, что город «был проломлен». По мнению «Мецудат Давид», эта формулировка указывает на то, что защитники Иерусалима из-за отсутствия пищи настолько были слабы, что не смогли оказать неприятелю никакого сопротивления.

    Далее в нашем предложении используется укороченная запись, которая указывает на панику, охватившую воинов Цидкияху. Для того чтобы понять, о чем идет речь, следует обратиться к Книге Ирмияху (39, 4 и 52, 7), где сказано, что той ночью воины Цидкияху «бежали и вышли из города через ворота между двумя стенами, которые рядом с царским садом». В конце нашего предложения говорится о Цидкияху, который тоже выбрался из Иерусалима и пошел по степной дороге. Это значит, что он тоже был среди людей, которые ушли из города «через ворота между двумя стенами».

    Раши в своем комментарии приводит мидраш, который говорит о том, что Цидкияху бежал из Иерусалима через пещеру, вход в которую находился возле его дворца, а выход -  степях Йерихо, то есть в Иорданской долине. Но Бог, который хотел, чтобы Цидкияху был схвачен, послал газель, которая бежала по поверхности земли над теми местами, где проходил Цидкияху. Вавилоняне последовали за газелью, которая привела их к выходу из пещеры как раз в тот момент, когда из нее выходил Цидкияху, и он тут же был схвачен. Следует отметить, что под домами Мусульманского квартала современного Старого Города Иерусалима действительно расположена пещера, которая носит название Пещеры Цидкияху. Длина этой пещеры составляет около 300м., максимальная ширина – около 100м., а ее площадь – около 9,000кв.м., и она является самой большой израильской пещерой искусственного происхождения. Пещера Цидкияху состоит из серии переходов и залов, в настоящее время она открыта для публики и выглядит так:

    Пещера Цидкияху

    В соответствии с бытующей традицией, Цидкияху бежал из Иерусалима именно через эту пещеру, но следует сказать, что в данном случае традиция не права по двум следующим причинам. Во-первых, проводившиеся в этой пещере исследования показали, что она представляет собой каменоломню, в которой добывали камень для строительства иерусалимских домов, и во-вторых, она расположена к северу от тогдашнего Иерусалима, в то время как Цидкияху бежал «дорогой степной», то есть на восток.

    Данные археологических исследований свидетельствуют о том, что воины Невухаднэцера проломили брешь в северной стене Иерусалима, а Цидкияху со своими людьми покинул город через ворота, находившиеся в его южной части, в районе бассейна Шилоах (см. комментарий к главе 20, предложению №20). Там Иерусалим был защищен двойной стеной, о чем также говорит пророк Ишаяху (см. Книгу Ишаяху 22, 11). В Книге Нехемии (3, 15) сказано о том, что бассейн Шилоах был расположен рядом с царским садом, а в нашем предложении сказано, что Цидкияху и его люди покинули Иерусалим через ворота, расположенные рядом с царским садом. Это означает, что они находились также рядом с бассейном Шилоах, вода из которого использовалась для орошения царского сада.

    О народе, называвшемся хасдим, можно прочесть в комментарии к главе 24, предложению №20. В частности, там было сказано, что из-за того, что этот народ стал доминировать среди населения вавилонского царства, всех его жителей начали называть хасдим, вне зависимости от того, к какому народу они относились. В нашем предложении сказано, что в то время, когда Цидкияху бежал из Иерусалима, этот город был окружен хасдим, и слово «хасдим» в данном случае указывает не только на этот народ, но и на всех воинов армии Невухаднэцера.

    Если Иерусалим был окружен, то каким образом Цидкияху смог бежать из этого города? Это ему удалось ввиду того, что основные силы Невухаднэцера в тот момент были сосредоточены в северной части Иерусалима, там, где его воинам удалось пробить городскую стену. Остальной периметр был перекрыт довольно слабо, а бассейн Шилоах, рядом с которым были расположены ворота, через которые Хизкияху покинул город, находился рядом с ручьем Кидрон, как можно видеть на следующем снимке местности:

    Бассейн Шилоях и ручей Кидрон

    Как сказано в нашем предложении, Цидкияху и его люди покинули Иерусалим ночью, и, выйдя через эти ворота, они очень быстро достигли глубокой долины, образованной ручьем Кидрон, в тени которой они стали незаметны для окружавших Иерусалим воинов Невухаднэцера.

    В конце нашего предложения говорится о том, что, выйдя из Иерусалима, Цидкияху отправился по степной дороге, и следует сказать, что вместе с ним по степной дороге пошли его люди, так как в Книге Ирмияху (52, 7) при описании этого действия используется глагол «пошли» во множественном числе.

    Степная дорога – это дорога, которая вела из Иерусалима в степь, в настоящее время известную под названием Иорданская долина. Следует отметить, что ручей Кидрон протекает в общем направлении на юго-восток и впадает в Мертвое море, так что Цидкияху некоторое время шел его долиной, пока не отдалился от Иерусалима на безопасное расстояние. По всей видимости, Цидкияху отправился на восток к Иорданской долине, так как намеревался найти убежище в одном их царств, находившихся к востоку от Иордана, в которых в то время уже нашли убежище многие из жителей Йехуды, как следует из сказанного в Книге Ирмияху (40, 11-12).

  5. И погнались войско касдим за царем, и настигли они его в степях Йерихо, и все войско его рассеялись от него.

    Несмотря на все предпринятые Цидкияху предосторожности, его бегство не осталось незамеченным воинами Невухаднэцера, и они отправились в погоню за бежавшим из Иерусалима царем. Как сказано в нашем предложении, им удалось настичь Цидкияху в районе, носившем название степи Йерихо.

    Степи Йерихо – это длинная и узкая (до 10км. шириной) полоса земли, расположенная к западу от Иордана в его нижнем течении, то есть к северу от Мертвого моря:

    Степи Йерихо

    На севере степи Йерихо достигают древнего города Адама, а свое название они получили из-за Йерихо, центрального города этого района, расположенного в самом большом его оазисе, рядом с мощными водными источниками. В основном степи Йерихо представляют собой пустыню с довольно жарким климатом, обладающую незначительным количеством водных источников, возле которых находятся оазисы. Степи Йерихо непосредственно граничат с рекой Иордан, так что Цидкияху почти удалось уйти в расположенные к востоку от Иордана земли.

    Следует отметить, что сказанное в нашем предложении очень напоминает то, что сказано в Торе (Шмот 14, 9) относительно преследования египтянами евреев после того как те вышли из Египта: «И погнались Египет за ними, и настигли их стоящими лагерем на море…». Как известно, тогда евреи были спасены Богом, который рассек для их перехода Красное море, а египтяне были в нем утоплены. По всей видимости, используя язык, похожий на тот, что используется в Торе, автор Книги Царей намекает на то, что на сей раз чуда не случилось.

    В конце нашего предложения рассказывается о том, что после того как войско Невухаднэцера настигло Цидкияху и его воинов, все воины Цидкияху, спасая свои жизни, разбежались кто куда и оставили своего царя не произвол судьбы.

  6. И схватили они царя, и подняли его к царю Бавеля в Ривлу, и говорили с ним суд.

    Цидкияху был схвачен воинами Невухаднэцера, после чего переправлен в Ривлу для суда. Перемещение плененного Цидкияху в Ривлу обозначено глаголом «подняли» по двум следующим причинам. Во-первых, из-за того, что степи Йерихо представляют собой очень низко расположенную местность (в среднем 350м. ниже уровня моря), и во-вторых, ввиду того, что доставка обвиняемого в суд в ТАНАХе очень часто обозначается глаголом «поднять».

    Здесь говорится о том, что Цидкияху был доставлен к Невухаднэцеру в Ривлу, город, в котором ранее находилась ставка фараона Нехо II, и о его предполагаемом местонахождении можно прочесть в комментарии к главе 23, предложению №33. Следует отметить, что в соответствии с любой из приведенных там версий о местонахождении Ривлы, она была расположена очень далеко от Иерусалима. По мнению «Мецудат Давид», это говорит о том, что Невухаднэцер не присутствовал при завоевании Иерусалима своими войсками из-за того, что осада Иерусалима длилась слишком долго, и он не мог позволить себе в течение полутора лет оставаться под его стенами.

    Слово «суд» в ТАНАХе обладает двумя значениями. Во-первых, оно означает проведение судебного разбирательства, и во-вторых, означает вынесенный судом приговор. В данном случае это слово используется в обоих своих значениях. Цидкияху был доставлен к Невухаднэцеру, где его судили по законам Бавеля как вассала, восставшего против своего сюзерена, после чего ему был вынесен приговор, который выяснится из того, что будет сказано в следующем предложении.

  7. И сыновей Цидкияху зарезали на глазах его, и глаза Цидкияху ослепил он, и заковали его в оковы медные, и привели его в Бавель.

    Из сказанного здесь следует, что сыновья Цидкияху были зарезаны по приговору, вынесенному Невухаднэцером, но в Книге Ирмияху (39, 6) говорится о том, что это было сделано самим Невухаднэцером, который также зарезал всех схваченных им вельмож Йехуды.

    Сыновья Цидкияху были зарезаны на его глазах, после чего он был ослеплен, так что казнь его сыновей была последним, что он увидел. В начале Первой Книги Царей (1, 48) были приведены слова царя Давида, который восхвалял Бога за то, что Он позволил ему увидеть занявшего его трон сына. Здесь же рассказывается о том, как последний царь из рода Давида видит, как враги казнят всех его сыновей.

    После этого ослепленный Цидкияху был закован в медные оковы и переправлен в Бавель, что явилось исполнением пророчества Йехезкеля: «И раскину Я сеть мою над ним, и будет пойман он в силки Мой, и приведу Я его в Бавель, страну хасдим, и ее он не увидит, и там умрет он» (см. Книгу Йехезкеля 12, 13). Из сказанного в Книге Ирмияху (52, 11) следует, что в Бавеле Цидкияху был заточен в тюрьму, из которой уже не вышел. О том же самом пишет Йосиф Флавий в своей книге «Еврейские древности», но он также говорит о том, что Цидкияху был похоронен в Бавеле с царскими почестями.

  8. И в месяц пятый, седьмого числа месяца, он год девятнадцати лет царя Невухаднэцера, царя Бавеля, пришел Невузарадан, начальник поваров, раб царя Бавеля, в Иерусалим.

    Здесь начинается рассказ о разрушении Иерусалима и Первого Храма, и эти события, как здесь сказано, начались седьмого числа пятого месяца, то есть седьмого ава, который обычно выпадает на конец июля – начало августа. Следует отметить, что в Книге Ирмияху (52, 12) сказано, что все начало происходить десятого ава. В книге «Седер Олам Раба» объясняется, что седьмого ава вавилоняне ворвались в Храм и приступили к его уничтожению, чем занимались на протяжении трех дней, а девятого ава перед заходом солнца они подожгли Храм, который горел весь день десятого ава. В Вавилонском Талмуде (Таанит 29, а) приведены слова рабби Йоханана, который говорит о том, что, если бы он жил раньше, то установил бы пост в память о разрушении Храма не девятого ава, а десятого, так как основное разрушение Храма пришлось именно на этот день. Ральбаг и Мальбим разъясняют несоответствие между сказанным в нашем предложении и в Книге Ирмияху подобным образом. Мальбим к этому добавляет, что из сказанного в Книге Ирмияху следует, что сожжение Храма десятого ава произошло по личному приказу явившегося в этот день в Иерусалим Невухаднэцера.

    Здесь говорится о том, что разрушение Иерусалима и Храма произошло в девятнадцатый год царствования Невухаднэцера, а в Книге Ирмияху (52, 29) сказано, что это случилось в восемнадцатый год его правления. «Мецудат Давид» пишет, что 18 лет, указанные в Книге Ирмияху, считаются со времени подчинения Йехоякима Невухаднэцером (см. комментарий к главе 24, предложению №1).

    Имя Невузарадан по-аккадски произносится как Илу Набу Зер Иддина, что означает «бог Нево дал семя».

    Невузарадан был придворным Невухаднэцера, который нес ответственность за служивших в царском дворце поваров. Из сказанного в Торе (Берешит 37, 36 и 40, 2-3) следует, что подобные должности были приняты при дворе египетских фараонов. Там тоже упоминается начальник поваров, а также начальник пекарей и начальник виночерпиев. С течением времени все эти должности потеряли свое первоначальное значение, и превратились в титулы высокопоставленных царских придворных. Таким образом, Невузарадан никакими поварами не командовал, а был одним из приближенных к Невухаднэцеру вельмож (по некоторым мнениям – самым приближенным). Следует отметить, что слово «табах» (טבח), переведенное здесь как «повар», обладает также значениями «мясник» и «палач». Поэтому Онкелос и Йонатан в своих переводах Книги Берешит переводят должность этого придворного как «начальник палачей», и точно также объясняет ее «Мецудат Давид» в комментарии к нашему предложению. Это хорошо объясняет причину, по которой в Иерусалим был послан именно Невузарадан, а не кто-либо из других придворных Невухаднэцера.

    В нашем предложении Невузарадан назван рабом царя Бавеля. Это говорит о том, что все сделанное им в Иерусалиме было сделано по велению Невухаднэцера.

  9. И сжег он Дом Господа, и царский дом, и все дома Иерусалима, и каждый дом великого сжег он огнем.

    Здесь рассказывается о том, что Невузарадан сжег Храм, царский дворец и другие дома Иерусалима. О том, что Храм будет уничтожен в том случае, если евреи будут предаваться грехам, Бог неоднократно сообщал евреям через пророков. Впервые Он говорил об этом царю Шломо вскоре после завершения строительства Храма (см. Первую Книгу Царей 9, 7-8). Незадолго до описываемых здесь событий о разрушении Храма пророчествовали Миха (см. Книгу Михи 3, 12) и Ирмияху (см. Книгу Ирмияху 7, 14 и 26, 18).

    Следует отметить, что сожжение Храма здесь упоминается вместе с сожжением царского дворца и обычных домов Иерусалима. Это говорит о том, что после того как евреи осквернили Храм идолопоклонством, Божественное Присутствие его покинуло, и Храм стал подобен простым иерусалимским домам. В мидраше Эйха Раба (4, 11) по этому поводу сказано, что «Бог излил свою ярость на дерево и камни».

    Сожжение царского дворца, который построил Шломо, и который описан в Первой Книге Царей (7, 1-12) символизирует пресечение царской династии и потерю независимости еврейского народа в своей стране.

    В конце нашего предложения говорится о том, что Невузарадан сжег все иерусалимские дома, а также «каждый дом великого». Слова «каждый дом великого» Йонатан переводит как «каждый дом вельможи», то есть считает, что Невузарадан сжег дома всех богатых и влиятельных жителей Иерусалима. По мнению «Мецудат Давид», эти слова объясняют слова «все дома Иерусалима», то есть речь идет о том, что Невузарадан сжег лишь дома иерусалимских вельмож, а остальные дома не тронул. «Даат Микра» считает, что в конце нашего предложения говорится о том, что Невузарадан сжег все иерусалимские дома без исключения, включая дома царских вельмож и придворных. Раши, следуя мнению Йонатана, также говорит о том, что Невузараданом были сожжены дома вельмож, но, кроме этого, предлагает читать в нашем предложении «каждый дом великий». В таком случае, здесь говорится о том, что Невузарадан сжег все семинарии и синагоги, в которых жители Иерусалима учили Тору и возносили молитвы Богу.

  10. И стены Иерусалима вокруг разбили все войско касдим, которое с начальником поваров.

    Здесь рассказывается о том, что окружавшие Иерусалим стены были разрушены войском Бавеля, находившимся под командованием начальника поваров, то есть Невузарадана.

  11. И остальной народ, оставшийся в Иерусалиме, и упавших, которые упали к царю Бавеля, и остальной народ изгнал Невузарадан, начальник поваров.

    «Остальной народ, оставшийся в Иерусалиме» – это иерусалимские жители, избежавшие смерти от голода и болезней во время длительной осады, и не погибшие во время штурма Иерусалима вавилонской армией. По мнению «Даат Микра», под этими словами могут подразумеваться оставшиеся в живых защитники Иерусалима, в особенности, их командиры.

    «Упавшие, которые упали к царю Бавеля» – это те жители Иерусалима, которые еще до начала штурма смогли выбраться из города, явились в вавилонский лагерь и упали в ноги царю Бавеля в лице его представителя Невузарадана, то есть сдались на его милость.

    «Остальной народ», упоминаемый в конце нашего предложения, по мнению «Мецудат Давид», это жители остальных городов и сел Йехуды. Следует обратить внимание на то, что в оригинальном тексте слово «народ» обозначено не обычным словом «ам» (עם), а словом «хехамон» (ההמון), которое чаще переводится как «толпа» (отсюда пошло русское слово «гегемон»). Поэтому «Даат Микра» пишет, что здесь идет речь о простом народе, населявшем Йехуду (но не о бедноте, о которой пойдет речь в следующем предложении). Кроме этого, «Даат Микра» обращает внимание на то, что в Книге Судей (4, 7) это слово означает пехоту, находившуюся под командованием кнаанского военачальника Сисры. Поэтому вполне возможно, что в конце нашего предложения идет речь о пеших еврейских воинах, оставшихся в живых после взятия Иерусалима вавилонской армией.

    В любом случае, все указанные здесь категории людей были изгнаны в Бавель Невузараданом, начальником поваров.

  12. И из бедноты страны оставил начальник поваров для виноградарей и хлеборобов.

    В Книге Ирмияху (39, 10) «беднота страны» определена как «бедняки, у которых нет ничего». Этих людей Невузарадан оставил в Йехуде для того, чтобы они служили виноградарями и хлеборобами, и в Книге Ирмияху говорится о том, что он отдал им поля и виноградники, которыми ранее владели люди, изгнанные им в Бавель. По всей видимости, Невузарадан обязал оставленных им в Йехуде бедняков поставлять хлеб и вино размещенным на территории Йехуды вавилонским гарнизонам, а возможно, поставлять эти продукты также в Бавель.

    Слова «кормим» (כרמים) и «йогвим» (יגבים), присутствующие в оригинальном тексте, переведены здесь как «виноградари» и «хлеборобы» в соответствии с мнением Йонатана, которому следует большинство комментаторов. Вместе с этим, «Мецудат Цион» говорит также о том, что слово «йогвим» может являться производным от слова «йекев» (יקב), которое означает «винодельня». В таком случае, «кормим» – это те люди, которые выращивают виноград, а «йогвим» – это те, кто делают из этого винограда вино. «Даат Микра» обращает внимание на то, что слово «керем» (כרם) в ТАНАХе может означать не только виноградник, но и оливковую плантацию. В таком случае, оставленные Невузараданом в Йехуде люди могли заниматься не только производством вина, но и производством оливкового масла.

    Кроме этого, в Вавилонском Талмуде (Шабат 26, а) приведено мнение рава Йосефа, который считает, что «кормим» – это люди, которые на побережье Мертвого моря занимались выращиванием растения «афарсемон» (см. комментарий к главе 20, предложению №13). «Йогвим», по его мнению, это люди, которые на побережье Средиземного моря ловили моллюсков вида «хилазон», из которых получали краску голубого цвета.

  13. И колонны медные, которые в Доме Господа, и постаменты, и Море медное, которое в Доме Господа, поломали хасдим и унесли медь их в Бавель.

    Во дворе Храма находился ряд очень массивных предметов, изготовленных из меди, в те времена являвшейся одним из ценных металлов. Здесь говорится о том, что эти предметы, представлявшие собой уникальные произведения искусства, были безжалостно поломаны вавилонянами и в качестве трофеев унесены в Бавель.

    Колонны, о которых здесь идет речь, находились с двух сторон от входа в здание Храма и имели собственные имена, Яхин и Боаз. Об их конструкции можно прочесть в Первой Книге Царей (7, 15-22).

    Там же (7, 27-37) описывается конструкция изготовленных по велению Шломо постаментов, которые служили основаниями для раковин, использовавшихся для целого ряда ритуальных нужд. Всего во дворе Храма находилось десять таких постаментов, и все они были уничтожены вавилонянами и унесены в Бавель.

    Об изготовленном Шломо Море также рассказывается в Первой Книге Царей (7, 23-26). Это был огромный чан, заполнявшийся проточной водой, который весил около тридцати тонн. Понятно, что его требовалось распилить на куски, прежде чем переправить в Бавель, что и было сделано вавилонянами.

    Следует отметить, что в нашем предложении говорится об исполнении пророчества Ирмияху (см. Книгу Ирмияху 27, 19-22): «Ибо так сказал Господь Воинств о колоннах, и о Море, и о постаментах, и об остальных предметах, оставшихся в городе этом. Которые не взял Невухаднэцер, царь Бавеля, при изгнании Йехоньи, сына Йехоякима, царя Йехуды, из Иерусалима в Бавель… В Бавель принесены они будут, и там будут они…».

  14. И сиры, и лопатки, и мезамры, и стаканы, и все сосуды медные, которыми служили, забрали они.

    В предыдущем предложении говорилось о том, что воины Невузарадана распилили и вынесли из Храма все массивные медные предметы, а здесь рассказывается, что они не побрезговали также мелкой медной храмовой утварью. Вся она была ими собрана и переправлена в Бавель.

    Сиры – это медные сосуды, предназначенные для сбора пепла, накопившегося на жертвеннике. Реконструкцию такого сосуда можно видеть на сайте Института Храма по адресу: http://www.templeinstitute.org/psachter-gallery.htm.

    Лопатки являлись инструментами, с помощью которых коэны собирали накопившийся на жертвеннике пепел и помещали его в сиру.

    Мезамры – это музыкальные инструменты, тип которых в настоящее время не известен.

    Использовавшиеся в Храме стаканы были двух типов. Один тип стаканов каждую субботу использовался для воскурения ладана, и его можно видеть на сайте Института Храма по адресу http://www.templeinstitute.org/frankincense-censers-gallery.htm. Стаканы другого типа служили для воскурения благовоний, которые в Храме представляли собой смесь из одиннадцати различных ингредиентов. Воскурение благовоний совершалось ежедневно утром и вечером на золотом жертвеннике, а в Судный День – в Святой Святых перед Ковчегом Завета. Стакан для воскурения благовоний можно видеть на сайте Института Храма по адресу: http://www.templeinstitute.org/incense-chalice-gallery.htm.

    Наше предложение построено по принципу «детали и правило»: сначала в нем перечислены некоторые из медных предметов, которые унесли воины Невузарадана, а затем говорится о том, что ими были унесены вообще все медные предметы, использовавшиеся для богослужения. Это говорит о том, что вавилоняне вынесли из Храма всю находившуюся в нем утварь, но в основном это были сиры, лопатки, мезамры и стаканы, которые здесь упомянуты отдельно. Следует отметить, что в параллельном месте Книги Ирмияху (52, 18) кроме этих предметов, упомянуты также медные кропильные чаши.

  15. И совки, и кропильные чаши, которые золотые – золотые, и которые серебряные – серебряные, забрал начальник поваров.

    Совки, использовавшиеся в Храме, были двух типов. Совки первого типа были серебряными, и служили для забора с внешнего жертвенника горящих углей. С помощью такого совка угли с внешнего жертвенника переносились на золотой жертвенник, находившийся в Хейхале, где на них высыпались благовония. Совок первого типа можно видеть на сайте Института Храма по адресу: http://www.templeinstitute.org/silver-shovel-gallery.htm. Золотые совки применялись для воскурения благовоний лишь один день в году, в Судный День. В трактате Йома Вавилонского Талмуда сказано, что золотой совок отличался от серебряного совка более длинной ручкой, для того чтобы постившемуся Главному коэну, который обычно также был пожилым человеком, было легче его нести. Золотой совок представлен на сайте Института Храма по адресу: http://www.templeinstitute.org/incense-offering-shovel-gallery.htm.

    В кропильные чаши собиралась кровь жертв, а затем из нее коэн кропил этой кровью жертвенник. Следует заметить, что свернувшаяся кровь становилась непригодной для окропления жертвенника, поэтому, после набора крови в кропильную чашу, ее нужно было постоянно взбалтывать, чтобы предотвратить свертывание находившейся в ней крови. По этой причине кропильная чаша выглядела как стакан с круглым или острым дном. Отсутствие плоского дна не позволяло поставить кропильную чашу на горизонтальную поверхность, и коэн был вынужден постоянно держать ее в руках, взбалтывая находившуюся в ней кровь, чтобы не дать ей свернуться. Изображение малой и большой кропильных чаш можно видеть на сайте Института Храма:

    Большая кропильная чаша: https://www.templeinstitute.org/large-mizrak-gallery.htm.

    Малая кропильная чаша: https://www.templeinstitute.org/small-mizrak-gallery.htm.

    В нашем предложении говорится о том, что совки и кропильные чаши были вавилонянами рассортированы в соответствии с типом драгоценного металла, из которого они были изготовлены. Затем эти предметы были помещены в золотую и серебряную сокровищницы.

  16. Колонны две, Море одно и постаменты, которые сделал Шломо для Дома Господа, не было веса меди всех предметов этих.

    Здесь автор Книги Царей еще раз упоминает о том, что Невузарадан изъял из Храма две колонны, Море и десять постаментов, об изъятии которых рассказывалось в предложении №13.

    В конце нашего предложения говорится о том, что общий вес полученной таким образом меди был настолько велик, что не поддавался подсчету. Следует отметить, что в Первой Книге Царей (7, 47) сказано, что вес этих предметов не был выяснен и в то время, когда они были изготовлены по указу царя Шломо.

  17. Восемнадцать локтей высота колонны одной, и капитель на ней медная, и высота капители этой три локтя, и сеть, и гранаты на капители вокруг, все медь, и такие же у колонны другой на сети.

    О конструкции изготовленных Шломо колонн подробно рассказывается в Первой Книге Царей (7, 15-22 и 41-42). Так как в данном случае идет речь о большом объеме материала, приводить его здесь еще раз не имеет смысла, и читателю рекомендуется прочесть комментарий к этому месту Первой Книги Царей. Здесь же следует отметить, что сказанное в конце нашего предложения относится к гранатам, украшавшим капители обеих колонн.

    Следует также отметить, что автор Книги Царей ни словом не упоминает о Ковчеге Завета, относительно судьбы которого существует несколько мнений. Часть мудрецов считает, что он тоже был взят Невузараданом и унесен в Бавель, а другие говорят о том, что он был спрятан царем Йошияху и вавилоняне его не нашли. В любом случае, он будет найден и возвращен в Храм после прихода Машиаха.

  18. И взял начальник поваров Сраю, коэна-главу, и Цфаньяху, коэна вторичного, и троих стражей порога.

    Служившие в Храме коэны и левиты разбежались кто куда, когда на территорию Храма ворвались воины Невузарадана. Но пять перечисленных здесь человек даже тогда продолжали совершать богослужение, пока не были остановлены и арестованы вавилонянами.

    Обычно в ТАНАХе коэном-главой называют коэна, отвечавшего за порядок богослужения в Храме, но иногда под этими словами подразумевается Главный коэн. В нашем предложении идет речь как раз о таком случае. Срая был последним Главным коэном Первого Храма. В Первой Книге Хроник (5, 41) сказано, что его сын Йехоцадак, будучи юношей, отправился в изгнание вместе с другими изгнанными из Йехуды евреями. Но в книгах Хагая (1, 1), Зхарьи (6, 11) и Эзры (3, 2) говорится о том, что внук Сраи Йехошуа вернулся в Йехуду и стал первым Главным коэном во Втором Храме.

    В ТАНАХе имя Срая (שריה) является очень распространенным. Оно означает «Бог – вельможа».

    О должности вторичного коэна – см. комментарий к главе 23, предложению №4.

    Имя Цфаньяху (צפניהו) тоже очень часто встречается в ТАНАХе. Оно представляет собой обращение к Богу, чтобы Он укрыл и сберег носителя этого имени.

    О том, кто такие были стражи порога – см. комментарий к главе 12, предложению №10.

  19. И из города этого взял он чиновника одного, который ответственный за мужей войны, и пять мужей из видящих лицо царя, которые находились в городе, и писца военачальника, призывающего народ земли, и шестьдесят мужей из народа земли, находящихся в городе.

    Выше рассказывалось о том, что и кого забрал Невузарадан из Храма, а здесь перечислены люди, которых он забрал из Иерусалима.

    Прежде всего, он забрал с собой чиновника, который нес ответственность за войско. При этом слово «ответственный» в оригинальном тексте звучит как «пакид» (פקיד). На современном иврите слово «пакид» означает «клерк», но в ТАНАХе оно указывает на человека, выполняющего административные функции. В данном случае это означает, что чиновник, о котором здесь идет речь, нес ответственность за армейскую логистику. Следует также отметить, что в оригинальном тексте слово «чиновник» обозначено словом «сарис» (סריס), в ряде случаев означающее «евнух», но здесь оно используется в своем аккадском значении. Таким образом, взятый Невузараданом чиновник был одним из придворных Цидкияху, занимавшим должность главного армейского интенданта. Вместе с этим, в отличие от других комментаторов, Йонатан переводит слово «сарис» как «евнух». Это вызывает удивление, так как неясно, зачем Невузарадану понадобился какой-то евнух, и почему в нашем предложении этот евнух стоит на первом месте, перед целым рядом высокопоставленных персон, которые тоже были взяты Невузараданом. Следует отметить, что, по мнению «Даат Микра», слова «сарис» и «пакид» указывают на двух разных людей, а не одного, как считают остальные комментаторы.

    «Пять мужей из видящих лицо царя» – это пять самых приближенных к царю придворных, которым позволялось являться к нему в любое время и без вызова, что было запрещено всем остальным царским придворным. Следует отметить, что в параллельном месте Книги Ирмияху (52, 25) говорится о том, что Невузарадан забрал с собой «семь мужей из видящих лицо царя», а не пять таких мужей, как сказано в нашем предложении. По мнению Радака и «Мецудат Давид», это расхождение объясняется тем, что двое из этих придворных не обладали такой значимостью, как остальные пятеро, поэтому в нашем предложении они не указаны. Мальбим считает, что это расхождение говорит о том, что сначала Невузарадан схватил пятерых самых приближенных к царю придворных, а затем еще двоих. «Даат Микра» пишет, что, возможно, всего у Цидкияху было семь самых приближенных придворных, но двое из них умерли во время осады от голода либо от болезней.

    Относительно этих придворных здесь сказано, что они находились в Иерусалиме. Эта деталь выглядит лишней, так как в начале нашего предложения сказано, что речь в нем пойдет о тех людях, которых Невузарадан забрал из Иерусалима. «Мецудат Давид» предлагает понимать эту фразу как «которые оставались в городе» и считает, что она указывает на то, что все остальные придворные Цидкияху разбежались кто куда в тот момент, когда воины Невузарадана проломили городскую стену. «Даат Микра» пишет, что эта фраза говорит о том, что не все придворные Цидкияху, даже самые приближенные, проживали в Иерусалиме. В доказательство своему мнению «Даат Микра» приводит пример Ахитофеля, который, будучи самым мудрым советником Давида, продолжал жить вне Иерусалима, в своем родном городе Гило.

    Как было сказано в комментарии к главе 12, предложению №11, писец – это один из высокопоставленных придворных, который несет ответственность за ведение государственной документации. По мнению большинства комментаторов, здесь идет речь о подручном военачальника, который вел учет военнообязанных мужчин на всей территории Йехуды и в случае необходимости занимался их призывом в армию, то есть занимал должность военкома. Ральбаг и «Даат Микра» считают, что между словами «писец» и «военачальник» должен стоять дефис, то есть, здесь говорится о придворном Цидкияху, занимавшимся учетом и призывом военнообязанного населения. В таком случае, он был подчинен не военачальнику, а непосредственно Цидкияху.

    В конце нашего предложения говорится о том, что Невузарадан забрал из Иерусалима «шестьдесят мужей из народа земли, находящихся в городе». В данном случае слова «народ земли» явно указывают на представителей аристократии, а то, что они находились в городе, говорит о том, что жителями Иерусалима они не были. Они собрались в столице Йехуды для того, чтобы принять участие в ее защите от армии Невухаднэцера.

  20. И взял их Невузарадан, начальник поваров, и повел их к царю Бавеля в Ривлу.

    Все перечисленные в двух предыдущих предложениях люди были доставлены Невузараданом в Ривлу, где находилась ставка Невухаднэцера, и куда ранее был доставлен их царь Цидкияху (см. предложение №6).

  21. И побил их царь Бавеля, и умертвил их в Ривле, в земле Хамат, и был изгнан Йехуда из земли своей.

    В Хамате все вышеупомянутые люди были казнены по приказу Невухаднэцера, который видел в них потенциальных мятежников.

    О царстве, которое до потери своей независимости называлось Хамат, можно прочесть в комментарии к главе 18, предложению №34.

    В конце нашего предложения говорится о том, что жители Йехуды были изгнаны на чужбину, но, как было сказано в предложении №12, изгнаны были не все, некоторая их часть осталась.

  22. И народ, оставшийся в земле Йехуды, который оставил Невухаднэцер, царь Бавеля, и назначил он над ними Гдальяху, сына Ахикама, сына Шафана.

    В предложении №12 говорилось о том, что Невухаднэцер оставил в Йехуде бедняков, чтобы они обрабатывали поля и виноградники. Управлять этими людьми должен был назначенный Невухаднэцером Гдальяху, сын Ахикама, сына Шафана, который здесь назван по имени своего отца и деда, чтобы подчеркнуть его знатное происхождение. Дедом Гдальяху был Шафан, занимавший должность писца при дворе Йошияху, и о нем можно прочесть в комментарии к главе 22, предложению №3. Отец Гдальяху Ахикам вначале служил при дворе Йошияху (см. главу 22, предложение №12), а затем и при дворе Йехоякима, когда он спас от смерти пророка Ирмияху (см. Книгу Ирмияху 26, 24).

    Имя Гдальяху очень часто встречается в ТАНАХе, и оно означает «Бог велик».

  23. И услышали все вельможи воинов, они и люди эти, что назначил царь Бавеля Гдальяху, и пришли они к Гдальяху в Мицпу, и Ишмаэль, сын Нетаньи, и Йоханан, сын Кареаха, и Срая, сын Танхумета нетофатского, и Яазаньяху, сын Хамаахти, они и люди их.

    «Вельможи воинов» – это старшие офицеры армии Цидкияху, после падения Иерусалима прекратившей свое существование в качестве регулярной армии. В Книге Ирмияху (40, 7) говорится о том, что после падения Иерусалима «вельможи воинов» и их люди находились в поле. Под полем в ТАНАХе иногда подразумевается то же самое, что и в современной военной терминологии: все, что не является городом или деревней. Полем могут быть названы леса, горы, пустыня или равнина. В данном случае это говорит о том, что после завоевания Йехуды Невухаднэцером регулярные части армии Цидкияху, опасаясь пленения, перешли на нелегальное положение, и скрывались в труднодоступных местах, где их нелегко было обнаружить.

    В начале нашего предложения говорится о том, что до этих офицеров и до находившихся под их командованием солдат дошли сведения о том, что Невухаднэцер назначил Гдальяху правителем своей новой провинции Йехуды, то есть сделал его губернатором. Должность губернатора подразумевает тесное сотрудничество с верховным правителем, поэтому старшие офицеры армии Цидкияху сразу заподозрили Гдальяху в коллаборационизме с вавилонянами. Но так как это были всего лишь подозрения, они решили их подтвердить или опровергнуть в ходе личной беседы с Гдальяху. Из сказанного здесь остается неясным, явились ли они к Гдальяху все вместе, либо они приходили к нему по мере поступления к ним известий о том, что Гдальяху был назначен губернатором Йехуды. В любом случае, они приходили к нему в Мицпу, из чего следует, что этот город был выбран Гдальяху в качестве своего губернского города. Археологические данные свидетельствуют о том, что города надела Биньямина поверглись гораздо меньшему разрушению во время нашествия армии Невухаднэцера, и, возможно, поэтому Гдальяху выбрал находившуюся в наделе Биньямина Мицпу, а не какой-либо другой город, в качестве своей новой столицы.

    Город Мицпа упоминается в Книге Йехошуа (18, 26) как Мицпэ, и там говорится о том, что он отошел к наделу колена Биньямина. Город Мицпэ был очень важным городом, и, как таковой, неоднократно упоминается в ТАНАХе. В Первой Книге Царей (15, 22) рассказывается о том, что Мицпа была укреплена царем Йехуды Асой, который для связанных с этим строительных работ мобилизовал всех своих подданных. Название города (מצפה) является однокоренным с глаголом «лицпот» (לצפות), означающим «обозревать», что указывает на то, что город располагался на высоте, с которой хорошо просматривались все окрестности. Большинство исследователей полагают, что в настоящее время город Мицпэ представляет собой курган Тель А-Нацбэ (31°53'2.97"N, 35°13'0.66"E), расположенный на границе с ПА (граница с ПА проходит через курган, деля его посередине) между арабским городом Рамаллой и аэродромом Атарот:

    Мицпа - Тель А-Нацбэ

    Во второй части нашего предложения перечислен целый ряд явившихся к Гдальяху офицеров, и этот список начинается предлогом «и». Такая грамматическая конструкция указывает на то, что, кроме перечисленных здесь офицеров, к Гдальяху приходили другие люди, но об указанных в нашем предложении офицерах следует упомянуть особо, так как они сыграли важную роль в последовавших за этим событиях.

    Первым в приведенном здесь списке фигурирует Ишмаэль, сын Нетаньи, о котором в предложении №25 будет сказано, что он принадлежал к «семени царствования», то есть был родственником царей Йехуды из рода Давида. Абарбанэль пишет, что Ишмаэль, сын Нетаньи был «из семени Цидкияху», что выглядит очень странным, ведь отца Ишмаэля звали не Цидкияху, а Нетанья. Кроме этого, Цидкияху был не настолько стар, чтобы у него был внук, дослужившийся до должности старшего офицера (Цидкияху потерял власть в возрасте 32 лет – см. главу 24, предложение №18). Поэтому более логичным представляется мнение других комментаторов, которые считают, что родословная Ишмаэля, сына Нетаньи, приведена в Первой Книге Хроник (2, 5-12). Из того, что там сказано, следует,  что одной из прародительниц Ишмаэля, сына Нетаньи, была дочь Рама, старшего сына Ирахмиэля, который был сыном Хецрона, сына Переца. У Рама было также несколько сыновей, и одним из них был Нахшон, который был предком царя Давида. В соответствии с этим, следует сказать, что Ишмаэль, сын Нетаньи, был очень дальним родственником царей Йехуды. Из сказанного в Первой Книге Хроник, а также из сказанного в Первой Книге Шмуэля (30, 29) следует, что семейство Ирахмиэля проживало в Негеве.

    Имена Ишмаэль и Нетанья в ТАНАХе встречаются очень часто. Их значениями, соответственно, являются «Услышит Бог» и «Дал Бог».

    Йоханан, сын Кареаха, возможно, был потомком Хеврона, как следует из сказанного в Первой Книге Хроник (2, 43). Имя Йоханан означает «Бог милостив», а имя его отца происходит от города, где проживало его семейство. Этот город носил название Корах, и находился на территории надела колена Йехуды к югу от Мертвого моря.

    Срая, сын Танхумета нетофатского, по всей видимости, принадлежал к семейству Нетофати из сыновей Салмы, основателя Бейт Лехема (см. Первую Книгу Хроник 2, 51 и 54). Свою фамилию семейство Нетофати получило по названию города Нетофа, в котором оно проживало. В настоящее время город Нетофа представляет собой развалины Хирбат Бад-Фалуах (31°40'4.43"N, 35°13'15.53"Е), расположенные в 4км. к югу от Бейт Лехема и в 1.5км. к северу от поселения Текоа:

    Нетофа - Хирбат Бад-Фалуах

    В отличие от имени Срая (о его значении – см. комментарий к предложению №18), имя его отца Танхумет (תנחמת) является уникальным и больше нигде в ТАНАХе не встречается, но оно присутствует на нескольких печатях, найденных в ходе археологических раскопок. Это имя означает «утешенный».

    Яазаньяху, сын Хамаахти, возможно, принадлежал к семейству Эштамоа Хамаахти из колена Йехуды, который упоминается в Первой Книге Хроник (4, 19). Это семейство получило название Хамаахти из-за того, что находилось в родственных связах с семьей Маахи, наложницы Калева (см. Первую Книгу Хроник 2, 48). Либо Яазаньяху принадлежал к семейству из колена Биньямина, получившему свое название из-за того, что оно находилось в родственных связях с Маахой, женой Йеиэля, основателя Гивона (см. Первую Книгу Хроник 9, 35). Имя Яазаньяху является обращенной к Богу просьбой, чтобы Он прислушался к тем, кто к Нему взывает. Следует отметить, что во время посещения Гдальяху Яазаньяху обронил свою печать, которая была найдена во время археологических раскопок. Эта печать сделана из агата, и на ней присутствует надпись: «Яазаньяху, раб царя», которая говорит о том, что Яазаньяху был царским придворным:

    Печать Яазаньяху

  24. И поклялся им Гдальяху, и людям их, и сказал им: «Не бойтесь рабов касдим, живите в стране и служите царю Бавеля, и будет хорошо вам!».

    Гдальяху поклялся явившимся к нему офицерам и воинам в том, что он не станет выдавать их вавилонянам и не причинит им никакого вреда. После этого он им сказал, чтобы они не боялись находившихся на территории Йехуды представителей метрополии. Вавилоняне не станут ловить их для того, чтобы взять в плен, так как им это совершенно не нужно. Все что они хотят, это чтобы на территории их новой провинции царили мир и порядок. Поэтому Гдальяху посоветовал явившимся к нему людям вернуться в свои города и добросовестно служить царю Бавеля, что означает, платить ему все полагающиеся налоги и подати. В этом случае они смогут жить в мире и безопасности, и никто их не тронет.

    Следует отметить, что в Книге Ирмияху история Гдальяху описывается гораздо подробней. В ней она занимает три главы (40-42), и там приведены детали, которые здесь пропущены. В частности, там (40, 9) приведено обязательство Гдальяху добросовестно защищать интересы оставшихся в Йехуде евреев перед представителями вавилонских властей. Там (40, 11-12) также сказано, что когда весть о том, что Невухаднэцер назначил Гдальяху на должность губернатора, достигла бежавших из Йехуды евреев, они все вернулись на родину, надеясь на то, что теперь в Йехуде будет мир.

  25. И было в месяц седьмой, пришел Ишмаэль, сын Нетаньи, сына Элишамы из семени царствования, и десять человек с ним, и побили они Гдальяху, и умер он, и евреев, и касдим, которые были с ним в Мицпе.

    Седьмой месяц, если считать с месяца нисана, это месяц тишрей (сентябрь-октябрь), на который выпадают праздники Рош ха-Шана, День Искупления и Сукот. В этот праздничный месяц к Гдальяху в Мицпу явился Ишмаэль, который здесь назван и по имени своего отца, и по имени своего деда, а также сказано, что он был «из семени царствования», то есть находился в родственных отношениях с царями из рода Давида. По мнению «Мецудат Давид», именно это послужило причиной того, что он убил Гдальяху. Ишмаэль, сын Нетаньи, считал, что, так как он является представителем царского семейства, то он, а не Гдальяху, должен был занять пост губернатора Йехуды. Рассуждая таким образом, Ишмаэль пришел к выводу о том, что Гдальяху должен быть убит, как узурпатор, занявший должность, которая полагалась Ишмаэлю.

    Как было отмечено выше, в Книге Ирмияху связанные с Гдальяху события описываются гораздо более подробно, чем они описываются в Книге Царей. В частности, там (40, 13 – 41, 1) рассказывается о том, что Йоханан, сын Кареаха и другие старшие офицеры пытались предостеречь Гдальяху, сообщив ему о том, что Ишмаэль, сын Нетаньи, замышляет его убийство по наущению Баалиса, царя Амона. Йоханан даже спросил у Гдальяху позволения убить Ишмаэля, понимая, что если будет убит губернатор Йехуды Гдальяху, Невухаднэцер применит к населению Йехуды самые жесткие санкции. Но, к сожалению, Гдальяху ему не поверил. Более того, он пригласил Ишмаэля к себе в Мицпу на трапезу, в ходе которой тот его убил.

    В нашем предложении упоминается, что Ишмаэль явился к Гдальяху в сопровождении десяти человек. Они тоже участвовали в убийствах всех, кто окружал Гдальяху, но прибыли в Мицпу в качестве свиты Ишмаэля, который, подчеркивая свой высокий статус, ходил в сопровождении почетного эскорта.

    В конце нашего предложения говорится о том, что вместе с Гдальяху были убиты все присутствовавшие в Мицпе евреи и касдим. Евреи – это члены правительства Гдальяху, помогавшие ему исполнять возложенные на него обязанности, а о том, кем являлись касдим, рассказывается в Книге Ирмияху (51, 3). Там сказано, что это были дислоцированные в Мицпе воины Невухаднэцера, которых, по всей видимости, Ишмаэль и его люди застали врасплох.

    Ни в Книге Царей, ни в Книге Ирмияху, точная дата смерти Гдальяху не указывается, указывается лишь то, что это произошло в месяце тишрей. Относительно этой даты существуют две следующие версии. Часть комментаторов считает, что Ишмаэль был приглашен Гдальяху для участия в трапезе по случаю праздника Рош ха-Шана, который отмечается первого и второго тишрей. Так как по закону Торы Ишмаэль не мог прибыть в Мицпу во второй день праздника, следует сказать, что он прибыл туда до его наступления, и участвовал в трапезе, состоявшейся первого числа месяца тишрей. Из этого следует, что Гдальяху был убит первого тишрей, но пост, который пророки установили в память о его смерти, отмечается не первого тишрей, а третьего, на следующий день после окончания праздника Рош ха-Шана. Основываясь на этом, другая часть комментаторов утверждает, что, на самом деле, Гдальяху пригласил Ишмаэля для участия не в трапезе по случаю праздника, а в другой трапезе уже после его окончания, состоявшейся третьего тишрей. Но те комментаторы считают, что Гдальяху был убит в первый день праздника Рош ха-Шана, справедливо замечают, что в праздничные дни поститься нельзя, поэтому пророки не могли установить пост в день смерти Гдальяху, и установили его в первый же день, в который можно поститься, то есть третьего тишрей.

    В нашей главе рассказывается о трех событиях, в память о которых были установлены общенациональные посты, соблюдаемые вплоть до настоящего времени. Пост 17 тамуза был установлен в память о завоевании Иерусалима армией Невухаднэцера (см. предложение №3), пост 9 ава был установлен в память о разрушении Храма (см. предложение №8), а здесь говорится о том, что пост 3 тишрея был установлен в память о смерти Гдальяху. Таким образом, два первых поста были установлены в память об общенациональных бедствиях, а третий пост был установлен в память об убийстве одного человека. И, несмотря на то, что убийство Гдальяху явилась началом Вавилонского изгнания еврейского народа, в Вавилонском Талмуде (Рош ха-Шана 18, б) сказано, что пост 3 тишрея должен научить нас тому, что смерть праведников приравнивается к сожжению Храма.

  26. И встали весь народ, от мала до велика, и вельможи воинов, и пришли в Египет, ибо страшились они хасдим.

    Евреи, остававшиеся в Йехуде, прекрасно понимали, что убийство назначенного Невухаднэцером губернатора, а также убийство дислоцированных на территории Йехуды воинов армии Бавеля, будет расценено Невухаднэцером как мятеж, что повлечет с его стороны жесткие санкции в отношении местного населения. Поэтому они не стали дожидаться введения этих санкций, и бежали в Египет, враждебное Бавелю государство, где могли не опасаться экстрадиции в Бавель.

    В Книге Ирмияху рассказывается о том, что жители Йехуды боялись подвергнуться еще одному нашествию армии Невухаднэцера, в результате которого многие из них были бы убиты, а посевы были бы уничтожены, что повлекло бы за собой голод и смерть. Поэтому они собрались бежать в Египет, но, прежде чем это сделать, Йонатан, сын Кареаха обратился к пророку Ирмияху с просьбой вознести молитву Богу. Бог ответил Ирмияху, что евреи должны остаться на территории Йехуды, и тогда Он сделает так, что Невухаднэцер не причинит им ни малейшего вреда. Но если они решат уйти в Египет, то пусть знают, что смерть от меча и от голода настигнет их там, так как их уход в Египет будет расценен Богом как непокорство Его велениям. К сожалению, Йоханан, сын Кареаха, и его соратники не поверили пророку Ирмияху, объявив его пророчество ложью, и обвинив его в том, что он желает изгнания всех без исключения евреев в Бавель. После этого все остававшиеся на территории Йехуды евреи бежали в Египет, взяв с собой также пророка Ирмияху (см. Книгу Ирмияху 41, 11 – 43, 7).

  27. И было, в тридцать седьмой год изгнания Йехояхина, царя Йехуды, в двенадцатый месяц, двадцать седьмого числа месяца, вознес Эвиль Мродах, царь Бавеля, в год царствования своего, голову Йехояхина, царя Йехуды, из тюрьмы.

    В главе 24, предложениях №12 и №15-18, рассказывалось о том, что Йехояхин был взят под стражу Невухаднэцером, депортирован в Бавель, а на его место был посажен Цидкияху, который затем царствовал в течение одиннадцати лет. Здесь описываются события, произошедшие в тридцать седьмой год изгнания Йехояхина, то есть через 27 лет после падения Иерусалима и разрушения Первого Храма. Тогда, а именно, двадцать седьмого числа двенадцатого месяца, то есть двадцать седьмого адара, обычно выпадающего на март-апрель, Йехояхин был освобожден из тюрьмы, в которой пребывал все 37 лет своего изгнания, новым царем Бавеля Эвиль Мродахом, который не просто освободил его, но и возвысил. Слова «в год царствования своего» означают «в первый год царствования своего», то есть здесь говорится о том, что Эвиль Мродах освободил Йехояхина вскоре после начала своего царствования.

    Так как Йехояхин был изгнан в Бавель в восьмой год царствования Невухаднэцера, а здесь сказано о том, что Невухаднэцера сменил на троне его сын в тридцать седьмой год изгнания Йехояхина, Ральбаг пишет, что Невухаднэцер правил Бавелем в течение сорока четырех лет.

    Эвиль Мродах, в настоящее время известный как Амель-Мардук, был старшим сыном Невухаднэцера, то есть являлся законным наследником престола. По всей видимости, заняв трон, Эвиль Мродах решил кардинальным образом изменить внутреннюю и внешнюю политику Вавилона, и в рамках этой деятельности выпустил на свободу ряд политических заключенных, в числе которых был Йехояхин.

    В параллельном месте Книги Ирмияху (52, 31) сказано, что Йехояхин был выпущен на свободу двадцать пятого адара, а не двадцать седьмого, как сказано в нашем предложении. По мнению «Даат Микра», это расхождение объясняется тем, что двадцать пятого адара Эвиль Мродах решил освободить Йехояхина, но в действительности он был освобожден двадцать седьмого адара, на два дня позже. Мальбим считает, что Йехояхин вышел из тюрьмы двадцать пятого адара, а двадцать седьмого он был возвышен Эвиль Мродахом.

    Вместе с этим, в книге «Седер Олам Раба» (глава 28) рассказывается о том, что Невухаднэцер умер двадцать пятого адара, двадцать шестого числа этого месяца Эвиль Мродах вытащил Невухаднэцера из его могилы и протащил по земле его труп, а двадцать седьмого числа освободил Йехояхина. Зачем Эвиль Мродаху понадобилось вытаскивать тело своего отца из могилы и тащить его по земле? В книге «Седер Олам Раба» сказано, что тем самым он отменил все принятые Невухаднэцером законы, показал, что отныне лишь он является правителем Бавеля, и на следующий день после того как он таким образом утвердил свою власть, он выпустил из тюрьмы Йехояхина и возвысил его.

    Раши цитирует «Седер Олам Раба» без изменений, но Ральбаг приводит сказанному там совершенно иную причину. Он пишет, что в определенный момент своего царствования Невухаднэцер повредился умом, и тогда его придворные короновали Эвиль Мродаха. Но через некоторое время Невухаднэцер пришел в себя и обнаружил, что на его троне уже сидит Эвиль Мродах. Тогда он заключил Эвиль Мродаха в тюрьму, где тот пребывал вплоть до смерти Невухаднэцера, и где он, по всей видимости, познакомился к Йехояхином. После смерти Невухаднэцера Эвиль Мродах вышел на свободу, но продолжал очень бояться своего отца, и, прежде чем опять занять трон, хотел удостовериться, что тот действительно умер. Поэтому сначала он вытащил Невухаднэцера из могилы, протащил его тело по земле, и лишь после того как увидел, что Невухаднэцер не подает никаких признаков жизни, занял трон и выпустил из тюрьмы Йехояхина.

  28. И говорил он с ним хорошее, и дал трон его выше трона царей, которые с ним в Бавеле.

    Эвиль Мродах не только освободил Йехояхина из тюрьмы, но и пригласил его в свой дворец, где «говорил с ним хорошее», то есть по-дружески с ним общался.

    Слово «трон» в данном случае не следует понимать буквально, так как трон, на который посадил Эвиль Мродах Йехояхина, стоял «выше трона царей, которые с ним в Бавеле». Это говорит о том, что побежденные Невухаднэцером цари, подобно Йехояхину, пребывали не в своих царствах, а находились в Бавеле, столице одноименной империи, где служили советниками вавилонского царя. Таким образом, здесь рассказывается о том, что Эвиль Мродах сделал Йехояхина своим самым высокопоставленным советником, но не вернул его на трон, находившийся в Иерусалиме.

  29. И сменил он одежды заточения его, и ел он хлеб всегда перед ним все дни жизни его.

    После освобождения Йехояхина из тюрьмы и до его прибытия в царский дворец Эвиль Мродах велел сменить его одежду с тюремной робы на одеяние, достойное царя.

    Как неоднократно указывалось выше, слово «хлеб» в ТАНАХе часто указывает на трапезу. По мнению большинства комментаторов, во второй части нашего предложения говорится о том, что после своего освобождения из тюрьмы Йехояхин питался за царским столом. Вместе с этим, Ральбаг, основываясь на сказанном в следующем предложении, высказывает предположение, согласно которому Йехояхин в царских трапезах не участвовал, и здесь говорится о том, что Эвиль Мродах заботился о его пропитании. В таком случае, слова «перед ним» указывают на то, что Йехояхин находился  непосредственной близости от Эвиль Мродаха, проживая либо в царском дворце, либо рядом с ним.

    Следует отметить, что Эвиль Мродах правил Бавелем всего лишь два года, с 562г. до н.э. до 560г. до н.э., когда был убит мужем своей сестры. Из сказанного во второй части нашего предложения неясно, ел ли Йехояхин за царским столом до смерти Эвиль Мродаха, или до своей смерти. Радак в своем комментарии к предложению №30 приводит спор между Равом и Леви. Один из них считает, что Йехояхин питался за царским столом до смерти Эвиль Мродаха, а второй – что он это делал до своей смерти. Радак говорит о том, что, по всей видимости, прав тот, кто считает, что Йехояхин ел за царским столом до своей смерти, и так же считают другие комментаторы, за исключением Ральбага. Это означает, что положение Йехояхина не пострадало после убийства Эвиль Мродаха, и следующие за ним цари Бавеля продолжали относиться к нему с тем же уважением. Ральбаг считает, что в нашем распоряжении недостаточно данных, чтобы решить, кто прав, Рав или Леви.

  30. И трапеза его – трапеза постоянная давалась ему от царя, дело дня в день его, все дни жизни его.

    По мнению большинства комментаторов, здесь идет речь о пропитании, которое выделяли цари Бавеля домочадцам Йехояхина, в то время как он сам питался за царским столом, как было сказано в предыдущем предложении. Это подтверждается древним вавилонским текстом, в котором перечислены продукты, выделяемые семейству Йехояхина.

    Слова «дело дня в день» означают, что пропитание семье Йехояхина выделялось царями Бавеля каждый день, а не от случая к случаю, все время жизни Йехояхина.

    Следует отметить, что то, что Йехояхин занял пост советника царя Бавеля, явилось исполнением пророчества Ишаяху, приведенного в главе 20, предложении №18.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator