Книга Ишаяху

Глава 21

  1. Пророчество о пустыне моря. Как бури в Негеве проходящие, из пустыни идет оно, из земли страшной.

    В приведенном в этой главе пророчестве рассказывается об опустошении Бавеля силами персидской армии. Следует отметить, что об этом уже рассказывалось в пророчестве, приведенном в главе 13, и возникает вопрос, почему Ишаяху возвращается к этой теме. Отвечая на него, Раши пишет, что никакой сложности здесь нет, так как пророк, по своей сути, является человеком подневольным, который всего лишь оглашает информацию, переданную ему Богом, а Бог иногда передает ее по частям.

    Почему пророчество о Бавеле носит такое странное название как «пророчество о пустыне моря», в то время как в главе 13 Ишаяху по-простому назвал пророчество о том же царстве «пророчество о Бавеле?». По мнению Раши, Мальбима и «Мецудат Давид», слова «пустыня моря» указывают не на Бавель, а на вторгающуюся в него персидскую армию. Граница между Бавелем и Персией проходила по пустыне, и Раши, объясняя смысл этих слов, приводит перевод Йонатана на арамейский, в соответствии с которым Ишаяху здесь говорит о том, что наступающая на Бавель персидская армия будет подобна морю, устремившемуся из пустыни.

    По мнению «Даат Микра», под словами «пустыня моря» подразумевается Бавель, так как он, с точки зрения находившегося в Йехуде Ишаяху, с одной стороны, располагался за Сирийской пустыней, а с другой – был расположен на берегах полноводных рек Тигра и Евфрата, которые в ТАНАХе иногда называются морями (см. комментарий к главе 18, предложению №2). Согласно другому мнению, которое приводит «Даат Микра», пустыней моря Ишаяху называет южную часть Бавеля, которая на западе граничила с Сирийской пустыней и пустынями Аравийского полуострова, а на юге – с Персидским заливом.

    В отличие от остальных комментаторов, «Даат Микра» считает, что далее Ишаяху описывает чувства, испытанные им при получении приведенного в этой главе пророчества. В соответствии с этим, Ишаяху здесь говорит о том, что это пророчество снизошло на него как бури, характерные для пустыни Негев, которые отличаются своей силой, а также тем, что они понимают тучи пыли и вызывают у людей слабость. Слова «из пустыни идет оно, из земли страшной», по его мнению, означают, что это пророчество было подобно дующему из пустыни суховею, которая здесь также названа землей страшной из-за того, что она смертельно опасна для пересекающего ее путника.

    По мнению остальных комментаторов, далее Ишаяху продолжает говорить о наступающей на Бавель персидской армии. При этом слово «Негев» они понимают не как название пустыни, находящейся в южной части Земли Израиля, а как синоним слова «пустыня». В таком случае, здесь Ишаяху сравнивает персидскую армию с пустынными бурями, которые поднимают тучи пыли, а затем еще раз подчеркивает, что персидская армия будет наступать на Бавель из пустыни. Относительно значения слов «из земли страшной» мнения комментаторов разделились. Раши и «Мецудат Давид» считают, что землей страшной названа здесь пустыня, так как в ней водятся скорпионы и змеи, яд которых представляет для человека смертельную опасность. По мнению Мальбима, под землей страшной Ишаяху подразумевает Персию, государство, которого страшились жители Бавеля.

    Мальбим считает, что в приведенном в этой главе пророчестве Ишаяху рассказывает не о завоевании персами государства Бавеля, а о захвате ими столицы этого государства, которая также называлась Бавель (о ней можно прочесть в комментарии к главе 13, предложению №20). Об исторических событиях, связанных с завоеванием города Бавеля, говорилось в комментарии к главе 13, предложении №2 (для понимания того, что будет сказано далее, очень рекомендуется прочесть этот комментарий), но здесь Мальбим дает им несколько другую интерпретацию. По его мнению, царь Бавеля Невунаид нанес сокрушительное поражение персидской армии, и именно в честь этого его сын Белишацар (в русской традиции Валтасар), оставленный командовать обороной столицы, устроил пир. Во время этого пира на стене зала, где проходил пир, появилась рука, написавшая непонятную надпись, которую смог расшифровать еврейский мудрец Даниэль. В этой надписи содержалось предсказание скорого падения Бавеля, и присутствовавшие на пиру заговорщики из числа царских придворных поняли, что если уходившая из Бавеля персидская армия вернется, она сможет его завоевать. Они убили Белишацара, а затем призвали персидскую армию вернуться, о чем рассказывается в главе 13, предложении №2, после чего Бавель, столица одноименного царства, была завоевана персами со всеми вытекающими из этого последствиями.

    По мнению Мальбима, в нашем предложении Ишаяху описывает происходящие под стенами Бавеля события с точки зрения стоящего на них наблюдателя из числа столичных жителей, а ниже он опишет то же самое с точки зрения одного из еврейских пророков, тоже стоящего на стенах Бавеля. И если первый наблюдатель ужаснется происходящему, то второй наблюдатель обрадуется, так как изгнанные в Бавель евреи постоянно просили Бога об уничтожении этого царства, армия которого завоевала Иерусалим и разрушила Храм. В соответствии с этим, возвращающаяся к стенам Бавеля персидская армия сначала покажется стоящему на стене наблюдателю тучей пыли, поднятой пустынной бурей. Затем он всмотрится и поймет, что видит приближающееся из пустыни войско, а через некоторое время поймет и то, что это войско идет «из земли страшной», то есть из Персии.

  2. Видение тяжелое рассказано мне! Предатель предает и грабитель грабит! Поднимайся, Эйлам! Осаждай, Мадай! «Всякий стон упразднил Я»!

    За исключением Мальбима, все комментаторы считают, что в начале нашего предложения Ишаяху говорит о том, что видение завоевания Бавеля является для него очень тяжелым, то есть что он видит в нем крайнюю жестокость и неописуемые бедствия. Относительно сказанного о предателях и грабителях мнения и этих комментаторов разделились. «Мецудат Давид» считает, что далее Ишаяху говорит о том, что каждый, кто хочет предать Бавель, предает его, и каждый, кто хочет его грабить – грабит. По мнению «Даат Микра», здесь Ишаяху говорит о том, что среди жителей Бавеля и его союзников он видит предателей, а среди воинов штурмующей Бавель армии – грабителей, которые жаждут предаться грабежу мирного населения. Раши, следуя переводу Йонатана, понимает сказанное о предателях и грабителях как «предающий предателя и грабящий грабителя». В соответствии с этим, в роли грабителя здесь выступает персо-мидийская армия, которая будет грабить Бавель, который, в свою очередь, до этого грабил все остальные страны. Следует отметить, что Раши никак не объясняет, при чем тут предатель.

    Эйлам – это древнее царство, в описываемый здесь исторический период входившее в царство Мадая. Мадай (Мидия), в свою очередь, в те времена был включен в состав Персии на конфедеративных началах. Об Эйламе можно прочесть в комментарии к главе 11, предложению №11, а о Мадае – в комментарии к главе 13, предложению №17.

    В соответствии с простым пониманием сказанного, Ишаяху призывает воинов Эйлама подняться на штурм Бавеля, а воинов Мадая он призывает осадить стены этого города. Это может объясняться тем, что Ишаяху, будучи пророком, знал о том, что армия Бавеля разрушит Иерусалим и находящийся в нем Храм, а также произведет изгнание жителей Йехуды на чужбину. С другой стороны, эти восклицания Ишаяху можно объяснить его сопереживанием тому, что он видит в своем пророчестве.

    По мнению Раши и «Мецудат Давид», в конце нашего предложения Ишаяху цитирует слова Бога, который сказал ему о том, что посредством завоевания Бавеля Персией Он упразднил все стоны в мире. Иными словами, здесь идет речь о том, что все порабощенные Бавелем народы перестанут стонать и с облегчением вздохнут после его падения. «Даат Микра» считает, что здесь Бог говорит о том, что Он подавит все стоны жителей Бавеля, чтобы над ними не сжалился ни один из завоевателей.

    Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Мальбим считает, что Ишаяху здесь описывает события, которые будут происходить под стенами Бавеля, глазами одного из жителей этого города. Если это так, то в нашем предложении приведена не речь Ишаяху, а слова этого жителя, который после приближения персидской армии к Бавелю понимает, что он видит не облака пыли, поднятые бурей, а тяжелое видение, то есть неприятельскую армию. Слова «рассказано мне», по мнению Мальбима, относятся к тому, что сказано далее. В соответствии с этим, житель Бавеля говорит о том, что ему стало известно, что среди царских придворных есть предатели и заговорщики, и в результате их предательства создалось положение, при котором «грабитель грабит», то есть приближается разграбление столицы Бавеля. Далее здесь приведены призывы предателей и заговорщиков, обращенные к воинам персидской армии: они призывали воинов из Эйлама подниматься на штурм городских стен, а воинов Мадая готовить осаду, если штурмом Бавель взять не удастся. Мальбим считает, что сказанное в конце нашего предложения также является словами предателей из числа царских придворных. При этом под словом «стон», по его мнению, подразумевается страх перед могуществом армии Бавеля, и в частности, перед ее столичным гарнизоном. В соответствии с этим, в конце нашего предложения изменники, обращаясь к воинам персидской армии, говорят им о том, что они постарались устранить страх перед гарнизоном Бавеля тем, что убили Белишацара, и в результате этого столичный гарнизон лишился своего командования.

  3. Поэтому наполнились чресла мои дрожью, схватки охватили меня, как схватки роженицы, искривился я от услышанного, ужаснулся от увиденного!

    По мнению «Даат Микра», здесь Ишаяху рассказывает о чувствах, которые он испытывал во время видения завоевания Бавеля персидской армией. «Мецудат Давид» считает, что Ишаяху здесь передает ощущения жителей Бавеля, а Раши в своем комментарии приводит обе эти возможности. Мальбим понимает сказанное в этом предложении как продолжение слов наблюдателя из числа жителей Бавеля, и его мнение будет приведено ниже.

    Фраза «наполнились чресла мои дрожью», по всей видимости, соответствует русской идиоме «задрожали колени». Далее здесь сказано, что Ишаяху (или жители Бавеля) от страха испытал муки, сходные с муками, которые испытывает роженице на первой стадии родов (подробней об этом – см. комментарий к главе 13, предложению №8).

    Фраза «искривился я от услышанного» более трудна для понимания, и относительно ее смысла мнения комментаторов разделились. По мнению «Мецудат Цион», здесь говорится о том, что тела жителей Бавеля искривились от страха после того как они услышали шум штурмующей Бавель армии, а затем они ужаснулись при виде зверств, которые творили завоеватели по отношению к мирному населению. Похожего мнения придерживается «Даат Микра», но, как было сказано выше, он считает, что здесь Ишаяху рассказывает о своих собственных ощущениях. В соответствии с этим, «Даат Микра» пишет, что Ишаяху здесь говорит о том, что его тело искривилось от того, что он услышал в пророчестве о падении Бавеля, и он ужаснулся от того, что при этом увидел. Раши считает, что слово «наавети» (נַעֲוֵיתִי), переведенное здесь как «искривился я», является находящимся в страдательном залоге глаголом, происходящим от имени существительного «авит» (עָוִית), которое означает некую болезнь. Раши не пишет, в чем эта болезнь заключается, но на современном иврите слово «авит» означает «судороги», и в соответствии с этим, Ишаяху (или жители Бавеля) здесь говорит о том, что от того, что он услышал, мышцы его тела свело судорогой. Следует отметить, что в результате судорог тело испытывавшего их человека искривляется, и поэтому возможно, что все вышеприведенные комментаторы говорят об одном и том же.

    Как было сказано выше, Мальбим понимает сказанное как продолжение слов жителя Бавеля, который наблюдает за приближением к городу завоевателей. При этом он пишет, что слово «наавети» отличается от других своих синонимов, указывающих на искривление и искажение, тем, что оно подразумевает смятение чувств. Кроме этого, слово «от», дважды используемое в конце нашего предложения, по его мнению, является частицей отрицания. Исходя из всего этого, Мальбим пишет, что в начале нашего предложения житель Бавеля, слова которого передает Ишаяху, говорит о том, что его чресла наполнились дрожью, когда он услышал о предательстве среди царских придворных (см. комментарий к предыдущему предложению). Затем он говорит о том, что его охватили страшные мучения, затем он подвергся смятению чувств, в результате чего перестал слышать, и ужаснулся, в результате чего утратил способность видеть. Следует отметить, что «Даат Микра» также приводит мнение, совпадающее с мнением Мальбима в его понимании сказанного в конце нашего предложения.

  4. Блуждало сердце мое, потрясение устрашило меня, ночь желания моего превратил он мне в жуть!

    По мнению «Мецудат Цион», фраза «блуждало сердце мое» означает, что жители Бавеля, ощущения которых передает Ишаяху, потеряли способность принимать решения о предпринимаемых действиях. «Даат Микра» также пишет, что эти слова говорят об испытываемом человеком замешательстве (как было сказано выше, по мнению «Даат Микра», Ишаяху описывает свои собственные чувства). Кроме этого, «Даат Микра» предлагает еще одно объяснение этой фразы, в соответствии с которым ее следует понимать как «сбилось с ритма сердце мое», то есть стало биться неровно. По мнению Мальбима, в этой фразе наблюдатель из жителей Бавеля говорит о прекращении функционирования всех основных функций своего организма.

    По мнению большинства комментаторов, фраза «потрясение устрашило меня» означает, что Ишаяху (или жители Бавеля) испытали дикий ужас, и «Даат Микра» пишет, что, говоря современным языком, она означает «я испытал шок». По мнению Мальбима, слово «палацут» (פַּלָּצוּת), переведенное здесь как «потрясение», означает сильную дрожь по причине сильного страха, и здесь наблюдатель из числа жителей Бавеля говорит о том, что из-за охватившего его ужаса он забился в конвульсиях.

    Опираясь на книгу Йосифа Флавия «Еврейские древности», Раши и «Мецудат Давид» пишут, что «ночь желания моего», о которой говорится в конце нашего предложения, это ночь празднования победы над персидской армией, когда командовавший обороной Бавеля Белишацар устроил пир (см. комментарий Мальбима к предложению №1). Во время этого пира заговорщики и предатели убили Белишацара, после чего призвали под стены столицы персидскую армию, после чего началась жуть, упомянутая в конце нашего предложения. В соответствии с этим, местоимение «он» указывает на убившего Белишацара и призвавшего персидскую армию предателя.

    «Даат Микра» считает, что «ночь желания» следует понимать как «желанная ночь», то есть время отдыха, желанное для каждого человека, зарабатывающего себе на жизнь тяжелым трудом. В таком случае, в конце нашего предложения говорится о том, что желанное время отдыха «он» превратил в жуть. При этом под местоимением «он», по мнению «Даат Микра» следует понимать либо Бога (в таком случае, это местоимение следует писать с заглавной буквы), либо пророческое видение (тогда его следует писать как «оно»), либо врага. Кроме этого, «Даат Микра» пишет, что конец нашего предложения, возможно, следует читать как «ночь желания моего превращена мне в жуть».

    Слово «нешеф» (נֶשֶׁף) переведено здесь как «ночь» в соответствии с мнением большинства комментаторов, и в этом значении оно уже использовалось в главе 5, предложении №11 (см. там в комментарии). По мнению Мальбима, здесь это слово является производным от слова «нешифа» (נשיפה), означающего «выдох», и, подобно тому, как при выдохе устраняется воздух из легких, оно означает «устранение». В соответствии с этим, конец нашего предложения Мальбим читает как «устранение желания моего явилось мне жутью». Объясняя сказанное, Мальбим пишет, что под желанием следует понимать устроенное Белишацаром веселье, и оно внезапно превратилось в кошмар. Резкая смена веселья ужасом повергла жителей Бавеля в шок, в результате которого они потеряли способность предпринимать какие-либо активные действия.

  5. Накрывают на стол, зажигают светильник, едят-пьют, «Вставайте, вельможи, смазывайте щит!»!

    Прежде чем приступить к прояснению смысла сказанного в этом предложении, следует отметить, что комментаторы разошлись во мнениях относительно значения используемой в нем фразы «цафо хацафит» (צָפֹה הַצָּפִית). Здесь она переведена как «зажигают светильник» в соответствии с мнением Раши и «Даат Микра», которые опираются на сказанное в мидраше Берешит Раба (63, 14). Там приведены слова рабби Абы бар Каханы, который говорит о том, что в некоторых местах светильник называют «цафит». Кроме этого, «Даат Микра» приводит еще два мнения, в соответствии с которыми слово «цафит» является производным от слова «ципуй» (ציפוי), которое означает «покрытие». В таком случае, здесь идет речь либо о расстилании циновок, на которых люди возлежали во время трапезы, либо о расстилании скатерти, и эти фразу следует переводить либо как «расстилают циновки», либо как «расстилают скатерть». Мальбим и «Мецудат Цион» считают, что используемые в этой фразе однокоренные слова являются производными от глагола «цофэ» (צופה), означающего «наблюдает». При этом «Мецудат Давид» считает, что «цафит» – это «наблюдатель», а Мальбим – что это «наблюдательный пост». Таким образом, по мнению «Мецудат Давид», фраза «цафо хацафит» означает «наблюдает наблюдатель», а по мнению Мальбима – «наблюдает наблюдательный пост».

    В древности воины использовали щиты, изготовленные из толстой кожи, натянутой на деревянную раму. Перед сражением они смазывали свои щиты маслом, чтобы оружие противника (мечи, копья и стрелы) не протыкало их, а соскальзывало с их поверхности. Таким образом, в конце нашего предложения приведен призыв к вельможам Бавеля смазывать свои щиты маслом, то есть готовиться к сражению. Следует отметить, что о смазывании щитов маслом упоминает Давид в своей траурной песни по царю Шаулю, погибшему в бою против плиштим (см. Вторую Книгу Шмуэля 1, 23).

    По мнению Раши, Мальбима и «Мецудат Давид», здесь Ишаяху рассказывает, как именно «ночь желания» превратилась в жуть для приближенных Белишацара, участвовавших в устроенном им пиршестве. Раши пишет, что в нашем предложении Ишаяху рассказывает о том, что в царском дворце шла подготовка к праздничной трапезе. Слуги накрыли на стол, зажгли светильники, царские придворные ели и пили, как вдруг раздались крики, призывающие присутствовавших на пиру вельмож прервать застолье и срочно смазывать свои щиты маслом, то есть готовиться к бою. Примерно так же объясняет сказанное в нашем предложении «Мецудат Давид», с тем отличием, что, по его мнению, перед началом пира его участники решили поставить на городской стене наблюдателя.

    Мальбим пишет, что здесь житель Бавеля описывает события, в результате которых он пришел в состояние шока (см. комментарий к предыдущему предложению). Он рассказывает о том, что наблюдаемое им благополучие царского дворца сопровождалось наблюдаемым им же началом войны. С одной стороны, в царском дворце накрывают на стол, а с другой – наблюдательный пункт следит за местностью, опасаясь приближения неприятеля. Сейчас царские вельможи мирно едят и пьют, а в следующее мгновение они вскакивают со своих мест и начинают смазывать свои щиты маслом.

    По мнению «Даат Микра», здесь Ишаяху рассказывает о том, как желанное время отдыха (см. комментарий к предыдущему предложению) превратилась в жуть либо для него самого, либо для жителей Бавеля. При этом он считает, что здесь идет речь не о царском пире, а о том, что происходило в домах простых горожан. В то время как они накрывали на стол, зажигали светильники и ужинали, на городских улицах вдруг начали раздаваться крики, призывавшие царских вельмож смазывать свои щиты маслом и готовиться к сражению с подступившим к городу неприятелем.

  6. Ибо так сказал мне Господь: «Иди, поставь наблюдателя, что увидит – расскажет он.

    Слово «мецапэ» (מְצַפֶּה) переведено здесь как «наблюдатель» в соответствии с мнением «Мецудат Цион» и «Даат Микра», которые считают, что оно является одной из форм слова «цофэ», о котором говорилось в предыдущем предложении. В соответствии с этим, «Мецудат Давид» пишет, что здесь приведены слова поднятого с пира вавилонского вельможи, который отдает приказ поставить наблюдателя, который будет следить за действиями персидской армии. Следует отметить, что такому пониманию сказанного очень мешают слова «Ибо так сказал мне Господь», из которых следует, что приведенные далее слова являются речью Бога. «Мецудат Давид» обходит эту сложность молчанием, но, по всей видимости, он считает, что начало нашего предложения является завершением того, о чем Ишаяху говорил выше, и после слов «Ибо так сказал мне Господь» должна стоять точка.

    «Даат Микра» считает, что слово «ки» (כִּי), которым начинается наше предложение, и которое в соответствии со своим прямым значением переведено здесь как «ибо», следует понимать как «но». В таком случае, здесь Ишаяху противопоставляет сказанное ему Богом тому, что говорили командиры своим подчиненным вельможам. Они им приказывали смазывать свои щиты маслом, но Бог, командир Ишаяху, приказал ему пойти и поставить наблюдателя. Если это так, то в начале нашего предложения ударение следует ставить на слове «мне»: «Но так сказал мне Господь…». По мнению «Даат Микра», Бог велел Ишаяху поставить наблюдателя в высокой башне, расположенной над городскими воротами, причем не Бавеля, а Иерусалима, чтобы тот немедленно докладывал ему обо всем, что увидит. Относительно того, кто был этим наблюдателем, «Даат Микра» говорит следующие вещи. Во-первых, это мог быть слуга Ишаяху, но из того, что будет сказано далее, более логичным представляется то, что этим наблюдателем был либо ангел, либо дух Ишаяху, которого тот послал для наблюдения в качестве своего «третьего глаза».

    Раши и Мальбим справедливо замечают, что прямым значением слова «мецапэ» является не «наблюдатель», а «ожидающий». В таком случае, здесь Бог велит Ишаяху поставить в определенном месте человека, который будет что-либо ожидать. Относительно того, кто был этим человеком и что именно он должен был ожидать, мнения Раши и Мальбима существенным образом разделились. Раши пишет, что один из учеников Ишаяху упрекал Бога процветанием Бавеля, царь которого (Невухаднэцер) завоевал Иерусалим, разрушил Храм и изгнал еврейский народ из Земли Израиля. Этим учеником был Хавакук, который начертил на земле окружность, встал в нее и заявил, что он будет продолжать в ней стоять, ожидая, что ему скажет Бог относительно процветания империи зла, которой являлся Бавель (см. Книгу Хавакука 2, 1). Здесь Бог говорит Ишаяху о том, что пусть он поставит Хавакука в нарисованном им круге, и от Его имени ему пообещает, что он удостоится видения падения Бавеля, а также пусть велит ему, чтобы он рассказывал Ишаяху обо всем, что увидит.

    По мнению Мальбима, здесь говорится о том, что Бог велел Ишаяху поставить на стене Бавеля второго наблюдателя, ожидающего падения Вавилонской империи и исполнения связанных с этим пророчеств, то есть одного из изгнанных из Йехуды евреев (см. комментарий к предложению №1).

  7. И увидит он колесницу двух наездников, всадника на осле, всадника на верблюде, и прислушается он очень сильно».

    По мнению Раши, поставленный Ишаяху наблюдатель увидит лишь двух всадников, один из которых будет ехать на осле, а другой – на верблюде, а то, что здесь сказано о колеснице двух наездников, означает, что эти два всадника будут ехать рядом, как будто осел и верблюд запряжены в одну колесницу. Раши считает, что эти два всадника символизируют Персию и Мидию, армия которых завоюет и разрушит Бавель.

    По мнению «Мецудат Давид», колесница с двумя наездниками, всадник на осле и всадник на верблюде, используются здесь агрегативном значении. Иными словами, Бог говорит Ишаяху о том, что поставленный им наблюдатель увидит множество колесниц и всадников на ослах и верблюдах, то есть многочисленную армию.

    Раши считает, что в конце нашего предложения говорится о том, что поставленный Ишаяху наблюдатель услышит сильный шум, который будет свидетельствовать о приближении многочисленного войска. Так же считает «Мецудат Давид», с тем отличием, что, по его мнению, наблюдателем будет один из воинов Бавеля (см. комментарий к предыдущему предложению).

    Так же как Раши, Мальбим считает, что поставленный Ишаяху наблюдатель увидит лишь двух всадников, один из которых будет ехать верхом на осле, а другой – на верблюде. Мальбим пишет, что этот наблюдатель будет находиться на своем посту много дней и ночей, ожидая уничтожения Бавеля, но когда это время придет, он увидит лишь двух всадников, которые будут удаляться от Бавеля. На самом деле, этими всадниками будут убившие Белишацара заговорщики из числа вельмож, и они поскачут для того, чтобы сообщить военачальнику персидской армии о том, что настало благоприятное время для завоевания Бавеля. Из-за спешки, с которой эти вельможи оставят Бавель, они не смогут найти верховых лошадей, и поэтому отправятся в путь верхом на осле и верблюде. Так как поставленный Ишаяху наблюдатель будет пророком, он поймет, что настал час падения Бавеля, и поэтому будет очень удивлен, увидев лишь двух всадников. Поэтому Бог говорит Ишаяху о том, чтобы он велел своему наблюдателю очень внимательно прислушиваться к словам этих всадников, так как они послужат вестниками уничтожения Бавеля.

    По мнению «Даат Микра», слово «парашим» (פָּרָשִׁים), переведенное здесь как «наездники» в соответствии с прямым значением этого слова, в данном случае следует понимать как «лошади». В таком случае, Бог говорит Ишаяху о том, что его наблюдатель увидит колесницу, в которую будут запряжена пара лошадей, а также двух всадников, одного на осле, а другого – на верблюде. Конец нашего предложения «Даат Микра» понимает так же, как Мальбим, то есть речь идет о том, что Ишаяху должен велеть своему наблюдателю внимательно прислушиваться к тому, что будут говорить всадники, так как они явятся вестниками падения Бавеля.

  8. И воскликнул лев: «На посту, Господь, я стою всегда днем, и на страже я поставлен все ночи!

    Прежде чем приступить к разбору сказанного в нашем предложении, следует отметить, что слово, переведенное здесь как «пост», в оригинальном тексте звучит как «мицпэ» (מִצְפֶּה). Большинство комментаторов считает, что оно означает «пост наблюдения», а Мальбим пишет, что «мицпэ» – это высокая гора с крутыми склонами, с которой хорошо просматривается вся окружающая местность.

    По мнению Раши, львом здесь назван пророк Хавакук, ожидающий уничтожения Бавеля (см. комментарий к предложению №6). Следует отметить, что Раши доказывает свое мнение тем, что слова «арье» (אריה), то есть «лев», и Хавакук (חבקוק) обладают тем же самым численным значением (гематрией), равной 216. Таким образом, Раши считает, что в нашем предложении приведен ответ Хавакука на веление наблюдать за разгромом Бавеля. Хавакук отвечает Богу, что ему совершенно незачем занимать пост наблюдения, так как он уже давно его занимает, причем находится на этом посту и днем, и ночью.

    Похожего мнения придерживается «Даат Микра», с тем отличием, что он считает, что здесь идет речь не о Хавакуке (см. комментарий к предложению №6). Начало нашего предложения «Даат Микра» читает как «И воскликнул он как лев…», то есть здесь говорится о том, что восклицание поставленного Ишаяху наблюдателя по громкости было сравнимо с рыком льва. Несмотря на то, что относительно смысла ответа наблюдателя «Даат Микра» соглашается с Раши, он заостряет внимание на некоторых деталях. Во-первых, он считает, что слова «На посту, Господь» следует читать как «на посту Господа», и если это так, то наблюдатель отвечает, что он уже давно занимает пост, на который его поставил Бог. Вместе с этим, следует отметить, что специальные значки, использующиеся в оригинальном тексте, в частности, в качестве знаков препинания, отделяют слово «пост» от слова «Господь», и это означает, что эти слова следует понимать так, как они здесь переведены. Во-вторых, «Даат Микра» обращает внимание на то, что наблюдатель отвечает Богу, что он стоит на своем посту «всегда днем», а также «все ночи». По его мнению, это означает, что наблюдатель говорит о том, что он находится на своем посту каждый день с рассвета до заката, и все ночи с заката до рассвета, то есть ни на секунду его не покидает.

    Мальбим также считает, что начало нашего предложения следует читать «И воскликнул он как лев…», но, как было сказано выше, по его мнению, наблюдатель – это житель Бавеля из числа изгнанных из Йехуды евреев, с нетерпением ожидавший времени его уничтожения (см. комментарий к предыдущему предложению). Но когда этот час настал, он увидел лишь двух удалявшихся всадников, один из которых ехал верхом на осле, а другой – на верблюде, и приведенные здесь слова выражают его разочарование увиденным. Обращаясь к Богу, он говорит Ему о том, что он стоит на своем посту на протяжении многих дней и ночей, ожидая исполнений связанных с падением Бавеля пророчеств, и теперь, когда этот час настал, он видит лишь каких-то двух всадников?!

    По мнению «Мецудат Давид», лишь начало нашего предложения содержит слова, сказанные наблюдателем. Начало нашего предложения «Мецудат Давид» читает: «И воскликнул он: «Лев на посту!»». Львом здесь названа персидская армия, а под постом, как было сказано выше, здесь подразумевается пост наблюдения. Таким образом, «Мецудат Давид» считает, что наблюдатель из числа воинов Бавеля закричит о том, что он видит воинов персидской армии, наблюдающих за стенами Бавеля и обсуждающих план захвата этого города. Далее в нашем предложении приведено обращение Ишаяху к Богу. Он скажет Ему: «Господь, я стою всегда днем, и на страже я поставлен все ночи!». Это означает, что когда на Ишаяху снизойдет приведенное в предложениях №1-№5 пророчество об уничтожении Бавеля, он скажет Богу, что все дни и ночи напролет ожидает его исполнения.

  9. И вот это приходит: колесница мужа, пара всадников!», и ответил он, и сказал: «Пал, пал Бавель, и все изваяния богов его сломал он на землю!».

    Раши считает, что приведенные в начале нашего предложения слова являются завершением речи пророка Хавакука. «Мецудат Давид» пишет, что эти слова являются завершением речи Ишаяху, а по мнению «Даат Микра», их сказал поставленный Ишаяху наблюдатель. В любом случае, здесь говорится о том, что настал час уничтожения Бавеля.

    Слова «колесница мужа, пара всадников» комментаторы понимают сообразно своему пониманию сказанного в предложении №7. Так, Раши и «Мецудат Давид» считают, что здесь говорится лишь о двух едущих рядом всадниках, которые символизируют Персию и Мадай (Мидию), армия которых завоевала и разрушила Бавель. По мнению «Даат Микра», здесь идет речь о колеснице, на которой находится человек («муж»), правящий двумя запряженными в колесницу лошадями.

    Конструкция «и ответил…, и сказал…» в ТАНАХе означает торжественное заявление, произнесенное громким голосом. Таким образом, на приведенные в начале нашего предложения слова последовал торжественный ответ: действительно, час падения Бавеля настал, и все изваяния богов, которым поклонялись жители этого царства, будут разбиты врагом и повержены на землю. Вместе с этим, в нашем предложении не сказано, кто дал этот ответ. Раши обходит это молчанием, говоря лишь о том, что дважды повторенное слово «пал» указывает на то, что Бавель подвергся двум волнам опустошения. По мнению «Мецудат Давид», ответ был дан ангелом, который доставил видение о падении Бавеля Ишаяху. «Даат Микра» считает, что поставленному Ишаяху наблюдателю ответил человек, правивший колесницей, в которую была запряжена пара лошадей.

    По мнению Мальбима, вся прямая речь, приведенная в нашем предложении, принадлежит жителю Бавеля из числа изгнанных из Йехуды евреев. При этом слова, приведенные в начале нашего предложения, являются риторическим вопросом, который выражает разочарование. Увидев в час падения Бавеля лишь двух покидающих Бавель всадников, наблюдающий за происходящим еврейский пророк разочарованно скажет: «И в этот час появились лишь два каких-то всадника?.. Как они смогут победить такую мощную империю?!». Но во время произнесения этих слов еврейский пророк поймет, что увиденные им всадники убили Белишацара и тем самым предопределили завоевание Бавеля персидской армией. Поэтому он сразу же после этого возвысит свой голос и торжественно объявит, что Бавель уже пал, и его участь предопределена, как и участь идолов, которым поклоняются жители этого государства. В заключение своих слов Мальбим пишет, что сказанное в нашем предложении говорит о том, что падение Бавеля произошло в одночасье, причем скрытно от людских глаз, когда два царских придворных убили Белишацара и тем самым лишили гарнизон Бавеля возможности обороняться. Легкость, с которой было повержено самое мощное государство того периода, указывает на то, что это явилось деянием Бога.

  10. Молотьба моя и сын гумна моего, то, что слышал я от Господа Воинств, Бога Израиля, рассказал я вам.

    Прежде чем перейти к анализу сказанного в этом предложении, следует прояснить значение слов «молотьба» и «сын гумна». Молотьбой называется один из этапов обработки зерновых культур, когда зерна отделяются от плевел в результате механического воздействия. Гумном называется утоптанная ровная площадка, на которой производится молотьба, а слова «сын гумна» указывают на то, что находится на гумне, то есть, опять же, на обрабатываемые злаки.

    Кого именно Ишаяху называет здесь своей молотьбой и сыном своего гумна? По мнению Раши и «Даат Микра», так он называет еврейский народ, но относительно причины такого названия мнения этих комментаторов разделились. Раши считает, что Ишаяху относится к еврейскому народу как к подвергаемой им молотьбе пшенице, так как он своими пророчествами и назиданиями неустанно его «молотит», то есть изменяет в лучшую сторону. По мнению «Даат Микра», еврейский народ здесь назван молотьбой и сыном гумна из-за того, что его постоянно бьют и молотят народы, среди которых он находится в изгнании.

    В нашей главе Ишаяху ни словом не упоминает о бедствиях, которые обрушатся на жителей Бавеля, рассказывая лишь о предательстве царских вельмож и о приближении персидской армии к стенам столицы этого царства. Пророчество об обрушившихся на жителей Бавеля бедствиях Ишаяху посетило Ишаяху ранее, и оно приведено в главе 13. По мнению Мальбима, именно это пророчество Ишаяху называет здесь своей молотьбой и сыном гумна своего, так как в нем рассказывается о том, как воины персидской армии прошлись тяжелым цепом по жителям завоеванного ими Бавеля. В соответствии с этим, в нашем предложении Ишаяху говорит о том, что услышанное им от Бога о бедствиях, которым подвергнутся жители Бавеля, он уже рассказывал своим слушателям ранее.

    «Мецудат Давид» считает, что слова о молотьбе и гумне являются завершением речи посетившего Ишаяху ангела, который говорит ему о том, что жители Бавеля станут пшеницей, которую обработает Бог, и содержимым Его гумна.

    По мнению всех, за исключением Мальбима, комментаторов, конец нашего предложения представляет собой заключительные слова Ишаяху, в которых он говорит о том, что поведал своим слушателям то, что услышал от Бога. Вместе с этим, «Даат Микра» обращает внимание на то, что Бог здесь назван Господом Воинств, а также Богом Израиля. По его мнению, Имя Господь Воинств говорит о том, что на самом деле Бавель будет повержен не персидской армией, а Богом, командующим как земным, так и небесным воинством. Имя Бог Израиля указывает на то, что разгром Бавеля будет осуществлен Богом во имя спасения еврейского народа. Кроме этого, эти Имена Бога Ишаяху противопоставляет изваяниям богов Бавеля, которые будут разбиты и повержены на землю, то есть речь идет о том, что Бог победит вавилонских идолов.

  11. Пророчество о Думе. Ко мне взывает он из Сэира: «Страж, что от ночи? Страж, что от ночи?».

    Комментаторы не пришли к единому мнению относительно идентификации Думы, о которой здесь пророчествует Ишаяху. Одна их часть основывается на том, что в нашем предложении Дума связывается с Сэиром, который, вне всякого сомнения, является одним из названий Эдома, царства, занимавшего территории, расположенные между Мертвым и Красным морями (см. комментарий к главе 11, предложению №23). Одним из таких комментаторов является Раши, который, доказывая, что Дума – это Эдом, отсылает нас к Книге Йехезкеля (27, 32). Вместе с этим, и в Книге Йехезкеля ничего не указывает на то, что Дума и Эдом являются идентичными понятиями. Более того, слово «дума» в Книге Йехезкеля является, по всей видимости, именем нарицательным и используется совсем в другом значении.

    «Мецудат Давид» и «Даат Микра» справедливо указывают на то, что в Торе (Берешит 25, 14) Думой назван один из сыновей Ишмаэля, и это означает, что Дума, о которой здесь пророчествует Ишаяху, это одно из арабских племен. Мальбим, считающий, что Дума – это Эдом, пытается согласовать оба мнения, и пишет, что Эдом располагался на землях, заселенных потомками Ишмаэля. Таким образом, с одной стороны, Дума – это земли, на которых поселились потомки Думы, а с другой – это царство Эдом, которое располагалось на тех же землях. Но, по всей видимости, Мальбим ошибается, так как в настоящее время Дума идентифицирована как город Думат Иль-Джандал (29°49'9.25"N, 39°52'6.19"E), расположенный в северной части современной Саудовской Аравии в административном округе Эль-Джауф на расстоянии порядка 500км. к востоку от земель бывшего Эдома:

    Дума (Думат Иль-Джандал)

    Относительно того, кто к кому здесь взывает, а также относительно смысла дважды повторенного здесь вопроса мнения комментаторов также существенно расходятся. Раши считает, что в начале нашего предложения приведены слова Бога, который говорит о том, что к Нему взывает либо пророк, либо ангел, который жалуется на гнет со стороны царства Эдома. Этот пророк или ангел спрашивает Бога: «Страж Израиля, что принесет эта ночь и эта тьма?», то есть «Чем завершится притеснение со стороны Эдома?».

    По мнению «Мецудат Давид», Ишаяху здесь говорит о том, что к нему взывает голос пророчества, который говорит ему, что разрушитель Думы явится из Сэира. Далее он приводит вопросы, которые обеспокоенные жители Думы будут задавать поставленным на городских стенах стражникам. Они будут спрашивать стражников о том, что они видят, и следует ли этой ночью ожидать штурма города.

    По мнению Мальбима, для того, чтобы понять смысл сказанного здесь Ишаяху, следует обратиться к Книге Овадьи. Эта книга является одной из самых коротких книг ТАНАХа и в ней содержится пророчество об Эдоме. В частности, там рассказывается о том, что армия Эдома, будучи обманута советниками-предателями, покинет территорию своего царства и уйдет воевать с внешним врагом. В это время в Эдом вторгнутся завоеватели, которые начнут массовые убийства детей и женщин, а также будут производить разграбление оставленного в Эдоме имущества. Мальбим считает, что страж, о котором говорится в нашем предложении, это пограничник, несущий службу на границе Эдома, и что все слова, идущие после заголовка «Пророчество о Думе», являются прямой речью этого пограничника. В таком случае, этот пограничник рассказывает о том, как его спрашивают, что происходит в Сэире, то есть в Эдоме, а он отвечает, что армии Эдома незачем искать врага в дальних странах, они с легкостью найдут его у себя дома. Мальбим также обращает внимание на то, что первое слово «ночь», используемое в нашем предложении, написано в своей полной форме «лайла» (לַּיְלָה), в то время как второе написано в сокращенной форме «лэйль» (לֵּיל). Мальбим пишет, что форма «лэйль» употребляется лишь в тех случаях, когда идет речь о ночи, в которую произошли некие важные события. В таком случае, заданные пограничнику вопросы звучат как: «Страж, что случилось этой ночью? Что произошло этой страшной ночью в Сэире?».

    Мнение «Даат Микра» наиболее полно отражает смысл сказанного в нашем предложении. Он считает, что здесь Ишаяху рассказывает о том, что к нему обратился посланник населения Думы, прибывший со стороны Сэира. Он спросил Ишаяху: «Страж, что осталось от ночи?». При этом стражем он называет Ишаяху, а под ночью он подразумевает обрушившиеся на жителей Думы бедствия. Таким образом, смысл дважды заданного посланником вопроса заключается в том, сколько жителям Думы осталось терпеть бедствия, которым они подвергаются. Почему посланный из Думы человек относится к Ишаяху, как к стражу, и почему он использует понятие «ночь»? «Даат Микра» пишет, что в древности стоявшие на посту стражники хорошо умели определять время ночи, так как это им требовалось для того, чтобы знать, когда им следует заступать на пост и когда сменяться. Поэтому к ним часто обращались люди для того, чтобы узнать, который сейчас час ночи, и именно этот вопрос задает Ишаяху посланник, подразумевая, что пророку известно, сколько времени продлятся бедствия населения Думы, так же, как стражнику известно, сколько времени продлится ночь.

    По мнению «Даат Микра», посланник дважды повторяет свой вопрос, показывая этим, насколько он для него важен. Вместе с этим, «Даат Микра» приводит также толкование нашего предложения, присутствующее в Иерусалимском Талмуде (Таанит 1, 1). Там говорится о том, что слово «милэйль» (מִלֵּיל), которым завершается наше предложение и которое переведено здесь как «от ночи», следует читать как «милель» (מילל), что означает «говорил». В таком случае, второй заданный Ишаяху вопрос звучит как «Страж Мира, что говорил Он?», то есть прибывший из Думы посланник спрашивает Ишаяху, что ему говорил Бог относительно будущего, которое ожидает население Думы.

  12. Сказал страж: «Пришло утро, а также ночь, если спрашивать будете – спрашивайте, возвращайтесь, приходите».

    Комментаторы понимают сказанное в этом предложении соответственно своему пониманию того, что было сказано в предложении предыдущем. Так, «Мецудат Давид» пишет, что в нашем предложении приведен ответ стражника, стоящего на стенах Думы, жителям этого города, которые обратились к нему с вопросом, видит ли он приближающегося к Думе врага. Стражник им отвечает, что даже если бы уже наступило утро, и страхи жителей Думы рассеялись, вслед за утром наступит завтрашняя ночь, и ему придется опять заступать на пост, чтобы следить за окрестностями города. Поэтому, жители города могут и завтра ночью прийти к нему с тем же вопросом, а также послезавтра, и он продолжит их информировать о том, что видит.

    «Даат Микра» считает, что в нашем предложении приведен ответ Ишаяху явившемуся к нему из Думы посланнику. Ишаяху ему отвечает, что уже наступило утро, но за ним последует ночь. Это означает, что бедствия, которым подверглись жители Думы и о которых спрашивает посланник, уже завершились, но через некоторое время они подвергнуться новым бедствиям. Далее Ишаяху приглашает жителей Думы прийти к нему с вопросами и в следующую ночь, так как он, будучи стражем, и завтра будет находиться на своем посту. Это означает, что и в следующий раз, когда жители Думы подвергнутся бедствиям, они могут прийти к Ишаяху с вопросом, и получат на него ответ. Конец нашего предложения, по мнению «Даат Микра», можно понять как дань вежливости со стороны Ишаяху по отношению к своему посетителю, что-то вроде фразы «заходите еще». Но, на самом деле, она означает, что в настоящее время Ишаяху не имеет права рассказывать посланнику из Думы о том, что ожидает его соплеменников в следующую ночь, то есть в следующий раз, когда на их головы обрушатся бедствия.

    Мальбим пишет, что в нашем предложении приведен ответ пограничника воинам армии Эдома, возвращающимся из военного похода в дальние страны. Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, в это время сам Эдом подвергся завоеванию, разграблению и опустошению, о чем воины армии Эдома узнали от пограничника. Затем этот пограничник добавляет, что воины армии Эдома не должны думать, что завоеватели удрали из Эдома перед возвращением царской армии, как вор удирает из дома при наступлении утра. На самом деле, ночь продолжается, несмотря на то, что наступило утро, то есть враг по-прежнему занимается разграблением Эдома и уничтожением его жителей, несмотря на то, что местная армия уже на подходе. Однокоренные слова «тивайун беайу» (תִּבְעָיוּן בְּעָיוּ), переведенные здесь как «спрашивать будете – спрашивайте», Мальбим понимает как «искать будете – найдете». В таком случае, пограничник говорит воинам армии Эдома, что если им нужен враг, его не надо искать в дальних странах, они могут вернуться в Эдом и найти его на своей территории.

    Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Раши считает, что в роли стража здесь выступает Бог. В таком случае, в нашем предложении приведен ответ Бога, и в начале нашего предложения Он говорит о том, что «пришло утро», то есть Он готов прекратить гнет, которому подвергается еврейский народ со стороны Эдома. Вместе с этим, вслед за утром наступит ночь, и это означает, что царствованию Эдома уже уготован конец. Так что, если евреи захотят попросить Бога сделать так, чтобы конец царствования Эдома наступил побыстрее, они должны вернуться к Нему, то есть раскаяться в своих грехах.

    Мнение Раши очень хорошо объясняет Мальбим, который в примечании к своему комментарию пишет, что под царствованием Эдома обычно подразумевается последнее изгнание еврейского народа, которое началось с разрушения Второго Храма римлянами и продолжается по сей день. В таком случае, в предыдущем предложении был приведены слова еврейского народа, который спрашивает, сколько еще времени продлится ночь, в которой он пребывает, то есть, сколько еще времени продлится это долгое изгнание. На это Бог отвечает, что, с одной стороны, уже наступило утро, то есть уже пришло время избавления, но с другой стороны, все еще продолжается ночь, так как все зависит от раскаяния, которое должен совершить еврейский народ. Либо здесь речь идет о том, что еврейский народ считает, что окончание изгнания состоится в срок, заранее определенный Богом. На это Бог отвечает, что утро может наступить даже в середине ночи, то есть избавление из изгнания может настать немедленно, задолго до установленного срока, но евреи могут об этом просить лишь тогда, когда раскаются во всех своих грехах.

  13. Пророчество об Араве. В лесу в Араве ночевать вы будете, караваны деданитян.

    По мнению Раши, Арав – это население Аравийского полуострова. Мальбим и «Мецудат Давид» считают, что под Аравом Ишаяху подразумевает потомков Кедара, второго сына Ишмаэля, который, в свою очередь, был сыном Авраама от Хагари (см. Берешит 25, 13). О потомках Кедара – см. ниже предложение №16. «Даат Микра» пишет, что Арав – это не определенный народ, а территория, которая включает в себя северную часть Аравийского полуострова и прилегающую к ней часть Сирийской пустыни.

    Следует отметить, что заголовок этого пророчества в оригинальном тексте звучит как «Маса баЭрав» (מַשָּׂא בַּעְרָב), и он переведен здесь как «Пророчество об Араве» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Вместе с этим, дословно его следует переводить как «Пророчество в Араве», и «Даат Микра» пишет, что это может означать, что в своем видении Ишаяху находится в Араве и там произносит приведенное здесь пророчество.

    Если рассказ о потомках Кедара мы отложили до предложения №16, где они будут упомянуты, то здесь следует несколько слов сказать о Дедане, от которого произошли упомянутые здесь деданитяне. Родословная Дедана прослеживается в Торе (Берешит 10, 1-7), где сказано, что Дедан был праправнуком Ноаха, а точнее, сыном Раамы, который был сыном Куша, который был сыном Хама, сына Ноаха. Вместе с этим, «Даат Микра» говорит о том, что деданитяне могли быть потомками Якшана, сына Авраама от Ктуры, так как одного из сыновей Якшана также звали Деданом (см. Берешит 25, 1-3). В любом случае, деданитяне являлись одним из кочевых племен, проживавших на севере Аравийского полуострова, которые, главным образом, занимались торговлей, доставляя товары из южных областей Аравийского полуострова в северные страны. Следует отметить, что упоминания о деданитянах присутствуют в нескольких надписях, обнаруженных в ходе археологических раскопок, проводившихся на Аравийском полуострове и относящихся к 7-4вв. до н.э.

    По мнению Мальбима и «Мецудат Давид», в этом пророчестве Ишаяху рассказывает об уничтожении потомков Кедара. В таком случае, здесь он, обращаясь к деданитянам, говорит о том, что ранее они, ведя свои караваны через Аравийский полуостров, останавливались на ночлег у представителей потомков Кедара, которые славились своим гостеприимством. Но после того как города потомков Кедара будут разрушены и станут безлюдными, деданитянам придется ночевать в лесу. Следует отметить, что на территории Аравийского полуострова лесов никогда не существовало, поэтому следует сказать, что под лесом Ишаяху подразумевает пустынный кустарник.

    «Даат Микра» считает, что то, о чем здесь говорит Ишаяху, никоим образом не связано ни с Кедаром, ни с его потомками. По его мнению, Ишаяху здесь говорит о том, что территория Аравийского полуострова подвергнется нашествию врага, в результате чего караваны деданитян, до этого останавливавшиеся на ночлег рядом с дорогой, будут вынуждены выбирать более укромные места, чтобы не подвергнуться ночному нападению. Поэтому караванщики деданитян будут ночевать в лесу, а точнее, в кустарнике, где они будут не слишком заметны.

    По мнению Раши, слово «деданим» (דְּדָנִים), переведенное здесь как «деданитяне», является производным от слова «дод» (דוד), которое означает «дядя». В соответствии с этим, слово «деданим» Раши переводит как «двоюродные братья». Исходя из этого, Раши считает, что здесь Ишаяху пророчествует о наказании, которое постигнет арабские племена, населявшие Сирийскую пустыню, за то, что они плохо относились к изгоняемым в Ашур евреям, после того как царство Израиля было завоевано Тиглат Пилесером, царем Ашура. По его мнению, Ишаяху говорит о том, что Бог видел, что делали эти племена, когда изгоняемые в Ашур евреи просили своих пленителей провести их через занимаемую этими племенами территорию, надеясь на то, что те им помогут, будучи их двоюродным братьями, то есть потомками Ишмаэля, сына Авраама. Но когда ведомые в Ашур евреи проходили через территорию этих племен, их представители шли ночевать в леса, поблизости от дорог, по которым гнали евреев. Причина, по которой они это делали, будет приведена в следующем предложении.

  14. Навстречу жаждущему несите воду, жители Земли Тэймы, хлебом встречайте странствующего.

    Тэйма упоминается в Торе (Берешит 25, 12-15) как один из сыновей Ишмаэля, а из сказанного здесь следует, что во времена Ишаяху его потомки проживали на территории Аравийского полуострова в районе, который назывался Землей Тэймы. По всей видимости, административный центр этой земли находился в большом оазисе, который в настоящее время носит Тайма (27°37'47.24"N, 38°32'37.04"E) и находится в северной части Аравийского полуострова:

    Тэйма (Тайма)

    Следует отметить, что этот оазис издревле находился на пересечении караванных путей, и представлял собой богатое водой место, одно из немногих на территории Аравийского полуострова.

    Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, «Мецудат Давид» и Мальбим считают, что в этом пророчестве Ишаяху рассказывает о потомках Кедара, которые подвергнутся завоеванию, причем Мальбим пишет, что их земли будут завоеваны Санхеривом (что не подтверждается данными археологии). И если относительно сказанного в предыдущем предложении мнения этих комментаторов совпадают, то относительно сказанного здесь это не так. «Мецудат Давид» считает, что в нашем предложении Ишаяху призывает жителей Земли Тэймы обеспечивать хлебом и водой изгоняемых со своих земель потомков Кедара.

    Слово «кидму» (קִדְּמוּ) переведено здесь как «встречайте» в соответствии с переводом Йонатана, которому следует большинство комментаторов. Вместе с этим, в соответствии с правилами ивритской грамматики, его следует перевести как «встречали они», на что указывает Мальбим. На этом основании он отвергает мнение Йонатана и всех остальных комментаторов, и пишет, что слово «кидму» в нашем предложении следует понимать именно так, как оно написано, то есть «встречали они». Основываясь на этом, Мальбим пишет, что в нашем предложении Ишаяху обращается к жителям Земли Тэймы, через которую будут проходить бегущие от завоевателей потомки Кедара. Он призывает их обеспечивать водой проходящих через их земли беженцев, что жителям Земли Тэймы было нетрудно сделать, так как их административный центр Тэйма был оазисом, богатым водными источниками. До сих пор мнение Мальбима совпадает с мнением «Мецудат Давид». Но относительно второй части нашего предложения Мальбим пишет, что в ней Ишаяху обосновывает свою просьбу тем, что потомки Кедара всегда славились своим радушием и обеспечивали пищей каждого странника, который проходил через их земли. Теперь странниками станут сами потомки Кедара, и жителям Земли Тэймы полагается обеспечивать их если не пищей, то хотя бы водой, которая у жителей Земли Тэймы имеется в избытке.

    По мнению «Даат Микра», в нашем предложении продолжает идти речь о деданитянах.  Словами «жаждущий» и «странствующий», которые здесь используются в агрегативном значении, Ишаяху называет караваны деданитян, которые, пытаясь укрыться от вторгнувшегося на территорию Аравийского полуострова врага, отдалятся от проторенных караванных путей в пустыню. Оказавшись в незнакомой местности, караваны деданитян будут блуждать по пустыне, испытывая при этом острый недостаток в воде и пище. Поэтому Ишаяху призывает жителей Земли Тэймы, богатой водными источниками, выходить навстречу погибающим от голода и жажды караванам деданитян и обеспечивать их водой и хлебом.

    Кроме этого, «Даат Микра» приводит два альтернативных понимания сказанного в нашем предложении. Согласно одному из них, фразу «жители Земли Тэймы» следует читать как «жителям Земли Тэймы», и если это так, то здесь Ишаяху пророчествует о бедствиях, которым подвергнутся жители Земли Тэймы, в результате чего они станут «жаждущими» и «странствующими», то есть станут скитающимися по пустыне беженцами. В таком случае, Ишаяху призывает жителей Аравийского полуострова, через земли которых будут проходить беженцы из Земли Тэймы, обеспечивать их водой и хлебом. Согласно другому пониманию, в нашем предложении в прошедшем времени стоит не только слово «встречали» (см. мнение Мальбима), но и слово «несите», которое следует читать как «несли». Если это так, то в нашем предложении сказано о том, что жители Земли Тэймы всегда обеспечивали водой тех, кто страдал от жажды, и всегда приносили хлеб тому, кто умирал от голода. В таком случае, наше предложение начинает тему, которая будет развита в следующем предложении.

    Как было сказано в комментарии к предыдущему предложению, Раши считает, что здесь Ишаяху пророчествует о наказании, которому подвергнутся арабские племена, населявшие Аравийский полуостров, за то, что они плохо относились к изгоняемым в Ашур евреям. В нашем предложении он говорит о том, что тому, кто страдает от жажды, обычно принято приносить воду, но жители Земли Тэймы поступали совершенно иначе. Вместо воды они приносили изгоняемым в Ашур евреям хлеб и различные соленые блюда, а также меха, в которые вместо воды был накачан воздух. Евреи считали, что в этих мехах находится вода, и когда они пытались ее выпить, воздух наполнял их желудки, от чего они умирали. Согласно другому объяснению, которое предлагает Раши, Ишаяху говорит жителям Тэймы о том, что когда их предок Ишмаэль умирал от жажды, Бог показал его матери колодец (см. Берешит 21, 17-19), но потомки  Ишмаэля не сжалились над умирающими от жажды евреями. Вместе с этим, следует отметить, что мнение Раши выглядит очень странным, в особенности принимая в расчет, что Аравийский полуостров находится совсем не по пути из царства Израиля в Ашур.

  15. Ибо из-за мечей стали странствовать они, из-за меча простертого, и из-за лука натянутого, и из-за тяжести войны.

    По мнению Мальбима и «Мецудат Давид», Ишаяху здесь говорит о причине, по которой потомки Кедара покинули свои земли и начали странствовать по территории Аравийского полуострова. Это произошло из-за вражеских мечей, которые были простерты над всеми их землями, то есть вся их земля была охвачена войной. Далее здесь сказано, что этому также явились причиной натянутые луки завоевателей. Мальбим пишет, что здесь идет речь о том, что потомки Кедара были искусными лучниками, но они не смогли противостоять лучникам неприятеля, так как те вторглись в их земли с уже готовыми для стрельбы луками, и у потомков Кедара не было времени натянуть свои. «Тяжесть войны», которая также явилась одной из причин бегства жителей Кедара, по мнению Мальбима, означает полное превосходство вражеской армии над войсками потомков Кедара.

    «Даат Микра» считает, что наше предложение построено по принципу «общее-частное», и слово «мечи» определяет все типы вооружения, поэтому его следует понимать как «оружие». Далее здесь говорится, о каком именно вооружении идет речь: о мечах и о луках. По мнению «Даат Микра», в нашем предложении Ишаяху объясняет причину, по которой караваны деданитян удалились от проторенных дорог и стали блуждать по пустыне. Это произошло из-за страха мирных торговцев перед вражеским вооружением, а именно, перед его мечами простертыми и натянутыми луками, а также перед «тяжестью войны», то есть перед мощью и жестокостью вражеской армии. Кроме этого, «Даат Микра» предлагает еще одно объяснение слов «тяжесть войны», в соответствии с которым их следует понимать как «тяжелое вооружение», и если это так, то эти слова определяют еще один вид вооружения, которого боялись мирные торговцы-деданитяне.

    По мнению Раши, Ишаяху здесь говорит о причине, по которой страдавшие от голода и жажды евреи оказались на территории Аравийского полуострова. Это произошло из-за вражеских мечей, из-за меча армии Ашура, простертого над всей территорией царства Израиля (речь идет о том, что военные действия охватили всю его территорию) и т.д.

    Следует отметить, что слова «хэрев нетуша» (חֶרֶב נְטוּשָׁה) переведены здесь как «меч простертый» в соответствии с мнением большинства комментаторов. Вместе с этим, «Даат Микра» считает, что слово «нетуша» следует читать как «летуша» (לטושה), и в таком случае оно означает «наточенный». Следует отметить, что это понимание приводит также Раши в качестве альтернативного. Кроме этого, «Даат Микра» пишет, что слово «нетуша» обычно означает «оставленный», а в данном случае его можно понимать как «выставленный», то есть «вытащенный из ножен». В таком случае, в нашем предложении присутствует параллелизм, который говорит о том, что вражеская армия явилась на Аравийский полуостров в полной боевой готовности: с мечами наголо и с натянутыми и готовыми к стрельбе луками.

  16. Ибо так сказал Господь мне: «Через год, как годы наемника, и уничтожена будет вся честь Кедара».

    Здесь Ишаяху рассказывает своим слушателям, что Бог ему сообщил о том, что «вся честь Кедара» будет уничтожена ровно через год. Слова «как годы наемника» уже встречались в главе 16, предложении №14, и они означают период времени, в точности совпадающий с указанным (см. там в комментарии). Из-за того, что наше предложение начинается словом «ибо», Мальбим и «Мецудат Давид» считают, что все пророчество об Араве, начатое в предложении №13, относится к потомкам Кедара. По мнению «Даат Микра», который так не считает, слово «ибо» относится к словам «из-за тяжести войны», которыми заканчивается предыдущее предложение, и здесь сказано, что эта тяжесть войны обусловлена решением Бога о том, что «вся честь Кедара», то есть его потомков, будет уничтожена ровно через год.

    «Даат Микра» пишет, что слово «честь» можно понимать трояко. Во-первых, уничтожение чести Кедара можно понимать в том смысле, что его потомки потеряют свою значимость и станут гонимым и презираемым народом. Это можно понимать и так, что потомки Кедара лишатся всего своего имущества. Либо здесь сказано о том, что потомки Кедара будут истреблены, и от них останутся лишь жалкие остатки.

    В комментарии к предложению №13 было сказано, что Кедар был одним из сыновей Ишмаэля. Его потомки представляли собой кочевое племя, населявшее западную часть Сирийской пустыни и север Аравийского полуострова, то есть районы, которые находились неподалеку от Земли Израиля.

  17. И остаток числа луков воинов сынов Кедара уменьшится, ибо Господь, Бог Израиля, говорил.

    По мнению Раши и «Мецудат Давид», Ишаяху здесь говорит о том, что по решению Бога численность лучников, являющихся потомками Кедара, резко сократится, так как большая их часть будет уничтожена в ходе военных действий. Раши также объясняет, почему Ишаяху здесь говорит о лучниках, а не о другой воинской специализации. Дело в том, что искусным лучником был Ишмаэль, отец Кедара, о чем упоминается в Торе (Берешит 21, 20), и умение стрелять из лука передавалось в среде его потомков из поколения в поколение. В соответствии с этим, следует сказать, что большинство сынов Кедара умели хорошо стрелять из лука, а то, что здесь сказано, что численность лучников среди сынов Кедара уменьшится, означает, что будет истреблено большинство его потомков.

    По мнению Мальбима, здесь Ишаяху говорит о тех воинах, которых враг оставит в живых для того, чтобы они принимали участие в его войнах. В соответствии с этим, здесь сказано, что даже те лучники, которых враг оставит в живых, будут крайне малочисленны.

    «Даат Микра» ставит в первой части нашего предложения две запятые, вследствие чего смысл сказанного в нем существенным образом меняется. По его мнению, начало нашего предложения звучит так: «И остаток, число луков, воины сынов Кедара уменьшатся». В соответствии с этим, Ишаяху здесь говорит о трех следующих вещах. Во-первых, он говорит об остатке сынов Кедара, то есть о малом количестве тех, кто выживет после вражеского вторжения, при этом здесь идет речь о гражданском населении, так как о воинах Ишаяху говорит далее. Слова «число луков», по мнению «Даат Микра», означают «малое количество луков», так как их большое количество описывается словами «нет числа». В таком случае, здесь говорится о малом количестве луков, которые после вражеского нашествия останутся в распоряжении воинов армии сынов Кедара. В-третьих, уменьшатся также сами воины сынов Кедара, что означает, что численность армии сынов Кедара существенно сократится, так как многие из воинов погибнут в сражениях с армией завоевателей.

    Во второй части нашего предложения Ишаяху говорит о том, что все, что сказано в пророчестве об Араве, явится результатом принятого Богом решения. При этом Бога Ишаяху называет Богом Израиля, на основании чего Мальбим приходит к выводу о том, что потомки Кедара будут наказаны за то, что они совершали злодеяния по отношению к еврейскому народу. Однако в ТАНАХе об этих злодеяниях не сказано ни слова, и поэтому «Даат Микра» объясняет решение Бога в отношении упомянутых в этом пророчестве племен несколькими другими способами. В соответствии с одним из них, Ишаяху называет Бога Богом Израиля, чтобы подчеркнуть, что, несмотря на то, что Бог является Богом Израиля, Он не обходит своим вниманием и другие народы, возвышая их или подвергая бедствиям в соответствии с их деяниями. Согласно другому объяснению, это означает, что бедствия, которым подвергнутся упомянутые здесь народы, должны послужить народу Израиля предостережением. Согласно третьему объяснению, упомянутые в этом пророчестве народы подвергнутся бедствиям за то, что они совершили некое зло по отношению к еврейскому народу, но это зло в ТАНАХе не упоминается.

У Вас недостаточно прав для комментирования.

Stats counter, realtime web analytics, heatmap creator