Первая Книга Царей

Глава 16

  1. И было слово Господа к Яху, сыну Ханани, о Бааше, говоря:

    Имя Яху (יהוא) означает «Бог Он», а имя Ханани (חנני) является, по всей видимости, укороченным Хананья (חנניה), что означает «Одарил Бог».

    Конструкция «И было слово Господа…» в ТАНАХе означает начало пророчества, таким образом, здесь говорится о том, что Бог обратился к Яху, сыну Ханани с пророчеством относительно Бааши. Следует заметить, что пророк Яху упоминается здесь и по своему имени, и по имени своего отца, а в мидраше Ваикра Раба (6, 6) сказано, что если пророк упоминается в ТАНАХе по имени отчеству, то это означает, что и он, и его отец были пророками. Про Ханани в Книге Царей не рассказывается ни слова, но во Второй Книге Хроник (16, 7 и далее) рассказывается о том, что Ханани-провидец упрекал Асу за то, что он в войне против Бааши предпочел заручиться поддержкой не Бога, а Бен Хадада.

  2. «Из-за того что поднял Я тебя из праха, и поставил Я тебя правителем над народом Моим Израилем, и пошел ты путем Яравама, и склонил к греху народ Мой Израиль, гневить Меня грехом их,

    В последнем предложении предыдущей главы было сказано, что Бааша, уничтожив все семейство Яравама и тем самым выступив орудием исполнения вынесенного Яраваму приговора, грешил точно так же, как грешили Яравам и его сын Надав. Поэтому неудивительно, что он заслужил наказание, идентичное наказанию Яравама. О том, что Бог вынес Бааше такое же наказание, как Яраваму, будет сказано ниже, но намек на это содержаться и в том, что говорится в нашем предложении. Начало пророчества Яху, сына Ханани очень похоже на начало пророчества Ахии шилонца, которое было им передано жене Яравама, посетившей его для того, чтобы узнать об участи, ожидавшей ее сына Авию (см. главу 14, предложение №7). Различие между сказанным там и здесь состоит лишь в том, что Ахия сказал, что Бог поднял Яравама «из народа этого», а Яху говорит, что Он поднял Баашу «из праха». Следует заметить, что слово «поднял» и там и здесь Йонатан переводит на арамейский как «выделил».

    Как описывалось в предыдущих главах, начиная с периода правления Яравама, еврейское население Израиля придерживалось изобретенной Яравамом религии, то есть служило не Богу, а золотым тельцам. Несмотря на это, в нашем предложении Бог дважды называет еврейский народ «народ Мой Израиль», подразумевая еврейское население царства Бааши. Это говорит о двух вещах. Во-первых, это говорит о том, что Бог продолжает любить еврейский народ даже в том случае, когда евреи грешат, массово поклоняясь идолам. Во-вторых, называя евреев «народ Мой Израиль», Бог подчеркивает тяжесть греха, совершенного Баашой, который склонил народ Бога к поклонению идолам.

  3. Вот, убираю Я за Баашой и за домом его, отдам Я дом твой как дом Яравама, сына Нвата.

    Здесь Бог говорит о том, что Он поступит с семейством Бааши точно так же, как Он поступил с семейством Яравама.

    О том, что Бог уберет за домом Яравама, в свое время говорил Ахия шилонец посетившей его жене Яравама, и о том, что это означает, можно прочесть в комментарии к главе 14, предложению №10. Вместе с этим, следует заметить, что в слове «за» содержится намек на то, что приговор будет приведен в исполнение только после смерти Бааши, точно так же, как это случилось по отношению к семейству Яравама.

  4. Умершего у Бааши в городе будут есть собаки, а умершего у него в поле будут есть птицы небесные».

    Сказанное здесь практически дословно повторяет слова Ахии шилонца относительно участи семейства Яравама (см. главу 14, предложение №11). Это означает, что ни один из членов семейств Яравама и Бааши не удостоится быть преданным земле, и трупы их достанутся животным и птицам, питающимся падалью.

  5. И остальные деяния Бааши, и то, что он сделал, и мужество его, все они записаны в книге «Летопись царей Израиля».

  6. И лег Бааша с отцами его, и был похоронен в Тирце, и стал царствовать Эла, сын его, вместо него.

    Несмотря на приговор, вынесенный Богом семейству Бааши, сам он умер естественной смертью и был похоронен с царскими почестями в городе Тирце, который служил столицей Израиля со времен Яравама.

    Имя Эла́ означает либо «фисташковое дерево» (см. комментарий к главе 13, предложению №14), либо «Бог – Господь».

  7. И также Яху, сыну Ханани, пророку, слово Господа было о Бааше и о доме его, и за все зло, которое делал он в глазах Господа, гневить Его деянием рук его, быть как дом Яравама, и за то, что побил он его.

    Пророчество Яху уже было приведено выше, в предложениях №2-4, а здесь о пророчестве Яху рассказывается еще раз, причем содержание его в основном повторяет то, что было приведено выше. Идет ли здесь речь о новом пророчестве Яху, или это было все то же пророчество, о котором рассказывалось выше? Любой ответ на этот вопрос порождает новые вопросы. Если в нашем предложении говорится все о том же пророчестве, почему о нем рассказывается еще раз? А если здесь идет речь о новом пророчестве Яху, то почему оно в основном повторяет предыдущее? Часть комментаторов считает, что здесь говорится все о том же пророчестве Яху, о котором рассказывалось выше, а другая их часть утверждает, что здесь идет речь о новом пророчестве.

    Рассмотрим, как отвечают на вышеприведенный вопрос те комментаторы, которые считают, что здесь говорится все о том же пророчестве Яху, которое было приведено выше. По мнению «Даат Микра», повтор этого пророчества говорит о том, что после того как Эла сменил Баашу на троне, к нему явился Яху, который пересказал Эле свое пророчество и разъяснил новому царю, какое будущее ожидает его в том случае, если он пойдет по стопам своего отца. «Мецудат Давид» дает, на мой взгляд, несколько притянутое за уши объяснение. В соответствии с ним, в вышеприведенном пророчестве (см. предложение №2) было сказано о том, что семейство Бааши будет наказано за то, что Бааша склонял к греху своих подданных, но не сказано, что он понесет наказание также за свои собственные грехи. В нашем предложении это упущение исправлено, и в нем рассказывается о том, что в вышеприведенном пророчестве говорилось и о том, что Бааше понесет наказание и за свои собственные злодеяния.

    Ральбаг считает, что здесь говорится о новом пророчестве Яху. В общих чертах оно действительно повторяло первое пророчество, но в нем было сказано также о том, что Бааша понесет наказание и за то, что он полностью уничтожил потомков Яравама (о причине этого – см. ниже в комментарии). Мальбим пишет, что первое пророчество посетило Яху еще во время правления Бааши, и тогда Бог просто сообщил Яху о том, что ожидает семейство Бааши, но не дал никаких оперативных указаний. Сын Бааши Эла был не меньшим грешником, чем его отец, то есть был грешником уже во втором поколении. Поэтому во время его правления настало время для исполнения вынесенного семейству Бааши приговора. В данной ситуации Бог обращается к Яху во второй раз, и велит ему явиться к Эле, чтобы сообщить ему о том, что его ожидает в том случае, если он не одумается.

    Здесь говорится о том, что семейство Бааши будет наказано за два совершенных Баашой греха: за то, что он, подобно семейству Яравама, сам грешил идолопоклонством и склонял к этому свой народ, а также за то, что он перебил все семейство Яравама. Относительно наказания за первый грех особых вопросов не возникает, но относительно наказания за второй требуется понять, почему уничтожение семейства Яравама было засчитано Бааше за грех, ведь он явился исполнителем вынесенного этому семейству Богом смертного приговора? Комментаторы объясняют это двумя способами. В соответствии с одним из них, ответ на этот вопрос содержится в нашем предложении. Здесь сказано, что семейство Бааши грешило точно так же, как ранее это делало семейство Яравама, иными словами, Бааша был таким же грешником как Яравам, поэтому у него не было никакого права убивать Яравама даже во имя исполнения приговора, вынесенному Яраваму Богом. «Мецудат Давид» по этому поводу пишет, что, так как Бааша соответствовал Яраваму по уровню праведности, но уничтожение семейства Яравама Баашой было расценено Богом как пролитие невинной крови, а Мальбим добавляет, что именно по этой причине сын Бааши Эла погибнет в результате мятежа, точно так же, как погиб Надав, сын Яравама.

    В соответствии с другим объяснением, Бааша понес наказание за то, что перебил семейство Яравама не из-за того, что хотел привести в исполнение приговор, вынесенный Богом, а лишь потому что желал избавиться от всех представителей предыдущей царской династии, которые в будущем могли отобрать у него трон. Таким образом, в соответствии с этим объяснением, уничтожение семьи Яравама Баашой было расценено Богом как обычное убийство.

    «Даат Микра» приводит мнение, согласно которому завершающую наше предложение фразу следует читать как «и о том, кто побил его». Если это так, то в конце нашего предложения рассказывается о том, что Бог рассказал Яху не только о том, что семейство Бааши будет уничтожено, но и о том, кто именно приведет этот приговор в исполнение.

  8. В год двадцати шести лет Асы, царя Йехуды, стал царствовать Эла, сын Бааши, над Израилем в Тирце два года.

    Бааша стал царем в третий год правления Асы, и царствовал на протяжении двадцати четырех лет (см. главу 15, предложение №33). А здесь говорится о том, что в двадцать шестой год правления Асы Баашу сменил на троне его сын Эла. Такое возможно лишь в том случае, если первый год правления Бааши был неполным, то есть длился не двенадцать месяцев, а лишь до наступления месяца нисана, как писалось выше в комментарии.

    Здесь также говорится о том, что Эла правил Израилем два года, но в предложении №15 будет сказано, что в двадцать седьмой год правления Асы Израилем он был убит заговорщиком. Это говорит о том, что два года царствования Элы также были неполными, и на самом деле он правил всего лишь год с небольшим.

  9. И связал на  него раб его Зимри, вельможа половины колесниц, а он в Тирце, пьет до пьяна в доме Арцы, который над домом в Тирце.

    Наказание, постигшее семейство Бааши за его грехи и, в частности, за то, что он уничтожил потомков Яравама, было установлено Богом в соответствии с принципом «мера за меру». Так же, как Бааша организовал заговор против сына Яравама Надава (см. главу 15, предложение №27), точно такой же заговор был организован против сына Бааши Элы. Кроме этого, следует заметить, что Надав был убит Баашой в то время, когда он командовал осадой Гибтона. Эла, как здесь сказано, в момент своего убийства находился в своей столице Тирце, но из того, что будет сказано в предложении №15, следует, что в то время его армия снова осаждала Гибтон.

    Итак, в начале нашего предложения рассказывается о том, что против Элы, сына Бааши, был организован заговор, и его инициатором выступил раб Элы Зимри. Как неоднократно писалось в комментарии выше, понятие «раб» по отношению к царю означает не царского раба, а его придворного, и в нашем случае такое понимание подтверждается тем, что Зимри, как здесь сказано, занимал при Эле должность вельможи половины колесниц. Что это означает? Большинство комментаторов считает, что боевые колесницы, являвшиеся частью войска Элы, были поделены на два корпуса, и одним из этих корпусов командовал Зимри. По мнению Мальбима, Зимри являлся не военным, а гражданским лицом (подробней об этом ниже), и в таком случае, он не командовал одним из корпусов боевых колесниц, а был кем-то вроде одним из двух министров обороны, которые несли ответственность за все связанное с царскими боевыми колесницами.

    В тот момент, когда заговор против Элы перешел в оперативную стадию, сам Эла, как здесь сказано, находился в своей столице Тирце (несмотря на то, что его армия занималась осадой Гибтона), а точнее, в доме Арцы, придворного, несшего ответственность за управление царским дворцом в плане логистики. В доме Арцы Эла занимался тем, что пьянствовал со своими приближенными, в круг которых входил и сам хозяин дома.

    Несмотря на то, что заговор против Элы по нескольким параметрам был очень похож на заговор против Надава, Мальбим находит между ними существенное отличие. Надав был убит в то время, когда командовал осадой Гибтона, из чего следует, что заговор против него был спланирован и осуществлен группой его старших офицеров, в число которых входил Бааша. В заговоре против Элы участвовали лишь гражданские люди (отсюда следует, что и Зимри не служил в армии), и поэтому для его осуществления они выбрали момент, когда царь находился в столице, а вся его армия и поддерживавшие сына своего боевого товарища офицеры находились вне города, сражаясь под стенами Гибтона против плиштим.

    Имя Зимри было очень распространено в еврейском народе, и впервые оно упоминается в Торе (Бамидбар 25, 14) во время рассказа о странствиях евреев по пустыне. По всей видимости, имя Зимри является укороченным именем Зимрияху, которое присутствует на одной из древних печатей, найденных в ходе археологических раскопок. Имя Зимри означает «Бог даст мне мужество и силу победить врагов моих».

    Имя Арца (ארצא), по всей видимости, является производным от слова «арец» (ארץ), что означает «земля» или «страна».

  10. И пришел Зимри, и ударил его, и умертвил его в год двадцать седьмой Асы, царя Йехуды, и стал царствовать вместо него.

    Те комментаторы, которые считают, что Зимри был старшим офицером царской армии, говорят о том, что для осуществления заговора он оставил войска и вернулся в столицу для осуществления своего заговора. На первый взгляд, такое объяснение выглядит довольно странным, но следует помнить, что, согласно этой версии, Зимри командовал корпусом боевых колесниц, которые широко использовались в ходе маневренных военных действий на открытой равнинной местности, но во время осады почти не находили применения.

    Слова «и ударил его, и умертвил его» означают, что Зимри нанес Эле смертельную рану холодным оружием, кинжалом или мечом.

  11. И было по воцарению его, как сел он на трон свой, побил он весь дом Бааши, не оставил у него мочащегося на стену, и освободителей его, и ближнего его.

    Здесь рассказывается о том, что сразу же после того, как Зимри занял трон, он первым делом расправился со всем семейством Бааши, а не только Элы. Это означает, что Зимри перебил всех родственников Элы, включая его братьев, дядьев, сыновей и т.д., в результате чего весь род Бааши был полностью уничтожен. Точно также в свое время поступил сам Бааша, уничтожив весь род Яравама (см. главу 15, предложение №29).

    О том, что означает идиома «мочащийся на стену», см. комментарий к главе 14, предложению №10. Вкратце следует сказать, что здесь говорится о том, что Зимри не пощадил в семействе Бааши ни единого мужчины.

    Под словом «освободители» здесь подразумеваются так называемые «освободители крови», то есть родственники убитого, на которых Тора (Бамидбар 35, 12-19) возлагает обязанность совершения кровной мести. Кроме этого, освободители обязаны выкупать имущество своего родственника, проданное или заложенное им в виду тяжелого финансового положения (см. Ваикра 25, 25). Таким образом, слово «освободители» в данном случае означает родственников Бааши.

    Ближние Бааши – это его друзья и сподвижники. Следует обратить внимание на то, что в нашем предложении слово «ближний» стоит в единственном числе, в отличие от слова «освободители». По мнению «Даат Микра», конец нашего предложения следует понимать как «и каждого его ближнего». Кроме этого, одной из высших придворных должностей была должность ближнего царя, в обязанности которого входили функции старшего царского помощника и советника (см. главу 4, предложение №4), и «Мецудат Давид» считает, что в конце нашего предложения идет речь об уничтожении именно этого придворного.

    В любом случае, расправившись с семейством Бааши, а также с его друзьями, сподвижниками и всеми родственниками, Зимри уничтожил всех возможных претендентов на престол и всю потенциальную оппозицию, чем заметно упрочил свою власть в подвластном ему государстве.

  12. И уничтожил Зимри весь дом Бааши, как слово Господа, которое говорил Он о Бааше Яху-пророку.

    Из того, что будет сказано в предложении №15, следует, что Зимри уничтожил весь род Бааши всего лишь за семь дней.

    Как здесь сказано, это явилось исполнением пророчества Яху, которые было приведено выше, в предложениях №2-4. По мнению «Даат Микра», уничтожая род Бааши, Зимри действовал лишь ради собственной выгоды, не принимая во внимание, что своими действиями он выполняет волю Всевышнего. Мальбим придерживается противоположного мнения и пишет, что если уничтожение мужчин из дома Бааши было действительно обусловлено этими соображениями, то в нашем предложении рассказывается об уничтожении женщин. Женщины из дома Бааши не представляли опасности для власти Зимри, но все равно разделили участь своих мужчин во имя исполнения слова Бога, сказанного Им пророку Яху.

  13. За все грехи Бааши и грехи Элы, сына его, которыми грешили они и которыми склоняли к греху Израиль, гневить Господа, Бога Израиля, пустотой их.

    Здесь говорится о том, что род Бааши был уничтожен в наказание за его грехи и грехи его сына Элы. Как было сказано выше, эти грехи заключались в том, что они продолжали придерживаться придуманной Яравамом религии, основным элементом которой было поклонение золотым тельцам, и принуждали к этой религии еврейское население Израиля. Слово «пустота», в оригинальном тексте звучащее как «хевель» (הבל), в книгах пророков очень часто служит эвфемизмом понятия «идолопоклонство».

    Следует заметить, что здесь говорится о том, что Эла был точно таким же грешником, как его отец, хотя выше об этом не было сказано ни слова. Из этого следует, что, если бы Эла, подобно Асе, искоренил поклонение идолам в своем государстве и вернулся на путь служения Богу, его судьба сложилась бы иначе.

  14. И остальные деяния Элы, и все, что он сделал, все они записаны в Книге «Летопись царей Израиля».

    В отличие от предыдущих царей, здесь не только не указано место захоронения Элы, но и вообще не сказано о том, что он был похоронен. Это означает, что труп Элы был отдан на растерзание псам, как и было предсказано в пророчестве Яху, приведенном в предложениях №2-4.

  15. В год двадцати семи лет Асы, царя Йехуды, стал царствовать Зимри семь дней в Тирце, а народ стоят лагерем на Гибтоне, который у плиштим.

    О привязке начала правления Зимри к годам правления Асы – см. комментарий к предложению №8.

    Здесь говорится о том, что Зимри процарствовал всего семь дней, и ниже будут описаны события, которые привели к скорому завершению его правления.

    В момент восшествия Зимри на царский престол, армия Израиля, как здесь сказано, «стояла лагерем на Гибтоне». Это означает, что в районе этого города, которым владели плиштим, армия Израиля вела затяжные военные действия, включавшие осаду Гибтона, для чего встала лагерем в его окрестностях. В главе 15, предложении №27, говорилось о том, что этот город осаждал также со своим войском Надав. Из этого следует, что попытки Израиля завоевать Гибтон начались во время правления Надава, и продолжались весь период царствования Бааши и Элы, то есть около двадцати пяти лет.

  16. И услыхал народ, стоящий лагерем, говоря: «Связал Зимри, а также побил он царя!», и сделали царем весь Израиль Омри, военачальника Израиля, в тот день в лагере.

    Весть об осуществлении заговора против законного царя Элы, а также о том, что царем вместо него стал убивший его Зимри, достигла военного лагеря, который разбили возле Гибтона осаждавшие его военнослужащие армии Израиля. Словосочетание «весь Израиль» в данном случае означает всех воинов израильского войска, и здесь говорится о том, что все они отказались подчиниться власти Зимри, в тот же день провозгласив царем своего военачальника Омри.

    Если принять во внимание мнение Мальбима, приведенное в комментарии к предложению №9, решение военнослужащих армии Израиля не подчиняться власти Зимри и сделать царем своего военачальника становится совершенно понятным. Мальбим считает, что отец Элы Бааша, до того как стал царем, был одним из старших офицеров израильского войска, и во время его правления, а также правления его сына Элы, армия обладала определенными привилегиями. Зимри же был придворным, то есть сугубо гражданским лицом, и, когда он занял трон, верхушка израильского войска стала опасаться, что ее влияние на происходящее в государстве заметно уменьшится. Поэтому они отказались подчиниться власти Зимри и провозгласили царем своего командующего Омри, а так как армия была единственной силовой структурой, на которую опиралась царская власть в Израиле, этим решением участь Зимри была предрешена. По мнению других комментаторов, Зимри также был военным, и он командовал корпусом боевых колесниц (см. комментарий к предложению №9). В таком случае следует сказать, что военнослужащие отказались подчиниться его власти, так как возмутились самим фактом узурпации власти посредством кровавого заговора (что не произошло, когда то же самое совершил Бааша).

    Как относительно Зимри, так и относительно Омри Книга Царей не указывает ни имени его отца, ни колено, представителем которого он являлся. Но ниже (см. главу 21, предложения №1-2) будет рассказано о том, что сын Омри Ахав владел землями в районе Изреэля, города, принадлежавшего колену Иссахара. Кроме этого, в Первой Книге Хроник (27, 18) сказано, что во времена Давида главой колена Иссахара был Омри, сын Михаэля, и, возможно, наш Омри был одним из его потомков. На основании этого можно заключить, что Омри, как и Бааша, принадлежал к колену Иссахара, тем более что в целях укрепления своей власти Бааше было выгодно назначить на должность военачальника представителя своего колена.

    Значение имени Омри в настоящее время утеряно, но, возможно, оно является укороченным Омрия, так как в древних ассирийских текстах царство Израиля нередко называется «Бит Куумрия», что переводится как «Дом Омрии».

  17. И поднялся Омри, и весь Израиль с ним, из Гибтона, и осадили они Тирцу.

    Столица Израиля Тирца, как было сказано выше, находилась в горной части надела колена Менаше, а город Гибтон находился в районе Прибрежной низменности. Поэтому переход Омри и его армии из Гибтона в Тирцу обозначен здесь глаголом «поднялся». Кроме этого, этот глагол в данном случае может означать «поднялся на войну».

    Итак, здесь рассказывается о том, что провозглашенный армией царь Омри снял осаду Гибтона и явился под стены Тирцы, в которой находился Зимри, чтобы завоевать этот город и сбросить Зимри с трона. А так как Тирца, служившая столицей Израильского царства еще со времен Яравама, была хорошо укрепленным городом, с ходу взять ее штурмом было невозможно, и Омри не оставалось ничего другого, кроме как начать ее осаду.

  18. И было, как увидал Зимри, что пойман город этот, и пришел он во дворец царского дома, и сжег он на нем царский дом огнем, и умер он.

    В начале нашего предложения рассказывается о том, что когда Зимри увидал, что его столица обложена армией, которую он до этого момента считал своей, он понял, что дни его сочтены. Относительно того, о чем говорится далее, мнения комментаторов расходятся.

    Во-первых, это касается фразы «дворец царского дома». Так как царский дом сам по себе обычно является дворцом, то эта фраза определенно требует объяснения. «Даат Микра» пишет, что в те времена часть царского дворца представляла собой крепость, и здесь говорится о том, что Зимри забаррикадировался в укрепленной части своего жилища, но из перевода на арамейский Йонатана следует, что слово «дворец» в данном случае означает «тронный зал», и «Мецудат Цион» придерживается мнения Йонатана.

    Во-вторых, комментаторы расходятся во мнениях о том, кто именно сжег Зимри. По мнению «Даат Микра» и «Мецудат Давид», Зимри вместе с дворцом сжег Омри после того как ворвался в город. Абарбанэль считает, что царский дворец вместе с собой сжег сам Зимри, покончив таким образом жизнь самоубийством, и о том же пишет Йосиф Флавий в своей книге «Еврейские древности».

  19. За грехи свои, которыми грешил он, делать зло в глазах Господа, идти путем Яравама, и за грех свой, который совершил он, склонять к греху Израиль.

    Это предложение следует читать вместе с окончанием предыдущего, то есть, его следует читать как «И умер он за грехи свои…».

    В предложении №15 говорилось о том, что Зимри пробыл царем всего семь дней, и комментаторы удивляются, как за это короткое время он мог так нагрешить, что умер, будучи заживо сожженным. По мнению Мальбима, за эти семь дней Зимри вообще не успел нагрешить, но он принял решение о том, что во время своего правления он будет следовать религии Яравама и принуждать к ней свой народ, за что и был наказан. Следует заметить, что это объяснение выглядит довольно странным, так как Бог всегда судит людей за их поступки, а не за их намерения. Радак и «Мецудат Давид» считают, что указанные здесь грехи Зимри совершил еще до того как стал царем, во время своего пребывания на должности вельможи половины колесниц: он сам служил золотым тельцам и принуждал к этому своих подчиненных.

  20. И остальные дела Зимри, и связь, которую связал он, все они записаны в книге «Летопись царей Израиля».

    По мнению Радака, во время семидневного пребывания на троне Зимри не успел сотворить дел, достойных упоминания в книге «Летопись царей Израиля», и все, что о нем написано в этой книге, относится к тому периоду, когда он занимал должность вельможи половины колесниц. Доказательством версии Радака служит фраза «связь, которую связал он», что означает «заговор, который он организовал». Заговор Зимри имел место еще до того как он стал царем, и, несмотря на это, о нем рассказывается в книге «Летопись царей Израиля».

  21. Тогда разделился народ Израиля наполовину: половина народа была за Тивни, сыном Гината, для воцарения его, и половина за Омри.

    Здесь говорится о том, что после гибели Зимри в населявшем Израиль народе произошел раскол. Евреи разошлись во мнениях относительно того, кто должен стать их следующим царем, и силы распределились примерно поровну. Одна половина народа поддерживала Омри, которого провозгласила царем армия, а другая половина поддерживала человека, которого звали Тивни, сын Гината.

    Почему раскол случился лишь после смерти Зимри? Мальбим пишет, что, пока Зимри был жив, весь народ объединился для того, чтобы его свергнуть, и даже те люди, которые считали, что Омри не подходит для царствования, в то время его поддерживали. Но после того как Зимри погиб, часть народа объявила о том, что, по их мнению, Тивни, сын Гината, для трона подходит больше, чем Омри, и это послужило началом раскола в населявшем Израиль еврейском народе.

    Книга Царей не указывает род занятий Тивни, сына Гината, но «Даат Микра» пишет, что, так как Зимри и Омри были военными, логично предположить, что военным был также Тивни, сын Гината.

    Имя Тивни больше нигде в ТАНАХе не встречается, и его значение в настоящее время утеряно. Но имя его отца Гината, по всей видимости, происходит от названия его родного города Эйн Ганим. В Книге Йехошуа (19, 21) рассказывается о том, что во время раздела территории Кнаана этот город отошел к наделу колена Иссахара, а в настоящее время он представляет собой Дженин, один из крупных арабских городов Самарии. Если отец Тивни происходил из города Эйн Ганим, то Тивни, так же как Омри, принадлежал к колену Иссахара.

    Вследствие упомянутого здесь раскола создалась ситуация, при которой Израилем правили сразу два царя, и это продолжалось на протяжении пяти лет, как следует из того, что будет сказано в предложении №23.

  22. И осилил народ, который за Омри, народ, который за Тивни, сына Гината, и умер Тивни, и стал царствовать Омри.

    По мнению «Даат Микра», слово «народ» здесь следует понимать как «войско», и  таком случае здесь идет речь о военной победе, одержанной войском Омри над войском Тивни.

    Из сказанного в нашем предложении создается впечатление, что Тивни умер естественной смертью, но в Талмуде говорится о том, что он был убит, и об этом пишет также Йосиф Флавий. Раши и «Мецудат Давид» приводят в своих комментариях сказанное в книге «Седер Олам Раба» (глава 17). Там говорится о том, что Тивни был убит после женитьбы сына Асы Йехошафата на дочери Омри. Этот брак был явно династическим, вследствие него влияние Омри существенно возросло, и он открывал путь к миру, взаимопониманию и даже к объединению двух еврейских государств. Пребывание Тивни на троне всему этому препятствовало, что и предрешило его печальную судьбу.

  23. В год тридцати одного года Асы, царя Йехуды, стал царствовать Омри над Израилем двенадцать лет, в Тирце царствовал он шесть лет.

    В первой части нашего предложения рассказывается о том, что Омри стал царствовать над Израилем в тридцать первый год царствования Асы над Йехудой, после чего царствовал в течение двенадцати лет. Комментаторы обращают внимание на то, что, как было сказано в предложении №15, Зимри, правивший до Омри, занял престол в двадцать седьмой год правления Асы, после чего процарствовал всего лишь семь дней. Это означает, что на самом деле Омри был провозглашен царем также в двадцать седьмой год правления Асы (см. предложение №16), а здесь говорится о том, что он стал царем лишь через пять лет. Это означает, что лишь в тридцать первый год правления Асы его власть стала единоличной, а до этого, в течение пяти лет, он делил ее с Тивни, сыном Гината.

    Как здесь сказано, Омри правил Израилем в течение двенадцати лет. Но ниже (см. предложение №29) будет сказано, что сын Омри Ахав занял трон в тридцать восьмой год правления Асы, а это возможно лишь в том случае, если указанные здесь двенадцать лет правления Омри включают в себя те пять лет, в течение которых он делил власть с Тивни, сыном Гината. Таким образом, двенадцать лет царствования Омри включают в себя пятилетний период двоевластия и семь лет единоличного правления Израильским царством.

    Во второй части нашего предложения говорится о том, что в течение шести первых лет царствования Омри столицей ему служил город Тирца, получивший этот статус еще во времена Яравама. После этого он перенес свою столицу в город Шомрон, о котором пойдет речь в следующем предложении.

  24. И купил он гору Шомрон у Шемера за два кикара серебра, и построил он гору эту, и назвал имя города, который построил он, по имени Шемер, господ горы Шомрон.

    Здесь рассказывается о том, как Омри основал (или купил – см. ниже) город Шомрон, служивший столицей всех следующих за ним царей Израильского царства и переживший свой второй расцвет во время правления Ирода Великого.

    В соответствии с прямым пониманием текста, здесь говорится о том, что Омри купил гору, которая впоследствии была им названа Шомрон, у человека, которого звали Шемер. На этой горе он основал город, названный им Шомрон по имени предыдущего владельца горы, а по имени этого города вся гора также получила название Шомрон. Так объясняет смысл сказанного в нашем предложении «Мецудат Давид», который также утверждает, что покупка горы и закладка города произошли в седьмой год правления Омри над Израилем.

    По мнению «Даат Микра», эти события произошли уже в первый год правления Омри, после чего тот в течение шести лет отстраивал и укреплял Шомрон, превращая его в свою новую столицу. «Даат Микра» также пишет, что причиной смены столицы с Тирцы на Шомрон послужила та легкость, с которой сам Омри завоевал Тирцу во время восстания против Зимри (см. предложения №17-18). Будучи профессиональным военным, Омри ясно видел недостатки Тирцы, связанные с ее топографическим расположением. Тирца была расположена в долине среди обступавших ее гор (разница высот между Тирцой и ближайшими к ней горами составляла 200-300м.), что создавало большие трудности для ее обороны. Именно этим было обусловлено решение Омри перенести свою столицу из Тирцы в гораздо лучше расположенный Шомрон.

    Анализируя сказанное в нашем предложении, можно прийти к выводу о том, что слова «гора» и «город» в нем являются синонимами. Очевидно, на этом основании Йонатан перевел на арамейский слова «купил он гору Шомрон» как «купил он город Шомрон», но слова «господ горы Шомрон» он переводит так, как они записаны в оригинальном тексте. Это означает, что, по мнению Йонатана, Омри купил у Шемера и город Шомрон, и гору, на которой он был расположен. Вслед за Йонатаном такого же мнения придерживается большинство комментаторов. Радак пишет, что Шомрон и до его покупки Омри был большим городом, и Омри лишь расширил его, укрепил и построил в нем свой дворец, превратив этот город в свою столицу. По мнению Ральбага и «Даат Микра», и город, и гора, до их покупки Омри носили название Шомрон по имени семьи Шемер, которая ими до этого владела. Об этом свидетельствует также тот факт, что Омри не стал называть новую столицу своим именем, как в те времена было принято (столица царя Шауля получила название Гиват Шауль, а столица Давида – Город Давида). «Даат Микра» также пишет, что по закону Торы (Ваикра 25, 10-33), проданные сельскохозяйственные земли во время так называемого йовеля (каждый пятидесятый год) возвращаются к их исконному владельцу, но к городским владениям это не относится. Из того, что город Шомрон не вернулся к семье Шемер, оставаясь столицей царства Израиля в течение всего оставшегося периода его существования, следует, что Омри купил не гору, на которой впоследствии произвел строительство, а уже существовавший город.

    По всей видимости, Шемер, у которого Омри купил Шомрон, являлся потомком семьи Шимрон из колена Иссахара (см. Первую Книгу Хроник 7, 1).

    Как здесь сказано, Омри заплатил Шемеру два кикара серебра. Кикар – это единица измерения массы, широко использовавшаяся евреями и другими народами на протяжении многих столетий. Что такое кикар и как он относится к такой единице измерения массы, как шекель, нам известно из того, что сказано в Торе (Шмот 38, 25-26). Там рассказывается о том, что все еврейские мужчины двадцати лет и старше пожертвовали по половине шекеля, а затем приводится вес собранного золота в кикарах (100 кикаров и 1775 шекелей). Так как количество жертвователей также известно (603,550 человек), то в результате арифметических расчетов получается, что 1 кикар равняется 3,000 шекелям. Шекель, как известно, весит 11 грамм, то есть 1 кикар весит 33 кг. Это означает, что Омри заплатил Шемеру 66кг. серебра.

    Описанная здесь покупка говорит в пользу Омри, который, будучи царем, мог просто конфисковать у Шемера для государственных нужд и город, и землю, но он предпочел купить их, заплатив за них хорошую цену.

    Город Шомрон находился на высоком холме, который господствует над близлежащей местностью, и в настоящее время представляет собой курган Себастия (32°16'34.73"N, 35°11'21.56"E), расположенный к западу от одноименной арабской деревни, в 1.5км. к северу от современного поселения Шавей Шомрон и в 10км. к северо-западу от Шхема:

    Шомрон

    Следует заметить, что название Себастия было дано Шомрону царем Иродом, который его заново отстроил в честь своего покровителя, римского императора Октавиана Августа, то есть Великолепного, что переводится на греческий как Себастус.

    В настоящее время курган Себастия выглядит так:

    Шомрон

  25. И делал Омри зло в глазах Господа, и злодействовал он больше, чем все, кто были до него.

    В следующем предложении будет сказано, что Омри продолжал придерживаться придуманной Яравамом религии, включавшей поклонение золотым тельцам. Поэтому комментаторы задаются вопросом: почему в нашем предложении говорится о том, что он злодействовал больше, чем все цари, которые правили ранее? Ведь этой же самой религии придерживался как сам Яравам, так и его сын Надав, а также царствовавшие после него Бааша, Эла и Зимри! Мальбим объясняет это тем, что Омри, кроме поклонения золотым тельцам Яравама, ввел в обиход новые виды идолопоклонства. Похожего мнения придерживается Ральбаг, который пишет, что, кроме поклонения тельцам, Омри совершал множество других грехов. Кроме этого, Ральбаг высказывает предположение, что, возможно, Омри запятнал себя лишь тем, что продолжал придерживаться придуманной Яравамом религии, но и этого было достаточно для того, чтобы о нем было сказано, что он злодействовал больше, чем кто-либо до него. Причина этого состоит в том, что Омри знал, что произошло с династиями Яравама и Бааши из-за их поклонения идолам, известно ему было и о связанных с ними пророчествах Ахии и Яху, и он должен был извлечь из этого вполне определенные выводы. Но никаких выводов Омри не сделал, продолжая следовать придуманной Яравамом религии, и тем самым проявив себя самым отъявленным злодеем и бунтовщиком против власти Всевышнего по сравнению с царями, которые правили до него.

  26. И ходил он каждым путем Яравама, сына Нвата, и по греху его, которым он склонял к греху Израиль, гневить Господа, Бога Израиля, пустотой их.

    Как указывалось в комментарии к предложению №13, слово «пустота» в ТАНАХе очень часто служит эвфемизмом идолопоклонства.

  27. И остальные деяния Омри, которые сделал он, и мужество, которое сделал он, все они записаны в книге «Летопись царей Израиля».

    Это предложение в основном повторяет то, что Книга Царей обычно указывает при подведении итогов правления того или иного царя. Следует обратить внимание лишь на то, что фраза «мужество, которое сделал он» говорит о победоносных войнах, которые профессиональный военный Омри вел во время своего правления. Как здесь сказано, сведения об этих войнах были записаны в недошедшей до нашего времени «Летописи царей Израиля», но одна из этих войн упоминается в надписи на стеле царя Моава Мейши, найденной в 19 веке в городе Дивон на территории современной Иордании. Эта стела посвящена божеству Моава Кмошу, она покрыта тридцатью шестью строками текста (из которых сохранились 34 строки), и в этом тексте Мейша, восхваляя Кмоша, описывает свое успешное восстание против Израиля. В частности, там сказано: «Омри, царь Израиля, и мучил он Моав многие дни (строки 4-5)…и захватил Омри Землю Мейдва, и сидел в ней дни его и половину дней сына его, сорок лет (строки 7-8)».

    Сам Мейша будет упомянут во Второй Книге Царей (3, 4), а его стела ранее представляла собой базальтовый монолит размерами в 124 х 71см, ныне разбитый арабами на множество фрагментов. В настоящее время стела Мейши хранится в Лувре и имеет следующий вид:

    Стела Мейши

  28. И лег Омри с отцами его, и был похоронен в Шомроне, и стал царствовать Ахав, сын его, вместо него.

    Как неоднократно указывалось выше, фраза «И лег … с отцами его» говорит о смерти от естественных причин.

    Омри был похоронен в царской погребальной пещере, расположенной в его новой столице Шомроне.

    Имя Ахав в ТАНАХе встречается очень редко (кроме царя Ахава, в Книге Ирмияху (29, 21) упоминается ложный пророк с тем же именем), но оно часто присутствует в печатях и надписях, найденных в ходе археологических раскопок. Имя Ахав (אחאב) состоит из двух слов «ах» (אח), что означает «брат», и «ав» (אב), что означает «отец». При этом слово «брат» используется в значении «друг», а слово «отец» указывает на Бога. Таким образом, имя Ахав означает «Друг мой – Бог» и оно является родственным имени Ахия.

  29. И Ахав, сын Омри, стал царствовать над Израилем в год тридцати восьми лет Асы, царя Йехуды, и царствовал Ахав, сын Омри, над Израилем в Шомроне двадцать два года.

  30. И делал Ахав, сын Омри, зло в глазах Господа больше всех, кто были до него.

    Здесь говорится о том, что в своих злодеяниях Ахав превзошел даже своего отца Омри, про которого выше (см. предложение №25) было сказано, что он злодействовал больше всех правивших до него царей.

  31. И было легким хождение его по грехам Яравама, сына Нвата, и взял он жену, Изевель, дочь Этбааля, царя цидонцев, и пошел он, и служил Баалю, и поклонялся ему.

    Здесь рассказывается о том, что Ахав не ограничился поклонением золотым тельцам Яравама, добавив к этому греху гораздо более тяжкий грех поклонения Баалю.

    Комментаторы несколько расходятся во мнениях относительно смысла фразы, которой начинается наше предложение. По мнению «Мецудат Давид», в ней говорится о том, что самым легким грехом Ахава было то, что он продолжал придерживаться придуманной Яравамом религии. Ральбаг и «Даат Микра», объясняя ее, пишут, что поклонение золотым тельцам Яравама было слишком легким грехом в глазах Ахава, поэтому он решил заняться поклонением идолу, которому поклонялись местные народы.

    Все началось с того, что Ахав взял в жены Изевель, дочь царя цидонцев Этбааля. Цидон – это город, расположенный на берегу Средиземного моря, в настоящее время он находится на территории современного Ливана (подробней об этом – см. комментарий к главе 5, предложению №20). В описываемый здесь исторический период Цидон был населен финикийцами и им правил потомок Хирама, друга и союзника царей Давида и Шломо (см. комментарий к главе 5, предложению №15). По всей видимости, после смерти Шломо и разделения единого еврейского государства на два царства их дипломатические отношения с Финикией либо были разорваны, либо сильно пострадали, и Ахав решил возродить былые связи, вступив в династический брак с финикийской принцессой.

    Имя Изевель (איזבל) является уникальным и нигде больше в ТАНАХе не встречается. Исследователи предполагают, что на самом деле эту женщину звали Авизевель (אביזבל), и в таком случае, ее имя состоит из слов «ави» (אבי), что означает «отец мой», и «зевель» (זבל). Слово «зевель» на современном иврите означает «мусор», но в ТАНАХе его значением является «возвышенный», «высокий», а в отношении человека оно может означать «властелин». Таким образом, имя Авизевель означает «Отец мой – властелин», и оно очень подходит царской дочери.

    Имя Этбааль (אתבעל) означает «Есть Бааль», где Бааль является, в свою очередь, именем верховного финикийского божества. На этом основании Ральбаг высказывает предположение, согласно которому фразу о Изевель следует читать как «дочь Этбааля, дочь царя цидонцев». В таком случае, здесь говорится о том, что Изевель была ярой служительницей Этбааля, верховного финикийского божества, перед браком с Ахавом не перешедшей в иудаизм даже для вида, как в свое время поступили многочисленные жены Шломо (см. комментарий к главе 11, предложению №1). Именно ее влиянием объясняется то, что и Ахав начал поклоняться финикийскому идолу (см. главу 21, предложения №25-26).

    Фраза «и пошел он, и служил Баалю» либо означает, что Ахав пошел по стопам своей жены, либо говорит о путешествии Ахава в столицу Финикии город Цор, где он служил Баалю публично.

    Этот грех Ахава коренным образом отличался от грехов предыдущих царей Израиля, которые, придерживаясь изобретенной Яравамом религии, поклонялись золотым тельцам. Правившие до Ахава цари, поклоняясь золотым тельцам, служили Богу Израиля, но делали это запрещенным Торой способом, каким служили своим богам местные народы (см. комментарий к главе 12, предложению №28). Ахав же совсем оставил служение Богу и начал поклоняться Баалю, божеству финикийцев и других кнаанских народов.

    Слово «бааль» переводится с иврита и с других семитских языков как «господин». Народы Кнаана поклонялись многочисленным богам, и всех их они называли «баалями». Но в нашем предложении слово «Бааль» снабжено определенным артиклем «ха-», и это говорит о том, что в данном случае речь идет не об одном из многочисленных баалей, а о верховном божестве Финикии и арамейских царств, которого также звали Хадад, и который являлся богом грома и молнии, несшим ответственность за количество осадков и за плодородие.

  32. И возвел он жертвенник Баалю, Дом Бааля, который построил он в Шомроне.

    Здесь говорится о том, что в столице Израиля Шомроне Ахав построил капище Бааля, в котором установил его жертвенник.

    Следует заметить, что то, что сделал Ахав, в корне отличалось от того, что в свое время делали многочисленные жены Шломо, также занимавшиеся идолопоклонством. Те строили жертвенники идолам вне территории Иерусалима (см. главу 11, предложение №7), а Ахав построил капище Бааля прямо в черте своей столицы Шомрона. Более того, как следует из того, что будет сказано во Второй Книге Царей (3, 2 и 10, 27), в построенном им капище Ахав установил также изваяние Бааля. Там также говорится о том, что для этого капища и для обслуживавших его жрецов он выделил особый квартал, который Книга Царей называет Городом Дома Бааля.

    Ниже будет также сказано о том, что жена Ахава Изевель привезла с собой в Шомрон пророков Бааля и Ашеры, которые кормились за ее столом (см. главу 18, предложение №19), а также жрецов, обслуживавших капище Бааля (см. Вторую Книгу Царей 10, 19).

  33. И сделал Ахав ашеру, и продолжил Ахав делать, гневить Господа, Бога Израиля, более, чем все цари Израиля, которые были до него.

    Ашера, сделанная Ахавом, возможно, была использовавшимся для идолопоклонства деревом. Такие деревья было принято сажать возле жертвенников Бааля, как следует из рассказа о Гидеоне (см. Книгу Судей 6, 25). Либо здесь идет речь об изваянии кнаанской богини Ашеры, и в таком случае, слово «ашера» в нашем предложении следует писать с большой буквы.

    Далее здесь говорится о том, что, кроме перечисленных выше злодеяний, Ахав совершал также и другие, некоторая часть которых будет упомянута ниже, и все это он делал для того, чтобы гневить Бога Израиля. Таким образом, Ахав поступал хуже, чем все правившие до него цари Израиля, которые, служа золотым тельцам, все же не запятнали себя поклонением божествам других народов и не строили этим божествам капищ.

  34. В дни его построил Хиэль бейт-элец Йерихо; Авирамом, первенцем своим, основал он его, и Сгувом, младшим своим, установил он двери его, как слово Господа, которое говорил Он Йехошуа, сыну Нуна.

    Для того чтобы разобраться в том, что сказано в нашем предложении, следует вернуться к событиям, описанным в Книге Йехошуа, а именно, к завоеванию евреями первого города Земли Израиля, которым был Йерихо. Глава 6 Книги Йехошуа рассказывает о том, как евреи, трубя в шофары и неся Ковчег Завета, в течение семи дней обходили этот город, после чего мощные стены Йерихо чудесным образом рухнули, и город был завоеван. После того как все жители Йерихо, за исключением Рахав и ее семейства, были перебиты, а сам город сожжен дотла, Йехошуа проклял любого, кто в будущем отстроит этот город (см. Книгу Йехошуа 6, 26). Проклятие Йехошуа заключалось в том, что первенец строителя Йерихо умрет, когда тот заложит городские стены, а затем, по мере продвижения строительства, будут умирать остальные его сыновья, и все закончится тем, что во время установки городских ворот умрет его младший сын. Здесь говорится о том, что во времена Ахава проклятие Йехошуа осуществилось, а до этого Йерихо лежал в руинах на протяжении более чем пяти сотен лет.

    После того как общий смысл сказанного стал ясен, следует разобраться с деталями. В первую очередь, это касается личности строителя Йерихо, Хиэля бейт-эльца. Имя Хиэль (חיאל) является уникальным, но оно, по всей видимости, представляет собой разновидность очень распространенного в ТАНАХе имени Йехиэль (יחיאל), которое означает «Да здравствует Бог». Хиэль здесь назван бейт-эльцем, и, в соответствии с простым пониманием текста, это означает, что он был жителем Бейт Эля, города, расположенного на границе царств Йехуды и Израиля, о местонахождении которого можно прочесть в комментарии к главе 12, предложению №29. Вместе с этим, переводчик на арамейский Йонатан понимает слова «бейт ха-эли» (בית האלי), не как «бейт-элец», а как производные от слов «дом» (байт) и «ала» (אלה), которое на иврите означает «проклятие». В таком случае, здесь говорится не о том, что Хиэль был жителем Бейт Эля (место его проживания здесь не указывается), а о том, что на него пало проклятие Йехошуа. Версии о происхождении Хиэля из Бейт Эля придерживаются Ральбаг и «Мецудат Давид», а Раши в своем комментарии приводит как эту версию, так и версию Йонатана.

    Иерусалимский Талмуд (Санхедрин 10, 2) идентифицирует Хиэля, о котором говорится в нашем предложении, с Йехиэлем, сыном Йехошафата, который упоминается во Второй Книге Хроник (21, 2). Как было сказано в предложении №24 предыдущей главы, Йехошафат стал царем Йехуды после смерти своего отца Асы. Кроме этого, в Книге Йехошуа говорится о том, что при разделе Земли Израиля между коленами район города Йерихо отошел к наделу колена Биньямина, территория которого, как указывалось выше, была включена в пределы царства Йехуды, которым правил Йехошафат, а не в пределы Израиля, находившегося под правлением Ахава. Это также говорит о том, что Хиэль был сыном Йехошафата, и, по всей видимости, является причиной того, что Йонатан перевел слова «бейт ха-эли» не как «бейт-элец», а как «дом проклятия». Вместе с этим, из вышесказанного возникает вопрос: если Хиэль был жителем Йехуды и, по всей видимости, царским сыном, почему здесь сказано о том, что он отстроил Йерихо во время правления царя Израиля Ахава, а не своего отца, царя Йехуды Йехошафата? Иерусалимский Талмуд (Санхедрин 10, 2) говорит о том, что, так как здесь идет речь о проклятии, Книга Царей относит его к грешнику Ахаву, а не к праведнику, которым был Йехошафат. Комментарий к Иерусалимскому Талмуду «Пней Моше» объясняет упоминание в нашем предложении Ахава тем, что он с радостью отстроил бы Йерихо, если бы этот город был расположен на подвластной ему территории. Ральбаг и «Мецудат Давид» пишут, что упоминание здесь Ахава обусловлено тем, что, услыхав об осуществлении проклятия Йехошуа, наложенного на строителя Йерихо, он должен был извлечь из этого надлежащие выводы и раскаяться в своих грехах, но он ничего этого не сделал. Мальбим объясняет это диаметрально противоположным образом. Он пишет, что до времен Ахава народ опасался отстраивать Йерихо, так как боялся наложенного на его строителя проклятия. Но после того как люди увидели, что Ахав грешит всеми возможными способами без всяких для себя последствий, они перестали бояться Бога и наложенного Его Именем проклятия, что и выразилось в строительстве Йерихо. Следует заметить, что комментаторы, которые считают, что Хиэль был жителем Бейт Эля, то есть подданным Ахава, а не сыном царя Йехуды Йехошафата, объясняют то, что он отстроил принадлежавший колену Биньямина Йерихо тем, что во времена Ахава этот город каким-то образом оказался на территории царства Израиля.

    Для чего Хиэлю понадобилось отстраивать Йерихо, невзирая на опасность навлечь на себя наложенное на его строителя проклятие? Для того чтобы в этом разобраться, следует обратить внимание на местонахождение этого города, а также на его экономическое и стратегическое значение. Йерихо является одним из древнейших городов, о которых в настоящее время известно. Сейчас Йерихо представляет собой курган Тель Йерихо (31°52'15.04"N, 35°26'38.41"E), расположенный в северо-западной части одноименного арабского города:

    Йерихо

    Так курган Тель Йерихо выглядит с высоты птичьего полета:

    Йерихо

    А так – с высоты человеческого роста:

    Йерихо

    Город Йерихо находился в одном из немногочисленных оазисов Иорданской долины и был расположен в 9км. к западу от Иордана. Часть исследователей объясняют происхождение названия Йерихо (יריחו) тем, что его древние жители считали своим божеством Луну, которая на иврите называется «яреах» (ירח). Но другие исследователи считают, что название этого города происходит от слова «реах» (ריח), которое на иврите означает «запах». В таком случае, город Йерихо получил свое название из-за благовоний, производством которых занималось большинство его жителей. Растения, из которых вырабатываются благовония, довольно прихотливы и произрастают лишь в очень ограниченных климатических условиях, чем объясняется то, что в древности они ценились на вес золота (см. комментарий к главе 10, предложению №2). Окрестности Йерихо, как следует из его названия, отвечали условиям произрастания растений, из которых вырабатываются благовония, и поэтому этот город был очень важен с экономической точки зрения. Кроме этого, в мидраше Бамидбар Раба (15, 12) говорится о том, что Йерихо был ключом Земли Израиля, и тот, кто сумеет завоевать этот город, сумеет завоевать и все расположенные к западу от Иордана территории. Таким образом, к экономическому значению Йерихо добавлялось также военное, но после его разрушения во времена Йехошуа этот город лежал в руинах, и Хиэль решил изменить это положение, отстроив Йерихо и вернув ему его былое величие.

    Здесь говорится о том, что в момент начала строительства Йерихо умер старший сын Хиэля Авирам, а в момент завершения строительства этого города скончался его младший сын Сгув. Следует заметить, что из перевода Йонатана на арамейский следует, что оба этих человека умерли насильственной смертью. По всей видимости, Хиэль не связал гибель Авирама с наложенным Йехошуа проклятием, так как она выглядела как несчастный случай, а не как осуществление проклятия.

    Имя Авирам (אבירם) являлось очень распространенным в еврейском народе еще со времен выхода из Египта (см. Бамидбар, главу 16 и др.). Это имя состоит из двух слов «ави» (אבי), что означает «отец мой», и «рам» (רם), что означает «высокий». Таким образом, значением имени Авирам является «Отец мой (т.е. Бог) высок». Подобным значением обладает также имя Сгув (שגוב), которое является производным от слова «нисгав» (נשגב), что означает «возвышенный», и в данном случае также идет речь о Боге.

    Следует заметить, что из сказанного в Книге Йехошуа (6, 26) создается впечатление, что Йехошуа наложил проклятие на строителя Йерихо по своей собственной инициативе, но здесь говорится о том, что он это сделал по велению Бога.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator