Первая Книга Царей

Глава 17

  1. И сказал Элияху тишбеец из жителей Гилада Ахаву: «Жив Господь, Бог Израиля, перед которым стоял я, если будет в годы эти роса и дождь, то лишь по слову моему!».

    Здесь Книга Царей впервые упоминает об Элияху, одном из самых значимых пророков в еврейской истории. Элияху здесь назван тишбейцем, то есть жителем города Тошев или Тешев. В настоящее время местонахождение этого города неизвестно, и, по всей видимости, он был малоизвестен также во время написания Книги Царей, так как, кроме указания города, в котором проживал Элияху, здесь также указывается, что он являлся жителем Гилада. Гиладом в ТАНАХе называются земли, лежащие к востоку от реки Иордан, между ручьями Ярмух на севере и Хешбон на юге, причем река Ябок делит этот район посередине на Северный и Южный Гилад:

    Гилад

    Следует отметить, что комментарий Тосафот к Вавилонскому Талмуду (Таанит 3, а) утверждает, что Элияху проживал в городе Явеш Гилад, жители которого были перебиты после описанных в Книге Судей (главы 19-21) событий, известных под названием «Наложница в Гиве». Впоследствии в этом городе поселились выжившие в ходе этих событий представители колена Биньямина, а кроме этого, он постепенно был заселен различного рода деклассированными элементами, так что нормальных людей в нем было очень мало, и одним из них был пророк Элияху. Таким образом, по мнению Тосафот, Элияху был жителем Явеш Гилада, города, который находился, как свидетельствует его название, в Гиладе, и располагался возле ручья Явеш (в настоящее время Явис). В настоящее время Явеш Гилад представляет собой курган Тель Абу Караз (32°30'13.80"N, 35°37'42.99"E), расположенный в 13км. к востоку от Бейт Шеана на территории современной Иордании:

    Явеш Гилад

    Следует заметить, что с мнением Тосафот соглашается часть современных исследователей.

    Имя Элияху очень распространено в еврейском народе вплоть до настоящего времени, и оно означает «Мой Бог – Господь».

    Комментаторы разошлись во мнениях о том, к какому из колен принадлежал пророк Элияху. Одна их часть считает, что он относился к колену Гада, которому принадлежал весь район Гилада (см. Книгу Йехошуа 13, 25 и 20, 5). Другие комментаторы утверждают, что он принадлежал к колену Биньямина, представители которого заселили город Явеш Гилад, как было сказано выше. В подтверждение своего мнения эти комментаторы приводят Первую Книгу Хроник (8, 27), где имя Элия упоминается в списке имен колена Биньямина. Особняком стоит мнение Ральбага, который считает, что пророк Элияху – это на самом деле Пинхас, сын Элазара, внук Аарона, который впервые упоминается в Торе (Бамидбар 25, 7-13) как человек, остановивший блуд евреев с представительницами народа Мидьян, и тем самым спасший еврейский народ от гнева Бога и от уничтожения. Ральбаг утверждает, что за этот поступок Бог наградил Пинхаса необычайным долголетием, и он время от времени упоминается в ТАНАХе сначала как Пинхас, затем как посланник Бога, а теперь и как Элияху. Так, в Книге Судей Пинхас упоминается во время событий «Наложница в Гиве», затем он же встречается с Гидеоном и Ифтахом, и он же упоминается также во времена Давида. Далее Ральбаг, основываясь на событиях, которые будут описаны ниже, доказывает, что необычайным долголетием отличался также пророк Элияху, а так как Бог совершает чудеса лишь в том случае, если без них никак невозможно, то следует сказать, что в течение сотен лет жил один, а не два человека. Таким образом, по мнению Ральбага, Элияху был коэном, то есть принадлежал к колену Леви.

    В нашем предложении содержится очень резкий переход от рассказа о Хиэле, отстроившем город Йерихо и тем самым навлекшем на себя проклятие Йехошуа, к рассказу об обращении пророка Элияху к царю Ахаву. На первый взгляд, эти две темы между собой никак не связаны, но их связь раскрыта как в Вавилонском Талмуде (Санхедрин 113, а), так и в Иерусалимском (10, 2). Там сказано, что Элияху и Ахав встретились в то время, когда они оба пришли, чтобы утешить потерявшего всех своих сыновей Хиэля (см. главу 16, предложение №34). Из этого, кстати, следует, что их встреча произошла либо в Бейт Эле, либо в Йерихо, хотя из простого понимания текста следует, что они встретились в Шомроне. Постигшее Хиэля несчастье произвело большой переполох в среде еврейского народа, так как оно однозначно говорило о том, что Бог наказывает нарушившего Его запрет человека даже через сотни лет после вынесения этого запрета. Ахав же, со своей стороны, делал все возможное для того, чтобы объяснить смерть всех сыновей Хиэля чистой случайностью. Поэтому, встретившись в доме Хиэля с Элияху, он задал ему вопрос: «Как может быть, что исполнилось проклятие ученика, а проклятие учителя не исполнилось?». Под проклятием ученика Ахав подразумевал проклятие Йехошуа, который проклял любого, кто восстановит Йерихо, тем, что все его сыновья умрут в ходе строительства этого города (см. комментарий к главе 16, предложению №34). Учителем Йехошуа был Моше, и, говоря о его проклятии, Ахав имел в виду слова Торы (Дварим 11, 14 и далее), где сказано, что наказанием за грех идолопоклонства является отсутствие дождей, засуха, неурожай, голод и изгнание еврейского народа из Земли Израиля. Как было сказано выше (см. главу 16, предложения №30-33), во время правления Ахава все население Израиля грешило идолопоклонством в невиданных до сих пор масштабах, а сам Ахав не только продолжал поклоняться золотым тельцам Яравама, но также ввел в обиход культ Бааля и ашеры, построив капище Бааля в своей столице Шомроне. Поэтому Ахав сказал Элияху: «Почему в данной ситуации не исполняется проклятие, записанное Моше в Торе? Если бы в Торе была записана правда, то это проклятие исполнилось бы еще до исполнения проклятия Йехошуа, а так как этого не произошло, то это означает, что и проклятие Йехошуа не исполнилось, и смерть сыновей Хиэля произошла в силу естественных обстоятельств». Ответ Элияху на эти слова Ахава приведен в нашем предложении, и ниже он будет рассмотрен в деталях.

    Элияху начинает свое обращение к Ахаву словами «Жив Господь», которые представляют собой распространенную в те времена формулировку клятвы. Таким образом, Элияху клянется Ахаву в том, что то, что он скажет далее, исполнится. При этом он называет Бога Богом Израиля, в чем содержится намек на союз, заключенный Богом с еврейским народом.

    Фраза «перед которым стоял я» содержит конструкцию, которая превращает прошедшее время в то, что в английском языке называется «present continuous», то есть здесь Элияху говорит о том, что он стоит перед Богом постоянно. Понятие «стоять перед кем-либо» в ТАНАХе означает «стоять, как стоит слуга перед господином», иными словами, «служить». Таким образом, здесь Элияху говорит о том, что он является верным слугой Бога.

    Далее Элияху клянется Ахаву в том, что, начиная с этого момента, дождь и роса будут выпадать лишь в том случае, если этого захочет сам Элияху. По мнению «Даат Микра», эти слова Элияху приведены в Книге Царей сразу же за рассказом об исполнении проклятия Йехошуа, чтобы подчеркнуть, что Элияху, так же как Йехошуа, произнес свои слова по велению Бога (см. окончание последнего предложения предыдущей главы). Вместе с этим, Абарбанэль считает, что Элияху произнес приведенные здесь слова по своей собственной инициативе, и его мнение развивает Мальбим, как будет описано ниже.

    Мальбим задается вопросом о том, почему до вмешательства Элияху не исполнилось проклятие Моше, обещающее засуху и другие несчастья в наказание за идолопоклонство? Отвечая на этот вопрос, Мальбим пишет, что наказания, указанные в Торе, постигают еврейский народ только в том случае, когда он находится под надзором Бога. Иными словами, Бог наказывает евреев тогда, когда они начинают отходить от Его заповедей, чтобы они вернулись к их исполнению. До этого евреи окружены заботой Бога, и дожди в таком случае имеют божественное происхождение. Но во времена Ахава евреи пали до такой степени, что Бог снял с них свой надзор, вследствие чего их статус стал идентичным статусу остальных народов. Имеющий божественное происхождение дождь прекратился, но продолжались дожди, имевшие естественное происхождение в силу законов природы. Почему же, в таком случае, осуществилось проклятие Йехошуа? Мальбим пишет, что Йехошуа, в отличие от поколения Ахава, был и оставался праведником, вследствие чего Бог продолжал заботиться о нем и о его репутации, в силу чего исполнил его проклятие. Хорошо понимавший это Элияху заявил Ахаву о том, что, начиная с этого момента, дожди и роса будут выпадать только по его слову, чем поставил на кон свою репутацию, всецело полагаясь на то, что Бог исполнит его слова так же, как Он исполнил слова Йехошуа. Поэтому Элияху упомянул о том, что он, в отличие от Ахава и остальных идолопоклонников, является верным слугой Бога.

    Следует заметить, что в Торе сказано о том, что наказанием за идолопоклонство является лишь отсутствие дождей, но об отсутствии росы там не сказано ни слова. Элияху пообещал отсутствие росы по своей собственной инициативе, но ниже будет сказано лишь о прекращении дождей, и в Иерусалимском Талмуде (Брахот 5, 2) говорится о том, что к этим его словам Бог не прислушался. Но Мальбим пишет, что, обещая также отсутствие росы, Элияху сообщил Ахаву, что наступающая засуха наказанием за идолопоклонство не является, ведь в Торе об отсутствии росы ни слова не сказано. Отсутствие росы призвано доказать, что засуха произойдет только из-за того, что Бог исполнит все слова Элияху, а это, в свою очередь, послужит доказательством того, что смерть сыновей Хиэля произошла не в силу естественных причин, а явилась исполнением наложенного Йехошуа проклятия на того, кто отстроит Йерихо.

    Следует заметить, что засуха, вызванная Элияху, затронула не только тех, кто занимался идолопоклонством, но и тех, кто продолжал быть верным Богу. Вместе с этим, в мидраше Псикта Раба (44) говорится о том, что вызывая засуху, Элияху действовал из любви к еврейскому народу, считая, что лучше, если евреи проголодают три года, чем все они скатятся к идолопоклонству.

    Следует заметить, что Йосиф Флавий в своей книге «Еврейские Древности» приводит ряд нееврейских источников, свидетельствующих о жестокой засухе, произошедшей во времена тестя Ахава Этбааля на территории Финикийского царства. При этом Йосиф Флавий предполагает, что именно эта засуха была вызвана пророком Элияху.

  2. И было слово Господа к нему, говоря:

  3. «Уходи отсюда, и повернешь ты себе на восток, и спрячешься в ручье Крит, который над Иорданом.

    Бог велел Элияху, чтобы тот немедленно уходил из того места, в котором состоялась его беседа с Ахавом, и комментаторы называют этому указанию две следующих причины. Большинство комментаторов считает, что во время прекращения выпадения осадков Элияху было опасно оставаться в непосредственной близости от Ахава, так как Ахав, убедившись в том, что все происходит именно так, как сказал Элияху, непременно пожелал бы его убить. Придерживающийся этого мнения Ральбаг пишет, что сказанное в нашем предложении в очередной раз подтверждает принцип, согласно которому Бог совершает чудеса только тогда, когда это крайне необходимо. Бог имел все возможности для того, чтобы защитить Элияху от гнева Ахава, но для этого Ему было необходимо совершить некое чудо. Поэтому Он велел Элияху уйти от опасности, чтобы не вынуждать Бога прибегать к чудесам для его защиты. Вдобавок к этому объяснению веления Бога, Мальбим в своем комментарии приводит еще одно. Он говорит о том, что, оставаясь в среде еврейского народа, праведник Элияху помимо своей воли обязательно бы притягивал к себе Божественное благословение, и лишь его уход из населенной евреями местности позволял прекратить выпадение дождей.

    Кроме этого Мальбим пишет, что ситуация, в которой оказался еврейский народ после беседы Элияху с Ахавом, в корне отличалась от той ситуации, в которой евреи пребывали до этой беседы. До того как Элияху пообещал Ахаву засуху, евреи из-за своих грехов не находились под покровительством Бога и, как остальные народы, находились под влиянием законов природы. Это означает, что выпадение осадков тогда зависело не от желания Бога обеспечить процветание еврейскому народу, а от чисто метеорологических факторов. Но после того как Элияху пообещал Ахаву, что, начиная с момента их беседы, осадки прекратятся вообще, возникла ситуация, при которой Бог стал изменять законы природы таким образом, чтобы на территории проживания еврейского народа не выпадало ни капли. Иными словами, после беседы Элияху с Ахавом возникла ситуация, при которой Бог не только перестал покровительствовать евреям, но стал им покровительствовать со знаком «минус».

    Бог велит Элияху, чтобы тот шел на восток, и спрятался, как здесь сказано, «в ручье Крит, который над Иорданом». Слова «аль пней» (על פני), которые, в соответствии с их прямым значением, переведены здесь как «над», в ТАНАХе часто означают, что объект, о котором идет речь, расположен к востоку от другого объекта. В данном случае это говорит о том, что ручей Крит впадает в Иордан с востока. Таким образом, Элияху должен был спрятаться в землях, лежащих к востоку от Иордана.

    Географическое название ручей Крит больше нигде в ТАНАХе не упоминается, и в настоящее время в точности не известно, какой из впадающих в Иордан ручьев под этим названием подразумевается. Существует версия, согласно которой этот ручей получил свое название по имени финикийского царя Крата, часто упоминаемого в угаритских текстах. Из Книги Судей (18, 7) известно, что в древности финикийцы проживали не только на побережье Средиземного моря, но и в районе горы Хермон, до тех пор, пока эти земли не были отвоеваны у них коленом Дана. В таком случае ручей Крит – это один из ручьев, протекающих в районе города Дан на Голанских высотах, и это означает, что Элияху не просто должен был отправиться на восток, но и удалиться от Шомрона далеко на север. Согласно другой версии, ручей Крит – это один из рукавов ручья Явеш, протекавшего рядом с родным городом Элияху Явеш Гиладом (см. комментарий к предложению №1). В любом случае, Элияху должен был прятаться не в самом ручье, а в одной из пещер, которыми изобилуют берега ручьев Земли Израиля.

  4. И будет, из ручья будешь пить ты, и воронам Я велел кормить тебя там».

    Бог говорит Элияху о том, что в то время, когда он будет скрываться возле ручья Крит, он будет пить из него воду, а вороны будут приносить ему пищу. Из этого следует, что ручей Крит был непересыхающим, и вода в нем была во все времена года.

    Смысл того, что Бог велит Элияху пить из ручья и питаться тем, что будут приносить ему вороны, комментаторы объясняют несколькими способами. Следует заметить, что ТАНАХ считает ворон одними из самых жестоких птиц, которые, к тому же, ни о ком не проявляют заботу, они не заботятся даже о своих собственных птенцах. Поэтому то, что вороны будут приносить Элияху пищу, может подчеркивать проявленную Богом по отношению к Элияху милость. По мнению «Мецудат Давид», вороны, приносящие Элияху пищу, должны были пробудить его милость по отношению к еврейскому народу: если даже жестокие вороны заботятся о его пропитании, как он может не заботиться о пропитании еврейского народа? Мальбим пишет, что здесь Бог сажает Элияху на жесткую диету: так как Элияху лишил евреев благодатного дождя, то и он сам лишился благословения. Поэтому он должен был пить воду из ручья, который в будущем должен был пересохнуть из-за отсутствия осадков, и есть пищу, которую будут приносить ему вороны, одни из самых жестоких птиц, чтобы Элияху не забывал, что он сам обошелся с еврейским народом чрезвычайно жестоко.

    Вместе с этим, часть комментаторов считает, что в нашем предложении говорится не о воронах, а о людях, которые названы «орвим» (ערבים), что обычно означает «вороны», по месту своего проживания. Так, в мидраше Берешит Раба (33, 5) приведены слова рабби Йехуды, который утверждает, что здесь идет речь о жителях города Арво, находившегося в районе Бейт Шеана. А в Вавилонском Талмуде (Хулин 5, а) сказано, что рабби Аба бар Манъюми считает, что здесь идет речь о людях, проживавших в местности, которая получила название Скала Волка после того как там был убит один из вельмож Мидьяна во время событий, описанных в Книге Судей (7, 25). Радак переводит слово «орвим» как «торговцы» и пишет, что, возможно, эти люди прятали Элияху.

  5. И пошел он, как слово Господа, и пошел он и осел в ручье Крит, который над Иорданом.

    В нашем предложении дважды сказано «и пошел он». По мнению Мальбима, это объясняется тем, что, уйдя с заселенных евреями земель, Элияху увел с собой Божественное благословение («слово Господа»), а также выполнил веление Бога («осел в ручье Крит»).

  6. И вороны приносят ему хлеб и мясо утром, и хлеб и мясо вечером, и из ручья будет пить он.

    Комментаторы говорят о том, что Элияху не сомневался в кошерности мяса, приносимого ему воронами, так как знал, что они ему доставляют его по велению Бога. Следует заметить, что здесь не сказано о том, где вороны добывали хлеб и мясо, и мудрецы Талмуда (Хулин 5, а и Санхедрин 113, а) разошлись во мнениях об их происхождении. Одна их часть считает, что вороны брали продукты на кухне Ахава, а другие считают, что они их брали на кухне Йехошафата.

    Слова «и из ручья будет пить он» в оригинальном тексте содержат конструкцию, которая превращает будущее время в то, что в английском языке называется present continuous. Таким образом, эти слова следует понимать как «и из ручья постоянно пьет он».

  7. И было по истечении дней, и высох ручей, ибо не было дождя на земле.

    Слова «по истечении дней» в ТАНАХе обычно означают «по истечении года». Таким образом, Элияху прожил на берегу ручья Крит один год.

    С точки зрения простого понимания текста, сказанное в этом предложении вопросов не вызывает: ручей Крит высох, так как целый год не было дождей. Но если вдуматься в сказанное, неизбежно возникает следующий вопрос. Если Бог лично велел Элияху поселиться на берегу ручья Крит и использовать его воду для утоления жажды, каким образом этот ручей мог высохнуть? Ведь даже вороны, которых обычно не волнуют даже их собственные птенцы, дважды в день поставляли Элияху мясо и хлеб по велению Бога!

    Отвечая на этот вопрос, Раши говорит о том, что Богу очень не нравилось, что евреи умирают от голода и жажды из-за вызванной Элияху засухи, и отсутствием воды в ручье Крит Он дал ему понять, что пришло время ее прекратить.

    Мальбим пишет, что вследствие обещания засухи, данного Элияху Ахаву, Бог не просто сделал так, чтобы на территории Страны Израиля не выпадало осадков, Он полностью разорвал круговорот воды в природе. Влага, испарявшаяся с поверхности земли и водоемов, не выпадала обратно в виде осадков, а бесследно исчезала. В такой ситуации высыхание ручья Крит явилось для Элияху сигналом, что влаги, ни на земле, ни в воздухе, не осталось вообще. Элияху понял, что, начиная с этого момента, естественным образом осадки не выпадут ни в коем случае, и теперь ему следует оставить ручей Крит, так как в проживании на его берегу больше нет никакой пользы. Следует заметить, что, по мнению Мальбима, в конце нашего предложения говорится о том, что дождей не было на всем Земном шаре. Вместе с этим, «Даат Микра» считает, что под землей здесь подразумевается Земля Израиля.

  8. И было слово Господа к нему, говоря:

  9. «Встань, иди в Царфат, который в Цидоне, и поселись там, вот, велел Я там женщине вдове кормить тебя».

    Два следующие один за другим глагола «встань, иди» говорят о том, что Элияху должен был выполнить указание Бога немедленно.

    Если до этого момента Элияху жил на границе Земли Израиля, то теперь он должен был отправиться за границу. На современном иврите Царфат – это Франция, но Элияху должен был уйти не туда, а в город Царфат, который находился в Цидоне, то есть на территории Финикийского царства. В настоящее время этот город называется Сарафанд (33°27'4.65"N, 35°17'26.18"E), и он находится на территории современного Ливана недалеко от побережья Средиземного моря, в 21км. к северу от Цора и в 14км. к югу от Цидона:

    Царфат

    Следует заметить, что Бог сказал Элияху, чтобы тот отправлялся в Царфат, который находился в Цидоне, так как в то время существовал еще один Царфат, который позднее также назывался Сарафанд. В настоящее время этот Царфат называется Црифин, он расположен в районе Прибрежной низменности на территории Израиля, и представляет собой военную базу, расположенную в 4км. к северо-западу от современного города Рамле. По всей видимости, оба Царфата получили свои названия из-за того, что в древности они являлись центрами ювелирного производства: «ювелир» на иврите – «цореф» (צורף).

    При разделе Земли Израиля между коленами, район Цидона, в котором находился Царфат, отошел к наделу колена Ашера (см. Книгу Йехошуа 19, 28), но представители этого колена так и не смогли отвоевать его у коренного населения (см. Книгу Судей 1, 31). Вместе с этим, из того, что рассказывается об устроенной Давидом переписи населения, следует, что уже во времена Давида в районах Цидона и Цора проживала многочисленная еврейская община (см. Вторую Книгу Шмуэля 24, 6-7). Радак пишет, что вдова, к которой Бог послал Элияху, была еврейкой, а в Иерусалимском Талмуде (Сука 5, 1) сказано о том, что она была матерью пророка Йоны, о котором рассказывается в Книге Йоны. Там также сказано о том, что эта женщина принадлежала к колену Ашера, к наделу которого отошел город Царфат при разделе Земли Израиля между коленами, а ее покойный муж, отец Йоны, был из колена Звулуна, в наделе которого находился Гат Хефер, родной город пророка Йоны.

    Об этой вдове здесь сказано, что Бог велел ей кормить Элияху, и Рамбам (Морэ Невухим 2, 48) пишет, что эти слова не следует понимать буквально, и речь идет о том, что Бог дал ей желание выполнять просьбы, с которыми к ней будет обращаться Элияху.

  10. И встал он, и пошел в Царфат, и пришел к входу в город, и вот там женщина вдова собирает хворост, и окликнул он ее, и сказал: «Возьми-ка мне немного воды в сосуде, и буду пить я».

    Элияху немедленно отправился в Царфат, и когда он подходил к городским воротам, он встретил женщину вдову, о которой говорил ему Бог. Мальбим пишет, что сказанное здесь не говорит о том, что дом этой женщины находился на входе в город. Она вышла из города для того чтобы собирать хворост, и Бог сделал так, что Элияху ее встретил возле городских ворот.

    Из того, что сказано в Торе (Берешит 38, 14) о жене Йехуды Тамар, следует, что в древности вдовы носили особую одежду, и по такой одежде Элияху понял, что встреченная им женщина является вдовой. Вместе с этим, он не был уверен в том, что эта женщина была именно той вдовой, к которой его послал Бог. Раши пишет, что для того чтобы разрешить свои сомнения, Элияху поступил так же, как в свое время поступил раб Авраама Элиэзер, когда отправился в Арам Нахараим для того, чтобы найти невесту для сына Авраама Ицхака. После прибытия в родной город Авраама, Элиэзер остановился у колодца и загадал, что та девушка, которая откликнется на его просьбу о воде и напоит также его верблюдов, станет женой Ицхака. Так он нашел Ривку, ставшую одной из праматерей еврейского народа (см. Берешит 24, 11-20). Теперь точно так же поступил Элияху, загадав, что вдова, которая откликнется на его просьбу об утолении жажды, и будет той вдовой, к которой послал его Бог.

    По мнению Мальбима, Элияху понял, что эта женщина именно та вдова, которая ему нужна, сразу же после того как ее увидел. Но он не знал, в каких обстоятельствах она находится, и поэтому начал с просьбы о воде, которая, несмотря на засуху, все же стоила гораздо дешевле, чем пища. И только после того как она принесла ему воды, он попросил у нее также пищу, как будет сказано в следующем предложении. Похожее мнение приводит «Даат Микра», который пишет, что Элияху было стыдно просить у вдовы пищу, и поэтому он начал с того, что попросил у нее воды, и воды он попросил лишь небольшое количество.

    По мнению «Мецудат Давид», слово «возьми» указывает на то, что Элияху попросил встреченную им женщину принести ему воды из ее дома. «Даат Микра» пишет, что сосуд, о котором говорит здесь Элияху, эта женщина принесла с собой.

  11. И пошла она брать, и окликнул он ее, и сказал: «Возьми-ка мне ломоть хлеба в руке твоей».

    Услыхав просьбу, с которой обратился к ней Элияху, эта женщина отправилась для того, чтобы принести ему воды. Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, «Мецудат Давид» считает, что она отправилась к себе домой, а «Даат Микра» говорит о том, что она отправилась к упомянутому в предыдущем предложении сосуду, который находился неподалеку в тени. В этот момент Элияху окликнул ее еще раз, и попросил ее принести ему также ломоть хлеба.

  12. И сказала она: «Жив Господь, Бог твой, если есть у меня маог, лишь горсть муки в горшке и немного масла во фляге, и вот, я собираю две хворостины, и принесу, и сделаю я их мне и сыну моему, и поедим мы, и умрем мы».

    Прежде, чем рассматривать смысл сказанного вдовой, следует разобраться с используемыми ей понятиями. Оставшееся непереведенным слово «маог» (מעוג), по мнению большинства комментаторов, означает какого-либо вида выпечку. «Даат Микра» понимает его, как производное от слова «уга» (עוגה), что в данном случае переводится как «круг», и, в соответствии с этим, слово «маог» означает «круглая лепешка». Йонатан, отходя от прямого значения этого слова, переводит его на арамейский, как «что-нибудь».

    Фляги, подобные той, что упоминается в этом предложении, были очень распространены на Земле Израиля, начиная с Периода Праотцов, и довольно часто обнаруживаются в ходе археологических раскопок. Такие фляги представляли собой плоские гончарные изделия круглой формы с двумя ручками и узким горлышком. Диаметр такой фляги обычно составлял около 15 см., но иногда был больше. Самая большая найденная фляга имеет диаметр 27 см. Типичная фляга описываемого здесь исторического периода выглядит так:

    Фляга

    Слово «каф» (כף) переведено здесь как «горсть» в соответствии с переводом Йонатана на арамейский и комментарием Раши, но, в соответствии с прямым значением этого слова, его следует перевести как «ложка».

    Итак, в ответ на просьбу Элияху принести ему ломоть хлеба, женщина поклялась ему Именем Бога в том, что у нее нет ни хлеба, ни каких-либо других мучных изделий. Все, что она имеет, это горсть муки, которая хранится в горшке у нее дома, а также немного масла во фляге. Далее она сообщает Элияху о том, что она вышла из города для того, чтобы собрать несколько хворостин (слова «две хворостины» здесь следует понимать как «немного хворостин»), которые намеревается принести к себе домой. Этими хворостинами она растопит печь и в ней приготовит лепешку для себя и своего сына из оставшихся в доме продуктов, после чего у них не останется еды, и они умрут голодной смертью.

    Следует заметить, что, принося клятву Именем Бога, эта женщина называет Его «Господь, Бог твой» не из-за того, что она была идолопоклонницей, а в силу того, что так в те времена было принято говорить, уважительно обращаясь к собеседнику.

    Мальбим пишет, что Элияху неслучайно встретился с этой женщиной именно в тот момент, когда  нее оставались продукты лишь на одну трапезу. Как будет описано ниже, Элияху поможет ей с помощью чуда, а Бог совершает чудеса лишь в том случае, когда в них есть крайняя необходимость. В данном случае такая необходимость возникла в виду того, что эта женщина и ее сын именно тогда оказались в опасности голодной смерти.

  13. И сказал ей Элияху: «Не бойся! Приди, сделай по слову твоему, но сделай мне оттуда лепешку малую сначала и вынеси мне, а тебе и сыну твоему сделай в последнюю очередь.

    По всей видимости, в словах этой женщины Элияху уловил страх умереть голодной смертью, поэтому он сначала говорит ей о том, чтобы она этого не боялась. Затем он велит ей вернуться к себе в дом и сделать так, как она только ему сказала, то есть взять остававшуюся у нее горсть муки и немного масла и замесить из них тесто. Но, прежде чем испечь из него лепешку для себя и своего сына, она должна будет испечь маленькую лепешку для Элияху, и вынести ее ему, а затем уже испечь из оставшегося теста лепешку для себя и своего сына.

    Комментаторы предлагают несколько объяснений того, почему эта женщина должна была сначала накормить Элияху. По мнению Ральбага, лишь в этом случае Бог даст благословение остававшимся в ее распоряжении продуктам. «Даат Микра» пишет, что этим указанием Элияху поставил эту женщину перед испытанием: чья жизнь дороже? Ее собственная жизнь и жизнь ее сына, или жизнь человека, который стал ее гостем? Кроме этого, «Даат Микра» приводит еще одно мнение, согласно которому Элияху был коэном (см. комментарий к предложению №1), и эта женщина, прежде чем печь из теста лепешку для себя и своего сына, в соответствии с законом Торы должна была отделить от него халу и отдать ее коэну. Проблема с этим объяснением состоит в том, что у этой женщины было слишком мало теста для того, чтобы она была обязана отделять от него халу.

    Мальбим пишет, что Бог не желал делать чуда ради Элияху, так как тот собственноручно вызвал голод, из-за которого пострадал весь еврейский народ. Поэтому, если бы мука и масло закончились на лепешке, предназначавшейся Элияху, никакого чуда бы не случилось. Поэтому Элияху велел этой женщине сначала испечь лепешку ему, и тогда оставшегося теста будет недостаточно для того, чтобы насытить ее и ее сына. Лишь в этом случае Бог даст благословение ее муке и маслу, и оно распространится также на тот хлеб, который впоследствии будет есть Элияху.

  14. Ибо так сказал Господь, Бог Израиля: «Горшок муки не закончится, и фляга масла не станет ущербной до дня, в который даст Господь дождь на поверхность земли!»».

    Здесь Элияху объясняет этой женщине, почему она не должна бояться (см. предыдущее предложение). Он говорит ей, что по слову Бога мука в ее горшке и масло в ее фляге не закончатся до тех пор, пока Он не возобновит выпадение осадков, и люди смогут добывать себе пропитание, обрабатывая землю.

    Вышеприведенное объяснение дано в соответствии с простым пониманием сказанного Элияху. Вместе с этим, здесь не говорится о том, что мука и масло не закончатся, а идет речь о горшке и о фляге. На эту тонкость обращает внимание Мальбим, который находит кардинальное различие между описанными здесь событиями и тем, что впоследствии сделает пророк Элиша (см. Вторую Книгу Царей 4, 1-7). Элиша также благословит масло, которое будет находиться в доме одной женщины, но он это сделает по своей собственной инициативе. Элияху, вызвавший засуху и голод, этого сделать не мог, и поэтому он здесь говорит о том, что благословение муки и масла имеет своим источником слова Бога. Далее Мальбим говорит о том, что пророк по своей собственной инициативе имеет возможность благословить малое количество чего-либо, и тем самым существенно его увеличить, и именно это сделал Элиша, увеличив количество масла, находившееся в доме женщины. Таким образом, в случае Элиши идет речь об увеличении количества существующего продукта. Но в нашем случае говорится о возобновлении продукта, который уже закончился, ведь женщина должна использовать все остававшиеся продукты для того, чтобы замесить из них тесто, и это может сделать только Бог, способный творить из ничего что-то. Поэтому здесь не говорится о том, что мука и масло не закончатся, ведь они закончатся в тот момент, когда женщина замесит из них тесто. Здесь говорится о том, что не закончатся горшок муки и фляга масла. Это означает, что благословение в данном случае падает не на муку и масло, а на флягу и горшок, которые вследствие этого не перестанут называться горшком муки и флягой масла до того дня, пока не пойдет дождь, вне зависимости от того, есть ли в них сейчас что-либо.

  15. И пошла она и сделала, как слово Элияху, и ела она, и он, и дом ее, дни.

    Здесь говорится о том, что женщина выполнила все, как сказал ей Элияху, причем два следующих один за другим глагола «…пошла…сделала» указывают на то, что все это она сделала незамедлительно.

    Точно так же, как в предложении №7, слово «дни» здесь означает «год». Таким образом, здесь говорится о том, что эта женщина кормила Элияху в своем доме на протяжении одного года.

    Слова «дом ее» указывают на то, что эта женщина обеспечивала пропитанием не только себя, Элияху и своего сына, но также и всех остальных своих родственников, не давая им умереть от голода.

    Следует заметить, что в нашем предложении присутствует расхождение между традициями написания и чтения. В оригинальном тексте пишется «он и она», но читаются эти слова как «она и он». По мнению Ральбага и «Даат Микра», традиция написания указывает на то, что первую лепешку эта женщина отдала Элияху, как было сказано в предложении №13, а в традиции написания слово «она» стоит перед словом «он» из-за того, что перед ним стоит слово «ела» в женском роде. Мальбим объясняет традицию чтения тем, что благословение Бога было дано этой женщине, а не Элияху. В соответствии с еще одним мнением, которое приводит «Даат Микра», расхождение традиций написания и чтения объясняется тем, что Элияху и семейство этой женщины всегда трапезничали вместе, иногда он ел первый кусок хлеба, а иногда это делала она.

  16. Горшок муки не заканчивался, и фляга масла не становилась ущербной, как слово Господа, которое говорил Он Элияху.

    Ральбаг пишет, что в течение всего года Бог превращал воздух, находившийся в горшке, в муку, а тот, что находился во фляге, в масло.

    По мнению «Даат Микра», фраза «как слово Господа, которое говорил Он Элияху», указывает на все, что говорил Бог Элияху, включая в себя также слова самого Элияху Ахаву, приведенные в предложении №1.

  17. И было после деяний этих, заболел сын женщины этой, хозяйки дома, и была болезнь его сильна очень, до того, что не осталась в нем душа.

    Здесь начинается рассказ о событиях, произошедших по истечении года с того момента, когда Элияху прибыл в Царфат и встретился с вдовой, как было описано выше. Все это время Элияху проживал в доме этой женщины, и все это время в нем не заканчивались мука и масло, но затем сын вдовы внезапно заболел. Фраза «не осталась в нем душа» является красочным эквивалентом слова «умер», иными словами, здесь говорится о том, что сын приютившей Элияху женщины вдруг слег из-за болезни и очень быстро от нее умер.

    Мальбим указывает на несколько сложностей, содержащихся в нашем и в следующем предложениях. Во-первых, следует понять, почему эта женщина названа здесь хозяйкой дома, а не женщиной вдовой, как это было в предложении №10. Во-вторых, почему в следующем предложении эта женщина скажет Элияху, что он явился в ее дом для того, чтобы напомнить о совершенном ей грехе? Ведь сын этой женщины вполне мог умереть вследствие сугубо естественных причин, как это происходит обычно, а не из-за того, что Бог наказал ее за совершенные ей прегрешения! Из сказанного Мальбимом в его комментарии следует, что когда явившийся в Царфат Элияху сделал так, что мука и масло в доме этой женщины не заканчивались, она решила, что Элияху был послан ей Богом для того, чтобы спасти ее и ее сына от голодной смерти. Ведь если это было необходимо способному творить чудеса Элияху, ему совершенно не нужно было для этого идти в Царфат, и он вполне мог обеспечить себя пропитанием в любом другом месте. То, что приютившая Элияху женщина названа здесь хозяйкой дома, говорит о том, что она решила, что Элияху явился к ней, чтобы вознаградить ее за ее прошлые заслуги. Но теперь ее сын вдруг умер, и женщина рассудила, что Элияху сделал так, чтобы он умер не от голода, от которого в условиях засухи умирало очень много народа, а от очень странной болезни, то есть так, чтобы всем стало ясно, что его смерть послужила наказанием его матери. Иными словами, приютившая Элияху женщина поняла, что Элияху пришел к ней не для того, чтобы вознаградить ее за ее заслуги, а для того, чтобы наказать ее за ее грехи, и именно об этом она скажет Элияху в следующем предложении. Остается понять, почему эта женщина решила, что смерть ее сына послужила ей наказанием, ведь очень часто встречается, что люди умирают от разных болезней, поражающих их совершенно естественным образом. Мальбим по этому поводу пишет, что болезнь, поразившая сына этой женщины, была не похожа на обычную болезнь. Обычные болезни начинаются с легких симптомов, а затем состояние больного постепенно ухудшается вплоть до летального исхода. В данном случае болезнь внезапно обрушилась на сына этой женщины в полную силу, из-за чего он сразу слег и умер. Такая болезнь очень похожа на наказание за грехи, и именно так она была расценена этой женщиной.

  18. И сказала она Элияху: «Что мне и тебе, муж Бога? Пришел ты ко мне напомнить грех мой и умертвить сына моего?».

    В смерти своего сына эта женщина обвинила Элияху. Первый заданный ей вопрос означает: «Какова причина вражды и ненависти, которую ты испытываешь ко мне? Ведь ничего плохого я тебе не сделала!».

    Объясняя смысл второго заданного этой женщиной вопроса, большинство комментаторов основываются на сказанном в мидраше Берешит Раба (50, 11). В соответствии с этим мидрашем, эта женщина сказала Элияху, что, пока он не появился в ее доме, Бог сравнивал ее деяния с деяниями остальных жителей Царфата, и по сравнению с ними она считалась праведницей, достойной защиты Бога. Но по сравнению с Элияху она не праведница, а грешница, и после того как он поселился в ее доме, Бог стал видеть лишь ее грехи, что и послужило причиной смерти ее сына.

    Это объяснение приводит в своем комментарии, в частности, Ральбаг, но, кроме этого, он пишет, что Бог спрашивает с праведников гораздо строже, чем с людей, которые праведниками не являются. Иными словами, за свои проступки праведники расплачиваются гораздо дороже, чем обычные люди, и примером этому служит рассказ о посетившем Бейт Эль пророке, который поплатился жизнью за то, что там пообедал (см. главу 13). Поэтому, вполне возможно, что эта женщина решила, что раньше Бог прощал ей грехи, но затем в ее доме поселился праведник Элияху, к которому Бог относится гораздо строже, чем к обычным людям, и это отношение затрагивает не только самого Элияху, но и всех, кто проживает с ним под одной крышей.

    Мальбим пишет, что после смерти своего сына эта женщина заподозрила Элияху в том, что он обманул ее, и чудо не заканчивающихся муки и масла он сотворил не по слову Бога, а с помощью магии, либо используя некие силы природы. В таком случае Элияху совершил грех, а она стала его соучастницей, за что и поплатилась смертью своего сына. Кроме этого, Мальбим пишет, что даже если эта женщина не заподозрила Элияху в использовании магии и сил природы, она знала о том, что за чудо, сотворенное по отношению к определенному человеку, Бог взимает плату в виде его заслуг. В таком случае за чудо бесконечных продуктов Бог снял все ее заслуги, а грехи остались, вследствие чего она превратилась в полную грешницу и была наказана смертью ее сына.

  19. И сказал он ей: «Дай мне сына твоего!», и взял он его из объятий ее, и поднял его в мансарду, в которой живет он там, и положил его на кровать свою.

    Здесь не сказано, что женщина отдала Элияху своего мертвого сына, а сказано, что он взял его из ее объятий. Это указывает на то, что она не хотела его отдавать, но в то же время побоялась его ослушаться.

    В описываемый здесь исторический период крыши домов были плоскими, но иногда на них надстраивали второй этаж, который здесь назван мансардой за неимением более подходящего аналога этого слова, вошедшего в употребление значительно позже. Здесь говорится о том, что в такой мансарде проживал Элияху, и это говорит о том, что он не только питался, но и проживал в доме этой женщины. «Даат Микра» пишет, что Элияху скрывался в этой мансарде и почти не покидал ее из-за того, что Ахав потребовал экстрадиции Элияху у правителей соседних государств, если он будет обнаружен на подвластной им территории.

    Серия следующих один за другим глаголов «и сказал…, и взял…, и поднял…, и положил…» говорит о том, что все указанные действия Элияху проделал очень быстро.

  20. И воззвал он к Господу, и сказал он: «Господь, Бог мой! И на вдову, с которой я проживаю, навел Ты зло, умертвить сына ее?!».

    В Торе содержится целый ряд запретов обижать, оскорблять и притеснять вдов, а также сказано, что сам Бог выступает защитником вдов и сирот (см. Дварим 10, 18). Таким образом, называя приютившую его женщину вдовой, Элияху намекает Богу, что, умертвив ее сына, Он поступил вразрез с тем, что сказано в Торе.

    Предлог «и», которым Элияху начинает свой риторический вопрос, следует понимать как «даже». Это говорит о том, что, кроме вдовы, Бог навел зло на кого-то еще, и комментаторы предлагают несколько вариантов того, кого именно здесь имеет в виду Элияху. По мнению «Мецудат Давид», Элияху имеет в виду себя самого. Он говорит о том, что мало того, что в наказание за то, что Элияху вызвал засуху, Бог сделал его бродягой, Он наказал даже приютившую его вдову! Неужели грех Элияху настолько велик, что Бог делает так, чтобы его никто не пускал себе в дом?! Похожего мнения придерживается Мальбим, с тем отличием, что он считает, что Элияху задает здесь Богу вопрос: «Неужели Ты настолько гневаешься на меня, что от Твоего гнева страдают находящиеся рядом со мной люди?!».

    «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому Элияху здесь говорит о том, что мало того, что в виде засухи Бог навел зло на весь еврейский народ, а Элияху сделал бродягой и подверг всяческим лишениям, Он причинил зло даже приютившей Элияху несчастной вдове!

    По мнению Абарбанэля, с помощью предлога «и» Элияху сравнивает произошедшее с вдовой с тем, что произошло с отстроившим Йерихо Хиэлем, который также лишился всех своих сыновей в ходе затеянного им строительства (см. главу 16, предложение №34). В таком случае, Элияху здесь говорит о том, что, умертвив сына приютившей его вдовы, Бог поступил так же, как в случае злонамеренно отстроившего Йерихо Хиэля, то есть не сделал различия между тем, кто делает добро, и тем, кто творит зло.

  21. И примерился он к мальчику три раза, и воззвал к Господу, и сказал: «Господь, Бог мой, верни, пожалуйста, душу мальчика этого внутрь него!».

    Операцию, трижды проделанную Элияху, впоследствии проделал также его ученик Элиша, о чем рассказывается во Второй Книге Царей (4, 34). Из того, что там сказано, следует, что Элияху лег сверху на тело ребенка таким образом, чтобы его глаза, рот и ладони соприкасались с соответствующими частями тела мальчика. При этом он трижды взывал к Господу, как сказано во второй части нашего предложения.

    Комментаторы по-разному объясняют смысл того, что сделал Элияху. Ральбаг и «Мецудат Давид» считают, что таким образом Элияху передал телу ребенка некоторую толику своей жизненной энергии. Мальбим пишет, что так Элияху подготовил тело мальчика к возвращению в него души, и ему пришлось ложиться на него трижды, так как душа состоит из трех составляющих. Но вернуть душу в тело мальчика он не мог, и для этого ему пришлось взывать к Богу. По мнению Радака, Элияху ложился на тело ребенка для того, чтобы максимально сосредоточиться на произносимом им обращении к Богу, а кроме того, чтобы сделать ему искусственное дыхание и согреть его теплом своего тела, чтобы облегчить процесс возвращения в него души.

    Слова «аль кирбо» (על קרבו) переведены здесь как «внутрь него» в соответствии с мнением «Мецудат Цион», специализирующегося на толковании трудных слов. Вместе с этим, Ральбаг и «Даат Микра» понимают эти слова «во внутренности его», имея в виду внутренние органы этого ребенка. Ральбаг по этому поводу пишет, что внутренние органы человека заставляет работать его душа, и в особенности это относится к сердцу, которое, работая, оживляет все остальные внутренние органы.

  22. И услышал Господь голос Элияху, и вернул Он душу мальчика этого внутрь него, и ожил он.

    Здесь говорится о том, что Бог услышал обращенную к Нему молитву Элияху, вернул душу в тело мальчика, и он ожил. «Даат Микра» пишет, что он не просто ожил, но также выздоровел, несмотря на то, что до своей смерти он был тяжело болен.

  23. И взял Элияху мальчика этого, и спустил его из мансарды в дом, и отдал его матери его, и сказал Элияху: «Смотри, жив сын твой!».

    Слово «дом» здесь означает первый этаж дома, место проживания приютившей Элияху женщины и ее сына. Элияху взял ожившего ребенка на руки, снес на первый этаж, где возвратил его матери.

  24. И сказала женщина эта Элияху: «Теперь узнала я, что муж Бога ты, и слово Господа в устах твоих истинно!».

    Увидав своего ожившего сына, женщина говорит Элияху о том, что теперь она узнала, что он – муж Бога, то есть пророк. Но до этого с помощью Элияху она и ее сын избежали голодной смерти, воочию увидев чудо не заканчивающихся горшка с мукой и фляги с маслом, из чего вполне определенно следовало, что поселившийся в доме этой женщины Элияху являлся мужем Бога. Поэтому все без исключения комментаторы задаются вопросом: почему эта женщина говорит Элияху о том, что она узнала, что он является мужем Бога лишь только после того как он оживил ее сына? К этому можно добавить, что эта женщина назвала Элияху мужем Бога еще до того как он оживил ее сына (см. предложение №18), а теперь она говорит о том, что только теперь узнала это.

    Самое простое объяснение этой неувязки дает «Даат Микра», который пишет, что и ранее эта женщина знала, что Элияху является мужем Бога, но теперь, когда он оживил ее сына, что под силу лишь очень сильному пророку, она в этом окончательно убедилась. По мнению Ральбага и «Мецудат Давид», когда Элияху сказал этой женщине о том, что мука и масло в ее доме не закончатся вплоть до прекращения засухи, она подозревала, что Элияху услышал об этом не от Бога, а от другого пророка. Обладая этой информацией, он явился в ее дом, чтобы самому не умереть от голода. Но теперь, когда он оживил ее ребенка, она поняла, что все, что Элияху говорил ей от имени Бога, он сам от Него услышал, и все его слова истинны, включая сказанное о муке и масле. Как было сказано в комментарии в предложению №18, Мальбим считает, что приютившая Элияху женщина заподозрила его в том, что чудо не заканчивающихся муки и масла Элияху сотворил не по слову Бога, а с помощью магии или используя некие силы природы. В соответствии с этим, здесь она говорит Элияху о том, что все ее подозрения относительно него были напрасными.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator